Видела любопытный документальный фильм "Душа суфия. Магическая музыка ислама". Он о суфизме - очень популярном, как оказалось,в разных видах по всему мусульманскому миру, исламском религиозном направлении. Люди там молятся Богу через музыку и танец. Для суфия - это способ единения с Богом. Вообще основа вероучения в стремлении к целостности. Как говорил один из основоположников суфизма в Турции дервиш и поэт Руми, "обычно мы похожи на человека, который страдает косоглазием - мы видим мир разделенным, но если мы сфокусируем взгляд, то увидим, что мир целостен". Ну или как-то так. :) Это направление утверждает любовь, мир и творчество. Вообще, мне кажется, что оно очень похоже на буддийское учение. Что еще раз напоминает о том, что настоящая мудрость универсальна и неважно, в какие одежды она облачена. Суфизм - это очень человеческое религиозное направление, распространенное даже в Пакистане и Афганистане. Что интересно, исламские ортодоксы и фундаменталисты суфизм ненавидят. Они называют музыку вообще великим грехом. Примерно так рассуждали некоторое время назад христианские пуритане или квакеры на Западе, в России церковники жгли балалайки и убивали скоморохов.
Может быть, все потому, что если человек поет и играет музыку, он становится свободным? Если он стремится к целостности, а не к разъединению, видит смысл и способ достижения счастья не в смерти, а в жизни, живет любовью, а не ненавистью, он перестает быть рабом, им сложно управлять и заставить реализовывать чьи-то цели?
Покупала надысь билет на поезд. Каждое лето у нас с ж/д билетами творится НЕЧТО. Каждый год говорят о том, что ситуацию эту надо кардинально менять, и каждый год она повторяется. Постояв в очереди минут сорок решила, что летом на юг я больше никогда не поеду. Стоим возле касс, на улице +35, в зале еще жарче, духота несусветная, орут люди, дети и собаки. Все это обливается пОтом, вонища...
И передо мной стоит парочка, судя по всему, молодожены, с кольцами. В обнимку! :) Я восхитилась - вот это любовь! 8-)
Познакомилась с интересным батюшкой (см. ниже). Очень сильный, мужественный, красивый человек, две Чеченские войны прошел: одну простым десантником, другую - "батьком", военным священником. Конечно, чувствуется, что человек это неоднозначный, характер у него сложный, матерком может пройтись, может, где-то и выпивает немного, и весь он какой-то шероховатый. Но невероятно искренний, до капли.
Удивительно, но именно ему у меня, впервые в жизни, возникло желание по-христиански исповедаться, покаяться, поговорить с ним как прихожанка со священником.
ПЫ.СЫ.: лет с пяти так сильно не болела, чтобы температура держалась три дня подряд выше 38,5, и в жизни никада такого не было, чтобы сама проснулась в полседьмого утра, но разбудили меня головная боль и кашель. Ппц...
настроение: очень хреновое хочется: не болеть слушаю: своё нытьё
Недавно уезжала из моего родного маленького города Мценска, куда приезжала на выходные, в областной Орел, где я работаю и живу. Города совсем рядом и очень многие амчане в Орле учатся или работают. Так что вечером в воскресение со мценской автостанции уезжает куча народу, в основном молодежь. Вот стою я на автостанции, рядом такая компашка, мальчики-девочки, семки щелкают.
Одна девочка спрашивает у мальчика кокетливо так: - А почему девушки нет? Тот, философски сплевывая: - Дорого...
Люблю суши. Так вот, сегодня заметила, что когда, даже случайно, вижу такой псевдояпонский шрифт, которым обычно оформляют меню псевдояпонских ресторанов, у меня начинает выделяться слюна...
Несмотря на то, что не спала вторую ночь подряд, пила пиво и курила кальян, а накануне размышляла о любви, настроение с утра хорошее, поется. :) Хорошо, что есть еще товарищи, которые могут привезти ночью кальян и пролить бальзам на израненную душу. :)
Много раз читала, что между улыбкой и хорошим настроением есть обратная зависимость. Если настроение у нас хорошее, мы обычно улыбаемся. Если же настроение плохое, то можно попробовать просто растянуть губы в улыбке, и, согласно рефлексу, настроение автоматически улучшится.
Я вот задумалась, интересно, может быть, и у примет есть такая обратная связь? Если горят уши, то примета говорит, что кто-то обсуждает. А если потереть уши, и они начнут гореть, то кто-то, кто надо обо мне вспомнит?
Недавно сидим с коллегой на обеде. Обсуждаем мужиков. Я, чтобы проиллюстрировать, какие мне нравятся мужики, решила легонько стукнуть кулаком по столу. Стукнула, легонько, млин... Звук получился громкий, чистый, красивый, твердый и очень решительный...
Чую, что, по закону всемирного равновесия, с таким профессиональным, генетическим умением стучать кулаком по столу, встреча с нормальным мужиком так и мне не светит...
А меняться ваапче не получается. :( Опять в когнитивном диссонансе. :)
Елена Ширман "Последние стихи" (жаль, я не умею писать стихов)
Эти стихи, наверное, последние, Человек имеет право перед смертью высказаться, Поэтому мне ничего больше не совестно. Я всю жизнь пыталась быть мужественной, Я хотела быть достойной твоей доброй улыбки Или хотя бы твоей доброй памяти. Но мне это всегда удавалось плохо, С каждый днем удается все хуже, А теперь, наверно, уже никогда не удастся. Вся наша многолетняя переписка И несчастные скудные встречи — Напрасная и болезненная попытка Перепрыгнуть законы пространства и времени. Ты это понял прочнее и раньше, чем я. Потому твои письма, после полтавской встречи, Стали конкретными и объективными, как речь докладчика, Любознательными, как викторина, Равнодушными, как трамвайная вежливость. Это совсем не твои письма. Ты их пишешь, себя насилуя, Потому они меня больше не радуют, Они сплющивают меня, как молоток шляпу гвоздя. И бессонница оглушает меня, как землетрясение. … Ты требуешь от меня благоразумия, Социально значимых стихов и веселых писем, Но я не умею, не получается… (Вот пишу эти строки и вижу, Как твои добрые губы искажает недобрая «антиулыбка», И сердце мое останавливается заранее.) Но я только то, что я есть, — не больше, не меньше: Одинокая, усталая женщина тридцати лет, С косматыми волосами, тронутыми сединой, С тяжелым взглядом и тяжелой походкой, С широкими скулами, обветренной кожей, С резким голосом и неловкими манерами, Одетая в жесткое коричневое платье, Не умеющая гримироваться и нравиться. И пусть мои стихи нелепы, как моя одежда, Бездарны, как моя жизнь, как все чересчур прямое и честное, Но я то, что я есть. И я говорю, что думаю: Человек не может жить, не имея завтрашней радости, Человек не может жить, перестав надеяться, Перестав мечтать, хотя бы о несбыточном. Поэтому я нарушаю все запрещения И говорю то, что мне хочется, Что меня наполняет болью и радостью, Что мне мешает спать и умереть. … Весной у меня в стакане стояли цветы земляники, Лепестки у них белые с бледно-лиловыми жилками, Трогательно выгнутые, как твои веки. И я их нечаянно назвала твоим именем. Все красивое на земле мне хочется называть твоим именем: Все цветы, все травы, все тонкие ветки на фоне неба, Все зори и все облака с розовато-желтой каймою — Они все на тебя похожи. Я удивляюсь, как люди не замечают твоей красоты, Как спокойно выдерживают твое рукопожатье, Ведь руки твои — конденсаторы счастья, Они излучают тепло на тысячи метров, Они могут растопить арктический айсберг, Но мне отказано даже в сотой калории, Мне выдаются плоские буквы в бурых конвертах, Нормированные и обезжиренные, как консервы, Ничего не излучающие и ничем не пахнущие. (Я то, что я есть, и я говорю, что мне хочется.) … Как в объемном кино, ты сходишь ко мне с экрана, Ты идешь по залу, живой и светящийся, Ты проходишь сквозь меня как сновидение, И я не слышу твоего дыхания. … Твое тело должно быть подобно музыке, Которую не успел написать Бетховен, Я хотела бы день и ночь осязать эту музыку, Захлебнуться ею, как морским прибоем. (Эти стихи последние и мне ничего больше не совестно.) Я завещаю девушке, которая будет любить тебя: Пусть целует каждую твою ресницу в отдельности, Пусть не забудет ямочку за твоим ухом, Пусть пальцы ее будут нежными, как мои мысли. (Я то, что я есть, и это не то, что нужно.) … Я могла бы пройти босиком до Белграда, И снег бы дымился под моими подошвами, И мне навстречу летели бы ласточки, Но граница закрыта, как твое сердце, Как твоя шинель, застегнутая на все пуговицы. И меня не пропустят. Спокойно и вежливо Меня попросят вернуться обратно. А если буду, как прежде, идти напролом, Белоголовый часовой поднимет винтовку, И я не услышу выстрела — Меня кто-то как бы негромко окликнет, И я увижу твою голубую улыбку совсем близко,И ты — впервые — меня поцелуешь в губы. Но конца поцелуя я уже не почувствую.
Не работает золотое правило всех времен и народов: "Не делай другому того, чего не хочешь, чтобы делали себе". Все хотят или не хотят абсолютно, часто диаметрально противоположного.
Недавно в журнале "Русский репортер" читала хорошее интервью режиссера Светланы Проскуриной, там прозвучали мысли, словно в ответ на мой вопрос:
[Фильм] "«Детская площадка» возникла из ощущения, что люди вообще не умеют изъясняться. Самое главное, что тогда было, — это отсутствие языка, ясного разговора. Притом что жизнь и без того довольно сбитая, расползающаяся. И даже будучи очень заинтересованными друг в друге, вы не находите слов. А теперь я все больше задаюсь вопросом: слово, которое мы получили, и вообще умение разговаривать — такое ли это благо? Выручает ли оно нас? Мне кажется, не очень. Даже люди, у которых в лексиконе не шесть слов, а больше, когда начинают выяснять отношения, заходят в новый тупик. Мы когда-то подробно говорили об этом с Сашей Сокуровым — что не надо объясняться, потому что это ни к чему не приводит, а только запутывает ситуацию и делает проблему еще неразрешимее. Обиды становятся еще более выявленными, и ничего не утоляется. Поэтому сейчас я все больше думаю о том, что молчание и умение молчать — это огромное достоинство. Это роскошь — не пользоваться словом, когда ты им уже умеешь пользоваться. Такая пустынная аскеза, когда нет болтовни, когда со звуком, цветом и музыкой ты тоже вынужден быть очень осторожным."
Один мой виртуальный знакомый, очень мудрый брахман с Украины, как-то написал в блоге: "Сегодня я буду плакать о тех, кого люблю". По-моему, очень красиво и очень мудро. Но у меня немного не так. Сегодня я буду петь и танцевать о тех, кого люблю.
Ты меня не любишь, не жалеешь, или Чем полезен минусовой баланс
Я перестала пухнуть от неразделенной любви и начала сохнуть. Самый серьезный рецидив за последнее время случился у меня пару дней назад. Страдала безумно. Сидела и думала, почему мир так несправедлив: с тобой нет именно того человека, который больше всего хотелось бы, чтобы был. И лучшие годы, и лучшее время проходит зазря, без любви. От опрометчивых, от ОЧЕНЬ опрометчивых поступков меня спасло только то, что на счету мобильника у меня минус 6 рублей. И счет пока не пополняю Много слышала о том, что надо бороться за свою любовь, вести свой Правый Бой. Но я совершенно не умею. Да и насильно мил не будешь. А еще я как-то самодовольно говорила подружкам, что у меня не случается неразделенной любви, это глупо. Вот судьба меня так учит не зарекаться и не брать на себя слишком много.
Это пройдет. Это должно пройти. Я же умная и опытная девочка, понимаю это. Но от осознания этого ощущаешь НЕВЕРОЯТНУЮ пустоту. А может все, что ни делается, все - к лучшему? Может, так и нужно, а потом будет все лучше? Сколько во всем этом моей вины, а сколько - разумного и правильного течения судьбы?
Есть у нас в Орловском районе удивительное место, куда я лично езжу молиться о любви. Храм со святым источником в деревне Паслово. Храм был возведен на деньги богатой помещицы Прасковьи Николаевны Лопухиной-Давыдовой. Он построен в память о всех воинах, погибших в войне 1812 года. Муж Прасковьи Николаевны погиб на поле Бородина. Они поженились незадолго до этого. Она осталась 19-летней бездетной вдовой с огромным имением. Она была хозяйственной и оборотистой помещицей, дожила до глубокой старости и никогда больше не выходила замуж.
Смотрела вчера вечером замечательный фильм "Легенда о пианисте" Джузеппе Торнаторе. Он (фильм) довольно долго лежал у меня на полочке, ждал, видимо, нужного момента. Момент настал, если учесть теперешние мои проблемы с работой. Фильм лег в нужную почву моего расшатанного стрессом сознания и произвел неизгладимое впечатление. Обрыдалась. Это нужно смотреть в любом случае. К тому же, Тим Рот - актер, на мой взгляд, просто гениальный. Попутно вспомнила, что и у меня в жизни была своя легенда о пианисте. В 2006 году я ездила в лагерь "Наших" на Селигере. Вся та система мне не очень нравилась, с людьми там я почти не сходилась. Лагерь находился на полуострове, где раньше была детская колония. На этом полуострове было узкое место, полуостров был в форме восьмерки. И вот недалеко от этого узкого места поставили что-то типа "элитного кафе". Куб из металлических реечек, обтянутых белыми тряпочками, развевающимися на ветру. Внутри стоят несколько столиков, на них свечечки в стеклянных шариках. В углу пианино. Как-то вечером, уже после заката солнца, я шла из одной части "восьмерки" в другую. Заметила, что свечечки на столиках романтично так горят и из-за шторок раздаются звуки пианино. Я подошла и присела за один из столиков. В углу отдыхала какая-то компания.
За пианино сидел парень. Перед ним не было нот - он играл по памяти или импровизировал. Сложно описать словами те чувства, что переполняли меня в тот вечер. Надо мной было огромное куполообразное черное небо, на воде рябь, на поверхности озера играют блики, ветер треплет белые занавески и шумит верхушками высоких сосен. Горят свечи. Я вдыхаю свежий до головокружения воздух и слушаю музыку. Живую, сердечную, которая творится здесь и сейчас. Не просто слушаю - растворяюсь в музыке. Я даже очень плохо помню картинку, я, по-моему, вообще плохо тогда видела, зрение в тот момент было совсем не главным. Я вся превратилась в слух и осязание. Сушала музыку и ощущала ветер. Они звучали в унисон ... Он играл и играл. Дарил всего себя музыке, ночи, любил их, ласкал пальцами. И не замечал меня. Точнее любил меня как все окружавшее его в тот момент пространство, которому он дарил музыку. А мне казалось, что я любила пианиста. При этом также не отделяя его от волшебной ночи и волшебной музыки.
Играл он пару часов подряд. Когда кафе закрывалось, его попросили осовободить стульчик. Я решилась и подошла к нему, предложила интервью (вообще девочкам-журналисткам очень удобно знакомиться с мужчинами - всегда можно предложить интервью ). Он согласился. Но на следующий день ему пришлось уехать к себе в Ростов-на-Дону... Кажется, его звали Дима.
Почему мне гораздо проще признаться ему в измене, чем в том, что мне сегодня просто хочется побыть одной, посидеть дома? Отчего-то мучаюсь угрызениями совести...