Душно как-то. В самом городе. И все пасмурные такие. Как буд-то осень с зимой приходят только тогда, когда все устают от лета.
Темнеют лица - темнеют улицы.
Не люблю эту страну. Ни наш город, ни страну в целом. Какое-то все глупо-бездарное. И я тоже. Сплошная глупость тащится потоками по улицам. Ленин хотел что бы каждая домохозяйка могла управлять государством?
Он своего добился. Государством правят стада домохозяек. Не ходила на выборы. Глупо.
Вместо меня все равно решат выжившие из ума старушенции.
Голоса этих зомбированных телевизором и подчиненных стадному инстинкту субьектов все равно перебьют мой. Хотя мне не особо важно.
Не хочу здесь жить. Ни в Новосибирске, ни на Алтае, ни в Питере, ни в Москве.
Ненавижу Москву. Противный город.
О какой его красоте обычно говорят? Ничего подобного. Единственная красота в этом мире - это небо и море, сливающиеся за горизонтом в одну стихию.
Выкрашенная кровавыми квадратами кирпичная стена не самый приятный пейзаж. Скорее давящий и какокй-то неживой. Неестественно-застывший. Хотя ничего удивительного. Площадь покойников...
И высокое небо.
Ночью от пронзающих его прожекторов, оно кажется далеким и холодным.
Как и сейчас над моим домом.
Но в Москве ночное небо казалось серым, а тут почему-то серо-розовым.
Никогда не забуду ночное небо Египта. Низкое и теплое. И чужие звезды совсем низко. Совсем рядом.
Холодный ветер темной пустыни. А мы едем по дороге, охраняемой пальмами и полицейскими через каждые 10 километров. Ароматы корицы и сладковатых специй, непривычных моему обонянию. Дурманящий вкус. От придорожных фонарей, отнимающих у ночи несколько десятков метров, пустыня кажется светло-коричневой.
У меня никогда больше не возникало такого нестерпимого желания остановить это чертово время.
Заставить его замереть. О чем вы пишите, глупые фантасты? Не существует другого волшебства.
Настоящия магия только в таких чарующих моментах.
Из всех моих воспоминаний об этой нищей, но безумно древней стране, это - самое любимое. Именно пустыня, освещенная звездами и дорожными фонарями. Аромат Египта и холодный ветер, свойственных его ночам.
Это и была Сказка. И больше она не повториться.
В 13 лет еще можно позволить себе ту мою восторженность. А теперь вспоминая, я понимаю почему мама так брезгливо морщилась даже в отеле с шаблонными пятью звездочками.
Я никогда не вернусь туда, чтобы сохранить эту детскую сказку в своей памяти. И не вспоминать заваленный мусором и бомжами Каир, противных торгашей возле пирамид и наглых итальянских туристов.
Это пожалуй не все неприятности, которые может вспомнить мама.
Я не рассказывала ей. И не расскажу никогда. Это только моя Сказка. Она ее не видела тогда, и не поймет сейчас.
Она просто не любит теперь Египет.
А я хочу любить пустыню. Пусть она останется со мной.

Я не хочу жить в этой стране. Мне страшно здесь жить.

Я не хочу жить ни в одной стране этого мира. Там мне просто незачем и не для кого.
Я хочу жить в таких сказочных моментах. В *своей* пустыни.

Или на *своем* побережье Таиланда. В башне на 17 этаже. На балконном неудобном шезлонге.
И целую вечность смотреть на солнце которое все никак не спрячется за абстрактную линию, сливаясь с блестящей водой.
Ни одна фотография так и не смогла поймать ТОТ момент. Ни один снимок так и не смог отобразить неестественно яркий цвет ТОГО солнца, уносящего последние блики дня.

Покажет ли Германия хотя бы одно свое чудо?

Расправлю постель и упаду наконец-то спать.
Все-таки это пока еще моя страна и мой город...