Жизнь и творчество американской танцовщицы Айседоры Дункан тесно связаны с Россией. Гастроли Айседоры в дореволюционной России в 1904, 1905, 1907-1908, 1913 годах вызывали восторженные отзывы в музыкальных и литературно-художественных кругах Москвы и Петербурга… Среди горячих поклонников новаторского искусства Дункан оказались такие выдающиеся деятели русской культуры, как Андрей Белый, Александр Блок, Максимилиан Волошин, Федор Комиссаржевский, Федор Сологуб и Константин Станиславский.
С ранних лет Дункан мечтала основать свою школу танца. Открытые ею школы в Германии и во Франции, к сожалению, просуществовали недолго. Была предпринята попытка открыть подобные школы в Москве и Петрограде во время гастролей в 1908 и 1913 годах. Эти планы не сбылись, но стремление создать свою школу танцев вдохновляло Айседору всю жизнь.
Айседора пламенно приветствовала весть о русской революции в феврале 1917 года. Она мысленно все чаще обращалась к новой русской республике. В июле 1921 года по приглашению советского правительства Айседора приехала в Москву, чтобы создать новую школу танца для одарённых детей из простых семей. Официально школа была открыта 3 декабря 1921 года, просуществовала она до 1949 года.
Встреча и знакомство С. Есенина и А. Дункан состоялась на одном из вечеров у художника Г. Якулова в его студии. Поэтесса Л. Стырская об этой встрече написала: «Айседора Дункан рассматривала присутствующих любопытными, внимательными глазами, она всматривалась в лица, как будто бы хотела их запомнить. Её окружили, засыпали вопросами. Она живо отвечала одновременно на трёх языках: по-французски, английски, и немецки. Её голос звучал тепло, поюще, капризно, немножко возбужденно. Голос очень восприимчивой, много говорящей женщины. Из другого угла комнаты на Айседору смотрел Есенин. Его глаза улыбались, а голова была легко наклонена в сторону. Она почувствовала его взгляд прежде, чем осознала это, ответив ему долгой, откровенной улыбкой. И поманила его к себе. Есенин сел у ног Айседоры, он молчал. Он не знал иностранных языков. На все вопросы он только кивал головой и улыбался. Она не знала, как с ним говорить, и провела пальцами по золоту его волос. Восхищенный взгляд следовал за её жестом. Она засмеялась и вдруг обняла его голову и поцеловала его в губы. С закрытыми глазами она повторила этот поцелуй, Есенин вырвался, двумя шагами пересёк комнату и вспрыгнул на стол. Он начал читать стихи. В этот вечер он читал особенно хорошо. Айседора прошептала по-немецки: «Он, он – ангел, он – Сатана, он – гений!». Когда он во второй раз подошёл к Айседоре, она бурно зааплодировала ему и сказала на ломаном русском языке: «Очень хорошо!» Они смотрели друг на друга, обнявшись, и долго молчали. Под утро она увела его с собой». Несмотря на разницу в возрасте, незнание Есениным иностранных языков, между ними вспыхнуло взаимное чувство. Вскоре Есенин переехал жить в особняк на Пречистенке, который был выделен Айседоре под школу и квартиру. Перед поездкой за границу С. Есенин и А. Дункан зарегистрировали свой брак.
Айседора Дункан искренне стремилась принести пользу молодой советской республике. Она признавалась, что её привлекают революционные идеи. В кругу друзей она говорила: «Русские – необыкновенные люди. Россия – необыкновенная страна. Я хочу жить и умереть в России. Я хочу быть русской. Я счастлива любить Есенина! Есенин – великий поэт, он – гений! Я покажу его всему миру, я хочу, чтобы весь мир склонился перед Есениным». Это признание С. Есенин высоко ценил. На книге «Пугачёв», подаренной Айседоре Дункан перед поездкой за границу, он написал: «За всё, за всё, за всё тебя благодарю я…».
Длительное турне по странам Европы и США не оправдало многих надежд Айседоры Дункан и Сергея Есенина. Как поэта, получившего признание в России, его не знали, незнание иностранных языков в значительной степени сужало круг его общения. Есенин убедился, что поэзия в капиталистическом мире не пользуется популярностью, а провозглашённая свобода часто опирается не на светлые идеалы, а на наличие или отсутствие капитала. Почти за полтора года пребывания за рубежом Есенин написал очень мало. Он переживал, когда его в прессе представляли не как поэта, а как молодого мужа А. Дункан.
После зарубежной поездки закончилась короткая, но яркая семейная жизнь двух мировых гениев. По возвращении в Москву, Айседора вскоре уехала со школой на гастроли по южным городам страны, а С. Есенин переехал жить к Галине Бениславской. Поэт не сразу забыл Дункан, не скрывая своих чувств от Бениславской, не раз предупреждал её, что его «…будет тянуть к Изадоре, а Вы не пускайте, иначе я погиб…» На многочисленные телеграммы Дункан поэт ответил: «Я люблю другую женат и счастлив Есенин». В подтверждение его слов отправила телеграмму и Г. Бениславская: «Писем и телеграмм Есенину не шлите, он со мной к вам не вернется никогда, надо считаться. Бениславская».
В конце 1924 года Айседора уехала в Париж. Она никогда не жалела о днях, прожитых в России. Её традиция обучения новому танцу долгие годы сохранялись в балетной школе, которую в Москве возглавила её приемная дочь Ирма.
А. Дункан сохранила теплые воспоминания о С. Есенине. В 1926 году в письме к Ирме Дункан Айседора написала: «Смерть Сергея потрясла меня. Я плакала и рыдала о нём так долго, что, кажется, иссякла всякая человеческая способность страдать…» Познакомившись с содержанием книги А. Мариенгофа «Роман без вранья», великая танцовщица тут же прекратила с ним дружеские отношения.
14 сентября 1927 года она трагически погибла в Ницце во время прогулки на своем автомобиле. Похоронили Айседору Дункан в Париже на кладбище Пер-Лашез.
Певец и аранжировщик Дмитрий Лунев (Рязань)поет С. Есенина
Конструктор звуков.День, когда я приехала на «Distudio», был для Дмитрия Лунева на редкость неудачным – по-летел «пишущий» компьютер, а без него – как без рук. От вынужденного безделья пришлось проводить время нетрадиционно – разговаривать, рассказывать о себе любопытной журналистке. Хотя Лунев предпочитает не болтать, а петь, играть на синтезаторе, подбирать аранжировку или монтировать звукозапись.
Дмитрий говорил… о чем? О тяжелой бескрасочной жизни, о преодолении серьезного недуга, о четырех операциях на глаза, перенесенных в раннем детстве, о доказательстве собственной состоятельности? Да ну, чушь!
– Никогда я не считал себя не таким, как все! – заявил Дмитрий в самом начале беседы, задав ее тон – никаких охов-ахов, никаких соболезнований, никакой грошовой сентиментальности! Он, например, не читал «Слепого музыканта», он вообще не любит «жалостных» книг. Не прочувствовать его настрой было невозможно, поэтому мы, серьезные люди, заговорили о том, как сделать этот мир прекраснее. Дмитрий уверен, что музыке (и хорошим музыкантам) такая задача под силу. Обстановка вокруг подтверждала его правоту.
Многопрофильная, практически универсальная студия звукозаписи «Distudio» («Димина студия») снаружи неприглядна – это отдельный кабинет в помещении Рязанской областной библиотеки для слепых. Библиотека тоже выглядит скромно - одноэтажный кирпичный особнячок в самой что ни на есть исторической части города, на Кремлевском валу, зарешеченные окна, заметенное снегом крыльцо, металлические стеллажи с тяжелыми томами русской классики по Брайлю… И – неожиданные в этом интерьере – компьютеры, синтезатор, стопки DVD. Звукозаписывающую аппаратуру приобрела несколько лет назад мама Дмитрия, Вера Григорьевна Жакено-ва, директор библиотеки. Студию она оборудовала не только ради родного сына. Инвалиды по зрению живут гораздо более сплоченно, нежели здоровые и зрячие. Одним из первых дел новой студии стала запись библиотеки «говорящих книг» для слепых – решительный шаг вперед по сравнению с тяжеловесным Брайлем. Писал диски Дмитрий ночами, совмещая основное дело своей жизни со штатной обязанностью работы ночным сторожем.
Из всего многообразия мира глаза Дмитрия, так же, как и глаза его матери и отца, улавливают, дай Бог, десять процентов… Всей семье природа компенсировала свой грех обостренным слухом. Но родители просто любили музыку, восхищенно внимали ей, а сыну этого показалось мало. Вспоминая, как пришел в мир звуков, он увлекся, даже впал в патетику – но искренняя любовь к предмету своей жизни извиняет возвышенный тон!
С раннего детства Дима слышал музыку. Днем она играла с пленок или пластинок – у отца была богатейшая фонотека. А когда выключали технику, мелодии продолжали звучать в Диминой голове, в душе, во всем существе, накатывая и отступая, подобно волнам, и их бесконечное пение было, наверное, сродни рокоту прибоя. А может, крикам чаек? А может, шуму ветра в вершинах деревьев? А может, хрусту снега под ногами? Музыка интриговала своей многосложностью, и к восхищению примешивалось еще неосознанное желание эту многосложность понять. Непобедимое детское стремление обыгрывать все, что попадает в руки, для Димы выражалось в тяге играть с музыкой, меняя местами звуки, образы, составные части мелодии, заставляя ее по-иному звучать. С шести лет он сам подбирал музыку на баяне, потом на гитаре – причем это были как подслушанные мелодии, так и свои, никому более не доступные. Годика в два, по семейным хроникам, Дима еще и запел – соло.
Реализовалась детская тяга «конструировать» мелодии много позже, когда Дмитрий Лунев стал одним из лучших аранжировщиков Рязани.
– Наверное, тяга быть аранжировщиком проснулась во мне, когда я учился в Моршанской школе-интернате для слабовидящих детей (Моршанск – районный центр в Тамбовской области. – Е.С.) . Там я провел все десять школьных лет, приезжая домой только на каникулы. В интернате был вокально-инструментальный ансамбль, я в него, конечно, входил. Всех инструментов – две гитары и слабенькая «Ионика». С этим «музыкальным инвентарем» мы пытались переиграть для школьных вечеров известные эстрадные песни. Тогда я начал мечтать о мощном синтезаторе, способном писать полный симфонический оркестр. Я таких и в глаза не видел, только слышал, что они есть.
Невозможность достичь желаемого в музыке – например, поработать с синтезатором своей мечты! – раззадоривала Диму Лунева, а выражалась, как у многих подростков, в неблестящем поведении и невозможности жить по правилам. Поэтому милостью Божьей музыкант так и не освоил нотную грамоту (любую мелодию он воспринимает на слух), так и не закончил Курское музыкальное училище для слепых, так и не получил системного образования по своей теперь ведущей специальности аранжировщика. Единственное учебное заведение, в котором он отучился уже за тридцать и которому искренне благодарен за базовое культурное образование, начатки знаний по философии и психологии – областное училище культуры в городе Шацке (райцентр в Рязанской области. – Е.С.). С музыкальной частью сложнее: согласно диплому, Дмитрий Лунев – руководитель народного хора, согласно вкусам, русская народная музыка и пение от него далеки. Странной выглядела бы приверженность «калинке-малинке» у молодого современного музыканта, обретавшего профессиональные навыки не в «университетах», а «в людях».
– Приехал в Рязань из Курского музыкального училища в 1989 году и увидел объявление, что ВИА «Автопортрет» с завода тяжелого кузнечно-прессового оборудования требуется солист (в благословенные 70-80-е на каждом крупном заводе был свой музыкальный коллектив, представ-лявший «предприятие высокой культуры» на всероссийских, а порой даже международных кон-курсах. – Е.С.) Наведался по объявлению и попал солистом к Александру Тараканову, с которым дружу и сотрудничаю до сих пор. Мы вместе с Сашей учились аранжировкам – интерпретировали известные мелодии, и раз от разу получалось все интереснее. И продолжали это делать даже в начале 90-х, когда завод отказался от ансамбля, и группа разбежалась. Это были самые яркие и приятные для меня рабочие моменты. Тогда же я попробовал себя как композитор.
Забота о куске хлеба заставила Тараканова уйти в мелкий бизнес, а Лунева, извините, в лабухи. То он ездил по области в составе музыкального кооператива, то скрашивал досуг отдыхающих в ресторанах. Понятно, какая публика наполняла кабаки в 1992-1994 годах. Дима попадал в эпицентр бандитских разборок, стоял под дулами автоматов (хорошо, зрение слабое – не различал нацеленные черные оружейные зрачки и не так пугался!), покидал «поле боя» с черного хода, месяцами являлся на работу к 9 вечера и уходил в 4 утра – но даже не думал о том, чтобы выбрать дело поспокойнее. Ведь тут как раз стали получаться хорошие аранжировки, а то и песни на собственные мелодии! Даже излюбленную клиентами «Мурку» можно было озвучивать по-разному. Но потом все же устал от красивой ресторанной жизни.
Поворот карьеры был резким, новое направление деятельности Дмитрия можно с некоторой натяжкой назвать академическим – он сотрудничал с рязанским ансамблем народного творчества «Радуница». «Хиты» этого коллектива – песни на стихи Сергея Есенина. Лирике крестьянского поэта Дмитрий отдал должное сполна. После чего шесть лет играл на синтезаторе в другом ансамбле народного творчества, собственности издательского дома «Экономическая газета» - «Отраде». В хоре с таким лучезарным названием Лунев проехал с гастрольным турне пол-России и европейское зарубежье, но фанатом народного искусства так и не стал. Разве что всерьез задумался, как вывести народные песни и музыку на современную эстраду, как синтезировать два этих якобы несовместимых жанра. Вот ведь группа «Иван Купала» совмещает владимирские рожки с электробарабанами!
В общем, когда Дмитрию ничто в сфере аранжировки и звукозаписи стало не страшно, он понял - настало время для собственного творчества. Теперь официальное рабочее место у него одно – библиотека для слепых, ночной сторож. А в творчестве над ним командиров нет.
Года два, как Дмитрий влился в литературно-музыкальное объединение «Ближний круг». Круг, действительно, невелик, костяк его – пять-шесть наиболее «продвинутых» и известных в Рязани поэтов и музыкантов. Ребята выдумали простой и гениальный ход – стали писать музыку на сти-хи друг друга и самостоятельно исполнять получившиеся песни, сделав ставку на эстрадное звучание. И, знаете, - получилось! Авторы текстов имеют за плечами литинститут или хотя бы высшие литературные курсы, а за музыкальное оформление отвечает Дмитрий Лунев - пишет аранжировки и мелодии к песням. Нетрадиционная, смелая для провинции форма подачи стихов в виде эстрадных шлягеров привлекает к группе одаренных молодых людей и девушек – стихоплетов, певцов, звукооператоров, так что «Ближний круг» оброс уже более «дальними», как Сатурн кольцами. В Рязани прошло четыре концерта группы под общим названием серии «Над городом птицы». Больше половины прозвучавших с ведущих сцен города песен обработаны Луневым.
«Ближний круг», кстати, ездит с концертами по Рязанской области. Для глубинки, видящей сегодня культуру только по телевизору (и то если электропровода соседи не сдадут на цветной ме-талл!), приезд артистов из областного центра – и редкость, и радость. К юбилею Победы «Ближний круг» подготовил тематический альбом. Достоверно известно, что его демонстрация одной Рязанской областью не ограничилась, – соседние города вовлечены в орбиту. Еще немного раскрутятся – и до Москвы доедут… Как раз над альбомом военных песен Дмитрий и корпел, когда случился глюк компьютера – и пришлось курить целый вечер.
Чтобы не быть голословным, Дима на другом компьютере, послабее (что не пишет мелодии, а только воспроизводит их) поставил мне послушать свои любимые работы. Угадал, что мне будет особенно интересно:
– На мою мелодию положен «Гимн журналистов» Нурислана Ибрагимова…
«Опять с берез летит осенний лист,
и журавли готовы к перелету…
Поднимем тост, приятель журналист,
За нашу многотрудную работу!..»
Думаю, за эту песню авторам сказали бы спасибо журналисты не только Рязани!
Луневу удается не прерывать свой творческий поиск в обыденной жизни, более того – извлекать из него пользу. В перерывах между песнями он записывает ролики радиорекламы, и достиг уже той степени известности, когда не он ищет клиентов, а они ищут его. И в семейной жизни, где многие творческие испытывают мучительный дискомфорт выбора между любимым человеком и любимым увлечением, Диме повезло. Долгие поиски своей половинки (два не сложившихся брака) увенчались созданием «музыкальной» семьи. Жена Дмитрия Ольга работает в Центре народной культуры села Баграмова Рыбновского района. На слэнге музыкантов ее специальность называется «клавешница». Она, как и муж, занимается аранжировкой.
С. Есенин "Не ругайтесь, такое дело..." музыка А. Тараканов аранжировка и исполнение Дмитрий Лунев
http://youtu.be/fnIlpIxiKeo С. Есенин "Несказанное синее нежное..." музыка А. Тараканов исполнение и аранжировка Д. Лунев
С. Есенин "Русалка под новый год" музыка А. Тараканов исполнение и арранжировка Д. Лунев. Ты не любишь меня, милый голубь, Не со мной ты воркуешь, с другою, Ах, пойду я к реке под горою, Кинусь с берега в черную прорубь.
Не отыщет никто мои кости, Я русалкой вернуся весною, приведешь ты коня к водопою и коня напою я из горсти.
Запою я тебе втихомолку, Как живу я царевной, тоскую, Заману я тебя, заколдую, Уведу коня в струи за холку!
Ой, как терем стоит под водою, Там играют русалочки в жмурки,- Изо льда он, а окна -- конурки В сизых рамах горят под слюдою.
На постель я травы натаскаю, Положу я тебя с собой рядом. Буду тешить тебя своим взглядом, Зацелую тебя, заласкаю.
http://d-m-vestnik.livejournal.com/594236.htmlАндреевский Флаг, под которым флотилия адмирала Старка покинула Владивосток 25 октября 1922 года. Флаг этот 84 года сберегали в Кают-компании русских морских офицеров и в Объединении Ветеранов в Сан-Франциско. Сегодня этот флаг находится в экспозиции военно-морского музея во Владивостоке.
В Тольяттинском краеведческом музее состоялось открытие выставки Государственного музея-заповедника С. А. Есенина «Знакомый ваш Сергей Есенин». Мероприятие проводится в рамках межрегионального совместного научно-культурного проекта «Ока-Волга. Есенин – Ширяевец» и приурочено к 125-летию Александра Ширяевца. Впервые на выставке в Тольятти представлены редкие фотографии Есенина из фондов Государственного музея-заповедника С.А.Есенина, книги С. А. Есенина, в том числе переводы на иностранные языки из фондов Государственного музея-заповедника С.А.Есенина, фотографии Андрея Павлушина - одного из ведущих фотохудожников Рязани, члена Союза фотохудожников России, гравюры Станислава Епифанова, одного из лучших художников-есенинцев. В открытии выставки приняли участие Константин Воронцов, заслуженный работник культуры России, научный сотрудник Государственного музея-заповедника С.А.Есенина, член Международного Есенинского общества «Радуница», руководитель межрегионального проекта «Ока-Волга. Есенин-Ширяевец» (Рязань) – работник музея с 40-летним (!) стажем; Нурислан Ибрагимов, известный рязанский поэт, композитор и бард, член Союза писателей России, лауреат областной Есенинской премии (Рязань); Вероника Шелякина, журналист, молодая поэтесса (Рязань); Елена Койнова - доцент кафедры русского языка и литературы ТГУ, член международного есенинского общества «Радуница», автор-составитель сборника произведений А. Ширяевца «Песни волжского соловья», руководитель межрегионального проекта «Ока-Волга. Есенин-Ширяевец» (Тольятти). Как пояснила Елена Койнова выставка направлена на популяризацию творчества Сергея Есенина и на позиционирование музея-заповедника его имени. Помимо выставочной экспозиции, посетителям музея был продемонстрирован фильм о деятельности Государственного музея-заповедника С.А. Есенина. В качестве приятного бонуса состоялось выступление музыкальной группы «Банда Травнiкъ» (Тольятти), занимающейся исследованием народных песенных традиций Поволжья, а также сочинением песен на стихи поэтов-земляков Александра Ширяевца, Дмитрия Ознобишина и др. В дни визита в Тольятти члены рязанской делегации приняли участие в акции «Библионочь-2012» - в той ее части, которая проходила в Библиотеке Автограда, а также провели творческую встречу в Ширяево. Вячеслав Смирнов, фото автора, специально для tltgorod.ru Засл.деятель культуры России К.П. Воронцов(более 40 лет занимается научной работой в Гос.музее-заповеднике С.А.Есенина) на открытии выставки
Тольяттинцев покорила песня Нурислана Ибрагимова на стихи Александра Ширяевца "После побоища", написанная к 125-летию волжского поэта К.П.Воронцов представляет молодую поэтессу.журналиста, чемпионку России по полиатлону и просто красавицу Веронику Шелякину(Рязань)
Максим Иванченко (Тольятти, солист музыкальной группы «Банда Травнiкъ»). Премьера песен на стихи А.Ширяевца
Первые посетители выставки
Выступают соруководители проекта "Ока-Волга. Есенин-Ширяевец" Е.Г.Койнова(Тольятти) и К.П. Воронцов(Рязань)
Знакомьтесь-Анатолий Сланчев, гармонист, автор и исполнитель
Анатолий Сланчев - Заслуженный работник культуры РФ, бессменный руководитель народного хора ветеранов «Долголетие», автор и исполнитель собственных песен, участник телевизионной передачи «Играй гармонь». Родился 27 января 1955 года в посёлке Коминтерновском Верхнекамского района Кировской области. Гармонист с 46 - летним стажем. Начал свою творческую карьеру в качестве простого аккомпаниатора - баяниста. Потом набрал агитбригаду, ВИА, солистов, ансамбль и начались выступления. В конкурсах занимали только первые места! Эта работа не осталось незамеченной и Анатолия срочно пригласили из г.Кирс в п.Восточный ( в то время, очень перспективный) с предоставленьем двухкомнатной квартиры. Снова набрал ансамбль, солистов и ВИА (девочек - учениц 7-9 классов). Новые победы на выступлениях! Что тоже не осталось незамеченным и после полуторагодичных уговоров дал согласие на работу в г.Омутнинск в РДК. Где по сей день и работает. И снова были и взрослые, и детские коллективы. С детским коллективом "Лапоток" вошёл в историю Вятского края. В 1997 году получил звание Заслуженного работника культуры. В 1998 году становится Лауреатом Всероссийского Ивановского фестиваля гармонистов. В 2003 году вошел в «Золотую десятку» гармонистов России. В 2011году поэтесса Любовь Козлова и баянист Анатолий Сланчев получили звания дипломантов всероссийского заочного конкурса «С чего начинается Родина», Всероссийского фестиваля авторской песни «Гринландия-2011». Любовь Владимировна – в номинации «Лучшие стихи о России», а Анатолию Алексеевичу диплом достался как автору песни «Кедр и рябина», по достоинству оценённой жюри. А хор ветеранов «Долголетие», которому уже больше 20 лет, завоевал большую любовь и признание зрителей. Много произведений, написанных руководителем хора Анатолием Сланчевым, исполняется хором, ансамблем и солистами, а также самим автором. В юбилейной телевизионной программе «Играй гармонь» в Государственном Кремлевском Дворце, Анатолий исполнил одну из своих песен. Авторские песни в его исполнении всегда звучат искренне, нежно, понятно и доступно. Анатолий Сланчев - большой ценитель русской народной песни. Творчество Анатолия многогранно – от патриотической лирики до шуточных песен.
Рубцов — памятник эпохи. Это настоящий народный поэт, русский по непридуманности, по неизобретательности самой поэзии. Какие-то живые куски, оторванные от сердца. Есть слова, которые только ему было дано сказать. Например, "Поверьте мне, я чист душою" — и ему веришь. [ Читать далее...→ ]
Друзья-артековцы! В связи с юбилеем строительства первого артековского стадиона («Дружба») в лагере «Нижний» («Четвёртый») и подготовкой проекта, посвящённого этому событию, срочно разыскиваем артековцев (пионеров, вожатых, сотрудников), которые принимали участие в строительстве (весна-лето 1957 года) или спортивных соревнованиях на этом стадионе в 50-е годы...
Жена Сергея Есенина, жена Всеволода Мейерхольда и актриса его театра. 3инаиду Райх называли роковой женщиной, прожившей две разные жизни: в одной - бедность и личная драма, в другой достаток, преданная любовь, профессиональный успех. И - душераздирающий крик под занавес...
Зинаида родилась в 1894-м в семье обрусевшего немца Николая Райха и бедной дворянки Анны Викторовой. Дочь разделяла убеждения отца, одного из первых социал-демократов, за что и поплатилась исключением из гимназии.
В 1917-м - год встречи с Есениным - она жила в Петрограде и служила машинисткой в редакции левоэсеровской газеты "Дело народа", была председателем Общества по распространению пропагандистской литературы. Там же была и художественная библиотека, куда часто заглядывал Сергей Есенин, - книги выдавала эсерка Мина Свирская, и все думали, что Сергей ей симпатизирует. А Зина уже собиралась замуж за его приятеля, начинающего поэта Алексея Ганина. Перед помолвкой решили съездить вместе на Соловки и дальше на север. Подруга не смогла, а Зинаида поехала.
...Черноволосая красавица прекрасно смотрится на палубе белого парохода. Ганин отошел в сторону, любуясь невестой, он не слышит, о чем говорят Зинаида и Сергей:
- Зина, это очень серьезно. Поймите же, я люблю вас... с первого взгляда. Давайте обвенчаемся! Немедленно! Если откажете, покончу с собой... Скоро берег... церковь... Решайтесь! Да или нет?!
-Да...
По дороге Сергей нарвал полевых цветов. Не помня себя, забыв про Ганина, молодые обвенчались в маленькой церкви под Вологдой.
...Они вернулись в Петроград, поселились в квартирке на Литейном и зажили вполне нормальной семейной жизнью - Есенин даже отговаривался от холостяцких попоек, мол, жену люблю, мы, брат, взрослые люди. А когда началась борьба за выживание - время было смутное и голодное, - стал хандрить... Ближе к родам Зина уехала к родителям в Орел, а Сергей - в Москву, чтобы примкнуть к поэтам-имажинистам.
Жену не навещал, не звал и не ждал. Тогда она взяла годовалую Танечку и сама к нему приехала в комнату на Богословском, где он жил вместе с Мариенгофом. Сергей особой радости не высказал, но к дочке потянулся всем сердцем. Вскоре он велел ей уехать, сказав, что все чувства прошли, что его вполне устраивает та жизнь, которую он ведет. Зинаида не хотела верить: "Любишь ты меня, Сергун, я это знаю и другого знать не хочу..." И тогда Есенин...подключил Мариенгофа. Вывел в коридор, нежно обнял за плечи, заглянул в глаза:
- А вот чего... не могу я с Зинаидой жить... Скажи ты ей, Толя (уж так прошу, как просить больше нельзя!), что есть у меня другая женщина...
...На следующий день Зинаида уехала. Через некоторое время поняла, что ждет ребенка, подумала, может, это и к лучшему, дети привяжут... По телефону обсудила с мужем имя - договорились, если будет мальчик, то назвать Константином. И опять никаких вестей...
Через год с небольшим, направляясь с сыном в Кисловодск, она встретила на платформе ростовского вокзала Мариенгофа. Узнав, что Есенин ходит где-то рядом, попросила: "Скажите Сереже, что я еду Костей. Он его не видал. Пусть зайдет взглянет... Если не хочет со мной встречаться, могу выйти из купе". Поэт нехотя, но зашел, посмотрел на сына и сказал: "Фу... Черный… Есенины черные не бывают». Бедная женщина отвернулась к окну, плечи ее вздрагивали, а Есенин повернулся на каблуках и вышел… легкой, танцующей походкой.
Очень скоро на смену неизвестной орловской жене придет популярная американская танцовщица Айседора Дункан. Но не так далеко и то время, когда Сергей Есенин будет дежурить возле чужого дома, умирая от тоски по своим детям, стучаться в дверь и жалобно просить, чтобы впустили на одну минуту, только посмотреть... Уснули? Пусть их вынесут... спящих... он хочет их видеть. И Зину... свою жену... известную актрису, супругу Всеволода Мейерхольда.
...Мейерхольд, кстати, давно присматривался к Зинаиде Райх. Как-то на одной из вечеринок спросил у Есенина:
- Знаешь, Сережа, я ведь в твою жену влюблен... Если поженимся, сердиться на меня не будешь?
Поэт шутливо поклонился режиссеру в ноги:
- Возьми ее, сделай милость… По гроб тебе благодарен буду.
И все-таки Сергей не оценил жену, она докажет ему, на что способна… она станет актрисой. И Зинаида поступила на режиссерские курсы.
Осенью 1921 года она пришла в студию к 48-летнему Всеволоду Мейерхольду, а тот сразу же предложил ей руку и сердце. Зинаида долго не могла решиться, мол, разведена, двое детей, никому не верю... на что известный режиссер просто и внятно ответил: "Я люблю вас, Зиночка. А детей усыновлю". До этого Всеволод прожил четверть века со своей первой женой Ольгой, которую знал с детства, родил с ней трех дочерей. Законная супруга чуть с ума не сошла, когда вернулась из поездки и увидела Зинаиду - что он нашел в этой хмурой женщине, как посмел привести ее в
их дом? А потом взяла да прокляла их обоих перед образом: "Господи, покарай их!" Сделала это от отчаяния, но взяла на себя страшный грех - сама осталась ни с чем, а годы спустя гибель Всеволода и Зинаиды была зверской, чудовищной...
Но это потом, а сейчас Мейерхольд счастлив, он и не знал, что можно так любить... Однако Есенина это задело: "Втерся ко мне в семью, изображал непризнанного гения... Жену увел..."
Райх казалась режиссеру живым воплощением стихии, разрушительницей и созидательницей, с ней можно делать революционный театр. Неважно, что многие считали ее посредственной актрисой, зато муж - боготворил и готов был отдать ей все роли - и женские, и мужские. Когда зашел разговор о постановке "Гамлета" и Мейерхольда спросили, кто же будет играть главного героя, он ответил: "Конечно же, Зиночка". Тогда Охлопков сказал, что сыграет Офелию, и даже написал письменную заявку на эту роль, после чего вылетел из театра.
Про Зину говорили, что она передвигается по сцене, как "корова". Прослышав сплетню, Всеволод Эмильевич увольняет из театра любимицу публики Марию Бабанову - тонкую, гибкую, с хрустальным голосом (ей больше хлопают). Из театра уходит любимый ученик Эраст Гарин - Зиночка с ним поссорилась. Мейерхольд специально для нее придумывает такие мизансцены, что и двигаться не нужно - действие разворачивается вокруг героини.
Рядом с Мейерхольдом Зина по-настоящему расцвела. Она почувствовала любовь и заботу. Муж даже взял ее фамилию в качестве второй, так и подписывался - Мейерхольд-Райх. Родители перебрались из Орла в Москву, у
детей есть все необходимое: лучшие доктора, учителя, дорогие игрушки, отдельные комнаты. Вскоре семья переехала в стометровую квартиру. Зинаида - одна из первых дам Москвы, она бывает на дипломатических и правительственных приемах, принимает в своем доме самых именитых гостей.
После Америки, после разрыва с Айседорой Дункан, после того, как Зинаида стала актрисой самого авангардного театра, красивой и благополучной супругой популярного режиссера, - Есенин снова влюбился в свою бывшую
жену...
Зинаида Райх тайно встречалась с ним в комнате своей подруги Зинаиды Гейман. Но Гейман не сказала ей, что Мейерхольду все известно, что однажды вечером он брезгливо смотрел в глаза своднице: «Я знаю, что Вы
помогаете Зинаиде встречаться с Есениным. Прошу, прекратите это: если они снова сойдутся, то она будет несчастна...». Подруга спрятала глаза, пожала плечами, мол, это ревность... фантазии воспаленного воображения...
А Сергей Есенин страдал без детей, ревновал и желал Зинаиду, чей успех в Москве и Петербурге затмил успех Айседоры Дункан. Но... на одном из свиданий Райх сказала бывшему мужу, что "параллели не скрещиваются",
все, хватит, она не бросит Всеволода. ...После смерти поэта Райх подарила Гейман фотографию с надписью: "Тебе, Зинушка, как воспоминание о самом главном и самом страшном в моей жизни - о Сергее..." У Мейерхольда были основания для беспокойства. Зинаида даже на сцене не контролировала себя. Играя городничиху, так щипала дочку, что та вскрикивала по-настоящему. На приеме в Кремле разъяренно набросилась на
самого Калинина: "Все знают, что ты бабник!" Любой насмешливый взгляд в свою сторону воспринимала в штыки, могла тут же закатить истерику... Поэтому здоровье жены волновало Мейерхольда больше, чем связь с Есениным
- тот ведь после Америки тоже сам не свой, говорят, у него участились приступы эпилепсии...
…О смерти Есенина Мейерхольдам сообщили по телефону. Зинаида с искаженным лицом кинулась в прихожую:
- Я еду к нему!
- Зиночка, подумай...
- Я еду к нему!
- Я еду с тобой... Всеволод Эмильевич поддерживал Зину около гроба Есенина, когда она кричала: "Сказка моя, куда ты уходишь?", закрыл спиной от бывшей свекрови, когда та заявила при людях: "Ты во всем виновата!" Сопровождал
повсюду, не спускал глаз - только бы не было срыва, только бы все обошлось...
В 30-е годы дом Мейерхольдов считали одним из самых благополучных и гостеприимных в Москве. Говорили, что Зинаида опять накормила всякими вкусностями, а уж сама-то как хороша: известная актриса, красивая женщина, муж просто боготворит ее.
Наступало время, когда кругом были одни "враги". В 1938-м появились статьи о "мейерхольдовщине". Под этим подразумевалось тайное пристрастие режиссера к буржуазному искусству. Мейерхольду не дали звания Народного
артиста СССР, театр закрыли. А город давно уже содрогался по ночам от резкого звука подъезжающих автомобилей - проводились нескончаемые аресты. Всеволод Эмильевич сильно поседел и постарел.
Его пока не трогали, но удручало другое... В 1939-м болезнь жены обострилась. Зина кричала через окно милиционеру-охраннику, что любит советскую власть, что зря закрыли театр, потом написала яростное письмо Сталину. Кидалась на детей и мужа, говорила, что не знает их, пусть идут вон. Пришлось привязать ее веревками к кровати. Но Мейерхольд не отдал жену в сумасшедший дом: кормил с ложечки, умывал, разговаривал с ней, держал ее за руку, пока не уснет.
Спустя несколько недель она спокойно проснулась, посмотрела на свои руки и удивленно сказала:
"Какая грязь, какая грязь..." Зинаида снова вернулась к нормальной жизни - муж снова спас ее... Но до трагической развязки оставалось несколько недель...
Мейерхольда взяли в Питере. В это же время в московской квартире проводился обыск. Зинаида понимает, что мир рухнул, что мужа - единственно верного и настоящего друга жизни - она больше не увидит, но еще не знает, что впереди ночь, которая станет для нее роковой. С 14 на 15 июля 1939 года. ...Тело актрисы с многочисленными ножевыми ранами нашли в кабинете, а в коридоре с разбитой головой лежала домработница, спешившая на крик хозяйки.
Всеволода Мейерхольда расстреляли как "шпиона английской и японской разведок", продержав несколько месяцев в тюрьмах и забив до неузнаваемости. Где лежит его тело, неизвестно до сих пор, но судьбе было угодно, чтобы Есенин, Райх и Мейерхольд и в другой жизни были вместе. Зинаиду похоронили на Ваганьковском кладбище, недалеко от могилы Есенина. Через некоторое время на памятнике Райх появилась еще одна надпись - Всеволод Эмильевич Мейерхольд. Душа Всеволода отыскала свою Любовь, а душа Зинаиды сделала свой выбор. Рядом с матерью был похоронен и не признанный поэтом как сын - Константин Сергеевич Есенин.
1939 год, Москва. В знаменитом «артистическом» доме номер 12 по Брюсову переулку совершено чудовищное убийство. Жертва — жена знаменитого театрального режиссера Всеволода Мейерхольда, ведущая актриса его театра Зинаида Райх. Кто-то буквально искромсал женщину ножом. Из квартиры были похищены незначительные ценности, среди которых — старинная табакерка. В театральных кругах тут же пошел слух, что сбылось старое проклятье: в свое время Райх разбила счастливый брак Мейерхольда, и брошенная жена режиссера прибегла к оккультным силам для отмщения. Кто-то же связал смерть театральной Примадонны с ее предыдущим браком. Райх была первой женой поэта Сергея Есенина и незадолго до своей гибели написала письмо Сталину, в котором утверждала, что она знает, кто убил поэта. Расследование дела получило совершенно неожиданный поворот, когда студент одного из московских художественных училищ подарил своей возлюбленной редкую старинную табакерку...
СЕРГЕЙ ЕСЕНИН - ДУША РОССИИ
Дункан Айседора
