- Ну и чего ты ревешь? - спросила Фея.
- Потому что все закоооо...закоооо.кончилось!

Золушка рыдала так бурно, что едва могла говорить. И уж тем более слушать. Фея решила подождать. Пусть крестница успокоится.

Несколько минут спустя Золушка звучно высморкалась в передник и почти спокойно сказала:

- Он....Он был такой милый. Такой добрый. Он понимал меня без слов. И такой красавчик! Я была так счастлива. Но все закончилось, когда часы пробили полночь. И мне теперь незачем жить.

- Как это - незачем? - изумилась Фея. - Дурочка, ты что, не поняла? Ничего не закончилось, все только начинается. Принц без ума от тебя, о другой невесте и слышать не хочет. Подобрал на лестнице твою туфлю, надеюсь, у его папаши хватит ума пустить по следу хорошо обученную розыскную собаку. Ну, так или иначе, а принц всерьез намерен тебя искать. И найдет, вот увидишь. И дело в шляпе.

- А при чем тут принц? - дрожащим голосом спросила Золушка. По ее щекам снова потекли слезы, но на бурные рыдания уже не осталось сил.

- Как - при чем? - опешила Фея. - Сама же говоришь - красавчик. К тому же добрый, милый, все понимает...

- Да нет, - отмахнулась Золушка. - Принц отлично танцует, но это, пожалуй, единственное его достоинство. Я говорю о кучере.

Она достала из кармана передника толстую печальную крысу, нежно поцеловала в макушку и протянула Феею

- Скажите, Крестная, с этим что-нибудь можно сделать?

Дверь распахнулась и рыцарь вбежал в комнату к красавице принцессе.
Красавица плакала сидя на кровати. Увидев его она разрыдалась еще сильней.
- Завтра меня отдадут дракону, - причитая сообщила она рыцарю, -
Каждый год дракон требует на съедение самую красивую девственницу
города. А это я! Ну почему я такая красивая?!
- Я спасу тебя! - пылко ответил рыцарь.
- Ты убьешь дракона? - обрадовалась принцесса.
- Есть и более простое решение, - ответил рыцарь, стягивая с себя штаны.
- А других простых способов нет? - с сомнением в голосе поинтересовалась принцесса
- Ну, еще можно сломать тебе нос и ты перестанешь быть самой красивой, - задумчиво сообщил рыцарь.
Принцесса вздохнула и принялась стаскивать с себя платье.

- Ой, а Вы кто? - удивилась Аня, увидев в дверях мужчину лет тридцати, невзрачного вида, в поношенном плаще, грязной вязанной шапочке и со щетиной на лице.
- Здравствуй, Аня! Я - Твой Принц На Белом Коне! - с подкупающе искренним взглядом сказал мужчина и от него пахнуло перегаром.
- А где конь? - усмехнулась Аня.
- В лифте сидит - караулит, чтобы не уехал, - все также искренне ответил Принц, - Аня, собирайтесь, мы прямо сейчас едем ко мне во дворец.
- А почему я должна с Вами куда-то ехать? - сдержанно спросила Аня.
- Так ты же меня всю жизнь ждала! Чтобы я приехал и забрал тебя.
- Вы себя с кем-то путаете! - Аня попыталась закрыть дверь, но Принц успел подставить ногу.
- Аня, только без глупостей! У меня нет времени на все эти шуры-муры! Одевайтесь, поехали.
- Да пошел ты! - Аня смогла закрыть дверь.
- Дура набитая! - Принц стукнул по двери кулаком, - Зачем мечтала-то тогда? Недождавшись ответа Принц повернулся и зашел в лифт.
- Грубо ты с ней! - сказал Белый Конь.
- Я хотел по-хорошему, а она видишь как! - с досадой процедил Принц.
- А я бы тебе даже открывать не стал - весь грязный какой-то, небритый, - Белый Конь сплюнул на пол.
- Надоело все! Каждый день эти дурочки с жидкими косичками и прыщами и к каждой еще нужно подход найти! А я уже иссяк, понимаешь, иссяк! Это еще года три назад я сострить и обаять мог, а сейчас... - Принц устало махнул рукой.
- Завязывать. пора, - сказал Белый Конь и затушил окурок о стену лифта.
- Да ты что?! Их еще вон сколько, а нас с тобой только двое. Если мы .завяжем., кто будет этим заниматься?
- Ладно, хозяин, замяли! Деньги-то на автобус у тебя есть?
- У меня-то есть, а ты как?
- А я опять сделаю вид, что случайно зашел в автобус.
Принц сутулясь вышел из подъезда, а за ним, хромая, шел его Белый Конь.

Однако жила была в далекой тундре девочка и звали ее Красная ушанка.Однажды мама напекла лукошко тюленьего жира, натопила бидончик рыбьего жира и сказала: отнести однако бабушке, которая живет за тундрой. За ночь как раз успеешь, ночь полярная. Hадела Красная ушанка лыжи и побежала по тундре, напевая песенку о том, как она идет к бабушке. (Песенку Красной ушанки слушайте завтра на волнах нашего радио с восьми утра до одиннадцати вечера.)
Подслушал эту песню песец, прибежал к бабушке, проглотил ее, а сам лег посреди чума.
Пришла Красная ушанка и спрашивает:
- Однако бабушка, почему у тебя такой большой хвост?
- Однако чтобы пол в чуме подметать, - отвечает песец.
- Однако, бабушка, а почему у тебя такой маленький рост? - спрашивает девочка.
- Однако, даже и не знаю что ответить, - говорит песец.
А Красная ушанка смотрит на него и говорит:
- Однако это не бабушка, а просто какой-то песец.
И тут же лыжными палками вспорола песцу живот и выпустила бабушку. И стали они жить-поживать да рыбий жир попивать. Потому что смелой и догадливой чукотской девочке никакой песец не страшен.

- Э. Ты чего здесь? - растерянно спросил большой медведь.
- Ничего, - спокойно ответила Маша, продолжая деревяной ложкой поедать кашу, выскребая ее со дна третьей тарелки. Потом посмотрела на медведя невинными глазами в пол-лица. - А что?
Михайло Потапыч тяжело привалился к дверному косяку. Обвел взглядом разгромленную кухню: открытые настежь шкафы, перевернутые ведра, рассыпанную по полу картошку.
- Ты понимаешь... - он хотел сказать "девочка", но сдержался, взглянув на сидящее перед ним и жующее маленькое чудовище, - ты понимаешь, что это были запасы на зиму для меня и моей семьи? Понимаешь или нет?!!
Машенька согласно кивнула и облизала ложку.
- Знаешь, - сказала она, - это ведь обычное дело. Процесс естественного отбора. Дарвин когда-то очень точно подметил, что все в природе только и делают, что отбирают еду друг у друга. Даже самые маленькие, как вон та белочка.
Рыжая белка, заскочившая в открытую дверь, метнулась к последнему уцелевшему ореху, схватила его и выскочила обратно. Медведь проводил ее тяжелым взглядом. Потом перевел его обратно. Видимо, было в его глазах что-то такое, отчего Маша начала торопливо говорить дальше:
- Ты же понимаешь, что мне, как венцу творения, нельзя сидеть, сложа руки и ждать, пока я ослабею и умру. Наподобие, скажем, тасманийского сумчатого волка или птицы Дронт...
- При чем тут волк?! - взревел Михайло Потапыч. Под его когтями взвизгнуло и завилось длинной стружкой дерево столешницы.
- Как при чем? - удивилась девочка. - Его вытеснили из экологической ниши и он исчез. А вас, медведей, вытеснить труднее. Вы под охраной государства.
- Что тут происходит? - послышался с порога недоуменный голос. В кухню вошла Настасья Филипповна, медведица, мать и жена. Одного профессионального взгляда ей хватило, чтобы оценить масштабы разрушений. На секунду она застыла столбом, потом сказала "так" и ухватила Машу за ухо, крепко его выкрутив.
- Так. Давно у нас гостей не было... Да еще в отсутствие хозяев.
- Ой-й! - завизжала та. - Вы не имеете права так со мной... Ой-й!
- Ты куда ее? - спросил Михайло Потапович, который уже занялся ликвидацией последствий вторжения и стоял теперь с веником в лапе.
- Объяснять конвенцию ООН... - буркнула жена в ответ, - не будь наивным, ты же понимаешь, что нашему Мишутке нечем играть. А тут - такая новая кукла. К тому же разборная и наглядная!
Маша отчаянно завизжала. Медведь сокрушенно покачал лобастой головой.
- Как-то это слегка негуманно, - сказал он, снова принимаясь подметать пол, - хотя, если подумать... Вот и Дарвин то же самое говорил о естественном отборе.
Из детской комнаты слышался хруст и сосредоточенное сопение. Михайло-младший вдумчиво разбирал новую куклу...