В 1952 году, совершая первое кругосветное путешествие, двадцатисемилетний писатель попадает в Грецию, которая производит настоящий переворот в его душе. В мраморных статуях античных богов и атлетов Мисима открывает ранее казавшееся ему немыслимым "бессмертие красоты". Болезненного, хилого, одолеваемого мрачными и страшными видениями молодого человека неудержимо влечет к солнцу, физическому и духовному здоровью, гармонии тела и разума. "Греция излечила меня от ненависти к самому себе, от одиночества и пробудила во мне жажду здоровья в ницшеанском смысле", - вспоминал Мисима.

Ярким солнечным светом наполнен роман "Шум волн" (1954), на который писателя вдохновила история Дафниса и Хлои. Это произведение, лишенное и тени извращенности, рассказывает о первой любви прекрасного юноши-рыбака и девушки-ныряльщицы, встретившихся на маленьком острове. Никогда – ни прежде, ни после - Мисима не писал так просто и поэтично о нормальном, здоровом человеческом чувстве. Юные герои находятся в полной гармонии с морем, солнцем -всем окружающим миром. Автор даже специально оговаривает, что Синдзи (так зовут рыбака) "ни разу не задумывался о смерти". К этому времени относится запись в дневнике писателя: "Мои мысли о смерти заросли плющом, словно старый замок, в котором никто больше не живет".

>>>>> 

Конечно, климат Греции располагает достаточным количеством солнечных дней и часов чтобы стимулировать выработку эндорфинов. А также выковыривать из памяти лубочные картинки неторопливых философов в объятиях гетер, мужественных олимпиоников в оливковом масле и прочие объекты воздыхания туристов, греческих националистов и либеральных интеллигентов. Вот только для Юкио Мисимы этот показной оптимизм - всего лишь обратная сторона эстетизации смерти. Окоченевшая самоисчерпывающаяся картинка, как и во всех остальных романах.

В отличие от героев Кафки, трагически погибающих в борьбе за выход из искусственного мира в реальный, героям Мисимы не за что бороться. Содержание его книг – это бесконечная череда театральных постановок, тема каждой из которых возводится в абсолют и зацикливается на себе. Для меня искусство Мисимы мертво, сухо, а главное бессмысленно, оно является типичным образцом искусства для потребителя. Смерть, эротизм, красота, разрушение, самобичевание, идеология – всё это существует ради самого себя и меняет только оболочки. Как впрочем и жизнь автора: даже самоубийство, высшая форма нигилизма, опускается им до совершенной формы представления.

Туристы продолжают сублимировать, суетясь вокруг древних развалин. Но по-моему, их не покидает чувство обманутости, пресыщение картинками и оболочками достигло предела, и в них больше нет красоты. Она здесь, но искать её нужно не в камнях и не в персональном all inclusive рае на неделю. Поэтому с моей стороны правильнее оказалось изменить решение шататься по стране в гордом одиночестве.

Эпир гостеприимен и пока ещё дико прекрасен, его оттоманская неспешность успокаивает городскую горячку. Но это только на несколько дней, а в ежедневном белкином колесе производства-потребления даже балканская пестрота приедается. Теперь она оживает только когда мы собираемся вместе.

Теперь, когда гнёт противоречий и накопления капитала становится невыносимым, всплывают на поверхность наши ошибки. Наш эгоизм, наше отчуждение, наша небрежность по отношению к жизни и проблемам других, тех кто боится говорить. Они вцепляются мёртвой хваткой в каждого неравнодушного, но их страх изматывает. Их сил не хватает ни на что кроме страха, и бесполезно ждать от них отдачи.

В 1949 г. в Греции закончилась (?) гражданская война. Диктатура Пластираса, голод и разграбление общественного достояния, план Маршалла, подпольные газеты, последние подпольные кабаки-ребетадико в дымке гашиша, тысячи политзаключённых, расстрелы «врагов Родины» по приказу короля – такой была Греция когда её посетил Юкио Мисима. Наш чувствительный японец оказался достаточно толстокожим чтобы ничего этого не видеть и рисовать в своём воображении романтические античные идиллии. В этом обществе чувствительность не распространяется дальше воображения, и его граница с реальностью опутана колючей проволокой страха.

Поэтому с эпохой одиночества пора кончать организованно.
Выйди на улицы, убей в себе Мисиму.