Привет от моих девятнадцати
48-листовая тетрадочка, единственная - сохранившаяся.
Да, было дело: вела дневники... ещё в школе, с класса 8-го, кажется, записывала всякую ерунду, произошедшую со мной за день. В целях самовоспитания. Мыслёшки, цитатки, событийки и прочее... Надолго меня, обычно, не хватало.
Рвение заканчивалось через пару месяцев: принималось решение, что сила характера достаточно испытана, и тетрадочка благополучно сгорала - исписанные листики красиво обугливались и полосой пепла скручивались в ярком пламени.
А эта... сохранилась. Через годы, переезды, чужие квартиры и шкафы, контейнеры и упаковочные ящики.
Помнится, я адресовала все записи самой себе – той, другой, постаревшей и уже знающей: «...вы, конечно, хорошо понимаете, что я имею в виду, Светлана Николаевна... если помните это...».
Обозвала последний, заключительный, полный сомнений, колебаний и разочарований, семестр - «периодом становления».
Записывала не каждый день, но предельно откровенно. Иногда – жёстко, не жалея себя.
Прятала тетрадочку под прикроватной тумбочкой от любопытного носа старшей сестры – как оказалось, зря прятала... лет через пять, во время отпускной встречи, она обмолвилась, что читала дневник тайком: со слезами и страхом. И тогда мне очень захотелось закричать. От ощущения мерзости.
Только сегодня, неожиданно для себя начав читать дневник-моих-девятнадцати, поняла, что он, наконец, дождался своего адресата.
Получилось. Вот сегодня, спустя 29 лет – получилось!
Это я, Светлана Николаевна, читала размашистые строки 19-летней Светки, мечущейся в поисках выхода и смысла.
«...я устала думать... Но думать – значит жить, жить без «дум» невозможно; следовательно, я не ошибусь, если скажу, что устала жить?...»
«...сегодня я сделала подлость. По-существу я предала человека. А кто может сделать один раз подлость, тот в любой момент может сделать ещё, во второй раз... Когда курс собирал подписи под заявлением о том, что мы просим заменить нам преподавателя, я заявила, что подписывать это не буду. Вера Николаевна лично мне ничего плохого не сделала, я её уважаю. Но когда... ...я смалодушничала. Я поставила подпись и презираю себя за это... …раньше я была чище, лучше. И, конечно, уж на подлость не была способна»
«...была на дне рождения Галки... у неё через месяц – свадьба, у Ольги (её однокурсница, моя хорошая знакомая) – в апреле свадьба... обе были с будущими мужьями. Представляете, Светлана Николаевна, как я себя чувствовала...
...народу было мало, но... ...я, в общем-то, осталась довольна (сама себя веселила языком)...»
«...одна мысль – я этого не переживу. А разум твердит: надо выжить!!!...»
«…но ведь это невозможно – месяц лжи!!! Если это так – значит, в мире нет добра, нет любви, нет честности; всё – ложь, лицемерие, обман, притворство!...»
«...Светик, ты ведь всегда могла заставить себя! Ну, поверь в свои силы, ну, заставь себя забыть... заставь себя выкинуть всё, что связано с ним! Ну?! Не можешь... Не получается...
...Светлана Николаевна! Уберите из меня эту истеричку...
...и всё-таки: неужели весь мир построен на лжи... Но зачем тогда жить?...»
«...говорят, хлорка может выжечь всё, написанное на бумаге. Вот так бы на сердце – капнул, и выжег всё то, от чего хочешь избавиться...
Ну, что же – жизнь показала мне свой характер...»
«...да, душевные силы меня всё-таки не покинули пока. Откуда-то вылился большой запас бодрости. На курсе спрашивают: что это я «цвету и пахну», что это я «хожу такая счастливая?» Для меня это звучит как комплимент: ведь никто не догадывается, что перед входом... я сжимаюсь в комок, загоняю душу (эту истеричную воющую душу) в пятку и говорю себе: «Держись, Светик!» и с улыбкой и радостным лицом вхожу...»
«...ну, Светлана Николаевна, привет! привет! привет!
Я к вам с вопросом: а как бы вы определили выражение «второе дыхание»? Ладно, определяйте как хотите, но одно несомненно: у меня открылось второе дыхание! Интересно устроен человек: когда уже кажется нет сил ни на что (у меня, например, не было сил жить вообще) и кажется, что наступает предел, вдруг... открывается совершенно новый, неизведанный запас сил...
Я могу жить!...»
«...вот и пролетели 5 месяцев становления.
И что же?
Ничего...
…правда, я сдала госы на 5-ки
И всего лишь
До свидания, Светлана Николаевна»
Что почувствовала?
Разочарование. И жалость.
Я, «постаревшая и знающая» Светлана Николаевна – такая же бестолковая и ничего не знающая... мои мысли, мои слова... Я - не изменилась?!
«...я знаю, что ничего не знаю».
Метки: Самогрыз

