 |
|
|
Трофим
Трофим
|
|
|
|
Я не настолько молод, чтобы быть во всём правым.
|
|
|
|
|
Трофим
Трофим
|
|
|
|
На следующий год в Иерусалиме...
|
|
|
|
|
Трофим
Трофим
|
|
|
|
Агент стал таким навороченным.
|
|
|
|
|
Трофим
Трофим
|
|
|
|
О! Теперь я могу размещать фото в Мой Мир из Мобильного Агента!
|
|
|
|
|
Трофим
Трофим
Малое начало
Рахиль, халдейская девочка, детство прожила в Уре - столичном городе, пока отец не решил заняться скотоводством и не перевез их в долину, где планировал завести много скота. Правда, у него не очень получалось. Уж больно он торопился разбогатеть и постоянно забывал заботиться о стаде.
В 15 лет она была уже сформировавшейся девушкой. Она была красива, особенно на фоне её старшей сестры. Черноволосая, черноглазая, скромная девушка уже была на примете у окрестных парней. Но её семья часто переезжала со стадами и ухажеры оставались ни с чем.
Когда появился Иаков, Рахиль была готова влюбиться в любого незнакомого парня, но Иаков оказался выше всех её ожиданий. Она много слышала про деда Авраама, но впервые видела человека из его потомков. На самом деле, что-то необычное было в глазах Иакова, кроме хитринки, как у её отца. Какое-то глубокое спокойствие сквозило через его глаза, проникая глубоко в сердце и доставляя неожиданный покой.
Он много рассказывал про деда и отца. Особенно её поразил рассказ о жертвоприношении его отца Исаака. "Какая глубокая вера!" - подумала она. "Сможет ли она когда-нибудь совершить что-нибудь подобное?"
Она не знала, что ей суждено было совершить так же великое деяние - родить Иосифа, без которого обещания, данные Богом деду Аврааму не исполнились бы. И Вениамин - дитя, отнявшее её жизнь, так же стал отцом огромного народа, тясячи лет ходящего по земле, пусть и смешавшись с братьями.
Знала бы она, сколько Иосифов и Вениаминов будет на земле через 3 тысячи лет, названных в честь её детей! Как мало то, что может взять Бог для Своей славы!
Трофим
Трофим
У водопоя
Она была проста, очень проста. И многие пользовались этим. Кроме одного...
Сихарь - это невзрачное место, полное грязи, пыли и нечистых помыслов людей. Здесь человек впервые услышал 'Я - Мессия' и это было правдой.
Она родилась здесь и не была нигде больше. Рядом шла дорога, по которой часто ходили путники в Иерусалим и обратно. Ребенком они выходили поглазеть на прохожих, приставали к проходящим. Но однажды ей рассказали историю о непослушных детях на дороге, которых разорвала медведица по Божьей воле. После этого уже никто не мог заставить её пойти туда играть.
Она прожила бурные годы в молодости, рано осиротела и дядя не обращал особого внимания на её поведение. Первый же парень совратил её и бросил. Затем и второй. Если бы она жила среди иудеев, её бы уже побили камнями, но в Самарии таких девушек просто презирали.
Еще трое использовали её, когда она наконец начала понимать, какой стала.
Дядя умер и она могла остаться на улице, но её взял к себе один старик, любящий молодых. Так она и жила, скрываясь от всех. Даже за водой ей приходилось ходить в самую жару, когда все скрывались по домам.
Тот иудей сидел у колодца, задумавшись. Увидев её, улыбнулся. Давно она не встречала таких добрых глаз. Разве что в детстве, у мамы. Он завел разговор, она и не заметила как втянулась. И потом как гром - "Я - Мессия". Она почему-то сразу поверила.
Эти два дня стали днями действительно нового рождения новой личности. И не только её. Сихарь изменился. Стало как-то светлее и больше улыбок на улице.
А её Путь начался и уже не закончится.
Трофим
Трофим
Две сестры
Рожденные в один день, близнецы. Две сестры. Какие разные судьбы! Руфь и Мириамь. Две еврейских девушки, воспитанные в строгих религиозных правилах.
Закон для них всегда был превыше всего, но для Мириамь было что-то большее в вере. С детства она с трепетом относилась ко всему, что относилось к отправлению религиозных традиций. Бог для нее всегда был чем-то близким, открытым и доступным.
Руфь была более практичная и боевая. Парни ходили петухами вокруг Руфи. У Мириамь был один ухажер, но очень верный. Кто бы знал, что за испытание у него впереди?
Итак, они вышли замуж. Мириамь очень рано и при драматических обстоятельствах, Руфь нa три года позже и то из-за примера сестры. Вскоре они родили детей. На парней в их роду всегда везло. И старший сын Руфи раньше женился. Кто бы знал, что именно сын Мириамь будет героем этой свадьбы!
Руфь хотя и была всегда веселой и активной, но в практических вещах постоянно пользовалась помощью Мириамь. И во время свадьбы первенца также многое переложила на плечи сестры. То, что вина закупили мало, Мириамь знала, но ничего не могла сделать со скупостью сестры. И когда оно таки кончилось, слуги подошли именно к Мириамь.
Первенец Мириамь сидел рядом с ней, был весел и общителен. Многие девушки засматривались на него, но было в нем что-то, что ни одна даже не пыталась очаровать его. Что, впрочем, никак не сказывалось на гордости сыном Мириамь. Вдруг ей пришла дикая идея. Она была такая яркая и притягательная, что она не задумываясь повернулась к сыну, затем обратилась к слугам...
Вот так началось время чудес. Чудес и изменений в жизнях людей.
А недавно это время началось и в моей жизни.
Трофим
Трофим
C Днем рождения!
 Администрация Блогов@Mail.Ru от всей души поздравляет  Трофим Б с днем рождения.
Вы можете присоединиться к нам, отправив открытку или оставив свои поздравления в комментариях к этой записи.
Трофим
Трофим
Сыны Давидовы.
Глава 2. Ровоам.
41 год. Ровоам был уже не молод, когда воцарился. И тем не менее, мудрости у него не хватало, как у любого 17-летнего юнца. Просто никто не мог остановить его глупость.
Ровоам уважал дядю Авессалома – хотя тот чуть не убил его однажды, когда хотел стать царём вместо Соломона. С детства он знал его дочь Мааху – и помнил, как Авессалом был убит племянниками Давида… Саруй – эта женщина была очень сильна. Происхождение Давида было очень туманно. Он был сын старости Иессея, а Саруи старшей дочерью Иессея – и её дети с детства впитали пренебрежительное отношение к дяде Давиду. Тем не менее они пошли за ним. Пусть Бог невидим и не ощутим, но в Давиде было что-то – что внушало уважение к Тому, Кто, видимо, действительно хранил и поднимал этого юнца. Авессалом был похож на Давида – так же красив и полон внутренней силы. Куда только пошла эта сила?
Мааха сразу понравилась Ровоаму. Её мать была Вениамитянка, из Гивы – с родины Саула, так много нападавшего на Давида. Она так мало знала о Господе, что становилось смешно от её страха перед амулетами и идолами. Ровоам не запрещал жене верить во всякую ерунду. У него и так было много забот. Так он с ними и не справился.
Библия. Царства, Параллипоменон.
Трофим
Трофим
Сыны Давидовы.
Предисловие
Все знают Соломона. Но кто есть Ровоам? Авия? А Аса? Но их история не менее увлекательна, чем история Давида – от пастуха поднявшегося до царя или история Соломона – царя, чьё богатство и во времена миллиардеров внушает уважение и … зависть.
Глава 1. Сыны.
Соломон родился от греха своего отца. Кто скажет, что это легко – жить с таким прошлым и не поддаться лжи о том, что ты не лучше отца. И Соломон стал хуже. Его наложницы и жены были попыткой победить похоть. Но в итоге они стали его язвой, – которая победила его и стала руководить его поступками.
Кто так велик, как Бог? Как можно не любить Того, к кому прикоснулся и познал Его благость? Но как быть Ему верным? Любовь не прибавляет к характеру…
Ровоам стал наследником. Но он был копией отца в старости – поддающийся чужой воле без особой борьбы. И он потерял пол царства.
Мааха была его отрадой – красива, как отец Авессалом, полна жизни и радости. И она родила ему сына. Авия. Затем появился внук. Именно внук стал тем, кому прадед Соломон передал то, что ещё оставалось в его сердце – любовь к Истине. И Аса стал новым сыном Давидовым. Бог Сам искал Себе людей. Но он ждал, пока они взыщут Его. И Аса взыскал…
Трофим
Трофим
Стоял город на берегу моря.
Стоял город на берегу моря. Красивый город, полный всякого
богатства. Корабли разного вида из разных стран заходили в его порт. Шум стоял
на его улицах до поздней ночи. Глава этого славного города ехал в кабинке на
плечах рабов. Как всё-таки он любил этот город и гордился им! Одна только мысль
омрачала его раздумья.
Несколько дней назад он вернулся из Вавилона. Как всегда,
этот высокомерный город поразил его очередными грандиозными постройками. Эти
странные вавилоняне постоянно пытались доказать всему миру, что они – самые
лучшие. Но эти лучшие боялись Тира – небольшого города на краю моря. Они не
могли выйти в море без него. Они боялись плавать на кораблях, если только не
заручились бы поддержкой Тира. И поэтому глава Тира высоко держал голову среди
этих чужеземцев. Но дело было даже не в них.
Вавилон согнал множество народов в свои земли. Люди служили
Вавилону, были практически на положении рабов. Раньше людей уничтожали – но
Вавилон оказался мудрее. И среди этих народов выделялся один народ. Во все
времена о нём много спорили, начиная от рассказов о походе по дну моря и
унижении Египта, устроенного их Богом. Но и сейчас было много поводов для
разговоров. Многие из этого народа были очень успешны в Вавилоне. Только
несколько лет назад они появились в этих землях – а уже были их люди при дворе,
среди богатейших людей. Зависть и страх перед ними и перед их Богом заставляли
людей постоянно вспоминать о них почти во всех разговорах.
Глава давно знал Иудеев – он жил рядом с ними и много знал о
них. Но один из Иудеев взбаламутил его сознание во время последней поездки. Это
был пророк. Глава уже давно не принимал их слов близко к сердцу. Так много они
говорят и так много спорят между собой – доверия к ним это далеко не вызывает.
Но слова этого пророка зажгли его сердце противоречивыми чувствами. Он говорил
о разрушении Тира!
Самое неприятное было в том, что глава знал глубоко в
сердце, что Тир заслужил разрушение. Так много мерзостей творилось на его
улицах! Но как это возможно? Кто видел стены Тира – тот никогда этого не
забудет. Не возможно построить машин, которые бы разрушили их. А их высота?
Нельзя собрать столько людей, чтобы насыпать вал против них! Но пророк говорил
от имени Бога. А этот Бог мог многое. Глава знал это.
Он ехал в порт. Он решил сесть на корабль и совершить
плавание – вернётся через полгода. Он подумал, что возвращаться, наверно, будет
некуда…
Библия, Иезекииль 26,
27, 28 главы.
Трофим
Трофим
Восстание
Он лежал в пепле. Очередной костёр горел перед ним. Как только он прогорит, он разожжет новый и ляжет в прогоревший. Сколько уже было таких костров? Он почти не ел уже много дней. Недалеко был ручей, откуда он пил. Еду ему иногда приносили – но так, чтобы не подходить близко. Только эти трое подошли. Вообще там был ещё мальчишка…
Месяц за месяцем тянулся в его жизни. Но вот, через полгода он заметил, что пару нарывов на его теле подсохли – он сам не поверил своим глазам. Дыхание замерло в нём... Давно уже он отказался от жизни, ожидая только окончания мучений. Эти костры – просто занятие, чем он занимал себя…
Кем он был? Он уже начал забывать. Наверно, этот мальчишка записал те разговоры с его «друзьями». Тогда там останутся записи о его прошлом. И кто-то, может быть, даже поймёт, что он говорил…
Уже неделя прошла от того переживания встречи с Богом. Сейчас он жил мыслями только об этом. Все его проблемы ушли в сторону. Он наслаждался воспоминаниями о том, что Бог заговорил с ним! Пусть это было жёстко – но это был Он!
Ещё через неделю почти все нарывы засохли. Кто-то сообщил в город, что он выздоравливает. Приходил священник, смотрел издалека, но ничего не сказал… С ним вообще мало кто разговаривал эти месяцы…
Ещё через месяц он был дома. Жена была шокирована больше, чем он. Она уже стала забывать о нём, когда он появился на пороге дома. Она приносила ему еду три месяца назад…
Он начал работать. Всё быстро развивалось. Но он не замечал происходящего. Жена опять была беременна. Одна мысль доставала его – надо найти записи этого мальчишки, проверить и сделать копии…
Библия. Книга Иова.
Трофим
Трофим
Манассия
Он был в тюрьме. Кандалы жёстко сидели на его руках и ногах. Как часто пророки попадали в такое положение! Но он не был пророком. Он был царём. Потомком Давида, царём Иудейским. Вообще говоря, уже царём Израильским, так как вся земля Израильская попала во власть его отцу, когда Ассирия разрушила Самарию.
Он вспомнил о своём отце, Езекии. Детские воспоминания самые живые и яркие. Какой праздник устраивал его отец в Храме на Пасху! Как много народу приходило в Иерусалим! Какие все были радостные, какое единство, понимание было между людьми! Бог был с ними! Он привёл их в эту землю, отторгнув её от народов, занимавшихся поклонением всяким идолам, которые они сами же придумывали, придумывали самые мерзкие способы поклонения – до убийства детей. Какая мерзость творилась на этой земле, и как хорошо было Израилю вместе с Живым Богом! Детские воспоминания нахлынули на него...
И тут он вспомнил, что произошло с отцом. Как нож вонзился в сердце... Какая тяжкая болезнь атаковала его отца! Он был уже юношей, но обида на Бога, допустившего такую болезнь, опять поднялась в его сердце. Он вспоминал о тех словах, какими позорили Бога пришедшие ассирийцы под их стенами. Они вели себя дерзко и безнаказанно. Он ждал, что Бог сожжет их огнём, но небо молчало...
Когда он встал на царство, решимость отомстить Богу горела в его сердце. Какие же вещи он творил! Как одержимый он больше и больше становился похож на тот образ, которым представлял народ, уничтоженный Богом на этой земле. Так много идолов! Так много жертв! Он даже уговаривал себя, что это поможет ему жить, побеждать, иметь успех. Но он знал глубоко в сердце, что это не останется безнаказанным.
И вот он здесь! Глубокая, старая обида стала отступать от его сердца, когда он понял, что всё кончено. Нет, Он прав! Он и был прав. Понять Творца не так просто, Его поступки, решения режут сердце, бьют по самолюбию, гордости, Они вообще нарушают весь образ мыслей, представлений о том, какой должен быть Бог. Он вообще не зависим от нас! Свет понимания стал зажигаться в его разуме... И вдруг он что-то почувствовал. Нет, он даже не успел покаяться! Он не успел до конца понять, в чём он был не прав, он только чуть задел краем сознания, что ему стоит покаяться... Бог ждал, Он был рядом, Он ждал этого маленького шажка к Нему, даже не шага, а смещения центра тяжести на миллиметр. И Он тут же пришёл...
Слёзы текли из его глаз. Его тюремная рубашка была мокрая и солёная. Но сердце становилось легче и легче.. Через час он заснул...
Нож поднялся и разрезал горло овцы. Кровь потекла в подставленный сосуд. Посреди двора Храма стоял восстановленный жертвенник и рядом стоял восстановленный царь. Царь Манассия.
Библия, 2 Паралипоменон главы 29, 30, 31, 32, 33.
|
|
