Строго говоря, кризис полезен для лидеров экономики. Ведь в сложных условиях люди больше внимания уделяют ценам и качеству продукции, меньше доверяют рекламе, т.е. действуют более осознанно, чем во время изобилия. Поэтому они скорее купят продукцию более качественную при той же цене или более дешевую при том же качестве, разоряя менее расторопных конкурентов. Если наша экономическая модель такая замечательная, то ни политика, ни другие неденежные причины не смогут отпугнуть от нашей продукции покупателя. Это, собственно, и озвучивалось в начале кризиса на верхах, предлагая «воспользоваться кризисом» для улучшения своих позиций. По-моему, не очень получилось.
Если для выдавливания из своей страны импортных продуктов подключают даже контролеров-измерителей шрифтов, то даже для внутреннего рынка не получилось. А о внешнем и говорить не стоит.
Кризис является своего рода экзаменом также для всех уровней экономических менеджеров. Он показал настоящую цену дорогим фондовым управленцам, не способным сберечь деньги своих клиентов. Он вернул на землю различного рода аналитиков, экспертов, консультантов и т.п. предсказателей, ярко подтверждая давно доказанное математиками утверждение о бессмысленности как технического, так и фундаментального анализа котировок. Он – большое благо для тех, кто раньше не успел заработать много денег и дать их кому-то в управление. Теперь они поступят по-другому. В спокойные дни изменение котировок и благосостояния можно объяснить чем угодно, от сезонности до последних супер-решений правительства. А почему же это все не работает в сложные дни? Только гениальное логическое кольцо – «плохо в каждой стране, потому что плохо во всем мире» смогли родить нынешние аналитики.
Маловато. А в какой стране больше всего нобелевских лауреатов по экономике? А не попала ли эта страна в кризис первой?
Кризис – не только горе, но и благо. В спокойной жизни ума не наберемся.