НАТАЛЬЯ И СИМОН ШУРИНЫ

Друзья, продолжаю вспоминать прошлое. Вспоминать события и людей, которые прочертили в моей судьбе свои звездные пути.

В тот день мне исполнилось 50 лет. Позади половина века. За пару месяцев до юбилея мы расстались с мужем. Разъехались окончательно. Утро этого дня ознаменовалось еще одним событием, которое заставило меня разрыдаться. Часов около одиннадцати телефонный звонок застал меня все еще в слезах. Звонила подруга – поздравить с юбилеем. Стала утешать, но мне казалось, жизнь моя кончена и никакие утешения ее уже не спасут.
Лишь тот, кто не знает эту мою подругу, и кто не знал ее мужа, мог бы предположить, что за словами не последуют активные действия. Примерно через полчаса приходит факс с написанными экспромтом стихами.

ДИАНЕ ПРЕКРАСНОЙ

Вы рождены морскою пеной,
Хоть имя горное дано.
И нет над Вами власти тлена,
бессильна и столетий смена,
Ведь с Вами вечность заодно!

Над Вами разум воспаряет,
И красота для нас сияет
В расцвете зрелости своей.
Нас не страшит ларец Пандоры, -
Открыв, тебя пленяют взоры,
Таланты милой дамы сей.

В день торжества и восхваленья
Примите наши песнопенья.
И знайте, то забыть нельзя,
Что есть еще не свете люди,
Которые Вас ценят, любят,
И эти люди мы – друзья.

Подпись:
Симон, Наталья и Петр Шурины



Наташа – литератор и организатор по призванию, а муж ее был врачом и композитором. С врачами такое часто случается, они вдруг становятся писателями или музыкантами.
Романсы Симона Шурина исполняются сегодня на подмостках Австрии и России.

До встречи с Симоном Шуриным Наталья Стремитина, это псевдоним, писала стихи, и училась на философском ф-те МГУ, при этом увлекалась театром и музыкой. Поскольку её стихи и прозу в те далекие годы не печатали, она стала журналисткой, публиковалась в «Московском Комсомольце», Литер.России, в «Неделе» и даже ездила в командировки от «Юности» и «Комсомольской правды». Кстати, в это время она писала диссертацию с очень сложным названием…Но Любовь смела все на своем пути – началась жизнь на краю Москвы с уже 2-мя детьми, с кошкой и собакой, и конечно с роялем, который был привезен из общей квартиры в Столешниковом переулке, где собственно и произошло чудо встречи двух родственных душ. Если вам интересно узнать более подробно о том, к чему все это привело, то можете зайти на сайт www.stremitina.org.




Предварительно высморкавшись и отерши слезы, сняла трубку, чтобы отблагодарить друзей и попросить их разделить со мною праздничную трапезу, чтобы не прореветь весь день до вчера. Симон придти не смог, у него была важная встреча, и мы с Наташей и нашими сыновьями отправились в какой-то маленький ресторанчик, который висел над каким-то маленьком озерцом. Когда я вернулась домой, меня ждал новый и гневный факс:

ДИАНЕ НЕПОСТОЯННОЙ

Я Вами не был приглашен
К обеду вкусному. Но знаю,
Хоть внешне несколько страшен,
а все же женщин я прельщаю.

Быть может, мой не знатен род
И древом родовым не блещет, -
Но враг и до сих пор трепещет,
Меня завидев у ворот.

Мой пращур знал в застолье дозу
И был нередко в гости зван,
Чтобы в споре убедить Спинозу,
И доказать, что тот болван.

Итак, мне есть чем похваляться!
И выбирать, с кем в свете знаться!
И скромность – сильных всех удел, -
Хоть остается не у дел,

Порой и горько, и обидно,
Но… справедливости не видно!
Засим всегда у Ваших ног, -
Простите Вы,
Прости Вас Бог,

Подпись: Симон, рыцарь меча и орала

День рождения, начавшийся так бесславно, был спасен. Спасен он был друзьями.
Жизнь устроена так, что мы не только радуем, но и обижаем тех, кого любим, и это так естественно, ведь обидам есть место лишь там, где есть место любви. Жаль только, что мы слишком часто забываем о том, как коротка жизнь и как это важно успеть сказать друг другу самое главное.
Симон Шурин выражал своей музыкой самое главное - его музыка наполнена любовью. Сам он умер, но музыка его звучит. В ней продолжает звучит его великая любовь к жене, с которой они прожили несколько десятилетий. «Кто сказал, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви? Да отрежут лгуну его гнусный язык! За мной, мой читатель, и я покажу тебе такую любовь!».
Это было сказано об этих двоих.
Он посвящал ей свои романсы. Он посвящал ей стихи.



1986, Москва
МОЕЙ ЛЮШКЕ

К тебе желанья все стремятся:
Ласкать, беседовать, творить,
Ругаться, пить, боготворить,
Жить, умереть, рыдать, смеяться,

Рожать детей, надеть схиму,
Молчать, не верить никому,
Рвать сердце на последний крик, -
Всё спрессовать в единый миг

И проживать его без счёту,
И знать, ту адову работу,
Которую затеял вновь,
Зовут так простенько –
Любовь!



И потом, шестнадцать лет спустя, 2002 году, уже в больнице он написал это:

Прожив с тобой не так уж много, -
Всего лишь 28 лет,
Короткой кажется дорога,
Что прожита с тобой, мой свет.

Я признаю твоё главенство,
Свои седины не тая,-
Ты – божество, ты – совершенство,
Ты - юность вечная моя!

Твой навеки (уж потерпи)
Симошка-Картошка



А это он написал по поводу выбора профессии:

ВАМ, ДИЛЕТАНТЫ!
Меня загоняли упорно
В рамки приличной профессии.
Костюм надевали черный,
На лацкан значок повесили.

Но с мальчишечья ноет под ложечкой –
Мне профессии снятся чудесные:
-Эх, побыть бы поэтом немножечко,
Сочинять песни...

Иль с мольбертом подмышкою
Бродить бы, закаты, выглядывая...
Говорят: -Не будь мальчишкою,
Трудись, далеко не заглядывая...

- Отпустите,- шепчу я, - братцы!
Может Бетховеном стану?
Может стихом разутешу,-
Но разговоры всё те же...

А мне всё музыка слышится,
А мне без стихов не дышится...
В заключение стихотворение Ильи Коропа



Фото: группа детей, наверху стоит Петя,кот.исполнял роль ведущего в опере Прокофьева «Петя и волк» в камерном исполнении юными музыкантами из Фонда Вл.Спивакова. Симон и Наталья Шурины были представителями этого фонда в Вене с 1995-97, организовывали концерты молодым музыкантам в Русском Представительстве при ООН и в Старой Ратуше, где юных музыкантов очень тепло принимала австрийская публика.


НА СМЕРТЬ СИМОНА
Смерть не слушает слов
И не знает пощады.
От неё не сбежать,
Когда срок настаёт.

Смотрит сухо и зло
Немигающим взглядом,
Так что стынет душа
Приближеньем её.

Смерть не слушает слов –
Она бьет без замаха,
Пустотой оглушив,
Забирает своё.

Входит в тленную плоть
Ослеплённую страхом,
Измождённой души
Обрывая полёт.

Только жизнь – это Свет,
Что взлетает всё выше,
Где безбрежность небес
И бездонность глубин.

Жизнь не слушает смерть –
До тех пор, пока дышит,
Она жаждет чудес
И стремится к любви!

Илья Короп

(Илья Короп, сын Наташи Шуриной от первого брака. Симон вырастил его, они любили друг друга, как родные)