Осознав с годами всю бездну идиотизма своего персонажа, маэстро высказался в адрес Дона Хосе в самых нелицеприятных выражениях. Жаль, что ему не привелось дожить до осознания того факта, что Кармен - стерва и puta. А впрочем, истинный кабальеро вряд ли мог бы позволить себе отозваться подобным образом о даме, будь она даже самого легкого поведения и притом воровкой и наводчицей в банде, как рассказывал нам Мериме.
Итак, читаем десятилетней давности статью из журнала "Эль Мундо".
http://www.elmundo.es/1997/10/06/cultura/06N0074.html
Автор:
Маргарита Константинова, альбом: flamenco forever
CULTURA
Lunes, 6 de octubre de 1997
ДОН ХОСЕ, «ФАШИСТ» В МАДРИДЕ
Антонио Гадес возвращается с «Кармен» в столицу после тринадцати лет отсутствия.
Кристина Маринеро
Мадрид.
«Зачем делать четыре пируэта, когда и одним все сказано?» Так объясняет Антонио Гадес возможности танца, когда речь идет о выражении чувств, и так подходит к своему персонажу – Дону Хосе из балета «Кармен», с которым он в Мадриде сказал танцу «прощай» 13 лет назад, и с которым вновь поднимет занавес театра «Лопе де Вега», чтобы возвратить нам свой харизматический образ на сцене.
«Сейчас я использую Дона Хосе «на все сто». Ну, то есть, получаю больше удовольствия от исполнения этой роли, чем раньше. Наверное, это возраст… страдаешь по-другому. Теперь-то я понимаю, какой он придурок, и как не может этого избежать, как он доходит до того, что убивает Кармен, и весь его кретинизм… Он – фашист хренов, но у него нет ни мужества, ни желания отказаться от этого».
Зрелость и опыт – в танце и в жизни – отличают этого Дона Хосе, который появился на свет сначала в кино, а затем был воплощен на сцене. В 1983 году Антонио Гадес и Карлос Саура сняли фильм, который обошел весь мир и даже был номинирован на Оскар в Голливуде. Год спустя, они представили балет в Париже.
ПОМОЩЬ КИНЕМАТОГРАФА. Лаура дель Соль стала «героиней из Трианы» на большом экране, а Кристина Ойос исполнила заглавную партию балета в театре – роль, которую сейчас исполняет Стела Араусо. «Фильмы очень помогли, потому что люди увидели наш танец по-другому. Хотя в Японии или во Франции всю жизнь изучали испанскую культуру, это никогда не делалось в такой массовой форме, какую породила премьера «Кармен». Они увидели, что речь идет не только о танце, что в этом есть нечто большее».
Антонио Гадесу в ноябре исполнится 61 год, и более 50 лет он работает – сначала портье у Хиенеса (фотоателье), затем – в газете АВС, и, наконец, в балете. Несмотря на проблемы со здоровьем, которые были у него в прошлом году, и периоды простоя, он уверяет, что не намерен уходить в отставку. Рожденный в рабочей семье, («среди моих родных не было артистов, а были строители и сапожники»), Гадес не верит, что можно быть «рожденным для искусства»: «Я был горбатым, без капли цыганской крови, родом из Эльды, вырос в Вальекасе, всё было против меня» – утверждает он.
Он и слышать не хочет о предполагаемом возвращении в Национальный Балет: «Я не могу, у меня своя труппа, и я не хочу никаких официальных должностей», – и не дает критических оценок государственной балетной труппе. «Есть дирекция, и всегда, когда дают должность, требуют результатов. Национальный Балет движется, и, скорее всего, функционирует по-другому, вне «большого маркетинга», тут надо соблюдать осторожность, потому что нельзя требовать, чтобы он «везде поспел». Это как концерт Баренбойма или Кабалье, который не может быть растиражирован повсюду».
Член Центрального комитета Коммунистической Партии Народов Испании, Антонио Гадес поддерживает с Кубой особую связь, которая привела его летом прошлого года к тому, чтобы представить «Фуэнтеовехуну» на площади перед Национальным Театром для всего народа. Он не скрывает своих чувств: «Куба – моя любовь. Я вижу ее такой же как всегда, ее революция живет и здравствует», – утверждает он. «Что происходит с ней – так это всемирная несправедливость, не только со стороны американцев».
С мыслями о «Кровавой свадьбе»:
Решительный сторонник молодежи («Если ее и можно в чем-то упрекнуть, то мы сами ее этому научили, и пусть никто не валит с больной головы на здоровую»), Антонио Гадес хочет, чтобы новые поколения смогли увидеть его балет «Кровавая свадьба», и уже готовит возобновление постановки к будущему сезону.
В программе по произведениям Гарсиа Лорки ей будет сопутствовать "Rango" – балет Рафаэля Агилара по мотивам «Дома Бернарды Альбы», на который он сам приобрел права, и который впервые представит со своим коллективом в честь столетия со дня рождения Гарсиа Лорки.
«Меня уговаривают возобновить эту постановку, хотя я не нуждаюсь в том, чтобы меня слишком уж уговаривали, потому что с балетами – как с детьми: даже если ты их не видишь, они не перестают быть твоими… А «Кровавая свадьба» – один из немногих моих балетов, ведь у меня детей больше, чем балетов. С Пилар, моей первой подругой, у меня Эльза и… мальчик – младший. С Пепой у нас Мария, Тамара и Селия. На этом я остановился, но они такие красивые и так хорошо у меня получаются, что, если смогу, сделаю еще. Я не видел, как они растут – из-за работы, но посмотрим, как теперь, когда я "на склоне лет".
Антонио Гадес демонстрирует особую заинтересованность в прояснении некоторых понятий, связанных с термином «испанский танец», неверно используемым, по его словам. Для танцовщика, вернувшегося сегодня в Мадрид, это определение неверно. «Как следует называть, в таком случае, баскский танец, который существует во Франции, или сардану, которую танцуют в Перпиньяне? Здесь тот же случай, что и в литературе – мы всегда говорим о литературе кастильской, или каталонской, или баскской, так вот, с танцем – то же самое».
