Озвученное недавно главным санитарным врачом России Геннадием Онищенко
намерение рассмотреть вопрос о лишении матерей права отказываться от
вакцинации своих детей может получить совершенно новое звучание в свете
последних откровений всемирно известных вип-представителей «золотого
миллиарда», из которых становится очевидным, что на самом деле стоит за
усиленно продвигаемой «капитанами транснационального бизнеса» кампании
по всеобщей иммунизации населения развивающихся стран посредством
прививок.
В этой связи обращает на себя внимание опубликованный на портале «Война и Мир»
русский перевод нашумевшей статьи известного американского экономиста и
политолога Уильяма Энгдаля с красноречивым названием «Билл Гейтс о
«вакцине для сокращения населения». Следует признать, что этот материал
полностью развенчивает созданный мировыми СМИ полумифический образ
благостного филантропа, который, «используя свои миллиарды через свой
(освобожденный от налогообложения) Фонд Билла и Мелинды Гейтс,
занимается решением проблем заболеваний и нехватки продовольствия в
Африке, а также борется с нищетой».

По мнению американского исследователя, под красивым
квазиальтруистским имиджем основателя корпорации «Майкрософт» на самом
деле скрывается убежденный социал-дарвинист и неомальтузианец, активно
реализующий идею сокращения «излишней» численности народонаселения
планеты под видом благотворительности. Впрочем, использование глагола
«скрывается», скорее всего, не совсем оправданно для описания этой
ситуации. В приведенной статье Уильям Энгдаль цитирует откровения Билла
Гейтса, озвученные тем в речи «Обновляясь к нулю!», произнесенной в ходе
закрытой конференции под названием «TED2010 Conference», которая
состоялась в прошлом году в американском городе Лонг-Бич.

Итак, по словам автора, примерно на четвертой с половиной минуте
своей речи «живое воплощение американской мечты» заявил: «Сначала мы
получили население. В мире сегодня 6,8 млрд человек. Это число возрастет
до примерно 9 млрд. Теперь, если мы действительно сделаем большую
работу по новым вакцинам, здравоохранению, услугам в области
репродуктивного здоровья, мы уменьшим его, возможно, на 10 или 15%».

В подтверждение серьезности намерений г-на Гейтса Уильям Энгдаль
напомнил читателям, что в январе 2010 года на элитном Всемирном
экономическом форуме в Давосе Гейтс уже пообещал, что его Фонд «выделит
$10 млрд на разработку и доставку новых вакцин для детей в развивающихся
странах». Более того, доведение «спасительной прививки» (правда, теперь
уже не совсем понятно, спасительной для кого – объекта вакцинации или
транснациональных элит, озабоченных слишком активным, по их мнению,
размножением представителей «низших рас»?) до каждого отдельного
(«лишнего»?) человека, как выясняется, вообще является особым пунктиком в
деятельности возглавляемого Гейтсом фонда. Дело в том, что Фонд Билла и
Мелинды Гейтс является членом-основателем Альянса ГАВИ (Глобальный
альянс по вакцинации и иммунизации) в партнерстве со Всемирным банком,
ВОЗ и производителями вакцин. Причем вакцинация каждого новорожденного
ребенка в развивающемся мире является официально декларируемой целью
ГАВИ.

Впрочем, убеждает Энгдаль, не стоит торопиться пускать слезу умиления
по поводу столь неожиданного проявления трогательного человеколюбия со
стороны «акул транснационального бизнеса». Поскольку при более
тщательном изучении выясняется, что благотворительность на поверку может
оказаться человеконенавистнической диверсией планетарного масштаба,
коварству и изобретательности в организации которой позавидовали бы
многие нацистские «доктора смерти». Вот лишь несколько свидетельств,
которые приводит американский правозащитник в своем материале:

«Проблема в том, что индустрия вакцин была неоднократно поймана за
руку на сокрытии опасных последствий (отсутствие безопасности из-за
непроверенности или даже доказанного вреда для здоровья) вакцин для
ничего не подозревающего населения третьего мира, когда они не могут
избавиться от западных вакцин (Louise Voller, Kristian Villesen, WHO
Donates Millions of Doses of Surplus Medical Supplies to Developing
countries, Danish Information, 22 December 2009, accessed in). Некоторые
организации полагают, что истинная цель вакцинации – в том, чтобы
ослабить людей и сделать их еще более восприимчивыми к болезням и
преждевременной смерти (Population Research Institute in Washington, http://pop.org/).
....
Интерес Гейтса в снижении численности населения среди чернокожих и
других меньшинств не является, к сожалению, чем-то новым. Как я
показываю с помощью документов в моей книге «Семена разрушения», Фонд
Рокфеллера с 1920 года финансировал исследования по евгенике в Германии в
институтах кайзера Вильгельма в Берлине и Мюнхене, в т. ч. и во времена
Третьего рейха. Они давали высокую оценку принудительной стерилизации
населения в гитлеровской Германии и нацистским идеям о расовой чистоте.
Именно Джон Рокфеллер III, пожизненный сторонник евгеники, использовал
деньги своего освобожденного от налогообложения Фонда средств, чтобы
инициировать неомальтузианское движение за сокращение населения через
свой частный Совет по народонаселению в Нью-Йорке, начиная с 1950 года.

Идея использования вакцины для тайного сокращения рождаемости в
странах третьего мира также не нова. Хороший приятель Билла Гейтса Дэвид
Рокфеллер и его Фонд Рокфеллера совместно с ВОЗ и другими были еще в
1972 году вовлечены в крупный проект усовершенствования другой «новой
вакцины». Результатом этого проекта стало массовое использование людей в
качестве «морских свинок» в начале 1990-х. ВОЗ курировала массовые
кампании вакцинации против столбняка в Никарагуа, Мексике и на
Филиппинах. У «Comite Pro Vida de Mexiсo», римско-католической
организации, возникли подозрения о мотивах программы ВОЗ. Она решила
проверить многочисленные ампулы с вакцинами и обнаружила в их содержимом
хорионический гонадотропин человека (ХГЧ). Это был весьма загадочный
компонент вакцины, предназначенной для защиты людей от заболевания,
возникающего в результате заражения раны ржавыми гвоздями или других
контактов с некоторыми почвенными бактериями. Сам столбняк,
действительно, также довольно редко встречается. Кроме того, весьма
интересно, что ХГЧ является естественным гормоном, необходимым для
поддержания беременности. Однако сочетание возбудителя столбняка с ХГЧ
стимулировало формирование антител к последнему, делая женщину
неспособной выходить положенный срок беременности. Другими словами, это
было скрытой формой аборта.

Похожие сообщения о вакцинах с добавкой гормона ХГЧ поступали из
Филиппин и Никарагуа. Один давний проект правительства США состоял в
том, чтобы усовершенствовать генетически модифицированный сорт кукурузы –
основной продукт в Мексике и многих других латиноамериканских странах.
Эта кукуруза была протестирована в исследованиях, финансируемых
Министерством сельского хозяйства США и небольшой калифорнийской
биотехнологической компанией «Эпицит». Объявляя о своих успехах на
пресс-конференции в 2001 году, президент «Эпицит» Митч Хайн, указывая на
свои поля ГМО-кукурузы, заявил: «У нас есть теплица с кукурузой,
которая производит антитела против спермы» (Robin McKie, GMO Corn Set to
Stop Man Spreading His Seed, London, The Observer, 9 September 2001).

Хайн объяснил, что они взяли антитела у женщин с редким заболеванием,
известным как иммунное бесплодие, изолировали гены, регулирующие
производство этих антител бесплодия, и с помощью методов генной
инженерии вставили их в геном обычных семян кукурузы для производства
кукурузных растений. Таким образом, в действительности они подготовили
скрытую контрацепцию, встроенную в кукурузу, предназначенную в пищу
человеку. «По сути, антитела притягиваются к поверхностным рецепторам
сперматозоида, – говорил Хайн. – Они прикрепляются и делают каждый
сперматозоид таким тяжелым, что он не может двигаться вперед. Он просто
трясется так, будто пляшет ламбаду». Хейн утверждал, что это было
возможным решением проблемы «перенаселенности мира». О моральном и
этическом аспектах кормления этой кукурузой людей в бедных странах
третьего мира без их ведома он скромно умолчал.

Спермициды, запрятанные в ГМО-кукурузе, поставляемой населению
голодающих стран третьего мира благодаря щедрости Фонда Гейтса, Фонда
Рокфеллера и AGRA Кофи Аннана, или вакцины, содержащие нераскрытые
агенты стерилизации, – лишь два документально подтвержденных случая
использования вакцин или ГМО-семян для «сокращения населения».
....
Своими соображениями о том, могут ли программы вакцинации
населения быть использованы западными элитами для сокращения численности
населения в странах развивающегося мира, поделился директор Института
демографических исследований Игорь Белобородов:

– В принципе, упомянутые в статье Энгдаля факты называются
«демографическим фашизмом». Проблема в том, что отдельные высказывания
наших заморских «благодетелей» подчас тесно корреспондируют с
высказываниями некоторых наших чиновников. Раньше считалось, что сильные
мира сего в странах «золотого миллиарда» (прежде всего в США) желают
снизить рождаемость в первую очередь у бедных. Теперь же, как видно,
стерилизация начинает приобретать действительно массовый характер.

Что касается упомянутого заявления главного санврача Онищенко, то из
его слов следует, что вакцинация затронет и обеспеченные слои общества.
Недаром он упомянул о 6000 женщин в Москве – с высшим образованием и
совершенно немаргинальных, которые по религиозным убеждениям
отказываются от прививок. Во-первых, хотелось бы ему ответить, что речь
идет о наших детях, и не чиновникам решать их судьбу. Во-вторых,
спрашивается, где были те же уполномоченные всякого рода, когда
несовершеннолетних детей забирали с улицы в милицию в ходе недавних
беспорядков в Москве? Или где был уполномоченный, когда в Питере дети
гибли от льдин, и почему этим вопросом начинают заниматься только тогда,
когда происходит трагедия? Также очень интересно было бы получить ответ
на вопрос: почему семьи большинства наших чиновников проживают за
границей, куда их привлекают Лазурное побережье и западные вузы? И,
соответственно, для кого строится этот ад в России? Явно не для них.
3000 родителей в самом центре Москвы недавно собрались для того,
чтобы выразить свое недовольство по поводу внедрения разного рода
«форсайт-проектов» вроде «Детство-2030», принудительных вакцинаций и
ювенальной юстиции. После этого некоторые еще смеют ссылаться на
патриарха: дескать, он благословил внедрение норм ювенальной юстиции.
Лично я очень сомневаюсь в существовании такого благословения в адрес
детоненавистников. Если такого благословения нет в природе, то надо
привлекать к ответственности за клевету.

Вся эта истерия по поводу вакцинации имеет своей целью только
ослабить население. Почему, скажем, чиновники не считаются с мнением
экспертов Лиги защиты прав пациентов? Еще недавно г-н Онищенко убежденно
доказывал нам необходимость прививания от т. н. свиного гриппа.
Впоследствии выяснилось, что его «эпидемия» – это чистой воды
пиар-кампания. А сегодня то же самое делается уже в отношении вакцинации
не взрослых, а детей, т. е. самых беззащитных членов общества. Где
гарантия компетентности врачей, которые занимаются этим, если
«специалисты» не смогли отличить настоящую угрозу эпидемии от «свиной
пустышки» и явной дезинформации?

К тому же здесь нельзя исключать и коррупционную составляющую. Кстати
говоря, детей элитных слоев населения это не коснется, потому что они
учатся за границей и живут в отдельных «резервациях», приобретают
продукты питания в отдельных магазинах... У нас – вообще кастовое
общество, и лишь немногие чиновники, к которым я испытываю неподдельное
уважение, полностью интегрируют детей в наше общество. Другие же делают
все возможное, чтобы подавить в обществе любое свободомыслие и желание
воспитывать детей в наших национальных традициях.

Возвращаясь к теме вакцин: у меня есть информация о том, что реакция
каждого организма (тем более неокрепшего детского) на вакцину
индивидуальна. Была масса случаев аллергических реакций с самыми
тяжелыми последствиями, вплоть до летальных исходов. Такие факты нельзя
игнорировать. Кроме того, не секрет, что вакцинация при современных
технологиях может быть одним из приемов ведения демографической войны.
Сам Билл Гейтс говорил, что именно поголовная вакцинация в Африке дала
огромное снижение рождаемости. У родителей и пациентов нет возможностей
проследить за качеством вакцинации. Конечно, полностью отвергать роль
вакцинации тоже нельзя, поскольку прививки, эффективность которых
доказана, действительно могут предостеречь детей от болезней и снизить
детскую смертность. Но делать это нужно крайне осторожно, опираясь
только на мнение профессионального медицинского сообщества, но ни в коем
случае не апологетов ювенальных технологий.

Говоров Кирилл
С сайта KM.ru
18:27
17.01.2011

Политика занятие циничное, по определению, как и хирургия. Потому что, государство оперирует масштабами поколения, "большой семьи" (которая включает в себя: бабашек, дедушек, теть и племянников т. е. всех родственников до 3-4 колена). Уделять внимание каждому конкретному индивидуму, структурам власти затруднительно да в общем и не к чему. Поскольку с точки зрения индивидума государство подобно собственной печени, если не знаешь где живет эта печень и как устроена, то она здоровая. Более того, именно отсутствие заботы обо мне со стороны властей позволяет мне быть свободным и чувствовать себя человеком а не гражданином.

НАРОД И ВЛАСТЬ

Я полагаю. Любая власть строится на принципах "общественного договора".
Однако суть договора мне представляется немного иначе.

Во первых, Власть обязана заниматься долгосрочными проектами: То есть, представлять каким станет общество и мир при детях моих детей (лет так через 30-60). И прилагать усилие чтобы общество сохранилось (как минимум).

Во вторых: Власть должна более-менее (желательно чтобы более, чем менее) справедливо решать: Разрешать возникающие споры как между мной и другим частным лицом. И главное, споры возникающие между частным лицом и группой (рабочий коллектив, семья, объединение по интересам и т. п.).

В третьих: Защищать семью, город, область и далее до страны включительно от внешнего насилия. Не мешая мне самому обеспечивать собственный (и моей семьи) покой и сытость. Это важно, власть не должна меня кормить, она должна не мешать мне кормится самому (соответственно в рамках второго пункта).

В свою очередь обязанность частных лиц. не определеяться так однозначно. Так как возможны варианты.
Если человек работает в производственной сфере. Его обязанность создавать сытость, и возможность власти в реализации долгосрочного проекта.
Если человек служит. Он должен, служить (с достоинство и без раболепия) то есть покой.
Это на вскидку... Но тема интересная. вероятно продолжу в своем блоге

12 октября 2010, Александр Птицын (США)

С геополитической точки зрения Москве, как верховному и полностью самостоятельному юридическому субъекту РФ над всеми и вся пришло окончание по мере формирования Новой Русской Империи. Караул устал. Вся страна в финансовом и политическом смысле имеет меньше веса, чем "Масква и масквичи". Не демократично все это по отношению ко всему остальному населению Периферии. Москва не вписалась в схему федеральных округов: некая страна в стране со своим отдельным правительством и парламентом и законом, а примитивный вопрос с автомобильными пробками решить не могут.



Хотя тут все просто, если не можете увеличить количество хороших дорог в Москве, так почему бы не убавить количество машин путем налога за московский номер и за нахождение транспорта в столице в дневное время? Студенты любого университета могут вычислить максимальное количество машин для города, которые разъедутся в час пик без пробок. Ну со студентами это я загнул, а вот для второгодника в третьем классе в самый раз будет.

Москва, как столица, более полноценно не обслуживает ни одной своей функции, находится в стратегически уязвимом месте и в географическом смысле на периферии современных политических центров тяжести (Азия), имеет инфраструктуру 18 века, десятки тысяч гос учреждений стоят на золотой московской земле без финансовой на то причины. Москва исчерпала пределы роста: еще один лес под корень, еще одно кольцо, еще один очень случайный пожар в историческом здании, а что далее?

Единственный, мощный внутренний резерв роста Москва-мегаполис это перенос столицы на новое место с выводом из города всех военных частей и всех федеральных государственных организаций. В современной истории был сделан перенос столицы Казахстана в Астану и не без оглушительного успеха, даже как-то трудно этого не заметить и не примерить на Россию.

Наиболее известные столицы России: Киев, Москва, Питер, снова Москва. Была масса и менее известных столиц, но не менее важных для истории России. Каждая столица служила вполне конкретной геополитической (военной) цели. Заслуживает внимания исход русских из Киевской Руси, своей русской столицы Киева, в леса необжитого и глухого московского междуречья. Причина проста: для конницы врага нужна была степь, а не лес. Киев находится в степи и ни одна армия за всю историю человечества Киев защитить и удержать не смогла.

Киев, Москва, Питер, снова Москва как столицы России целиком и полностью выполнили свое историческое предназначение. Возможно следует принять тезис о неизбежном мировом конфликте за ресурсы и рынки сбыта готовой продукции (колонии) и в свете приближения большого конфликта рассмотреть возможный перенос столицы России на совершенно новое место. Самое время прикрыть окно в Европу и открыть дверь в Азию.

Стратегически это Уральский Хребет, хотя могут быть и другие варианты. Трудно, дорого, но дешевле того что происходит в Москве в финансовом и политическом смысле. Петр Первый и его элита смогли, хотя у них не было возможности продать несколько государственных зданий в центре Москвы и построить на эти деньги новую столицу в новом месте.

Ребят, прикиньте масштабы распила, размеры откатов, новые возможности карьерного роста, списание старых номенклатурных грешков за новые заслуги на новом поле, положительный эмоциональный подъем в обществе, занятость в экономике. Дорого продали государственные здания в одном месте, дешево построили в другом. Как бы, типа. Можна канечна не строить новую столицу, а долго и нежно смотреть друг на друга и будет счастье как в Европе.


http://sasha-portland.livejournal.com/

А что думаете вы?

Комнет к предидушему...Странно вроде бы текст размещен в блоге радетеля за Россию.

Умиляют меня "марши несогласных"...
Оппозиция (ориентированная на западные образцы), как ни крути антинациональная, пытается взять власть при помощи националистов (в хорошем смысле). Которые, с не меньшей наивностью полагают, что правительство Березовского-Каспарова пустит их к рулю в случае победы... еще и "нетрадиционносексуалы"
подмешались. Дикая смесь, редьки с молоком. Ох не блеванула бы, от нее, страна – кровушкой...

Конец Третьей эпохи
Версия для печати Комментарии [20]


Три кризиса


Первый тип кризиса – это кризис позднего феодализма, кризис «длинного XVI века» (1453–1648 гг.). В середине XIV в. по Европе пронеслась эпидемия чумы, выкосившая 20 миллионов из ее 60-миллионного населения. В результате «сделочная» позиция крестьянина по отношению к феодалу резко усилилась – рабочих рук стало не хватать. В течение 30–40 лет сеньоры пытались силовым способом вернуть прежнее положение вещей, снова приводя «подлую чернь» к покорности. Ответ не заставил себя ждать долго. В 1378–1382 годах прокатываются восстания «белых колпаков» во Франции, Уота Тайлера в Англии и чомпи – во Флоренции. По сути это была народная антифеодальная революция, надломившая хребет феодализму и его господствующему слою. Под давлением крестьян и бюргеров сеньоры оказались в ситуации, когда впереди замаячила угроза утраты статуса, привилегий, и часть богатства и превращения в лучшем случае в верхушку крестьянского или бюргерского рая. Альтернатива – уступить часть привилегий традиционному противнику, т.е. центральной власти, королю. Это было меньшим злом, и оно-то и было выбрано.


В результате в XV в. начинают появляться централизованные структуры весьма репрессивного типа – «новые монархии» (Людовика XI во Франции, Генриха VII в Англии, которые начинают не только ограничивать знать, но и давить низы. Возникает государство – state (точнее lo stato – этот термин «запустил» Макиавелли), которое оказалось социальным оружием двойного назначения: королевской власти против знати и королевской власти и знати – против низов. С возникновением государства совпали открытие Америки и, как следствие, оформление нового международного разделения труда, от которого выиграли верхи, и военная революция. Всё это резко изменило социальную ситуацию – началось наступление верхов на низы. В ходе этого наступления, в основе которого лежало формирование нового международного разделения труда (североатлантическая мир-система) и военная революция экс-сеньоры превратились частично в постфеодальную знать небуржуазного типа, частично в протобуржуазию – системообразующие элементы особого строя в истории Европы – Старого Порядка, который не является ни феодальным, ни буржуазным, а потому оказался пропущен в либеральных и марксистских теориях (а точнее, мифологиях) истории.
Способом формирования этого порядка стали религиозные войны, черту под которыми подвели Тридцатилетняя война (1618–1648 гг.) и Вестфальский мир (1648 г.). Как показывают исследования, 80–90% семей, которые контролировали Европу в 1453 г., в 1648 г. сохранили свою власть. Таким образом, в ходе кризиса «длинного XVI века» позднефеодальная верхушка осуществила успешный системный трансгресс, транслировав, перенеся себя в будущее и сохранив привилегии и богатство посредством создания новой системы. Естественно, это не был сознательный проект, работали социальные инстинкты, но работали они в правильном направлении. Позднефеодальная верхушка не позволила низам снести себя и обрушила на них новую систему. В последней она заняла место «капиталистической» (в смысле – связанной с мировым рынком) знати, а позднее – в первой половине XIX в. – отчасти трансформировалась в буржуазию, отчасти уступила ей место, слившись с ней.


Второй тип кризиса – позднеантичный. Если сеньорам (феодалам) удалось сохранить власть, создав новую систему и превратившись в аристократию североатлантической мир-системы и «капиталистов против своей воли» (Лахман), то позднеантичные господствующие группы были сметены (вместе с их системой и цивилизацией) двойным ударом того, что Арнольд Тойнби назвал бы союзом «внутреннего и внешнего пролетариата». Если сеньоры, грубо говоря, поставили внешнюю среду себе на службу, то прогнившую позднеантичную верхушку смела именно внешняя среда: античная периферия затопила античный центр. Здесь налицо комбинация внутреннего (падение эффективности экономики, распад социальных связей, деградация правящей элиты, упадок её культурной гегемонии, варваризация общества, демографический кризис) и внешнего – Великое переселение народов – кризисов.


Варвары уничтожили внутренне уже варваризировавшийся мир. При этом масса варваров была фактически «выкормлена» римлянами на границах - для них были созданы удивительно благоприятные в демографическом плане условия! Племена германцев селились в порубежье с разрешения Рима (таким образом он избегал войн с ними), получали статус «федератов» (союзников) - и пользовались плодами имперской культуры, переходя к более производительному сельскому хозяйству. И бурно размножались. За несколько веков такой политики варвары усилились и обрушились на Рим, уничтожив высокоразвитую культуру и на много веков погрузив тогдашнюю Европу во тьму невежества и раздробленности. Позднеантичный кризис – это кризис без будущего, или кризис с сильно отложенным будущим: уровня развития античного общества I–II вв. н.э. Европа достигла в XI–XIII вв., а по ряду показателей – лишь в XVI–XVII вв.
Третий тип кризиса – самый страшный, наиболее продолжительный – это кризис верхнего палеолита. Он начался примерно 25 тыс. лет назад и закончился за 10–8 тыс. лет до н.э. так называемой «неолитической революцией», т.е. продолжался около 15 тыс. лет, 150 веков – это не пять первых «тёмных веков» Европы (V–IX вв.) или три века второго «темновековья» (середина XIV – середина XVII вв.). Кризис верхнего палеолита был кризисом присваивающего хозяйства – прежде всего высокоспециализированной охоты на крупного зверя, которая обеспечивала высокий уровень избыточного продукта, а следовательно, значительный демографический рост. В какой-то момент численность населения и ресурсы пришли в противоречие и начался кризис – экономический, демографический, экологический, социальный, т.е. тотальный системный кризис, который усугублялся ухудшением природно-климатических условий. Результат – уменьшение населения на 75–85%, социальная деградация, примитивизация искусства, 150 веков жесточайшей борьбы людей за выживание – с природой и другими людьми. Переход к производящему хозяйству – земледелию и скотоводству – произошёл не от хорошей жизни, то была адаптация к условиям кризиса. В результате этой адаптации возник мир, в котором мы до сих пор живём и который, по-видимому, заканчивает своё существование на наших глазах. Я поясню свою мысль.


Если попытаться соотнести системный кризис, в который вползает капитализм, с кризисами прошлого, то получается неутешительная картина: глобальный кризис несёт в себе характеристики всех трёх названных выше кризисов в «одном пакете», это «кризис-матрёшка», или, если угодно, «кризис-домино», где один тип кризиса автоматически тянет за собой другой, «включая» всю цепь.
Как мы помним, позднефеодальный кризис – это демонтаж существующей системы в интересах господствующих групп. Если согласиться с тем, что с середины 1970-х годов по нарастающей идёт демонтаж капитализма в интересах его господствующих групп, то мы получаем аналогию с кризисом «длинного XVI века». С той лишь разницей, что нынешнее глобальное «восстание элит», в отличие от «североатлантического» в XVI в., происходит на научной основе, его реализуют на основе разработок многочисленных «фабрик мысли» и т.д. Суть – та же. С одним существенно важным отличием: кризис XVI в. был внутренним европейским кризисом, в котором периферия – варварская, т.е. стоящая на более низком уровне периферия, – практически никак не участвовала, не угрожала обществу, и именно это отсутствие внешней угрозы во многом и обусловило успех. (По сути, этой периферии не было – Запад сам был в это время периферией.)


Нынешняя ситуация – иная. Глобальная система делится на ядро (Север, «неоимперию») и периферию (Юг, зону неоварварства). Как почти две тысячи лет назад это произошло в Римской империи, когда Рим стимулировал демографический рост варваров, селившихся по периметру его границ, Запад в ХХ в. спровоцировал мировой, демографический взрыв, а точнее, демографический взрыв на периферии. И бóльшую часть этой выросшей огромной социобиомассы сегодня не просто отсекают от «общественного пирога», но вообще выталкивают из социальной жизни. Я имею в виду так называемых «трущобных людей», численность которых достигла миллиарда человек.


Трущобные «города» становятся главными конурбациями во многих странах Юга. Это – зоны бедности и самовоспроизводящегося социального распада. Как заметил социолог Майкл Дэвис, «брутальная тектоника неолиберальной глобализации после 1978 года аналогична катастрофическому процессу, впервые создавшему “третий мир” в период поздневикторианского капитализма (1870–1900 годы)», только сегодня ситуация намного хуже и безнадёжнее: эпоха крестьянских войн и национально-освободительных движений позади, впереди – намного более страшные конфликты социально дезорганизованного населения, трущобного люда, с социально дезорганизованным.
Согласно прогнозам, между 2030 и 2040 годами численность Slumland’а достигнет 2 млрд. (при численности населения планеты – 8 млрд.). По мнению специалистов, ни экологически, ни социально-экономически, ни психологически такой численности, такой концентрации, такой обездоленности и отверженности мир трущоб выдержать не сможет и его обитатели выплеснутся во внешний мир, устремившись туда, «где чисто и светло». И это будет похлеще Великого переселения народов V–VII вв. Трущобники начнут штурмовать сначала более благополучные страны самого Юга, а затем, сметая «государства-буферы», – Европу, Северную Америку и, по-видимому, Россию. Здесь они пойдут уже проторенным в ХХ в. путём мигрантов с Юга. Более того, выходцы с Юга на Север – а согласно прогнозу, в 2020–2030 гг. они составят 30–40% населения крупнейших городов Севера, т.е. его «андеркласс», – оказываются объективными союзниками новых волн мигрантов из Slumland’а. Перед нами – смычка «внутреннего пролетариата» и «внешнего пролетариата», направленная против социально организованного населения Севера.


Здесь есть ещё один очень важный аспект. Основная масса населения Юга (включая мир трущоб), с одной стороны, и «южного» сегмента Севера, с другой стороны, – это молодые люди. В вышедшей недавно книге «Сыновья и мировое господство: роль терроризма в подъёме и падении наций» Гуннар Гейнсон пишет о том, что демографический провал наступает тогда, когда в популяции – менее 80 мальчиков на 100 мужчин возраста 40–44 лет. Это ситуация Западной Европы (например, в Германии – 50 на 100, т.е. демографический провал). На Юге ситуация диаметрально противоположная: в секторе Газа (Палестина) это соотношение 464 на 100, в Афганистане – 403 на 100, в Сомали – 364 на 100, в Ираке – 354 на 100. Ясно, что Юг – это демографическое будущее мира: с 1900 по 2000 г. население исламского мира выросло со 150 млн. до 1 200 млн. – 800% роста; Китая – с 400 млн. до 1 200 млн. – 300% роста; Индии – с 250 млн. до 1 000 млн. – 400% роста. И, повторю, огромную часть этой биомассы составляет молодёжь. И на Севере основная масса выходцев с Юга – молодёжь. А ведь хорошо известно, что как только численность молодёжи в обществе достигает 25–30%, происходит взрыв насилия. Джон Голдстоун хорошо показал это в своём исследовании Реформации и крестьянской войны в Германии XVI в., но сюда же относятся Французская революция 1789–1799 гг., практически все революции ХХ века. Миграция «южан» на Север – это миграция в первую очередь молодёжи.


Таким образом, в самом ядре капсистемы мы имеем, с одной стороны, сытое, белое, атомизированное христианское (формально, поскольку нынешний Запад – это уже во многом не только постзападное, но и постхристианское общества, которому «толерантность» и «политкорректность» не позволяют защищать свою культуру и свои ценности как от своих «меньшинств», так и от чуждых внешних сил) население главным образом пожилого и среднего возраста, с другой – голодное, чувствующее себя обделённым и отверженным население.
Исход противостояния в целом ясен, даже без вторжения трущобников. О перспективах белых европейцев писатель Сергей Хелемендик говорит: «Они уже закончили своё существование в истории, их уже нет. Пока они сидят в своих банках и считают хрустящие бумажки, их улицами овладели заторможенные от многовекового пещерного инцеста албанцы, счастливые от возможности разбавить наконец свою не в меру густую кровь». При этом нужно помнить, что мигранты с Юга часто организованы не только клановым образом, но и криминальным, что ещё более обостряет ситуацию, усиливают тенденции неоварваризации и неоархаизации.


Таким образом, уже сейчас видно, что попытка западных элит провести трансгресс по типу «длинного XVI века» не увенчается успехом – кризис позднефеодального типа плавно, но необратимо перетекает в кризис позднеантичного типа и почти одновременно с «восстанием элит» в ядре капсистемы и её периферийных анклавов начинается восстание низов, грозящее перерасти либо в глобальную социальную революцию (если найдут союзников в социально более высоких группах), либо в глобальный бунт. Это та серьёзная проблема, которую придётся решать мировой «закулисе», и уже сейчас ясно, что ни сокращение населения Юга и вообще бедноты «эволюционным» (программы планирования семьи) или «революционным» (от насильственной стерилизации до штучек вроде СПИДа) путём, ни попытки решить вопрос с помощью управляемого хаоса, натравив мусульман на Россию, Китай или – менее вероятно – Индию, результата не дадут.


Тем более что кризис позднеантичного типа тянет за собой ещё один – типа верхнепалеолитического. Капитализм, в отличие от феодализма и рабовладения, не локальная, а мировая (сегодня – уже глобальная) система, и системный кризис такого социума может быть только глобальным и тотальным, охватывая экологию, демографию и т.д. и превращая социальный системный кризис в кризис, как это уже было в конце верхнего палеолита, отношений Общества и Природы, в кризис биосферы и рода Homo sapiens. Капитализм в его нынешнем состоянии несовместим с нормальным функционированием биосферы. И хотя многие экологические страшилки проплачены заинтересованными ТНК и не имеют отношения к реальности, ситуация весьма серьёзна.


«Кризиса-матрёшки» не избежать – мы уже в нём. Но надо постараться сократить его и «тёмные века», которые последуют за ним, и пройти оба периода с минимальными потерями для рода человеческого, общества и культуры, поскольку кризис, о котором идёт речь, предполагает целый ряд серьёзнейших потерь, которые несопоставимы с потерями, которыми грозили позднефеодальный и позднеантичный кризисы. Ближайшая аналогия – верхнепалеолитический кризис, но нынешняя ситуация намного опаснее: огромное по численности население; запасы страшного смертоносного оружия, которые объективно доступны небольшим группам и даже одиночкам; скопившаяся социальная ненависть, завязанная тугим узлом с расовой, национальной, конфессиональной – «то-то сейчас рванёт!».


Первый взрыв связан с численностью населения: разрушительные возможности человечества растут вместе с созидательными, заметил Станислав Лем, а иногда обгоняют их. Верхнепалеолитический кризис уничтожил 75–85% населения. Нынешний – объективно – должен снять нынешнее демографическое давление на ресурсы планеты, на биосферу, это может оказаться до 90% населения (7 млрд. из 8 млрд.). Но даже если показатель глобальной «чистки», «пересортировки» и «выбраковки» человечества окажется ниже, результаты сокращения численности с помощью тех видов оружия массового поражения, которые имеются, могут наложить на популяцию такой отпечаток, нанести такой удар по генофонду, который обусловит её психофизическое вырождение, т.е. вырождение человека как вида.


Второй взрыв – всеобщая, глобальная криминализация. Социальные кризисы, тем более системные, всегда сопровождаются ломкой социальных правил – нарастает криминализация. Как минимум это означает, что старое общество начинает умирать – его механизмы контроля не срабатывают, как максимум – начинает возникать новое общество, причём в криминальной, асоциальной форме. Значительная часть населения планеты сможет – и будет – «вырываться из социального ада» (Фернан Бродель) трансгресса, сбившись в стаи. Итак, размывание границ нормальной жизнью, асоциализация посткризисного социума – вот ещё один потенциальный взрыв XXI века.
Третий взрыв связан вот с чем. В периоды острых социальных кризисов социальное приглушается и резко возрастает роль того, что называют биологической составляющей в поведении человека. На самом деле, строго говоря, речь должна идти не столько о биологизации социальных процессов (хотя внешне дело нередко выглядит так), сколько о выходе на первый план дочеловеческих форм социальности («несоциальных животных не бывает» – «правило Эспинаса»), зоосоциальности. Кризисные эпохи – это эпохи повышенной зоосоциальности, когда в человеке, в обществе словно выстреливает дочеловеческое прошлое.


В разные эпохи в человеке по-разному соотносятся социальное и биологическое, зоосоциальное (дочеловеческая социальность) и социальность собственно человеческая. В кризисные, революционные эпохи из закоулков человейника, как тролль из табакерки, выскакивают хищные, асоциальные особи. «Социальная революция устраивается не “социальными низами”, а биологическими подонками человечества», – писал Иван Солоневич. Разумеется, революция – более сложный процесс, чем выброс зоосоциальности, но в целом Солоневич зафиксировал очень важную черту, которую можно заметить во всех революциях – от французской (это замечательно показал Ипполит Тэн) до русских, коммунистической 1917 года и антикоммунистической 1991 года.


Конечно же, сам выброс «биологии», зоосоциальности в кризисные эпохи происходит по социальным законам; другое дело, что реализуются эти законы по-разному в нормальные и кризисные эпохи и реализуют их особи с разным соотношением антропосоциального и зоосоциального («биологического»). Время кризисов – это время главным образом людей-рептилий, гомозавров. Это – не метафора, а фиксация реальности, связанная с исторической структурой человеческого мозга. В середине 1990-х годов я писал об этом в «Колоколах Истории» (М., 1996. – с. 352–353; подр. см.: Саган К. Драконы Эдема. – М., 1986), поэтому здесь повторю вкратце.
Согласно Полу Маклину, морфологически самая старая часть мозга – Р-комплекс (рептильный мозг), доставшийся нам с наследство от рептилий – первых существ, у которых количество информации в мозгу превышает количество таковой в генах. Следующая эволюционная система, наслаивающаяся на рептильный мозг и заключающая его в себя по принципу матрёшки, – лимбический мозг, он является достижением млекопитающих. И, наконец, неокортекс – новая кора, являющаяся человеческим, «слишком человеческим», вкладом. Между тремя мозговыми структурами существует некое разделение труда. Неокортекс отвечает за специфически человеческие (волевые, целеполагающие) усилия, включая использование знаков, предвидение событий, сопереживание и ряд других функций. Лимбическая система, в глубине которой находится гипофиз, генерирует яркие эмоции, связанные с радостью открытия нового (творчество), с эстетическим восприятием мира, с альтруистическим поведением, восприятием вкуса, творчеством. Наконец, рептильный мозг играет важную роль в агрессивном, ритуальном и территориальном поведении, в установлении групповой иерархии, в том числе через половое поведение (контроль над самками, управление доступом к ним) и контроль над территорией. Здесь нет обратных связей, чаще всего имеет место бесстрастное осуществление любого поведения, диктуемого либо одним из полушарий, либо генами, инстинктами.


Разумеется, нет таких людей, у которых действовал бы только один из трёх мозгов – работают все, но с разной силой, а потому соотношение мозгов, их иерархия-субординация у разных людей разная. Люди с доминированием Р-комплекса – гомозавры.


Одна из главных задач социальной системы – обеспечить «неокортексное» поведение человеческих особой и проконтролировать, чтобы в социальные отношения, особенно в производственные, не прорвалось социальное поведение рептильного типа в его чистом, непосредственно-природном виде (опосредованно оно воплощено во многих социальных институтах и практиках). В нормальные эпохи общество в целом справляется с этой задачей. Однако в эпохи кризисов и революций, когда «век вывихнут», а нормы и институты ломаются, происходит прорыв рептильного типа, его массовый выход на историческую сцену – привет из палеозоя.
Хищники разного калибра, сволочь в строгом смысле этого слова, – вот ударная сила любой революции, любого кризиса. В послекризисные эпохи значительную часть гомозавров отстреливают, им на смену приходят хищники помельче – воры (яркие примеры – Директория во Франции, послесталинская вороватая номенклатура в СССР), социальная жизнь становится менее опасной и более системной и ограничивает рептильное поведение.


Глобальный кризис, в который вползает капсистема, вызовет глобальный выброс гомозавров с их биологией и зоосоциальностью на всех уровнях – сверху донизу – и резко увеличит их роль, а следовательно, роль биосоциальности в социальных процессах. Многие черты этого процесса уже видны по изменившемуся экстерьеру киногероев (привет из каменного века), рекламе демонстративно асоциального поведения на ТВ, агрессивным формам гомосексуализма и феминизма.


Итак, глобальный кризис вполне может поставить на повестку дня вопрос о роде Homo. Поскольку кризис будет протекать в условиях борьбы растущего населения за уменьшающиеся ресурсы (в том числе продовольствие и воду), в его условиях встанет вопрос о сокращении численности населения – вопрос если не биосоциальный, то социобиологический. Homo уже проходил это во время верхнепалеолитического кризиса и «прошёл» (с огромными потерями) за 15–20 тыс. лет. Тогда, однако, кризис носил суммарно-локальный, а не глобальный характер; не было единого планетарного человечества; Земля не была напичкана атомными станциями, предприятиями с вредным производством, ядерным, биологическим, химическим и иным оружием. Впрочем, как показывает пример хуту и тутси, региональный геноцид вполне можно устроить с помощью обычного оружия, вооружив АКМами 12–14-летних детей.
Финал глобального кризиса капитализма (особенно в условиях прогнозируемого геологами на вторую половину XXI в. усиления геологической активности, вероятности изменения наклона земной оси, наступления нового ледникового периода, только теперь уже не малого, и т.п.) вообще может оказаться схваткой Homo и биосферы, а внутри самого Homo – Homo sapiens и Homo robustus – по принципу «кто кого». Для того чтобы пройти кризис, нужна принципиально новая философия отношений с природой, мы должны заново осмыслит, а не просто переосмыслить (unthink, а не rethink) не только геокультуру Просвещения, но также христианство со средневековой теологией вкупе и античную философию, стартовав от её отцов-основателей другим интеллектуальным путём – с учётом всех или почти всех сделанных в субъектном потоке исторического развития за последние 25 веков интеллектуальных и политических ошибок. Новая философия должна быть хотя и альтернативно-европейской, но европейской, а не заимствованием у буддизма, индуизма или конфуцианства: «вечный покой – для седых пирамид», нам же нужен прометеевско-фаустовский дух горения – на том стоим и не можем иначе.


Мир доживает последние относительно спокойные десятилетия перед «кризисом-матрёшкой», аналогов которому не было и который, похоже, сметёт не только капитализм с его сторонниками и противниками, но и всю посленеолитическую цивилизацию. И если человечеству удастся, пусть сократившись в численности до 0,5–1,0 млрд., пережить его, то новый социум, скорее всего, будет отличаться от Цивилизации (Мира Пирамид – в том смысле, что египетские пирамиды – главный символ всей посленеолитической эпохи) не меньше, чем она отличалась от палеолита. Некоторые контуры постпереломного мира уже видны, но это выходит за рамки данной статьи.


Кризис, в который вполз позднекапиталистический мир (для нас, подобно язычникам, страдающим от язв христианства, этот позднекапиталистический кризис начался крушением советского антикапитализма) носит объективный характер. Реальная задача – пройти его с минимальными потерями и как можно быстрее, не дав ему растянуться на тысячелетия, а сократив до полутора-двух веков. Вспоминается азимовская «Академия» (Foundation), где, согласно математику Селдону, крушения галактической империи в силу его объективного характер, нельзя было избежать, но можно было сократить кризисные «тёмные века» с тридцати тысяч лет до одной. Конечно, фантастика – это фантастика, а реальность – это реальность, но в нашей жизни они тесно переплетаются – и чем дальше, тем больше.


Что можно противопоставить кризису, к которому привела этика менял и ростовщиков с их вульгарным материализмом и возведённым в ранг высшей ценности удачным гешефтом? Во-первых, новую этику – кшатрийско-брахманскую, этику воинов и священников. Во всех других социумах, кроме западноевропейского, традиционная аристократия умела выводить социальную гниль, гасила её рост. В Европе в XVII–XVIII вв. аристократия, обработанная протестантизмом, а затем Просвещением сама оказалась заражённой «новыми ценностями» и не смогла сопротивляться сначала вкрадчивой, а затем всё более наглой поступи «цивилизации ссудного процента».


Новая этика требует определённых условий. Достаточное условие – властная воля принципиально новой мировой элиты, «заточенной» именно под коллективное прохождение кризиса. Кто-то скажет: появление такой элиты – фантастика. А появление сталинской элиты как единственного средства суверенного выживания России и русских в мире ХХ в. – это не фантастика?


Однако помимо достаточного условия – воли – есть необходимое – разум, знание. Нам нужно принципиально новое по содержанию и по-новому организованное знание о современном мире как целом и как о совокупности элементов (включая Россию). Нам нужно знание о верхах и о низах современного мира, о криминальной по сути глобальной экономике, о формах манипуляции историческим процессом и о многом другом. Современная западная наука об обществе, триада «экономика – социология – политическая наука», отражающая реалии уходящего мира и не способная не только объяснить, но даже адекватно описать переломный мир – это такой же импотент, каким был советский истмат, а возможно и хуже. Я уже не говорю о том, что нейтрального знания нет, что нынешняя наука об обществе (как СМИ, кино и т.д.) отражает интересы корпоратократии и их «шестёрок» во всём мире и во всех сферах – от власти до науки.
Выход из кризиса предполагает создание нового знания, принципиально новых дисциплин (или эпистемологических программ), с новыми методологиями и новыми предметами исследования. Нам предстоит в короткий срок (время не ждёт) разработать адекватную теорию капитализма как частный случай теории социальных систем, методологически построенной на отрицании прежде всего наследия буржуазного XIX в. – триады «экономика – социология – политическая наука»; это тот путь критики политической экономии, которым двинулся Маркс в работе над «Капиталом» и который он так и не прошёл до конца, а марксисты, за редчайшими и не делающими погоды исключениями, вообще с него свернули.


На основе этой теории нам предстоит переосмыслить многое в вопросе о соотношении субъекта и системы, «проектно-сознательного» и «естественного» в истории, прежде всего – в её переломные эпохи, когда проект и решения небольшой группы «весят» не меньше, чем массовый порыв. Нам предстоит ревизия всей геокультуры Просвещения и многих христианских идей, особенно всего того, что касается биологии, «природной природы» человека в различных её измерениях. А для этого надо будет всерьёз покопаться в античной философии. Разумеется, это легче сказать, чем сделать, но другого выхода нет. Именно создание нового знания, в центре которого – Великий перелом XXI в., формирование «зловещего интеллектуального превосходства» (Карл Поланьи) над противником, и есть передовая линия фронта в борьбе за выход из кризиса максимального числа людей в минимальные сроки, за более эгалитарный и справедливый мир, нежели капиталистический или какое-либо новое издание неорабовладения в виде глобофашистского кастового строя, освящённого неоиудаизмом (синтез, а то и просто смесь протестантизма, иудаизма и масонских идей) или оккультизмом.
И, естественно, за сохранение русского мира и русскости в постпереломном мире, поскольку, похоже, именно России готовят роль главного театра военных действий (экономическая, социальная и информационная войны). Надо ли в очередной раз таскать каштаны из огня для чужого дяди? Необходимо очень чётко осознавать свои интересы в переломную эпоху и биться за них как за свою историческую правду, руководствуясь принципом «Не верь. Не бойся. Не проси». В этом случае есть надежда, что мы пройдём кризис, в который погружается Мир Пирамид, пройдём – и другим поможем, тем, кто заслужил. И тогда произойдёт так, как говорил крупнейший деятель нашей истории: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».





Фурсов Андрей Ильич (р. 1951 г.), канд. ист. наук. Директор Института русских исследований Московского Гуманитарного Университета.



http://m-kalashnikov.livejournal.com/597309.html

Право на интеллектуальную собственность, предполагает наличие интеллекта.

"Мосгордума предлагает штрафовать пользователей за скачивание фильмов из Интернета. Об этой инициативе народных избранников рассказал депутат Александр Милявский. По его словам, размер штрафов может доходить до 500 рублей........."

Постоянный адрес статьи:
http://www.utro.ru/articles/2010/08/26/917614.shtml

АГА сейчас, можно подумать, что нынешние фильмы такая ценность.
Как ни странно, но более всего о пиратстве, говорят те режиссеры, фильмы которых можно и не посмотреть, а за денежку и вообще...

Несколько мыслей не кстати.

Уж больно, оппозиционная у нас оппозиция... Борется против существующей власти, борется за власть.
И только за Родину, за Россию-Матушку она не борется.
Нет лозунги, самые замечательные, только не понятно как их реализовать. Создаётся впечатление, что если посадить в тюрьму пару-тройку лидеров, мы сразу заживем счастливо и богато. А ежели поставить к стенке всё нынешнее правительство то и вовсе, снизойдет нам манна небесная и будем жить мы как в раю.
К сожалению, я слишком хорошо учил историю, чтобы поверить в благодать государственных переворотов.

"Все менее и менее сдерживают кого-либо религия, семья, любовь к отечеству,
и именно поэтому, что они все-таки ещё сдерживают, на них более всего обращаются
ненависть и проклятия всего человечества.
Они падут, и человек станет абсолютно и впервые "свободен".
Свободен как атом трупа, который стал прахом"
Константин Леонтьев.
Сейчас, к сожалению, они перестали сдерживать даже многих искренних защитников
религии, семьи и любви к отечеству....

PS. цитату нашел здесь.
http://odnakoj.ru/
рекомендую

"Второй [кризис] был организован в 1920 г. В его механизме сумел разобраться конгрессмен Линдберг, в своей книге «Экономические тиски» он писал: «Согласно закону о Федеральном Резерве, паники создаются на научной основе. Данная паника была первой, созданной научно, она была просчитана подобно математической задаче». Действительно, ФРС стала готовым инструментом для организации кризисов. В 1920 г. был резко сокращен кредит, банки получили указание требовать возврата долгов. Итог – разорение миллионов американских фермеров, их земли были подешевке скуплены крупными финансовыми корпорациями. Кроме того, вылетели в трубу много мелких и средних предприятий и 5400 банков. Какая задача преследовалась? Как ни парадоксально, сокрушение «классического» капитализма. На словах от него, разумеется, никто не отказывался, но уничтожалась база свободного предпринимательства. Весь американский бизнес должен был перейти под контроль группировки могущественных олигархов. Кризис 1920 г. начал этот процесс, Великая Депрессия 1929 г. завершила".

Какая разница, для работника, кто он далекий управляюший, назначенный директор или чатное лицо.
Характер управления будет подобен управлению предприятием в совецком союзе.

Господа! Будте бдительны! Под видом демократов и либералов к нам лезут недобитые коммунисты!

Помоему у нас изчезло, понимание о том что мотыга как стоила бутылку водки, так и будет стоить,
независимо, от того в каких цифрах и валюте это выраженно.
Главное что бы банки свои проблемы, не решали за счет населения.

22.12.2007

Михаил Хазин

КОГДА РУХНЕТ ПИРАМИДА

Мировая финансовая система в одном шаге от краха

НУЖЕН НОВЫЙ ВЗГЛЯД НА МИР

Повторим здесь основные выводы. Сегодня действующая мировая финансово-экономическая парадигма находится не просто в состоянии кризиса – она находится на грани краха, предотвратить который невозможно. А значит, необходимо разрабатывать новые парадигмы, причем начинать надо с понимания того, на каких базовых, ценностных основах их необходимо строить. Эти вопросы в рамках своей деятельности сегодня ставят перед собой многие эксперты, в частности, можно отметить и «Русскую доктрину», фундаментальный документ, созданный под руководством экономиста Андрея Кобякова и философа Виталия Аверьянова, и деятельность Русской православной церкви. Однако есть и группа, которая целенаправленно работает в указанном направлении, формируя новую науку, специально направленная на достижение этих целей, науку, истоки которой восходят к известному русскому философу начала ХХ века Сергею Булгакову. Называется она «философия хозяйства» и активно развивается на базе Центра общественных наук МГУ и лаборатории философии хозяйства, которыми руководит известный отечественный экономист и философ Ю.М. Осипов и его научная школа.

ЗОЛОТО ПОГУБИЛО КАТОЛИЧЕСКУЮ ЕВРОПУ
При этом нужно учесть, что система эта построена не так давно: ссудный процент, основа современной банковской системы, был открыто разрешен в Европе только в XVI веке, а система частных Центробанков установилась только в веке XIX-м. До этого более 1500 лет в Европе действовала ветхозаветная ценностная модель, жестко осуждающая ростовщичество. Да, разумеется, как явление оно существовало, но обществом в целом осуждалось и никак не могло быть основой экономики. Даже торговые республики Италии (Венеция, Генуя) и Ганза использовали ссудный процент только в рамках торговых операций, скорее, как страховой взнос, производство в них было вполне традиционным, цеховым.

Но в XVI веке случилась экономическая катастрофа всеевропейского масштаба – завоз колоссального количество золота из Нового Света разрушил систему денежного обращения в Европе, построенную на золоте. Особенно сильно это ударило по северу континента, с его и без того не самыми высокими урожаями, вопрос встал о физическом выживании колоссального количества населения на очень большой территории. В частности, необходимо было найти резервы для перестройки местной системы хозяйствования и придумать новую экономическую систему, обеспечивающую выживание населения.

Таким ресурсом стали богатства, накопленные католическими монастырями, найден был и повод их получить – одна из многочисленных христианских ересей, возникающих и затухающих на протяжении веков, получила мощный источник для развития, и началась Реформация. Отметим, что в исходных тезисах Мартина Лютера запрет на ростовщичество еще содержался, но затем, в рамках разработки новой экономической практики, он был прочно забыт. Настолько прочно, что в современной «западной» традиции профессия банкира представляется как «достойная и уважаемая» людьми во всю историю человечества.

Следствием использования ссудного процента явился и еще один экономический феномен – технологический прогресс. Сегодня он настолько вошел «в плоть и кровь» современного человека, что мы уже не представляем себе жизни без него – хотя явление это достаточно молодое, ему примерно столько же лет, сколько концепции о достойности профессии банкира (ростовщика).

При перепечатке и цитировании материалов ссылка на RPMonitor обязательна
© RPMonitor.ru, 2006 - 2008 | © Фонд "Русский предприниматель", 2006 - 2008

Пиво – это ещё одно доказательство того, что Бог нас любит и хочет чтобы мы были счасливы.

Главное не добежать до туалета, а до нести!

Слон - это лысый медведь, с длинным носом!