"Никогда" - это значит, что... никогда. Никогда - больше. Никогда - ещё раз.
"...когда?" - "...а никогда!"
Никогда - ни в когда?...

"Ничто" - это понятнее. Ничто - пустое место... пшик.
А "никогда" - это само отрицание времени: нет больше времени! "ни когда".
И что, "никогда" - тоже пустое место?

Нет.
Люди не уходят в "никогда".
Они не становятся "пустым местом".
Потому что - они БЫЛИ!
Жили, писали в блогах, радовались и плакали...
А теперь - "никогда"?

Фёдор Слэнинэ - никогда.
Тайгина - никогда.
Аркадьев - никогда.
Перола Барока - никогда.

Ребята... живите, пожалуйста, а? не умирайте! не уходите, не оставляйте...
Не хочу "никогда". Никогда...

Отцам,
которые навсегда остаются с нами,
посвящается

Куча листьев и обрезанных веток была огромна – почти в мой рост. Папа тщательно сгребал листья, не оставляя на земле ни одного: спокойными и уверенными движениями. 
В сумерках он поджигал сложенную факелом газету, и ветреное пламя выхватывало из темноты глубокие морщины и волнистую седину.

Мой папа был лучший.
Не только потому, что он был мой папа.
Его уважали, ему улыбались и спрашивали о здоровье... и мне, маленькой, доставалась толика того уважения, с которым все относились к отцу. Я была у него на работе – в папином кабинете, заставленном шкафами с книгами и столами с папками – и всё время боялась, что меня выгонят. Но все, удивляя меня, серьёзно здоровались и не ругались.

Отойти от него я не могла, чем бы он ни занимался.
Мне тоже хотелось колоть дрова, копать землю... Я даже курить пробовала тайком, за углом сарая, подобрав папин окурок – чтобы быть похожим на него.
«Мой сын Лорис», - улыбался папа, показывая, как надо обрезать ветки смородинового куста и отдавая мне секатор.

Костёр разгорался, сначала испуская густые белёсые дымные извилины, а потом из кучи появлялись оранжево-красные жадные языки.
- Осторожнее, Лар, - беспокоился за меня папа.
А потом - немного тревожно улыбался, разглядывая круги и восьмёрки, которые я рисовала в вечернем воздухе тлеющим кончиком ветки, обгрызенной племенем.
Огненно-красные кольца, отпечатавшись на мгновение в воздухе, бесследно исчезали. А я рисовала новые и новые фигуры – зигзаги, веера...

[ Читать далее... → ]

...тогда, перед его смертью, когда я увидела, как он рассасывает лекарство, как держится за грудь, сидя на террасе, на кровати - с книгой, с очками на высоких залысинах... он ответил на мой вопрос так:
- Пап, плохо? Может, позвонить в больницу? Или маме?
- Не надо. Сейчас всё пройдёт, я тут полежу немного.

И я, глупая избалованная девочка, поверила (наверное, хотелось поверить), легкомысленно решила: ну, раз папа так говорит... ну, ладно. А он, наверное, не хотел меня волновать, не хотел беспокоить людей; а я, дурочка, не смогла этого понять; мне надо было не изображать из себя послушную дочь, а действовать, звонить... что-то делать!
Это то, что я не могу себе простить всю свою жизнь. [ читать дальше → ]

Два года назад, под праздник Победы, получила я письмо от родственника моего отца, которого видела мельком пару раз в детстве. Это длинное письмо (на 4-е конверта разделённое) стало мне очень дорого: прочитав, поняла: многого об отце, рано умершем, я не знала…
Это письмо и для меня, и для моего сына стало откровением - папа на мои детские вопросы ("...а что это за дырочка за ухом? а почему у меня такой дырочки нет?...") отшучивался: "Вот так получилось... простыл, заболел - осталось... ты смотри, по лужам не бегай! вдруг тоже заболеешь?..." - и улыбался.
Он вообще никогда не жаловался... Умер внезапно, от обширного инфаркта, лопнула аорта - кто знает, если бы не война, может, не пришлось бы ему умирать в 50 лет?...
Мой шестнадцатилетний сын, прочитав это письмо, сказал: "Знаешь, я только сейчас понял, как это страшно - война..."
Он сумел понять это - мальчик, не знавший горя и голода... Господи, спаси и сохрани наших детей!...

Вечная память юным мальчишкам, прошедшим военный ад и спасшим мир от фашизма.
Благодарна всем, прочитавшим этот фрагмент письма: [ читать дальше → ]

- Мы все сегодня собрались из-за этого вот человека, нашего дорогого юбиляра. Собрались, чтобы поздравить его, чтобы отпраздновать эту замечательную юбилейную дату. Пусть этот праздник останется незабываемым для всех нас, и, в первую очередь – для тебя, Михаил!

- Столько лет ты был для меня... всем, моей надёжной защитой и опорой, хорошим мужем, хозяином, отцом. Мы прожили двадцать шесть лет вместе, и, знаешь, я... согласна прожить с тобой ещё столько же… Здоровья, дорогой, и исполнения желаний!

- Когда-то мне казалось, что 50 лет – это глубокая старость. Это сейчас, в свои «почти 80», я знаю: в пятьдесят лет человек только-только начинает понимать, что такое Жизнь, только-только начинает разбираться в ней... Так давайте выпьем за молодость моего сына!

- Когда-то... мы вместе сидели с тобой за одной партой и были вместе влюблены в нашу молодую учителку. Тогда мы ещё не знали, как будем жить, кем станем. Сегодня можно сказать: ты настоящий мужчина! Ты построил дом, у тебя замечательный сад, вырастил детей, и даже дождался первого внука. За тебя!
[ читать дальше → ]

- А заходите вечером на чай - посидим, поговорим... - c этих неожиданных слов и началось знакомство с моей недолгой подругой, соседкой по лестничной площадке и женой начальника моего мужа…

Я и сейчас, спустя годы, с тёплым и каким-то нежным чувством вспоминаю эту женщину, блестящие глаза, простую причёску и непритязательную домашнюю одежду... О, нет, на улице это была хорошо, со вкусом одетая красивая, уверенная в себе женщина! А дома - простой, крупной вязки, тёмно-зелёный свитерок и вязаные чёрные брючки.

Тогда, в ту первую мою полярную ночь, она меня буквально спасла: я постепенно сходила с ума от ненормированной работы, круглосуточной темноты, семейных забот-обязанностей...
Но это предложение так бы и осталось всего лишь предложением, если бы вечером она не появилась на пороге моей квартиры, поразив меня лёгкой простотой: " Ну, идём?.."
И вот тут, неожиданно для себя, вместо того, чтобы отказаться, я отложила (нет, не отложила – бросила!) все дела и... отправилась в гости к соседке.

Когда, через полгода, Лариса Сергеевна умерла, я решила, что Смерть ошиблась дверью: это ко мне она хотела зайти да перепутала... Точно, точно: я ведь тоже Лариса, и это моей жизни должен бы подойти конец, это у меня не оставалось ни сил, ни желания жить дальше... А Лариса Сергеевна - умная, красивая, замечательная…
[ читать дальше → ]