Ещё один бездарно прожитый день. Подъём в час дня, куча прочитанных книг. И вечером визит подруги, решившей вытащить меня из однообразия.
Какая-то кафешка. Запиваю вином разговор с подругой, закуриваю наши общие проблемы. Лёгкие не выдерживаюи количества навалившихся неприятностей, и мы решаем пройтись по городу.
- Давно не была на Каскаде. Пойдём туда? – предлагаю я.
- Поднимемся на монумент. Давай пива купим...
- Ты знаешь.. Я не пью пиво. К тому же на вино...
- Ладно. Поднимайся.
Встаю с низких сидений так, словно вешу не 42 килограмма, а как минимум сто. Официанты неоднозначно улыбаются, разглядывая облегающий сарафанчик подруги и теряясь в глубоком вырезе моей маечки. Расплатились. Симпатичная официантка посмотрела нам вслед с нескрываемым желанием уйти с этойскучной работы вместе с нами, снятьс себя эту застёгнутую на все пуговицы сорочку и влепить наконец-то пощёчину клиенту-завсегдатаю, так часто распускающему руки.
Решаем пройтись до Каскада пешком. Подруга в очередной раз спрашивает, имеет ли она право обижаться на любимого человека, когда он не выполняет обещание. Отвечаю честно: «Имеешь». Идём молча. Улыбаемся бегающим по парку детям. Ловлю на себе восторженный взгляд какого-то иностранца. По видимому, либо фотограф, либо художник. Только они умеют так смотреть.
- Юль...
- Да, знаю, - перебиваю подругу. Нам почти никогда не приходится договаривать мысль до конца. Понимаем.
Поднимаемся на Каскад. Садимся в тени и смотрим на город. Я знаю, о чём думает подруга. Не знаю о чём думаю я.
- Юль, покатаемся на чёртовом колесе?
- Я боюсь высоты.
- Ну тогда покатаемся на каруселях. До головокружения.
Подруге плохо. Я знаю это. Она сильная. Пусть улыбается. До головокружения. Никто не стоит её печали.
- Пойдём.
Снова поднимаемся. Глотаем фразы, брошенные пятнадцатилетними подростками; замедлив шаги, пропускаем вперёд троих дикобраных парнец в цветастых сорочках, пытающихся завладеть нашим вниманием. И снова молчим.
Добрались на самый верх.
- Юль, давай поищем ваш дом.
- Да вон наверно он.. Вот опера, чуть левее.. Библиотека.. Видишь?
- Да...
- Поздно уже. Может на карусели в другой раз?
Подруга соглашается. Проходим мимо непонятной статуи воина, поставленного голым задом ко всему городу. Понятие «искусство» извращается с каждым новым творением.
Решаем сестьна маршрутки и поехать по домам, несмотря на то, что я живу совсем близко. Голова идёт кругом, хочется поскорее домой.
- А вот и маршрутка. 
Сажусь на заднее сидение. Какая-то женщина постоянно оборачивается и разглядывает меня. Около двери освобождается место и я пересаживаюсь. Вдруг слышу сзади себя лепет. Чуть поворачиваю голову. Девочка лет семи с большими оптическими очками на носу чо-то рассказывает кому-то невидимому. Рядом с ней никого нет, а она продолжает шептаться с этим «никем», вставляя иногда в свой монолог такие фразы как «ну ты понимаешь...» , «представляешь?» и т.п. Вдруг она замолчала и через несколько секунд запела тихо-тихо на ломанном русском песню, которую я раньше никогда не слышала:
«Миииимо едут автоооообусы...»
А потом тихо на армянском добавила: «Наир, инчкан мекенанер кан кахакум...Ев ес нранциц мекум ем.. » ( Посмотри, сколько машин в городе. И я в одной из них )...
Ловлю себя на том, что вскоре моя остановка и что я не хочу выходить. Хочу ещё послушать лепет девочки. Но уже поздно.
Останавливаю маршрутку напротив кукольного театра, захожу в свой двор, поднимаюсь на последний этаж, пристроенный к шестиэтажке...
Дома. Жду звонка. Неважно чьего. Лишь бы телефон ожил. Включаю музыку и ложусь на кровать. Звонок...
- Юлечка. Я сегодня поздно домой вернусь. Я тебе позвоню, разбужу, ладно?
- Попробуй...
Гудки...
Ещё пара часов бессмысленного лежания на кровати. Половина второго. Скоро за окном выключат фонари. Опять звонок. Подруга. Вдребезги пьяная.
- Юль, побудь моим Фрейдом... Вот скажи: я имею право обижаться?..
..Спать не хочется. Беру журнал «Ереван» и разглядываю необычные статуи и скульптуры, разбросанные по всему миру.
Телефон. Неужели вспомнил, что обещал позвонить?
- Да...
- Юль... Родная...
Сегодня я холодная, глухая, безразличная. Несколько минут пьяного бреда, а потом ровное сопение в трубку. Уснул. Отключаю телефон и, открыв окно, смотрю, как догорают фонари.
По дороге скользят машины. В мире много машин, и в каждой из них кто-то из нас...
А где-то тихо звучит неслыханная песенка:
«Миииимо едут автоооообусы...» 
