В продолжение разрозненных соображений о филологах и заметок о вкусной и красивой пище мог бы почтенную публику сбить с толку фотографией, которая как будто говорит о том, что для содержательной беседы о русском зарубежье вовсе нет нужды в еде и выпивке.

Сколь пусты тарелки и бокалы Restorante Redentor, и сколь оживленно беседуют Петр Мицнер с Романом Тименчиком, и Стефано Гардзонио со своею соседкою. На самом-то деле, конечно, это мне грешному довелось заняться фиксацией научной жизни, пока на сцене не появилось вино красное, белое, ризотто, мидии.
Днем же, конечно, отнюдь не лишним было регулярно смачивать говорильные аппараты различного рода жидкостями. Манфред Шруба и Олег Коростелев, впрочем, может быть, и не имеют никакого отношения к маячащим перед ними бутылочкам.

Жанровое разнообразие пищи филологов способна, по всей вероятности, иллюстрировать фотография, изображающая Ольгу Купцову, Любовь Киселеву, Екатерину Дмитриеву, какое-то вкусное мясо и какую-то вкусную рыбу.

Иная жанровая система была представлена бакалаврами русской филологии выпуска 2011 года в 114 аудитории, в которой (в системе то есть) один из них (бакалавров то есть), Римантас Скуратович, особенно подчеркивал достоинства сухого белого кошерного вина, которое, впрочем, цветом было не привычно бледно-желтого цвета, но какого-то едва ли не оранжевого.

На днях случился разговор между коллегами о том, а не поехать ли по школам, чтобы выпускникам объяснить доступно, что поступать они должны, конечно, на русскую филологию в Вильнюсском университете.

Отчего пришлось задуматься умом своим острым: а как, собственно говоря, объяснять очевидные вещи? Как найти правильные слова?

Взять, например, меня грешного: ведь если бы не русская филология, разве б довелось бы не далее как 18 февраля пить сперва какую-то чудную "Ямскую водку", а потом какой-то замечательный торт?

Чисто для истории отмечу, что происходило это в так называемом Морге по случаю юбилейной даты Татьяны К. (и надо заметить, что и ныне на кафедре русской филологии не менее трех Татьян, а в былые времена доходило, кажется, до семи). Считаю, что уже в школы можно не ехать: они и так сейчас все ломанутся на русскую филологию в Вильнюсский университет.

В Quae Vilnam sinuosis добавил фотографий филологов по два и по три (в частности, в таких комбинациях, как А. Ф. Белоусов, Ю. Л. Сидяков и Б. А. Равдин или, например, Д. Н. Ахапкин и А. В. Нестеров).

В этот день, согласно данным Ивана Лабазова, именинники у нас Дюрер, Фуше, Верхарн, Сахаров и Борис Васильев, а также один такой забавный Игорь Кон, специалист по дружбе, любви и сексу. Кроме того, в этот же день в бывшем Динабурге, а ныне Даугавпилсе продолжились международные Славянские чтения, пятнадцатые по счету.

На самых первых трех-четырех не был и потом в середине по независящим причинам пропустил. А ведь всегда приятно встретиться с умными и образованными людьми, непременно ж поделятся чем-нибудь занимательным, вот как Борис Р. и Александр Б. друг с другом. Сама же конференция продолжилась не в университете, и не в Доме Каллистратова, у Центра русской культуры уже, оказывается, отобранного, а в Центре русской культуры на ул. Таутас.

Там в Малахитовой гостиной на фоне Свв. Кирилла и Мефодия Борис Р. (Рига) высчитывал вероятную смету на устранение Гапона из обихода: транспортные расходы, ресторанные траты, съем дач и их протопка, а требовалось ли покупать отдельную веревку?

Александр Л. (Витебск) представил обнаруженный в Германии сборник 1919 года "Революционное искусство" с текстами Пуни, Шагала и Малевича.

Из доклада Анны С. (Даугавпилс) вытекало, какая все-таки националистическая пресса выходила в Даугавпилсе в конце 1920-х - начале 1930-х годов.

Про Папанина от литературы на дрезденской льдине, сиречь Ладинском, известно кто речь держал. На кнопку фотоаппарата ловко нажал художник Григорий М.

Доклад Дмитрия О. "Образ русских в системе национал-социалистической пропаганды" на примере здешней газеты, с любопытными сдвигами по периодам; Елена К. о предлоге при в темпоральном значении; Анатолий К. о парадоксальности именования Иоанна Крестителя крестителем, его крещения - задолго до распятия, и вокруг этого.

Публика внимала благосклонно и заинтересованно. Хотя той публики и больше могло бы быть, просторная гостиная позволяла. Время, правда, шло к часу разъезда, и аудитория к последним докладам заметно убывала.

Может, оно и к лучшему. Сколь ни просторно Сказочное подворье Центра русской культуры, оно ж тоже не резиновое. Но как-то поместились.

И, разгулявшись с той хреновухи, взялись было русские народные сказки инсценировать. Но это уже другая история. А визуальная документация на месте.

В прошлом году XIV Славянские чтения проходили в Даугавпилсе проходили 20-22 мая, тоже в разгар семестра, сессии у старших курсов и надвигающихся защит бакалаврских работ, но тогда как-то умудрился быть с самого начала. А в этот раз пока в одном месте конференция открывалась, мне грешному в другом приходилось принимать экзамен, читать лекцию, участвовать в праздновании юбилея Э. П. Сафроновой и ехать-ехать.

Отчего докладов профессора Ф. П. Федорова о "неслаженном стихе" Степана Шевырева, равно как и доклада о "городе детства" латгальского поэта Евгения Шешолина слышать не довелось. Без меня грешного Павел Клубков о мемах докладывал, Сидяков, Душечкина, Неминущий...

Так эти юбилейные Славянские чтения для меня грешного начались не 19 мая, а 20. В соответствии с программой профессор Юрий Новиков разоблачил вздорные измышления о новгородском происхождении нижегородских и вообще поволжских былин, попутно затронув, например, коней латинских и третью для безумьеца.

Публика в 113 аудитории слушала внимательно, хоть и получалась какой-то голубенькой в этот раз.

Бронислава Кербелите рассказывала преимущественно о варьировании формул зова в литовских и русских сказках. Ну, вроде, знаете, этого - козлятушки, ребятушки, отопритеся, отворитеся, ваша мать пришла и т. п. Любопытно, что, получается, профессиональных сказителей как будто у литовцев, в отличие от русских, не было, и это на исполнительской манере и особенностях текстов сказалось.

Из заявленных в программе польских участников, говорят, по причине наводнений, на месте оказалась Ева Стрась (Катовице) с докладом о пути и дороге в русских песнях.

По причине ли тех же наводнений или по каким другим до Д-пилса не добрался и Александр Федута. Поэтому его любопытный доклад о Еве Фелиньской и Надежде Дуровой исполнил Аркадий Неминущий.

Про бзик в голове и мух Достоевского занимательно рассказывала Галина Сырица (Даугавпилс), а Елена Коницкая сравнивала обозначения временных отрезков в словенском, русском и литовском. А снаружи благодатная погода стояла. А филологи в ней то сидели, то стояли.

Но потом по-честному уходили под сень Даугавпилсского университета слушать, например, замечательный доклад Натальи Арлаускайте про мелодраматическую технику чтения Александры Коллонтай. Или неслыханные вещи про Инайят Хана и проч. Про эти суфийские дела речь неожиданно (для меня во всяком случае) держал Геннадий Марков.

Ю. Л. Сидяков (Латвийский университет) делился при этом соображениями с П. А. Клубковым (Санкт-Петербургский государственный университет).

Э. Г. Васильева, наоборот, осталась верной Жаботинскому и в этот раз делала доклад про "Слово о полку".

Между прочим, натурально возникло замечание о "полку".

В докладе Андриса Казюкевича (Даугавпилс) "Канон польской литературы в Латвии до 1940 г.", между прочим, любопытный сюжет о превращении "Деда и баба" Крашевского в народную песню, автором коей числится, впрочем, Кемпс.

Руслан Иванов опять и снова про Вяч. Иванова. У Натальи Арлаускайте более определенное, чем у меня грешного сложилось впечатление.

Вот Жан Бадин (между прочим, с этого года один из авторов Балтийского архива), похоже, начал новый цикл исследований. Герой их - писатель Владимир Крымов, уроженец Двинска, кстати говоря. И так далее. Потом допишу, а фотографии смотреть здесь.

Довелось мне грешному внезапно для себя принять участие в Фестивале русского языка и культуры, о котором писали в интернетах (в Литовском курьере тоже, и на сайте РКЦ он анонсировался). Участие включило в себя потребление тушеной свинины по левую руку от декана. Пища русистов (о пище филологов см. ниже).

Читали стихи, пели песни. Еще были пуськи бятые и калушата в исполнении почти что бакалавров.

А потом, само собой, призы.

Многие участники (точнее бы участницы) очень эффектно выглядели.

Остальные фото загрузил на память. Мало ли.

В продолжение разрозненных соображений о филологах и заметок о вкусной и красивой пищи не удержусь от публикации таких нижележащих произведений гастрономического и кулинарного искусства,
безжалостно уничтожаемых пресыщенных духовной, извините за выражение, пищей, но, как видно, не чуждых и простых человеческих радостей в рассуждении чего бы покушать
и уж тем более чего-нибудь выпить. Вдохновляющего. На новые филологические находки.
Что мы тут видим? Имеющий очи да увидит: опытный в разнообразных исследованиях профессор Олег Л. под наблюдением не менее опытных профессоров Романа Л. и Андрея Н. наделяет функцией медиатора кувшин, которая и заключается в незатейливом опосредовании малоподъемной трехлитровой бутыли заграничной водки и миленькими мелкими стопочками, которыми как ни части, а часто все равно не получается.
Вообще же необходимо подчеркнуть: филологи - народ в массе своей трезвый, строгий, чуждый романтических увлечений. С такими не забалуешь. Взять того же стиховеда С. 

Увеличить О них держусь того правильного мнения, что они в массе своей люди очень симпатичные. Я б с ними в разведку пошел или б в Фезоле поедем, а как же, Боттичелли, северное Возрождение и другое любопытное в докладе Николая Богомолова, прочитанном Леа Пильд. И слушают друг друга.


Увеличить Особенно, когда им докладывают зажигательные вещи по истории несостоявшегося примирения А. Блока и Вяч. Иванова.


Увеличить Леонид Зубарев (Тарту). «Мы по-своему каждый свое ясновидели...».


Увеличить Очень хороший доклад Марии Боровиковой (Тарту) о цикле Марины Цветаевой «Стихи о Москве» - такой, что хочется докладчицу 

Увеличить дважды показать: Германия, Эрн, сестры Герцык, хромой Бердяев, Иванов про Андреевский собор, надо всей Москвой сколько хватит рук...


Увеличить

Увеличить И для продолжения Роман Войтехович (Тарту): «Собачья доля» поэта-пророка: литературные корни «Куста» Марины Цветаевой (от Жуковского до Мандельштама), о невыразимом и трансгрессивной сексуальности.


Увеличить Замечательный доклад Олега Лекманова (Москва) из реального комментария к литературе советского прошлого 1920-х годов по Пастернаку и Мандельштаму, сиречь березкам, зорькам, Горькому и, напротив, про жюльверновских кондоров.


Увеличить Троцкий и Бухарин, девятый съезд, торжество черноземной силы... было, правда, о чем поговорить. 

Увеличить О чем при случае и в другом месте.

Вопреки обыкновению, согласно которому фоторепортажи появлялись иной раз спустя день, а то и другой после мероприятия, прямо таки по горячим следам.


Увеличить А первый доклад Ларисы Вольперт (Тарту) про деэстетизацию войны в творчестве Лермонтова и Стендаля («Валерик» Лермонтова и «Пармская обитель» Стендаля). Ольга Кафанова (Томск): образ Парижа в «Письмах русского путешественника» Н. М. Карамзина (семиотика текста).


Увеличить Инна Булкина (Тарту), докладывая о графе Чацком, про укров упомянула; не верю, хоть убей. Доклад Татьяны Степанищевой (Тарту) о Вяземскиом и Языкове - нет слов, каждый день был такое умное и дельное слушал.


Увеличить Еще раз о «романтизме» в России: между Байроном и Скоттом четко, как, кажется, обыкновенно, Дмитрий Иванов (Тарту). Интересно Тимур Гузаиров (Тарту) об «Истории Пугачевского бунта», текст и примечания, как из вопросов выяснилось в вопросах по докладу, затекстовых: про Михельсона, Бибикова и пр., увековечивание в памяти потомков Державином ли, прозрачным для современников комментарием или практически отказ в памяти посредством приведения послужного списка... Театр Ростопчина, эффектные сцены в шикарном докладе Екатерины Ляминой (Москва) о функционировании русско-французского двуязычия в 1812 году. Да и еще раз да. По основательной «главе литературы» Белинского Алексея Вдовина (Тарту) Немзер восстал, а Лекманов свои замечания сделал. Докладчик в защите не нуждается; вообще говоря, хотя б в голове своей смутные очертания структуры литературного поля 1830-х гг. составить - большое дело, но и без того понятно, что там уже было так густо, что нужны были особые средства для констурирования позиций, и Белинский довольно изобретательно те средства находил.


Увеличить Про «Билет на вход» Ивана Карамазова (К проблеме Достоевский и Жозеф де Местр) (Вадим Парсамов, Саратов), армянские стихи как бы Тютчева и в самом деле Тютчева (Роман Лейбов, Тарту) и Козлове у Ходасевича, а также разном другом, не менее зажигательном, в следующий раз. Очи смежаются, да и сам я грешный смежаюсь.

В рамках Border Cities: Creative Topographies попал в Локис. Кажется, они там здорово расширились. И кухня поменялась. Хотя мало что в ней, конечно, смыслю.
Рыба, кажется. Вроде пангасиус или как его там. По-литовски как-то чудно называется.
Тортик - чистый абстрактный экспрессионизм. Любителям бинарных оппозиций и контрастивных исследований - холодное мороженое в теплом варенье.

 

Увеличить Диалог культур. Прошел, как видно, в диалогах кого с кем. Или чем.


Увеличить Будущее и отчасти и настоящее русской филологии в лице Алексея В.


Увеличить Галина П. доклада не читала, но самоотверженно и строго внимала чужим. 


Увеличить Заключительный разбор полетов


Увеличить и подведение итогов. И так далее.

XII международный Хельсинкско-Тартуский семинар (будет ли XIII?!) проходил, ясное дело, в старом Анатомикуме. Открывала Любовь Николаевна Киселева - приветственно-мемуарным словом профессора Сергея Геннадиевича Исакова. Николай Вахтин (Санкт-Петербург) продемонстрировал всю вздорность языковых карт. Тема Янины Курсите-Пакуле (Рига) "Смена топонимов при смене властей (на примере Калининградской области)"; смена топонимов - мягко сказано; топонимоцид, топонимческая катастрофа.

Пекка Песонен (Хельсинки) вел речь о современных финских романах, в которых Россия выступает мифологическим пространством. Точный и четкий доклад Романа Лейбова (Тарту; "О «Русской географии» Тютчева") уточняет хронологию созревание идеи всемирной русской империи ("От Нила до Невы... От Волги по Евфрат..."). Остался при сомнении: если Волга - предел своего, родного, то Евфрат, конечно, - предел чужого, река вавилонская изгнания. Тимур Гузаиров (Тарту) в конструировании «новых» стереотипов финнов как верноподданных Российской империи (1808–1847) коснулся очень актуального фигуранта - Нестора Кукольника, юбилей которого отметится в Вильнюсе 25 сентября. Различные грани имперского пространства рассмотрели Марина Витухновская-Каупала (Хельсинки; "Политическая маркировка пространства империи: окраины в думской дискуссии, 1906–1916"; смешные инвективы Бобринского о польских происках на Холмщине, коварно снабжавших население граммофонами, напомнило про письма думца Здзеховскому: надо бы почитать) и Любовь Киселева (Тарту; "Империя как пространство для национального строительства", с натуральными параллелями для литовской ситуации, но и с отличиями, естественно). Внимание взыскательных и доброжелательных коллег (их тут репрезентируют Екатерина Лямина и Олег Лекманов) и практически полезные замечания, например, Александра Осповата по докладу, например, Алексея Вдовина (Тарту) "Inside и Outside: «немецкость» как интерпретационная метафора в «Былом и думах» и публицистике А. Герцена" - собственно, для того и нужны такие семинары. Продуктивности же кулуарных обсуждений ничто так способствует, как, например"Смирнофф".

Финских коллег Бена Хеллмана и Пекку Песонена смущали мои назойливые съемки. Но иной раз Бен не отказывался подыграть у легендарного бюста Лермонтова. А доклад о последней поездке Бориса Пильняка по Эстонии, Финляндии и Скандинавским странам в 1934 году был чрезвычайно интересным и хорошо структурированным. Чего, по правде, о выступлении Федора Винокурова (Тарту) "Евгений Замятин – «русский англичанин»" сказать не скажешь: материал-то любопытный и по-своему эффектный, можно было и вытянуть на концептуальное изложение по мистификации собственной биографии и выстраивании литературной траектории. Конференцию почтил своим присутствием юбиляр Л. Н. Столович.

В субботу 12 сентября доклады Инны Булкиной (Тарту; "Малороссийская Кукания и Новый Иерусалим: Киев в ранних исторических описаниях") и Валерия Гречко (Кобе; "Семиотика религиозного пространства в рассказах Чехова") прослушал, признаться, вполуха: объяло меня грешного понятное волнение перед собственным рассказом о виленском василиске. Зато о докладе "О, дивный остров Валаам!» Паломничества на Валаам в русской литературе и публицистике Эстонии в 1930-е гг." Татьяны Шор (Тарту) могу сказать, что его по свежести материала хоть сейчас в "Балтийский архив". Еще замечательные, каждый в своем роде: Александр Осповат (Лос-Анджелес; "Существует ли московский текст русской литературы? (к уточнению понятийно-терминологического аппарата)"), Андрей Немзер (Москва; "Москва в поэтическом мире Давида Самойлова"), Томи Хуттунен (Хельсинки; «Сердце мое пахнет, как Невский проспект»: город в поэзии Бориса Гребенщикова; Борис Кац (Санкт-Петербург; "О вторжениях музыки в пространство литературного текста", среди прочего, с формулировкой о том, что если что и есть хорошего в "Гранатовом браслете" Куприна, то только эпиграф; кроме того, Блок, Маяковский, Пастернак и др.).


Очень артистично и красиво говорила Лариса Вольперт (Тарту; "Пространство светского Петербурга и конструирование Пушкиным одного мифа своей жизни («Евгений Онегин» и «Валерии» Юлианы Крюденер"). От ее доклада, равно как и материала Екатерины Ляминой (Москва) "Пространство Петербурга – пространство европейской россики – пространство пушкинской повести из светской жизни", помимо сожалений о невладении не только французским языком, но французской литературой, забрезжило соображение о том, что для тех, кто занимается русской литературой первой половины XIX века знание французского язык - предел, за которым начинается профессиональная некомпетентность. Наталья Мазур (Москва; " «Небо Италии, небо Торквата»: к истории итальянской топики в русской поэзии первой половины XIX века") некоторым образом полемизировала с конструктом В. Н. Топорова "Петербургский текст" и опять же заставила думать, что кто Курциуса не читал, тому в этой сфере деятельности немного простора для маневров. Четкий доклад Леа Пильд (Тарту) про «Итальянские стихи» Блока. Олег Лекманов (Москва) прекрасно выстроил анализ стихотворения Вл. Ходасевича «An Mariechen»; вообще говоря, реальный биографический комментарий обратным ходом может уточнить биографические обстоятельства, вроде причин ссоры Ходасевича с Андреем Белым.

Обо всем остальном (Кирилл Рогов, "Пространственные координаты «имперского текста»: к генезису русской панегирической традиции нового времени"; Мария Сморжевских-Смирнова, "Предыстория петровского парадиза", Вера Мильчина, "Письма к Сен-Пре из-за границы"; Татьяна Степанищева, "Русская тема в сборнике стихотворений П. А. Вяземского «В дороге и дома»"; Роман Войтехович, "Польская гордыня и татарское иго в стихах М. Цветаевой к А. Ахматовой"; Геннадий Обатнин, "Локус и топос городского текста"; Денис Ахапкин, "Образы городского пространства в прозе (!?) Иосифа Бродского", Георгий Левинтон - нередкий у него недодоклад; Вадим Чупасов, "Миф о причастности и пространственной границе в произведениях Вячеслава Рыбакова"; Ира Остерберг, "Пространство в фильме А. Балабанова «Брат»") писать уже крайне недосуг: навалились работы. А фото еще здесь. И, конечно, здесь.

В данном случае - Рижского автовокзала. Место внезапных встреч. И, главное, приятных. Однажды по дороге в Тарту неожиданно встретился со знаменитым эстетиком Леонидом С., по дороге проболтали про Штейнберга и Карсавина, и с тех пор Леонид С. дарит меня грешного особенными симпатиями, а также своими книжками и даже своей личной почтовой маркой. Юбилей у него в этом году, отчего и розы в руках.


А в этот раз сколь был поражен, увидев продвигавшихся к автобусу Романа Т., Александра О., Екатерину Л. и Наталью М. Романа Т. сфотографировал с научными целями. К сожалению, грохнул несколько кадров нечаянно, один остался, и не самый лучший. На обратной же дороге с удовольствием повидался с Борисом Р.; правда, эту встреча не была внезапной: устроила ее Галина П., хлопотавшая о доставке своей, совместно с Татьяной Ш., книги. Книга хорошая. А встретиться с Борисом Р. - к счастью.

Нечто вроде фоторепортажа с конференции «Многоязычный Вильнюс: прошлое и настоящее столицы Литвы» («Дом Юргиса Балтрушайтиса», Москва, 22 апреля 2009 г.). Программа для памяти, а также в качестве пособия при идентификации: в красном галстуке в конце - Чрезвычайный и полномочный посол Литовской Республики в Российской Федерации Антанас Винкус, много фотографий атташе по культуре Литовской Республики в Российской Федерации Юозаса Будрайтиса, а также Татьяны Владимировны Цивьян, Альмы Лапинскене, можно отыскать Инессу Ильиничну Свириду, Лайму Лаучкайте-Сургайлене, театроведа Виду Бакутите, Юрия Андреевича Лабынцева и Ларису Леонидовну Щавинскую, Викторию Валентиновну Мочалову, Валентину Владимировну Федченко, Марию Вячеславовну Завьялову, Эугениюса Жмуйду. Ну и меня грешного.

В руках уже держал и перелистывал, но, если честно, пока как следует читать не начинал

Антонин Ладинский. Собрание стихотворений / Сост., предисл. и примеч. О. А. Коростелева. Москва: Викмо - М: Русский путь, 2008. 368 с. ISBN 978-5-98454-014-8. ISBN 978-5-85887-310-3. Предисловие О. А. Коростелева "Лирический театр Антонина Ладинского" (с. 5-22). В основе 5 прижизненных сборников стихов в авторском составе, к которым добавлено свыше 70 стихотворений, не включавшихся в сборники; всего 257 стихотворений. Примечания. Алфавитный указатель стихотворений.

"Если чудо вообще возможно за границей...": Эпоха 1950-х гг. в переписке русских литераторов-эмигрантов / Сост., предисл. и примеч. О. А. Коростелева. Москва: Библиотека-фонд "Русское Зарубежье": Русский путь, 2008. 816 с. ISBN 978-5-98854-011-3. ISBN 978-5-85887-309-X. Предисловие О. А. Коростелева "Послевоенная переписка эмигрантских писателей: подведение итогов" (с. 5-9). Письма Г. В. Адамовича И. В. Чиннову, Д. И. Кленовского В. Ф. Маркову, Адамовича редакторам Издательства им. Чехова, Ю. К. Терапиано Маркову, переписки Адамовича с Р. Н. Гринбергом и Маркова с М. В. Вишняком, письма Адамовича И. В. Одоевцевой и Г. В. Иванову, Э. М. Райса Маркову. Библиографическая справка. Указатель имен.
Подарил книги Олег Коростелев; вот он их надписывает:

Задним числом отмечу международную научную конференцию «Литовцы и славяне: взаимодействие языков и культур в истории и современности», посвященную памяти профессора В. Н. Чекмонаса (1937–2004) в Вильнюсском университете 27–29 ноября 2008 г. (программа на Ruthenia; впечатления главного устроителя  jelkon) в ея жж. Линк на коллекцию фотографий, нечто вроде фоторепортажа, с конференции, не только меня грешного, но и, кажется, Галины Мишкинене, та же jelkon сообщила той же Ruthenia, где он и красуется.