Фото
Видео
Ответы
Вызвать на дуэль
Ставка за Лидералегитимность Путина
Владимир Владимирович Путин нелегально находится или будет находиться 7 мая на посту президента РФ.
Дело в том, что он не только нелегитимно находится, поскольку есть серьезные сомнения в том, какими были результаты голосования 4 марта, но дело в том, что в соответствии с российской Конституцией одно и то же лицо не может находиться на посту президента РФ более 2-х сроков подряд.
Как вы знаете и как все знают, вот это словечко «подряд» стало предметом интенсивного обсуждения в разных кругах с разных сторон. Но у нас здесь есть несколько важных, собственно, мнений, свидетельских показаний, о которых, может быть, по крайней мере вскользь, имеет смысл сказать.
Вот у нас есть определение Конституционного суда от 5 ноября 1998 года, дословно цитирую: «Два срока полномочий подряд, о чем идет речь в статье 81-й Часть 3-я Конституции РФ составляют конституционный предел, превышение которого Конституция РФ не допускает». Это известная позиция, которая многократно цитировалась.
Кроме определения Конституционного суда РФ у нас есть определение Верховного суда России от 21 сентября 2001 года, которое точно повторяет эту позицию и говорит: «Так, запрет на избрание одного и того же лица президентом России более 2-х раз был установлен статьей такой-то Конституции РСФСР 1978 года в редакции такой-то, президента России статьей 81-й ныне действующей Конституции». И дальше говорит: «Это положение более 2-х раз, более 2-х сроков, разные варианты использования словосочетания со словом «подряд» не меняет сути правовой нормы». Это определение Верховного суда.
У нас есть комментарий к статье 81-й Части 3-й Конституции России, подготовленный под редакцией Валерия Дмитриевича Зорькина, нынешнего председателя Конституционного суда. И причем интересно, что этот комментарий вышел в 2009 году. В котором четко говорится о том, что 2 срока полномочий подряд составляют конституционный предел, превышение которого Конституция не допускает. И я бы сказал, такое, демонстративное и, я бы сказал, такое, громкое молчание господина Зорькина в течение последних месяцев, в течение которых идет эта дискуссия...
Никакого юридического решения по этому поводу не было кроме тех решений, которые Конституционный суд принял 5 ноября 1998 года и Верховный суд России 21 сентября 2001 года, комментарий нынешнего председателя Конституционного суда и его молчание, несмотря на многочисленные обращения. И в этом смысле молчание господина Зорькина, мне кажется, оно показательно и во многом смысле...
Нет, обращаются, очень много людей обращаются по этому поводу. Но все эти обращения отправляются назад, и Конституционный суд отказывается от рассмотрения и вообще суды отказываются от рассмотрения этих обращений. С моей точки зрения, это, на самом деле, хороший, это оптимистический признак. Потому что если бы суды принимали эти обращения и принимали бы решения о конституционности третьего срока, это было бы гораздо хуже, потому что это бы разрушало бы, по крайней мере, потенциально конституционное поле, правовое поле. А здесь мы видим, по крайней мере, такая личная слабость отдельных людей сегодня...
Если позволите, Сергей, я, все-таки, еще 2 слова скажу по этому поводу. Потому что у нас есть, вот, целый ряд решений наших собственных органов судебной власти. А кроме того, у нас есть международный опыт. Оказывается, что Конституции очень многих государств имеют ту же самую формулировку либо «подряд», либо, собственно, «2 последовательно срока». Интересно, что во всех этих случаях (а там, собственно, таких случаев несколько десятков), везде, во всех этих странах, несмотря на ту же самую формулировку, она воспринимается как возможность нахождения одного и того же лица на посту президента только 2 срока. То есть никаких пропусков и потом появления через срок, через 2 срока, через полсрока, через 1 день, это не допускает.
Значит, в зависимости от того, какая формулировка существует. Например, есть формулировка в Конституции США, поправка 22-я, в которой сказано, что президентом может быть лицо не более 2-х сроков. Не более 2-х сроков.
Не более 2-х сроков позволяют, по сути дела, 3 опции, 3 возможных варианта: один срок, 2 срока подряд, один срок, потом перерыв и еще один срок. То есть это 3 возможности. Когда же есть формулировка «2 срока подряд», такая формулировка позволяет лишь только 2 опции, 2 варианта: либо один срок, либо 2 срока подряд. То есть таким образом формулировка «2 срока подряд» является гораздо более ограничивающей для лица, потенциально замахивающегося на пост президента, в частности, в нашей стране и в любых других.
Собственно, история с 22-й поправкой Конституции США хорошо известна. Известно, что сложилась неписаная традиция, которая существовала в течение полутора столетий, которую затем нарушил Рузвельт. После того как Рузвельт побывал четырежды на посту президента, была, по-моему, в 1951 году принята эта поправка.
Что менее известно, но является для нашего случая гораздо более интересным, это история в нашей соседней Финляндии. Дело в том, что Финляндия, как многими воспринимается, является такой вот передовой, развитой демократической страной. Тем не менее, в Финляндии тоже был человек, который занимал пост президента 4 раза.
Вы совершенно правы, Сергей Александрович. Да, этот уникальный человек занимал 4 раза пост президента. Кроме того, это был единственный руководитель зарубежного государства, который официально признан был агентом Комитета государственной безопасности Советского Союза.
Но кроме этих больших достижений вот у него был вот этот срок, он находился на этом посту более 25 лет. Причем, избирался электоральным колледжем, а не прямыми выборами. И после того, как он отслужил все эти 4 срока... Кстати говоря, внес довольно существенный вклад в искажение финских демократических институтов, после чего финны занялись существенным исправлением своей политической системы. И одним из этих решений (очень важным) было внесение изменений в Конституцию Финляндии, если я не ошибаюсь, в 1991 году, в соответствии с которым (с этим изменением) одно и то же лицо не может занимать пост президента Финляндской республики более 2-х сроков подряд. Точка.
Иными словами, финские законодатели, вводя формулировку «подряд», четко отдавали себе отчет, что они хотят сделать. Они хотят ограничить возможность какого-либо потенциального, иного Урхо Калева Кекконена избираться 2 срока, а потом после перерыва избираться в третий раз.
Иными словами, слово «подряд», или «consecutive» (английский вариант), последовательное нахождение на посту во всех европейских, а, возможно, и не только европейских языках воспринимается однозначно: 2 срока – и это все.
Да, я хотел бы сказать, что, вот, для того, чтобы избежать этого искушения, которое как-то так крутится вокруг этого несчастного Комитета, можно было бы посоветовать. Вот, Сергей, вы спросили, как меня называть, я... Так вот приклеилось «советник», только не, вот...
Да. Вот, советник. Поэтому я позволю себе, воспользовавшись вот этой, как бы, неформальной позицией, посоветовать вот этому самому Комитету, посоветовать, если они собираются что-то советовать Владимиру Владимировичу Путину, посоветовать не заступать на пост президента 7 мая 2012 года. Это, пожалуй, было бы самым главным, самым ценным и самым серьезным советом, который этот Комитет мог бы дать Владимиру Владимировичу Путину.
Тем самым Комитет бы сделал большое дело. Во-первых, он бы спас самого Владимира Владимировича от совершения, по сути дела, тягчайшего преступления против Конституции РФ и всего российского народа. И также бы избежал бы от потенциально нелегальных действий своих собственных, поскольку сотрудничество с нелегалом по определению является нелегальным.
Вот тем самым, по крайней мере, Комитет, провозгласивший создание правового общества, укрепление правопорядка, и сделал бы хотя бы первый небольшой шажок в сторону легитимности и легальности, по крайней мере, в этой небольшой части нашего российского общества.
Нет, я этого не говорил. Я сказал, что если он это сделает, это будет, действительно, нарушение Конституции, это будет конституционное преступление.
Ну, есть и Конституция, есть и Уголовный кодекс РФ, который четко описывает соответствующими статьями, что такое, значит, присвоение государственной власти незаконными методами.
Я, по-моему, не использовал слово «придется», но я сказал, что это неизбежно следует после того, как будет восстановлен правопорядок на территории РФ. А то, что он будет восстановлен рано или поздно...
А на него не надо ничего вешать. Он все, что надо, он уже сделал сам.
...как советник, я, наоборот, выступаю из чисто гуманистических соображений – я не хочу, чтобы Владимиру Владимировичу что-либо угрожало. Поэтому, вот, нарушил свой обет, данный 6 лет тому назад, ничего ему, в частности, не советовать (властям). Все-таки, вынужден был дать этот совет. Я позволю себе его еще раз повторить, даже не дожидаясь того, когда этот Комитет сделает такой совет или не сделает он такой совет. Я со своей стороны посоветовал бы Владимиру Владимировичу не совершать этого преступления и тем самым спасти и самого себя, и все российское общество от существенно более тяжелых последствий для всех нас после такого тяжелого нарушения Конституции РФ.
Не совсем риторический характер. Он, скажем так, он носит... Я не скажу, что он носит второстепенный характер, потому что он касается жизни каждого человека в нашей стране, касается каждого из нас и поэтому мы, конечно, просто обречены внимательно следить за тем, что происходит, кто приходит, с какими взглядами, с какими представлениями, с какими намерениями, какими действиями. Вне всякого сомнения.
Тем не менее, это примерно такой же вопрос как, вот, скажем, ну, вот, как будет себя вести человек, нарушивший закон? Раз, два, три, много раз? Как он может себя вести? Он встанет на путь исправления? Или он встанет или, точнее, продолжит путь рецидива? Ну, мне кажется, это риторический вопрос и вы знаете ответы на эти вопросы. Наши слушатели и зрители знают ответы на эти вопросы.
Наша задача, вот, в данном случае, мне кажется – важно здесь не только прогнозировать индивидуально поведение, в частности, девиантное поведение того или иного лица, но и те задачи обсуждать и те действия, которые российское общество в данном случае должно или может, или следовало бы делать ему. И наша главная задача заключается в том, чтобы каким-то образом научиться создавать общество и создавать правовую систему, скажем так, минимально контактируя с лицами, склонными к рецидивам.
А, вот, понимаете, в разных обществах накоплен опыт. Скажем, один опыт накоплен был, например, в Индии во времена британского колониального могущества и колониального владения, когда с участием известного в том числе и Владимиру Владимировичу Путину Махатме Ганди, собственно говоря, индийское общество создавало основы существования без британцев, без британской колониальной системы. И когда британцы ушли, у них уже что-то было.
Нечто подобное происходило, например, в автономном крае Косово, когда в течение нескольких десятилетий это было, по сути дела, реальное восстание против сербской власти и когда албанцы формировали свои органы власти, свои органы образования, здравоохранения и так далее, и так далее, и так далее.
Значит, можно продолжать разные примеры того, как это происходит в разных обществах. Но у нас, по сути дела, нет другого варианта кроме того, чтобы создавать, прежде всего, основы правопорядка в нашем обществе при минимальном соприкосновении с лицами, неоднократно уличенными, причастными к нарушению самых базовых законов и прав.
Давайте мы сделаем... Значит, технологий здесь много и здесь разнообразные. Здесь не один человек – это делает общество. Но я хотел бы обратить внимание на то, что до тех пор, пока, как вы высказались, элиты, там что-то переформатирование элит...
Вот, до тех пор, пока лица, которых вы и многие другие относят к элитам...
...готовы и спешат давать разнообразные советы, рекомендации и консультации лицам, незаконно находящимся у руля государственной власти, вот этот процесс не пойдет. Этот процесс пойдет только тогда, когда не только тысячи, миллионы граждан на территории нашей страны, но и те, кого называют профессионалами, консультантами, экспертами, лидерами общественного мнения, принимают для себя решение, что с такими властями они не имеют ничего общего. Не имеют вообще ничего общего. Не поддерживают никаких контактов. Они не обращаются к ним, они не отвечают на обращения со стороны этих властей, они не посещают мероприятия, организованные этими властями, они не общаются с ними. Они находятся за пределами приличного общения. Понимаете?
У общества, лишенного органов насилия в данный момент (полиции, судов) есть другая власть, есть власть моральная. Моральная, в том числе с кем общество поддерживает отношения и с кем общество отношения поддерживать не может. Вот это очень важно решение, которое общество должно принять само. И до тех пор, пока общество не примет это решение само в лице своих в том числе и лидеров общественного мнения, что с кругом лиц, неоднократно уличенных в нарушении базовых законов и Уголовного кодекса РФ, они не поддерживают отношения, у нас ничего не получится. Поэтому, вот, про технологию первый шаг, Сергей Александрович, я говорю вам, вот, первый шаг называется «проведение линии раздела».
Пока сейчас мы видим прямо противоположное. Пока, несмотря на разнообразные заявления об альтернативах, об оппозиционностях, чем у нас занимаются некоторые лица, в том числе и обсуждавшиеся чуть раньше? Занимаются какими-нибудь посредническими услугами. Кто-то там пишет бумаги, говорит «Я жду посредников, я жду ответа на мои...» Нечего ждать. Эти лица, которые неоднократно последовательно нарушали законы РФ, должны находиться за пределами российского общественного...
Нет, что значит «контакт с властью»?
Нет. Учитель, который учит вашего ребенка в школе, если он не нарушал Уголовный кодекс РФ, он в данном случае является законопослушным гражданином. Почему бы с ним не поддерживать отношения, тем более если он вообще является пристойным, интересным человеком?
Но вот если вы говорите, если вас или кого-то другого приглашают в органы власти посоветоваться... У вас была дискуссия там некоторое время тому назад, а ходить или не ходить посоветоваться. Ну, каждый, наверное, примет для себя решение. Нет, это не к вам, а к некоторым из ваших коллег. Вот. Этот ответ каждый принимает для себя, соответствующее решение принимает сам.
Но если этого решения не примут значительное количество тех самых лидеров общественного мнения, специалистов, экспертов, политических лидеров, если они будут ходить так же, как они ходили, советовали, спрашивали разрешения и так далее, то тогда это у нас, действительно, может затянуться надолго.
зарезервировать одну тему, поскольку мы сегодня точно не сможем ее обсудить. А я считаю, что эта тема очень важная. Мы к ней (я имею в виду, на радиостанции и люди, к этому причастные) неоднократно обращались, и я считаю, необходимо было бы к этому еще раз вернуться. Это связь между уровнем экономического развития или уровнем богатства и демократией, политической свободой.
Вот эти вопросы, собственно, обсуждались и довольно активно обсуждались такими волнами в течение последних 20 лет. И та точка зрения, которая господствовала в начале 90-х годов, как раз говорила о том, что давайте вначале проведем реформы, давайте вначале обеспечим экономический рост и ради этого мы можем пожертвовать всем остальным. Мы можем пожертвовать демократией, мы можем пожертвовать политическими правами, мы можем пожертвовать, там, полностью независимыми СМИ и многими другими вещами, скажем, съездом народных депутатов, Верховным советом. А давайте мы проведем реформы. А, вот, когда у нас будет экономический рост, когда мы будем уже богатыми, тогда можем заниматься и демократическими реформами, политическими. И, собственно, пожертвовали демократией в начале 90-х годов.
Есть и другая точка зрения. Будет интересно узнать, что скажут наши зрители и слушатели, и мы, еще раз скажу, если у вас будет такой интерес, мы это обсудим уже с точки зрения данных, с точки зрения исторического опыта, с точки зрения примеров.
Вы знаете, у меня, вот, в этом случае всегда возникает такой вопрос. А, вот, исландцы, которые в IX веке создали демократическое общество на острове Исландия, у них тогда экономика была дореформированная или нет?
А, вот, в Индии, которая вышла как раз из британского колониального владычества в 1949 году...
Нет-нет, я, как бы, размышляю вслух с вами и с нашими слушателями и зрителями. Вот тогда, собственно, Индия была достаточно бедной, можно прямо сказать, очень бедной.
Да. Ну, вот, она получила, но тем не менее. Вот, они получили демократию, хотя, в течение еще, по сути дела, 4-х десятилетий поддерживался не только британский опыт, но и довольно такая, крайне неэффективная система государственного регулирования, по сути дела, так называемый индийский социализм, который держал Индию в бедности и нищете в течение вот этих 4-х десятилетий.
Тем не менее, основы демократической системы в Индии сохранялись в течение всего этого времени.
Это примерно точно так же было. Значит, вот, знаете этот общественный договор? Вот этот общественный договор заключен, например, с Михаилом Борисовичем Ходорковским. Вот, с ним так заключили, что, значит, вот, знаете, мы пожертвуем некоторым...
Или, например, вот там с господином Чичваркиным заключили такой договор. Или с Александром Литвиненко заключили соответствующий договор.
Вы знаете, это примерно то же самое, что в 1917-1920 году на территории России был заключен общественный договор. Ну, в каком-то смысле...
Да. Вот, просто с применением некоторых инструментов и с результатами, измеряемыми, видимо, миллионами убитых и миллионами эмигрантов. Но, вот, какой-то такой общественный договор. То есть надо иметь в виду, что некоторые общественные договоры заключаются под дулом пистолета или под дулом других орудий. Если вы скажете, что это можно интерпретировать в таком духе, да. Некий общественный договор заключен в Северной Корее с семьей Кимов. Некоторый, очевидно, договор заключен с братьями Кастро.
Ну, я думаю, что в Чили в 1973 году не было никакого общественного договора – там военные взяли власть.
Нет, секундочку. Там, все-таки, было другое дело. Там задачи, которые решали генералы тогда, заключались в том, чтобы расправиться с коммунизмом, который, по их мнению, пришел в Чили. Они решали этот вопрос. Значит, для тех, кто имел иное мнение по этому поводу, были приготовлены известные разные инструменты от стадиона Сантьяго до вертолетов над Тихим океаном.
http://www.echo.msk.ru/programs/year2012/875696-echo/
Дело в том, что он не только нелегитимно находится, поскольку есть серьезные сомнения в том, какими были результаты голосования 4 марта, но дело в том, что в соответствии с российской Конституцией одно и то же лицо не может находиться на посту президента РФ более 2-х сроков подряд.
Как вы знаете и как все знают, вот это словечко «подряд» стало предметом интенсивного обсуждения в разных кругах с разных сторон. Но у нас здесь есть несколько важных, собственно, мнений, свидетельских показаний, о которых, может быть, по крайней мере вскользь, имеет смысл сказать.
Вот у нас есть определение Конституционного суда от 5 ноября 1998 года, дословно цитирую: «Два срока полномочий подряд, о чем идет речь в статье 81-й Часть 3-я Конституции РФ составляют конституционный предел, превышение которого Конституция РФ не допускает». Это известная позиция, которая многократно цитировалась.
Кроме определения Конституционного суда РФ у нас есть определение Верховного суда России от 21 сентября 2001 года, которое точно повторяет эту позицию и говорит: «Так, запрет на избрание одного и того же лица президентом России более 2-х раз был установлен статьей такой-то Конституции РСФСР 1978 года в редакции такой-то, президента России статьей 81-й ныне действующей Конституции». И дальше говорит: «Это положение более 2-х раз, более 2-х сроков, разные варианты использования словосочетания со словом «подряд» не меняет сути правовой нормы». Это определение Верховного суда.
У нас есть комментарий к статье 81-й Части 3-й Конституции России, подготовленный под редакцией Валерия Дмитриевича Зорькина, нынешнего председателя Конституционного суда. И причем интересно, что этот комментарий вышел в 2009 году. В котором четко говорится о том, что 2 срока полномочий подряд составляют конституционный предел, превышение которого Конституция не допускает. И я бы сказал, такое, демонстративное и, я бы сказал, такое, громкое молчание господина Зорькина в течение последних месяцев, в течение которых идет эта дискуссия...
Никакого юридического решения по этому поводу не было кроме тех решений, которые Конституционный суд принял 5 ноября 1998 года и Верховный суд России 21 сентября 2001 года, комментарий нынешнего председателя Конституционного суда и его молчание, несмотря на многочисленные обращения. И в этом смысле молчание господина Зорькина, мне кажется, оно показательно и во многом смысле...
Нет, обращаются, очень много людей обращаются по этому поводу. Но все эти обращения отправляются назад, и Конституционный суд отказывается от рассмотрения и вообще суды отказываются от рассмотрения этих обращений. С моей точки зрения, это, на самом деле, хороший, это оптимистический признак. Потому что если бы суды принимали эти обращения и принимали бы решения о конституционности третьего срока, это было бы гораздо хуже, потому что это бы разрушало бы, по крайней мере, потенциально конституционное поле, правовое поле. А здесь мы видим, по крайней мере, такая личная слабость отдельных людей сегодня...
Если позволите, Сергей, я, все-таки, еще 2 слова скажу по этому поводу. Потому что у нас есть, вот, целый ряд решений наших собственных органов судебной власти. А кроме того, у нас есть международный опыт. Оказывается, что Конституции очень многих государств имеют ту же самую формулировку либо «подряд», либо, собственно, «2 последовательно срока». Интересно, что во всех этих случаях (а там, собственно, таких случаев несколько десятков), везде, во всех этих странах, несмотря на ту же самую формулировку, она воспринимается как возможность нахождения одного и того же лица на посту президента только 2 срока. То есть никаких пропусков и потом появления через срок, через 2 срока, через полсрока, через 1 день, это не допускает.
Значит, в зависимости от того, какая формулировка существует. Например, есть формулировка в Конституции США, поправка 22-я, в которой сказано, что президентом может быть лицо не более 2-х сроков. Не более 2-х сроков.
Не более 2-х сроков позволяют, по сути дела, 3 опции, 3 возможных варианта: один срок, 2 срока подряд, один срок, потом перерыв и еще один срок. То есть это 3 возможности. Когда же есть формулировка «2 срока подряд», такая формулировка позволяет лишь только 2 опции, 2 варианта: либо один срок, либо 2 срока подряд. То есть таким образом формулировка «2 срока подряд» является гораздо более ограничивающей для лица, потенциально замахивающегося на пост президента, в частности, в нашей стране и в любых других.
Собственно, история с 22-й поправкой Конституции США хорошо известна. Известно, что сложилась неписаная традиция, которая существовала в течение полутора столетий, которую затем нарушил Рузвельт. После того как Рузвельт побывал четырежды на посту президента, была, по-моему, в 1951 году принята эта поправка.
Что менее известно, но является для нашего случая гораздо более интересным, это история в нашей соседней Финляндии. Дело в том, что Финляндия, как многими воспринимается, является такой вот передовой, развитой демократической страной. Тем не менее, в Финляндии тоже был человек, который занимал пост президента 4 раза.
Вы совершенно правы, Сергей Александрович. Да, этот уникальный человек занимал 4 раза пост президента. Кроме того, это был единственный руководитель зарубежного государства, который официально признан был агентом Комитета государственной безопасности Советского Союза.
Но кроме этих больших достижений вот у него был вот этот срок, он находился на этом посту более 25 лет. Причем, избирался электоральным колледжем, а не прямыми выборами. И после того, как он отслужил все эти 4 срока... Кстати говоря, внес довольно существенный вклад в искажение финских демократических институтов, после чего финны занялись существенным исправлением своей политической системы. И одним из этих решений (очень важным) было внесение изменений в Конституцию Финляндии, если я не ошибаюсь, в 1991 году, в соответствии с которым (с этим изменением) одно и то же лицо не может занимать пост президента Финляндской республики более 2-х сроков подряд. Точка.
Иными словами, финские законодатели, вводя формулировку «подряд», четко отдавали себе отчет, что они хотят сделать. Они хотят ограничить возможность какого-либо потенциального, иного Урхо Калева Кекконена избираться 2 срока, а потом после перерыва избираться в третий раз.
Иными словами, слово «подряд», или «consecutive» (английский вариант), последовательное нахождение на посту во всех европейских, а, возможно, и не только европейских языках воспринимается однозначно: 2 срока – и это все.
Да, я хотел бы сказать, что, вот, для того, чтобы избежать этого искушения, которое как-то так крутится вокруг этого несчастного Комитета, можно было бы посоветовать. Вот, Сергей, вы спросили, как меня называть, я... Так вот приклеилось «советник», только не, вот...
Да. Вот, советник. Поэтому я позволю себе, воспользовавшись вот этой, как бы, неформальной позицией, посоветовать вот этому самому Комитету, посоветовать, если они собираются что-то советовать Владимиру Владимировичу Путину, посоветовать не заступать на пост президента 7 мая 2012 года. Это, пожалуй, было бы самым главным, самым ценным и самым серьезным советом, который этот Комитет мог бы дать Владимиру Владимировичу Путину.
Тем самым Комитет бы сделал большое дело. Во-первых, он бы спас самого Владимира Владимировича от совершения, по сути дела, тягчайшего преступления против Конституции РФ и всего российского народа. И также бы избежал бы от потенциально нелегальных действий своих собственных, поскольку сотрудничество с нелегалом по определению является нелегальным.
Вот тем самым, по крайней мере, Комитет, провозгласивший создание правового общества, укрепление правопорядка, и сделал бы хотя бы первый небольшой шажок в сторону легитимности и легальности, по крайней мере, в этой небольшой части нашего российского общества.
Нет, я этого не говорил. Я сказал, что если он это сделает, это будет, действительно, нарушение Конституции, это будет конституционное преступление.
Ну, есть и Конституция, есть и Уголовный кодекс РФ, который четко описывает соответствующими статьями, что такое, значит, присвоение государственной власти незаконными методами.
Я, по-моему, не использовал слово «придется», но я сказал, что это неизбежно следует после того, как будет восстановлен правопорядок на территории РФ. А то, что он будет восстановлен рано или поздно...
А на него не надо ничего вешать. Он все, что надо, он уже сделал сам.
...как советник, я, наоборот, выступаю из чисто гуманистических соображений – я не хочу, чтобы Владимиру Владимировичу что-либо угрожало. Поэтому, вот, нарушил свой обет, данный 6 лет тому назад, ничего ему, в частности, не советовать (властям). Все-таки, вынужден был дать этот совет. Я позволю себе его еще раз повторить, даже не дожидаясь того, когда этот Комитет сделает такой совет или не сделает он такой совет. Я со своей стороны посоветовал бы Владимиру Владимировичу не совершать этого преступления и тем самым спасти и самого себя, и все российское общество от существенно более тяжелых последствий для всех нас после такого тяжелого нарушения Конституции РФ.
Не совсем риторический характер. Он, скажем так, он носит... Я не скажу, что он носит второстепенный характер, потому что он касается жизни каждого человека в нашей стране, касается каждого из нас и поэтому мы, конечно, просто обречены внимательно следить за тем, что происходит, кто приходит, с какими взглядами, с какими представлениями, с какими намерениями, какими действиями. Вне всякого сомнения.
Тем не менее, это примерно такой же вопрос как, вот, скажем, ну, вот, как будет себя вести человек, нарушивший закон? Раз, два, три, много раз? Как он может себя вести? Он встанет на путь исправления? Или он встанет или, точнее, продолжит путь рецидива? Ну, мне кажется, это риторический вопрос и вы знаете ответы на эти вопросы. Наши слушатели и зрители знают ответы на эти вопросы.
Наша задача, вот, в данном случае, мне кажется – важно здесь не только прогнозировать индивидуально поведение, в частности, девиантное поведение того или иного лица, но и те задачи обсуждать и те действия, которые российское общество в данном случае должно или может, или следовало бы делать ему. И наша главная задача заключается в том, чтобы каким-то образом научиться создавать общество и создавать правовую систему, скажем так, минимально контактируя с лицами, склонными к рецидивам.
А, вот, понимаете, в разных обществах накоплен опыт. Скажем, один опыт накоплен был, например, в Индии во времена британского колониального могущества и колониального владения, когда с участием известного в том числе и Владимиру Владимировичу Путину Махатме Ганди, собственно говоря, индийское общество создавало основы существования без британцев, без британской колониальной системы. И когда британцы ушли, у них уже что-то было.
Нечто подобное происходило, например, в автономном крае Косово, когда в течение нескольких десятилетий это было, по сути дела, реальное восстание против сербской власти и когда албанцы формировали свои органы власти, свои органы образования, здравоохранения и так далее, и так далее, и так далее.
Значит, можно продолжать разные примеры того, как это происходит в разных обществах. Но у нас, по сути дела, нет другого варианта кроме того, чтобы создавать, прежде всего, основы правопорядка в нашем обществе при минимальном соприкосновении с лицами, неоднократно уличенными, причастными к нарушению самых базовых законов и прав.
Давайте мы сделаем... Значит, технологий здесь много и здесь разнообразные. Здесь не один человек – это делает общество. Но я хотел бы обратить внимание на то, что до тех пор, пока, как вы высказались, элиты, там что-то переформатирование элит...
Вот, до тех пор, пока лица, которых вы и многие другие относят к элитам...
...готовы и спешат давать разнообразные советы, рекомендации и консультации лицам, незаконно находящимся у руля государственной власти, вот этот процесс не пойдет. Этот процесс пойдет только тогда, когда не только тысячи, миллионы граждан на территории нашей страны, но и те, кого называют профессионалами, консультантами, экспертами, лидерами общественного мнения, принимают для себя решение, что с такими властями они не имеют ничего общего. Не имеют вообще ничего общего. Не поддерживают никаких контактов. Они не обращаются к ним, они не отвечают на обращения со стороны этих властей, они не посещают мероприятия, организованные этими властями, они не общаются с ними. Они находятся за пределами приличного общения. Понимаете?
У общества, лишенного органов насилия в данный момент (полиции, судов) есть другая власть, есть власть моральная. Моральная, в том числе с кем общество поддерживает отношения и с кем общество отношения поддерживать не может. Вот это очень важно решение, которое общество должно принять само. И до тех пор, пока общество не примет это решение само в лице своих в том числе и лидеров общественного мнения, что с кругом лиц, неоднократно уличенных в нарушении базовых законов и Уголовного кодекса РФ, они не поддерживают отношения, у нас ничего не получится. Поэтому, вот, про технологию первый шаг, Сергей Александрович, я говорю вам, вот, первый шаг называется «проведение линии раздела».
Пока сейчас мы видим прямо противоположное. Пока, несмотря на разнообразные заявления об альтернативах, об оппозиционностях, чем у нас занимаются некоторые лица, в том числе и обсуждавшиеся чуть раньше? Занимаются какими-нибудь посредническими услугами. Кто-то там пишет бумаги, говорит «Я жду посредников, я жду ответа на мои...» Нечего ждать. Эти лица, которые неоднократно последовательно нарушали законы РФ, должны находиться за пределами российского общественного...
Нет, что значит «контакт с властью»?
Нет. Учитель, который учит вашего ребенка в школе, если он не нарушал Уголовный кодекс РФ, он в данном случае является законопослушным гражданином. Почему бы с ним не поддерживать отношения, тем более если он вообще является пристойным, интересным человеком?
Но вот если вы говорите, если вас или кого-то другого приглашают в органы власти посоветоваться... У вас была дискуссия там некоторое время тому назад, а ходить или не ходить посоветоваться. Ну, каждый, наверное, примет для себя решение. Нет, это не к вам, а к некоторым из ваших коллег. Вот. Этот ответ каждый принимает для себя, соответствующее решение принимает сам.
Но если этого решения не примут значительное количество тех самых лидеров общественного мнения, специалистов, экспертов, политических лидеров, если они будут ходить так же, как они ходили, советовали, спрашивали разрешения и так далее, то тогда это у нас, действительно, может затянуться надолго.
зарезервировать одну тему, поскольку мы сегодня точно не сможем ее обсудить. А я считаю, что эта тема очень важная. Мы к ней (я имею в виду, на радиостанции и люди, к этому причастные) неоднократно обращались, и я считаю, необходимо было бы к этому еще раз вернуться. Это связь между уровнем экономического развития или уровнем богатства и демократией, политической свободой.
Вот эти вопросы, собственно, обсуждались и довольно активно обсуждались такими волнами в течение последних 20 лет. И та точка зрения, которая господствовала в начале 90-х годов, как раз говорила о том, что давайте вначале проведем реформы, давайте вначале обеспечим экономический рост и ради этого мы можем пожертвовать всем остальным. Мы можем пожертвовать демократией, мы можем пожертвовать политическими правами, мы можем пожертвовать, там, полностью независимыми СМИ и многими другими вещами, скажем, съездом народных депутатов, Верховным советом. А давайте мы проведем реформы. А, вот, когда у нас будет экономический рост, когда мы будем уже богатыми, тогда можем заниматься и демократическими реформами, политическими. И, собственно, пожертвовали демократией в начале 90-х годов.
Есть и другая точка зрения. Будет интересно узнать, что скажут наши зрители и слушатели, и мы, еще раз скажу, если у вас будет такой интерес, мы это обсудим уже с точки зрения данных, с точки зрения исторического опыта, с точки зрения примеров.
Вы знаете, у меня, вот, в этом случае всегда возникает такой вопрос. А, вот, исландцы, которые в IX веке создали демократическое общество на острове Исландия, у них тогда экономика была дореформированная или нет?
А, вот, в Индии, которая вышла как раз из британского колониального владычества в 1949 году...
Нет-нет, я, как бы, размышляю вслух с вами и с нашими слушателями и зрителями. Вот тогда, собственно, Индия была достаточно бедной, можно прямо сказать, очень бедной.
Да. Ну, вот, она получила, но тем не менее. Вот, они получили демократию, хотя, в течение еще, по сути дела, 4-х десятилетий поддерживался не только британский опыт, но и довольно такая, крайне неэффективная система государственного регулирования, по сути дела, так называемый индийский социализм, который держал Индию в бедности и нищете в течение вот этих 4-х десятилетий.
Тем не менее, основы демократической системы в Индии сохранялись в течение всего этого времени.
Это примерно точно так же было. Значит, вот, знаете этот общественный договор? Вот этот общественный договор заключен, например, с Михаилом Борисовичем Ходорковским. Вот, с ним так заключили, что, значит, вот, знаете, мы пожертвуем некоторым...
Или, например, вот там с господином Чичваркиным заключили такой договор. Или с Александром Литвиненко заключили соответствующий договор.
Вы знаете, это примерно то же самое, что в 1917-1920 году на территории России был заключен общественный договор. Ну, в каком-то смысле...
Да. Вот, просто с применением некоторых инструментов и с результатами, измеряемыми, видимо, миллионами убитых и миллионами эмигрантов. Но, вот, какой-то такой общественный договор. То есть надо иметь в виду, что некоторые общественные договоры заключаются под дулом пистолета или под дулом других орудий. Если вы скажете, что это можно интерпретировать в таком духе, да. Некий общественный договор заключен в Северной Корее с семьей Кимов. Некоторый, очевидно, договор заключен с братьями Кастро.
Ну, я думаю, что в Чили в 1973 году не было никакого общественного договора – там военные взяли власть.
Нет, секундочку. Там, все-таки, было другое дело. Там задачи, которые решали генералы тогда, заключались в том, чтобы расправиться с коммунизмом, который, по их мнению, пришел в Чили. Они решали этот вопрос. Значит, для тех, кто имел иное мнение по этому поводу, были приготовлены известные разные инструменты от стадиона Сантьяго до вертолетов над Тихим океаном.
http://www.echo.msk.ru/programs/year2012/875696-echo/
Метки: путин, илларионов
