Однажды в июне писатель Сергей Е. и писатель Макс Ф. отправились в Таллин. Дорога в Таллин, как известно, лежит через Ригу. А в Ригу - через Паневежис.

Поэтому в Паневежисе писателей встречали молодые люди с флагами с надписями "Добро пожаловать".

В Риге, кажется, как ни высматривали писатели, никто их особенно не встречал, кроме разве что чаек и самой Риги.

Нетрудно догадаться, что надписи за спиной писателя Сергея Е. на эстонском языке и он уже, следовательно, в Пярну.

А на этой фотографии надпись тоже на эстонском языке, однако, как нетрудно догадаться, писатель уже в Таллине. Не помешает обратить внимание на то, что он везде остается верным себе. Во всяком случае руки его, те самые руки, коими пишутся картины, пишутся рассказы и ваяются скульптуры, неизменно укрыты от воздействия неблагоприятной внешней среды.

Но и в Таллине нашлось место, в котором руки одного писателя, как бы помимо воли его самого, внезапно обнажились. Должно быть, от неизъяснимого почтения к имени Ф. М. Достоевского, к его глубинам его творчества, бессмертным образам Раскольникова и Мити Карамазова, а может быть и от дерзкого предположения. Какого, спросите? Догадывайтесь сами. А что же Макс Ф., спросите? А вот он:

Почему-то должно быть понятно, что это вообще-то не Прага и не Хельсинки.

В данном случае - Рижского автовокзала. Место внезапных встреч. И, главное, приятных. Однажды по дороге в Тарту неожиданно встретился со знаменитым эстетиком Леонидом С., по дороге проболтали про Штейнберга и Карсавина, и с тех пор Леонид С. дарит меня грешного особенными симпатиями, а также своими книжками и даже своей личной почтовой маркой. Юбилей у него в этом году, отчего и розы в руках.


А в этот раз сколь был поражен, увидев продвигавшихся к автобусу Романа Т., Александра О., Екатерину Л. и Наталью М. Романа Т. сфотографировал с научными целями. К сожалению, грохнул несколько кадров нечаянно, один остался, и не самый лучший. На обратной же дороге с удовольствием повидался с Борисом Р.; правда, эту встреча не была внезапной: устроила ее Галина П., хлопотавшая о доставке своей, совместно с Татьяной Ш., книги. Книга хорошая. А встретиться с Борисом Р. - к счастью.

Увеличить
То, что в Вильне едва-едва намечено, в Риге, можно сказать, на каждом шагу.


Увеличить
И если в этот раз добрался до улицы Елизаветы (Елизаветы Петровны, чего можно и не сообразить по нынешнему имени Elizabetes iela) с прекрасными зданиями Михаила Эйзенштейна, то улицу Альберта пришлось оставить до следующего раза.

Две литературные премии имени князя Юрия Долгорукого (по 4 тысячи долларов) получили в Риге 30 мая Александр Ольбик (Латвия) за роман «Дикие пчелы на солнечном берегу» и Гоар Маркосян-Каспер (Эстония) за роман «Пенелопа пускается в путь». Дипломантами (и 1 тыс. долларов) объявили Лену Элтанг (Литва) за роман «Каменные клены» и Андрея Иванова (Эстония) за повесть «Зола»; в порядке исключения диплом вручен также составителю сборника современной русской поэзии Латвии Артуру Пунте: премия предполагает все-таки награду автору, а сборник составили произведения разных авторов; помимо того, сборник представляет собой памятник уже ушедшей эпохи русской поэзии Латвии, а потому и трудно ответить на вопрос: кого, что поощряет премия?

То, что впервые премия вручается писателям балтийских стран - хорошо (такая премия уже четыре года тому назад начала вручаться на Украине, затем ее география стала постепенно расширяться и дошла наконец до Литвы, Латвии, Эстонии). Плохо то, что с самого начала премию у нас окрасил налет скандальозности: игнорировав суждения балтийского регионального жюри (в которое входили по два, смею сказать, вполне компетентных представителя от Латвии, Литвы, Эстонии), предлагавших премию Лене Элтанг и Гоар Маркосян-Каспер, то ли московское жюри, то ли совет премии внезапно сдвинул Элтанг в дипломанты, а в лауреаты внес Александра Ольбика.
Один из членов балтийского жюри Борис Равдин решился заявить протест: все-таки рассматривались произведения, опубликованные в 2007- 2008 гг., а роман Ольбика, во-первых, был опубликован в 1991 г., во-вторых, переиздан в 2009 г. От себя добавлю, что Ольбик в списках балтийского жюри вообще не значился. Иначе говоря, московские деятеля по-барски показали своим коллегам, во что они ставят их мнение (тогда чего спрашивали?!).
Ну и мотивы ясные: роман о войне, к тому же автора, среди прочего, политического детектива с Путиным в главной ролью. Соображение Светланы Василенко о том, что "балтийская премия Юрия Долгорукого заработает в полную силу, когда здешние писатели и поэты будут писать не как россияне, а как русскоязычные европейцы", и "эксперименте по прививке европейской цивилизации русской душе", на деле оборачиваются прививкой московского цинизма.