У меня с этим делом проблемы. По какой-то странной и необъяснимой шизе, если я захожу в магазин и продавец обращает на меня внимание, я чувствую некую непреодолимую обязанность что-то непременно там купить. Когда я со спутником, этого иногда удаётся избежать, но если один - пиши пропало. Поэтому в моих шкафах уже накопилась пропасть всяких прикупленным там и абсолютно ненужных мне вещей, которые не удалось, к тому же, сбагрить кому-то из близких. Пройти мимо лавки в Египте, Турции, или Китае, и не поддаться на уговоры торгашей нелегко, это знает всяк там бывавший, но, чтобы этого всё-таки избежать, у меня есть два фирменных приёма.
Первый, щадящий. Надеть на голову и плечи что-то такое, что носит местная пуб¬лика, в руках держать местную газету, поменьше вертеть головой, разглядывая витрины и, в большинстве случаев, удаётся избавиться от назойливых приставаний.
Второй способ более жёсткий, но чрезвычайно эффективный. Каждому метнувшемуся наперерез аборигену следует, имитируя выворачивание карманов и улыбаясь, сказать " ноу мани". Конечно, это нанесёт ему психическую травму, но зато, после этого, ты становишься для него совершенно невидимым. Нашему брату, воспитанному на парадигме "дружбы народов и тяге простого народа к советским людям", всегда трудно противостоять радостно оскалившемуся прохвосту, который тянет к тебе немытую годами руку и кричит: " Ю фром, как диля?"
Но, попав, таки, в магазин следует вести себя правильно. Принято торговаться – торгуйся. Вспомнилось. Когда я собирался в Таиланд, мне сказали, что там в любой лавке, на любой товар, первая названая цена может более чем вдвое превышать ту, на которой вы, в конечном счёте, сойдётесь. И вот мне там понадобилась сумка, такая простенькая – на пляж ходить. Вооружённый знанием тамошнего маркетинга, я долго выбирал в полутёмной лавчонке, похожей на пещеру, сумку и, ткнув в приглянувшуюся мне, спросил, как положено: «Хаумани?» Крошечная тайка, потыкав тоненьким, как карандашик, коричневым пальчиком в запыленный калькулятор, показала требуемую сумму. 1400 бат прочитал я на табло. Снисходительно улыбнувшись, я взял из её рук прибор и, стерев 1400, написал 700. Торговаться, так торговаться, подумал я, знай наших! Тайка, взглянув на табло, вдруг, вроде, вздрогнула и, с каким-то испугом глядя на меня, прошептала «окей». После этого она убежала в коридор и вернулась оттуда уже вместе с пожилой, заспанной мадам, похоже, что её матерью. Также странно на меня поглядывая, они приняли от меня деньги, завернули сумку в некое подобие пакета и вручили её мне. «Вот это я их сразил своим непреклонным умением торговаться», успел я подумать, глядя на лежащий на столе, и уже выключенный, калькулятор. И теперь, на тёмном его табло было отчётливо видно, то, что я принял за единицу, была просто-напросто царапиной на стекле. Такой вот у меня случился памятный шопинг. Надеюсь, что и эти, две простые женщины, в далёком загадочном Таиланде, тоже не сразу забудут такого же загадочного большого русского с его удивительным умением вести торговые дела.