Фото
Видео
Ответы
Вызвать на дуэль
Ставка за Лидера***
Тихий ноябрь в Коктебеле, пляж пустынный.
Только волна говорит с тобой на языке забытом.
Пройдись по песку по камням, послушай море,
Здесь и дальше за Юнгой, к Хамелеону.
Там, где летом лежали нудисты и пели песни
Клерки, согретые южным солнцем,
Ныне царствует гребень соленой влаги,
Разбивая о камни себя с упорством.
Ты найдешь здесь кусок рапана, яшму и раковину перловицу,
Тонкий камень с магической линией, может дао?
Краба рыжего панцирь с двумя глазами
И резины кусочек от презерватива.
Никого ты не встретишь здесь на пустынном бреге,
Меж Киик-Атломой и профилем Макса,
Лишь старуха в черном, как Персефона,
Собирая бутылки, прошелестит по гальке.
Ты увидишь себя совсем иным, не тем, кем был ты
Может быть, таким же, как стал Одиссей, укрепленный богами.
Как тот панцирь краба ты будешь светиться на солнце
Поезжай в зимний Крым, он, поверь, как Париж - стоит мессы!
Платформыч
Так вот и зовут его просто Платформыч. Просто Мария. И по-другому его и не зовут. Платформыч он и есть Платформыч.
А зовут его Александр.
- Ворону свою Галину Палну я с руки кормил она умная ворона.
Это у него ворона была, когда он в Красково жил, один дом сторожил. А вообще то он лыткаринский. Два километра пешком идет с большой сумкой книг. От перекрестка с самого Урожая идет пешком до Томилино.
- Укрепляю говорит, сердечную мышцу!
Платформыч вообще человек разумный, таких сейчас редко встретишь. Одним словом - физик атомщик!
А как на станцию придет, то на скамейке сразу разложит свой ассортимент: Мариенгоф, История франков, Ордена и медали, книга о Собинове и др. Ну, те самые книжки как вы сейчас подумали, которые с роду никому не нужны. Но вы это зря.
Наш народ не такой лох как кажется. Если вы думаете, что наш народ умеет только кроссворды разгадывать, в телефон играть и курить в тамбуре, попивая пивко, то вы глубоко ошибаетесь. В глубине наш народ романтик! И поэтому народ наш любит Платформыча. Народ наш - это народ паззл, его еще собрать надо. Это прямо Летатлин и кубик Рубика в одном лице. Ему, народу нашему только дай крылья он и полетит. Ну, или ласты, он и поплывет, ох как поплывет!
Ну так вот, раскладывает Платформыч свой товар. А рядом бойкие молдаванки торгуют нехитрым скарбом: носки одноразовые, батарейки на полдня, жвачка «Привет гастрит»! И средство от комаров, от тех, которые не кусают. Делают все это добро тут же поблизости в Малаховке или в Китае, что собственно одно и то же.
Платформыч тут в своей тарелке. Да нет, молдаванки его мало волнуют. Тут народ поважнее есть. Это те, кто прилипают к нашему герою, любопытные доложу вам субьекты: бывшие физики, растерянные лирики, просто рефлексирующие граждане. Одним словом наша томилинская интеллигенция, иными словами - наше все! Самые разнообразные брахиоподы и маллюски прилипают к волнорезу Платформычу. А Платформыч он и впрямь волнорез - режет пространство и время своим профилем. И все ему по фигу.
Для всех у него есть ответ. Вот, к примеру, стоит, торгует Платформыч книгами, стоит тихо- смирно, пространство озирает. И вот мент к нему подходит и говорит:
-Эй,- говорит,- пошел отсюда, я, говорит, тут главный! Так и говорит.
А Платформыч не промах, он ему в ответ:
- А я тут сам главный, я тут засекреченный, на задании я, чеченца одного ловлю. Вот так. А книжки для прикрытия.
- Ну лаааадно,- отвечает ошарашенный мент.
Зауважал видно.
Чудесны и невероятны бывают заявления нашего Платформыча.
- Все, говорит, как-то, беру в жены Кандолизу Райс, я решил!
Она губастая, богатая, на рояле и грает и вообще - не замужем. У Буша хочу отбить.
А через неделю почему-то кардинально меняет планы. Нет, говорит, женюсь не Тимошенке.
- А ты на обеих женись!
- Да нет, на виагру не хватит!
Или вот такое.
- Чубайс-то? Да раньше я его замочить хотел. А теперь он свой, наш,
он электростанции строит.
Разные вокруг него субъекты обретаются, кружатся в странном хороводе- вихре.
Алкаши, инвалиды - люди с прищуром и с поддыхом, люди с загогулиной.
Одного из них прозвали Очко.
- Это почему?
- Да потому, что у него в очках одно очко. Одно целое, а второе разбито. Экономит, не вставляет второе, на водку деньги собирает.
Империя как океан выбрасывает из своих глубин то, что не нужно ей империи.
И вот 60 летний физик-атомщик, работавший на советской АЭС оказался не нужен этой матрице.
А может быть зайдем, завернем с другого конца?
Он нужен, нужен, но лишь самому себе.
Он борец, он идет один, пешком, с тяжелой сумкой набитой книгами на свою платформу, идет с гордо поднятой головой. Идет по полынным полям, по осенним полям, в дождь и снег, днем и поздно ночью домой.
Он сам себе Империя и Океан.
* * *
В Сергиевом посаде было как-то хорошо сегодня.
Девушка из регентского хора так светло улбнулась и поговорила с нами, а бабушка-смотритель
лет за 80 в музее краеведческом излучала такую радость и даже святость, как ручеек лилась
ее речь и как янтарь она светилась изнутри.
Янтарю миллионы лет а он светится
и радует всех нас . Вот так и она вся беленькая, седенькая, как снег, но светится как солнышо весеннее
Вот это был день! И туристы мормоны сообщили мне очень правильную истину:
Pray as if it all depends on God
Work as as if it all depends on you
* * *
Хокку-миниформы и просто так
Вот и снова я дома,
Куст жасмина навстречу мне
Нежный!
* * *
Целый день искал человека,
Обвенчался с жасмином
Под вечер - странник
* * *
Как мне жить
Без твоих белоснежных
Поцелуев, жасмин июльский!
* * *
Вариант 1
Битком электричка,
Лишь глаза ребенка и собаки
Смотрят по человечьи.
Вариант 2
Битком электричка,
Два человека в полном вагоне -
Ребенок и собака
* * *
Ты наденешь черную куртку и черный свитер
И никто на тебя не посмотрит в этом темном метро
Лишь ребенок у сонной матери на руках
Поймет тебя, заглянув в глаза.
* * *
Все мы близнецы в этом сентябре.
Над Гудзоном долгий крик:
- Help!
* * *
Звездное небо
Как страница книги
Для слепых
(не помню чье)
* * *
Еле бреду...
А теплая пыль на дороге
Так легка на подьем!
2000-2001 г.
***
Крымское.
Погреться слетелись мушки
На теплый чайник,
В Крыму наступила осень.
2002-2003
По мобильному телефону
говорит человек
об Идеях Платона
По мобильному телефону
Человек читает колядку.
Рождество на дворе.
Утром рано - фейерверк
на платформе,
Искры от сварки.
Проезжая город Туму ты отпробуй пирогов
и избудешь горьку думу ты на тысячу годов*
****
*сочинилось во время путешествия по маршруту Москва - Касимов-Рязань-Москва
в августе 2003 года
***
Проехав Томимлино сою на платформе Красково в ожидании поезда
Ночью стою на платформе в Красково
В приятной компании сосен звезд
или
Стою на платформе
В приятной комнании
Сосен и звезд
Куда не плюнь-везде хайку
Жизнь Христа стоила 30 серебрянников,
моя же не стоит и гроша.
Надпись на платформе в Новогиреево
***
Ночная трасса.
В подземном переходе стая
Девушек...
Труженицы ночи.
Засмотрелся
бомж на рекламу в метро,
Оzon.ru
***
Покупает дубовый веник
человек из мерседеса.
В Сандуны едет!
Покупаем веники,
Дубовые веники!
Весна на Рождественке.
* * *
Снова шипит модем.
Одна реклама виагры...
Где же письмо от тебя?
***
Порвалось фото
Далекой галактики,
Беру скотч
И склеиваю вселенную.
А это - Богаевский
 |
Птица-тройка
Я ехал в электричке в полудреме, в полусне, она укачала меня, усыновила, она пела мне колыбельную, выстукивая по шпалам свою вечную песню. Но я ехал не один, со мной ехал мой народ.
И мне подумалось: мы едем утром и вечером, и днем; днем нас меньше, но все равно мы есть, мы в электричке! В электричке-ползучке, как назвал ее Александров Максим, краевед кореневский, в Кореневе славном укорененный, но, по слухам, имеющий контакт с Космосом.
Клерки едут в свои офисы, продавцы в мини-маркеты и в гипермаркеты, едут хироманты и колдуны, стоматологи и маркетологи; вообщем все мы едем добывать хлеб наш насущный, едем - значит надеемся, может быть, любим, вобщем – живем как-то, зачем-то, для кого-то. Но согласитесь, что лучше ведь для кого-то, чем как –то.
Словом едем и прямо в тамбуре курим, дверь не прикрыв, «а чё, мол, нельзя что ль?»
И утром курим, и вечером, да и днем коптит табачищем дешевым народ наш, ужасть запах какой. И агенты свои есть у запаха этого– продавцы вездесущие, вечные. Они с сумкой китайской ворвутся из тамбура, этот чад разнося по вагону, крича:
Покупа-а-а-а-йте скандинавские и японские кроссворды!
Почему-то молдавских и вьетнамских кроссвордов днем с огнем не найти, закавыка вот ведь! А за ними со стеклом мужичок вдруг влетит и крошить и кромсать начинает стекло перед публикой сонной.
- «Это он стеклорез продает, - поясняет мужик, - Алмазный, о-о-о!»
Мелькают овраги, поселки, заборы с колючкой ВЧ номер такой-то иль заводец закрытый, а дальше мачты радиополя в небо уткнули рога.
Но гармоники звуки слышны, и под стук колес старик, с трудом пробираясь в вагоне набитом, поет, на груди ордена:
«Помнит Вена, помнят Альпы и Дунай
И цветущий и поющий яркий май!»
А за ним герои новой войны под гитару поют и берут они за душу крепко:
Ты прости меня, мама,
Что себя не сберег,
Нас лежит очень много
У кавказских дорог.
Я убит под Бамутом,
А мой друг в Ведено.
Как Иисусу, воскреснуть
Нам уже не дано.
Пробивают слезу, и щедро народ подает, всё десятки, не мелочь! Рублей 60 или и 100 набирают ребята в вагоне.
Иль в прикиде хиповом войдет молодежь и хитом вечно новым взбудоражит, ведь знает чем взять.
С причала рыбачил апостол Андрей
А Спаситель ходил по воде,
Андрей доставал из воды пескарей
А Спаситель погибших людей!
А поезд бежит себе среди лесов, старых домиков с мезонинами, мимо домиков с ропетовскими башенками, где цветные окошки и отблески модерна в резьбе деревянной. Мимо замков «аля нуворусс». Бежит, бежит поезд, как змейка, как стрелка часов, меж помоек и старых заводов, меж заборов с признаньями разного рода. Сквозь ветер и дымы костров, сквозь дожди и туманы, сквозь смех и сквозь слезы.
Это те же пространства, вдохновлявшие Пушкина, Гоголя, Блока, та же таинственная, незнаемая, неведомая даль. Они созерцали эти рассветы и закаты эти ливни- дожди, это сияние радуг в полынных полях после бури. Они с героями вместе своими проезжали по этим дорогам на бричке, тарантасе, укутавшись в шинель. Они прислушивались к тем же песням, где из века в век меняются лишь слова, а напев остается. Прислушивались, пытаясь разгадать их смысл.
Открываю том Мертвых душ.
Здесь много я вижу созвучий:
«…Но какая же непостижимая, тайная сила влечет к тебе? Почему слышится и раздается немолчно в ушах несущаяся по всей длине и ширине твоей, от моря до моря песня? Что в ней, в этой песне? Что зовет и рыдает, и хватает за сердце? Какие звуки болезненно лобзают и стремятся в душу и вьются около моего сердца? Русь! Чего же ты хочешь от меня? Какая непостижимая связь таится между нами? Что глядишь ты так, и зачем всё, что ни есть в тебе обратило на меня полные ожидания очи?…»
Но недолго мне книгу читать. Ибо дверь распахнется, и библейский пророк пролетит по вагону, потрясая крестом деревянным:
- «Покайтесь, покайтесь, покайтесь, ибо приблизилось оно – царствие небесное. Бросайте свои детективы, Маринину свою и Донцову, все живете романами, а не знаете жизни реальной, все в инете торчите и чатитесь, дети Адамовы! Ведь не знаете, что вот оно приблизилось царствие небесное!»
- Настоятель он церкви далекой в рязанской глуши. Программистом он был, но ушел он из мира. И вот иногда проповедует он по казанской дороге в вагонах,- поясняет сосед - из Спас-Клепиков сам он. Вот так вот.
Летит наша птица-электричка, двенадцативагонная колесница. Летит она и дает ответы разнообразные на вопросы наши несуразные.
- « А, вы из Спас Клепиков? Был я в тех Кликах и в Гусе я бывал, в Гусе Железном. В Гусе с водителем моим, с Андрюшкой, бывал, - говорит могуче-фактурный пассажир своему спутнику напротив. Лысина блестит на солнце. Глаза умные с хитрецой. А в рыжей бороде притаилась лукавая улыбка.
Такой типчик русского купца с глазомером простого столяра. Все примечаю, все понимаю, тоскую по Неведомому, града взыскую Китежа. А поскольку тоскую, то в полусладком, молдавском грусть свою топлю иногда.
-- Да, так вот захожу я в этом Гусе в дом к одной старушке. Страшная такая, сморчок сморчком, а душевная. Ну, она мне достает биде деревянное, антиквариат. Фамильная можно сказать вещь. Мать ее у хозяев своих князей Оболенских служила прислугой. Оттуда и биде. Усадьбу когда грабили, тогда, поди, и прихватила сей антик! Да нет, покупать я не стал, мороки с ним много.
А вы, наверное, реставратор?
Ну да, помаленьку реставрируем всякое разное - самовары, заслонки печные и мебель, да много чего еще, да-а-а!
А это, наверное, ужасть как интересно, а?
Течет разговор не спеша под стук колес.
И как Солярис мыслящий, несется поезд –электричка, ползучка –летучка, многоокая, многовагонная. А в ней летят мысли, страдания, песни и слезы народа моего. В ней летят телефоны сотовые, бочки с капустой, велосипеды и вечный фумитокс - средство от комариков.
- Без него в Туголесье не сунься. Сожрут комары мещерские, сожрут за милую душу и костей не оставят, комары там с кулак!
- А я вам советую накомарник, это дело верное, надел ты его и живешь спокойно. Они жужжат вокруг, ну прям гулом гудят, а тебе ничего, - советует дама лет 50 с мелким мопсом на руках.
- Да, комаров нынче много. И откуда они только берутся не понятно.
- А я вам доложу, что во всем виноват Чубайс! - включается в разговор дама напротив, в руках сумка с кустиком смородины.
Это он что, по-вашему, комаров разводит? - вопрошаю я - турист с трехдневной щетиной, пропахший костром.
- Да уж, видать, разводит. А кто ж еще?
И вновь тишина и покой, лишь колеса стучат и поля без конца и без края.
Но свобода лесов и полынных полей с ароматами трав уходит в пространство, и вновь приближается город, а вот и Кольцо. Сеть распахнулась, и глотает нас снова в объятья свои мега-матрица город.
Вот и метро, наконец, и вся шумная, пахуче- сумчатая толпа с авоськами, тележками и цветами на перрон высыпает. Становится пусто, свободно и грустно немного. А ехать мне до вокзала, до конца; и вечер, и сумрак ночной за окном, и огни.
Здесь будь осторожен, пустые вагоны наполнятся разного рода мирами иными. В пустоте, что не терпит природа, хороводы вихрей странных закружат тебя. Станет жутко тебе, и по коже мороз проберет, и захочется сжаться тебе, превратиться в молекулу, в каплю краски засохшей на сиденье вагонном, из-под Колы в бутылку пустую. А все от того, что слышна уже поступь и топот и рев… По вагону пустому несутся с цепями в черных куртках, «Доктор Мартенс» ботинки мелькают. Испуганный парень вьетнамец бежит, а за ним плотной массой скины. Те, что росли без отцов. Не долюбили и не докормили, били их много, во дворе или дома. И теперь они бьют другого, непохожего на них и чужого.
…А я в пустоте. Я сижу в пустоте, как сосулька, как баба из камня, от страха язык проглотив. А лучше уткнусь в телефон свой мобильный, в игрушку, как страус в песок, и буду мечтать, что ОМОН прибежит и свершит правосудье. Но опять тишина, лишь колеса стучат, да шипят тормоза.… «Только ветер гудит в проводах, тускло звезды мерцают...»
И как лодка в тумане, проплывет тихо табор цыган, звук неслышен монист и, очнувшись, пустым обнаружу карман свой. Здесь не спи-и-и-и! На чеку быть обязан ты здесь!
* * *
А виденья плетут свой узор, свой соломенный полог. Но что это? Фата Моргана, мираж? По вагону пустому в ночи, вся в шелках и в сиреневом ливне, вижу, плывет ко мне фея ночная . Взор задумчив, наклон головы и в наушниках плеера, звуки музыки чудной. Я расцвел и растаял душой, с ней обмолвившись словом.
Эту музыку слышим в душе иногда и читаем в приветливом взоре, это то, что нас держит от гнева и слез укрывая, это запах цветов полевых и далеких морей, это клевера вкус, это ландыша вздох, это искры костра среди ночи в холодных полях.
…Но очнулся, и с силой тряхнуло . Кем-то сорван стоп-кран. Всё, назад в real life, ведь пора выходить, вот и Яузы ленточка вьется.
То был сон или явь?
Москва – конечная, Казанский вокзал!
Петров Даниил 2005 г.
 |
Битком электричка. Проходят в черном три крепких мужика по ходу ненавязчиво предлагая листовки неонацистского содержания. Я еду с Казанского вокзала и читаю монографию Радзинского о Сталине. Странно, приходишь к мысли, что нашему народу абсолютно все равно, кто им управляет. У власти находилась банда уголовников с садистом и бандитом во главе, а мы их терпели. Мало того, люди их любили. Люди боготворили этого садиста. Это была империя страха. Страх и обожание одних и глухая ненависть других, вот видимо чувства - слагаемые душевного мира нашего человека в ту эпоху. Впрочем, это никуда не исчезло, все это передается по наследству от отцов к детям. Если передается любовь, то передается и страх и жестокость.
Эту книгу должны прочесть все люди, все те, кто едет в этой электричке.
Но видимо этого не будет. Я не настолько наивен, чтобы надеяться на то, что люди отложат своих Донцовых, Марининых, Перумовых, Коды да Винчи и Ночные дозоры и возьмутся за Радзинского. Надежда только на учителей истории, которые будут растолковывать эту правду детям – школьникам, будущим взрослым.
* * *
Владимир Ильич Либерман, друг семейства и добрейший человек обижается, когда я по ошибке называю его Леонидом Ильичем.
Чайка по имени Джонатан Либерман…
* * *
Путин действует как монгольские ханы. Они «назначали» князей,
Путин назначает губернаторов, выдавая им ярлык на княжение. Кто лучше и слаще умздит хана, тот и получит ярлык. Здесь похоже можно увидеть параллель, не так ли?
И еще одно наблюдение. Бухарин, Троцкий, Каменев, и другие были убиты Сталиным, но они не лежат все вместе у Кремлевской стены в отличие от Старицких, убиенных Иваном и его мамашей. Они все и Старицкие и Грозный, все лежат в одном Архангельском соборе.
Интересно, те, что у стены и те, что в соборе были из одной партии ( династии). Разгадка видимо проста. Родственные и феодальные узы, которые объединяли князей, были прочнее, чем узы партийные. Да и Сталин с Бухариным были абсолютно разными людьми. Один, сын пьяницы- сапожника, можно сказать безотцовщина и впоследствии партийный уголовник, другой сын учителя, коллекционер бабочек, учившийся в МГУ. Люди абсолютно разные, хотя и члены одной партии.
***
О Новоязе.
Требование кандидату в одной инет компании.
«Уметь создавать юзабельные веб интерфейсы в условиях жестких корпоративных стандартов».
Во как, юзабельный интерфейс, это здорово да-а-а-а, сильно сказано!
***
- Ноги болят, жалуется мой пожилой турист.
- Что, спрашиваю я, новые ботинки?
- Нет, отвечает он, старые ноги.
- Только вы там потише, - говорю я, подходя к Мавзолею.
- Да, да, понимаю, чтобы его не разбудить!
***
Мне 10 килобайт картошки пожалуйста!
***
Звуки вокзала.
Мария Полей, прибывшая из Надыма, вас ожидает атаман Сергий в справочном зале!
Валеева Лариса, Валеева лариса, позвоните мужу!
***
В ожидании электрички на платформе.
Иногда я встречаю этих людей – это люди отзвуки, иногда я вижу, чувствую их. Они как алмазы раскиданы по миру, как крупицы золота. Мне кажется, когда-то существовало огромное зеркало. И вот оно разбито, и я мучительно пытаюсь собрать осколки. Иногда я нахожу отдельные кусочки, иногда, очень редко-редко. Или это разбитый витраж? Как собрать его по крупицам, как? Вот вопрос.
***
По легенде Христос спустился во Ад и спас грешников, разбив врата ада, говорю я туристам, показывая икону сошествие во ад в Успенском Соборе.
- Да нет это не легенда, все так и было, это реальность надо только поверить, говорят они.
Мои туристы – это семья американцев. Вот уже полгода они живут в Туркменистане. Папа мама и двое детей(девочка и мальчик) Папа директор школы для англоязычных детей, чьи родители работают в Туркменистане. (Ashgabat international school www.qsi.org Paul Batman. Director)
"Do, Know, Believe" такой девиз школы прочел я на их визитной карточке.
Милые дети. Ребенок(14 лет) рассказывает о том , что Микеланджело впервые применил леса для росписи стен. Раньше говорит он использовали веревки и лазали по ним как альпинисты. Да умный парнишка.
А был один веселый мальчуган пару лет назад. Показывая на образ мученика на юго – восточном столпе собора он сказал: Это что он показывает, пицца ОК!
(имея ввиду его благословляющий жест)
…Да , Америка это не только Майкрософт, военные базы по всему миру , война в Ираке, и Кока-кола с гамбургером. Вовсе нет. Это еще и простые люди, которые верят в Бога, которые приезжают в Россию и Туркмению, чтобы учить детей и рассказывать им о Евангелии.
* * *
Вечер Михаила Бару в клубе хайку.
Некоторые его миниформы запомнились.
В такую погоду хорошо посылать воздушные поцелуи
На лету они замерзают.
Замерзшие поцелуи можно класть в холодильник
А из певчих птиц только закипающий чайник на плите.
Целый день дождь.
Дождь отец, дождь сын, дождь от второго брака.
Ночной гром,
Кот в углу того и гляди перекрестится.
Как из Москвы выедешь, кончается 21 век и начинается 20-й, ну а еще дальше отъедешь, 19-й начинается!
Россия –страна нереализованных невозможностей.
Старуха присела под старой сосной.
Скрючены оба.
***
Новодевичий в этот прозрачный весенний вечер светится золотом и медом. В закате нежно-нежно блестят золотые купола.
Птица скользнула за рыбкой в пруд и вот уже кричит налету, в клюве рыбешку зажав. Мегаполис ли это?
* * *
Нафанаил Мерлонский
Сказ Рождественcкий
Для самых маленьких
Рукопись, которую вы держите в руках, была обнаружена в ходе работы межпланетной археологической экспедиции 30 августа 3800 года. Ученые относят этот текст к первой половине XXI века.
* * *
… А дело было так. Зимой лютой, зимой суровой двинулся Дед Мороз Иванович из дальнего города Великого Устюга в град Москов с детями малыми. На каникулы отпустили детей родители в стольный град с Морозом - Дедом. Пусть посмотрят, да подивятся на чудеса столичные, на суету московскую. Да места увидят древние, заповедные: пушку знатную и колокол необхватный, да Ленина в пещере каменной. Пусть, подумали родители, увидят Жукова на коне и в Макдональдсе бигмака отведают с колою.
И вот, семь дней ребята ехали, ибо пенсионеры в ту зиму залегли на всех дорогах - протестовать стали против монетизации, будь она не ладна. Перекрыли старики все дороженьки, в обход Дед Мороз повел деток по лесам дремучим и полям бескрайним...
Далее текст документа с рассказом о странствиях детей становится неразборчивым, за ветхостью буквы совсем не читаются ( прим. редактора)
Но вот, текст проступает вновь.
- С большим мешком нельзя, Дед Мороз,- пробубнил стрелец из отряда ФСО
в каракулевой шапке. Нельзя, дед!
- Да ты служивый кликни товарища царя, он разрешит, как только увидит что я принес ему в подарок!
Ждет дед с детьми 10 мин, ждет 20 мин - нет царя, ну дед пожалел детей и утроил оттепель ненадолго. Наконец через час появляется товарищ царь из ворот Троицких и прямо с моста кричит:
– А ну, дед, открывай мешок, что там у тебя?
Обнюхала первым делом царская псина мешок и смиренно отошла в сторону. Тогда и царь полез. Лицо его перекосилось, не то от ужаса, не то от восторга.
А в мешке то, в мешке маленькие олигархи суетятся о чем-то договариваются или спорят. У одного в руках кусок газовой трубы, у другого нефтяная вышка, у третьего ящик с пивом, а четвертый пыхтит - яйцо Фаберже огроменное обхватил!
В глубине мешка маленькие губернаторы выстроились в шеренгу и честь отдают! Чудеса да и только!
- Ну, удружил ты мне дедушка Мороз, удружили вы мне ребятишки!
Дай-ка, затяну мешок покрепче, чтобы не разбежались шустрики, вот так- то лучше!
***
- На экскурсию детишки на экскурсию! - раздался тут мощный глас.
Вскоре детвора столпилась вокруг могучего Деда с окладистой белой бородой. Борода была самая настоящая, не из ваты какой-нибудь там или акрила.
В этом уже успели убедиться самые храбрые мальчишки из 6А класса.
- Ну что, же жуки майские, вернее январские, начнем мы с этой, с позволения сказать Каабы, ну то бишь, с этого Царя колокола. А может это мировая гора или пуп земли? Ну вот, я и сам уже теряюсь в догадках.
Однако, ежели верить официальным путеводителям, ну тем, где на первой странице градоначальник в своей циклопической кепке изображен, сей колокол имеет особую историю.
Как говорит предание, в колокол этот ежедневно ударял верный звонарь царя батюшки. Утром он ударял для того, чтобы разбудить товарища царя, а финальный удар раздавался перед передачей «Спокойной ночи малыши», когда все дела были переделаны, все террористы и опальные олигархи замочены, засолены и замаринованы, а все еретики досыта накормлены полонием.
Да, знаменит сей колокол, и особенно знаменит кусок от него от колокола сего знатного. А дело то вот в чем. Однажды товарищ генеральный царь не хотел просыпаться, крепко спалось ему товарищу царю. В ту зиму сугробы намело до самой звезды на Спасской башне, так намело, что даже джип Ленд Крузер проехать не мог. И вот в такую зиму крепко, крепко спал товарищ царь. Пенсионеры эти еще со своими льготами, подумал во сне товарищ царь, и решил не просыпаться.
А звонарь из доблестного отряда ФСО уже на посту, у колокола.
Ну, ударил верный звонарь как положено один раз, ударил второй, не просыпается товарищ царь, ударил он и третий, нет ответа. Ну, думает, буду звонить, а то не сносить головы, и как хватанул четвертый раз. И на тебе святые угодники, колокол то треснул и кусочек в 11,5 тонн, того, отколупнулся! Во как!
С тех пор уж не звонят!
Ну, вот ребята, а это знаменитая Царь пушка. Так вот сам товарищ генеральный царь, понимаете ли, выкатывал сию громадину на площадь Красную. Под Новый год, значит, выкатывал и палил, и палил цветными конфетти, а еще бывало, зарядит в нее баранки и конфеты коровка и давай палить. Говорят, конфеты в Замоскворечье залетали, ну туда, где Красный Октябрь теперь стоит, во как! Ну, это если добрый царь. А злой, так он настоящими ядрами палил. Тяжко тогда приходилось нашему брату.
Ну да ладно, ползем дальше, вернее дви-и-и-и-жемся.:) Так вот, перед нами за рекой оно и есть - Замоскворечье, район старинный район купецкий. А вернее это Ква!
- Это как так?
- Да вот так Мос - это вот здесь на левом берегу, а Ква это за рекой. Вот и получается Мос-ква!
А теперь ребята на соборы посмотрим!
Вот он древний Архангельский. Практически современник динозавров.
Да, и цари тут спят в тишине, как динозавры какие или мамонты: Иван по прозвищу Калита- кошелек, Василий третий, что Кремль строил, Василий Темный, Симеон Гордый, Дмитрий Донской, Владимир князь Старицкий, убиенный царем Иваном, царевичи Димитрий и Иван и многие, многие другие…
Представьте, 5 млн. лет назад тут было море, и плавали здесь огромные раковины. Самая большая из них была Наутилус Михаликус. И жили эти раковины на большом коралловом рифе, ну любили они этот риф. И вот, по приказу товарища царя, океан, значит, осушили и отвели в русло Москва реки, а раковины окаменели и вот они перед нами красавицы на соборе Михаила Архангела.
Ну, пока океан то осушали, дьячки и клерки много наворовали камушков и ракушек. Ну а потом обменяли их на машинки.
- А вон, гляньте, как шустро машинки катаются черненькие с огоньками с синенькими! Как известно, всяк подьячий любит калач горячий. Вот так то!
Долго они ходили- бродили, пока не пришли в Александровский сад, тот самый под которым речка Неглинка запрятана.
- Дяденька Дед Мороз, а это что, вечный огонь?
- Да, сынок!
- А-а солдаты, они живые?
Ну что ты, это их в Кремле под моим присмотром замораживают и на час выносят постоять, а потом размораживают опять в огромной кремлевской микроволновке.
- Ну да ладно дети, идем дальше, только вы не бойтесь идем мы к мавзолею Ленина!
- А я боюсь, Дедушка Мороз. Мне папа говорил, что Ленин живее всех живых и что он любил детей.
- Да нет, Машенька, он только на завтрак их любил, на обед он любил их родителей. Но его боятся нечего, ребятки, я его давно заморозил за его проделки. А как дедушку Ленина положили в этот с позволения сказать зиккурат, так площадь то и покраснела, от стыда наверное, и с тех пор Красной и называется.
Ну да ладно, и здесь весело бывает. Вот когда, например, Пол Маккартни приезжает и песенки поет.
…Yesterday,
All my troubles seemed so far away,
Now it looks as though they’re here to stay,
Oh, I believe in yesterday…
Или Макар с Машиной запевает
… Вот новый поворот, и мотор ревет,
Что он нам несет - пропасть или взлет, омут или брод,
И не разберешь, пока не повернешь за поворот…
Эх, романтика…
Но, что-то я распелся ребята, молодость вспомнил, старый я битломан,-
поглаживая бороду произнес Дед.
- Пора и к нашим баранам вернуться, что там у нас за поворотом?
- Дяденька Дед Мороз, а Ленин святой?
- Да нет, это он только притворяется. Сейчас много народу в святые подалось, целая очередь, прости Господи, выстроилась. Николай вот второй, Иван Грозный туда же. Мало того, что этот динозавр в алтаре Архангельского собора за иконостасом почивает, они его еще и в святые прочат! И Гришку Распутина, туда же норовят записать. Со свиным рылом, то и в калашный ряд! Д-а-а-а, а вобще, много тут на площади на Красной знатных персонажей почивает. Место тут непростое, куда ни шагни - вип персона. Вип- это значит очень важная. И все разные: святые истинные, как Блаженный Василий, и грешники страшные как Коба–Сталин. Уххххх, ни к ночи будь помянут. Все вместе на одной площади, в одном флаконе. Вот такой синклит, понимаешь.
- Дедушка, а что такое Блаженный?
- Это, девочка, значит Христа ради Блаженный, или юродивый*. Блаженный это тот, кто добровольно отказался от теплой квартиры, от телефона от сотового, и от машинки Тойота . Потому что понял, что все это такие пустяки! Блаженный - это тот, кто не боится выйти на площадь и получить дубинкой по башке, выйти, чтобы правду сказать сильным мира сего, как делал Христос наш Спаситель. Но об этом поговорим мы c вами дети в другой раз.
Всех с Новым годом и Рождеством! Радости всем вам и чтобы свет был в душе!
* * *
…На этом текст документа обрывается. Так что нам остается только догадываться о дальнейших приключениях детей с Дедом Морозом.
_______________
* Вспомним, как сказано у апостола Павла: «Мы безумны (юроде, как раньше говорили), а вы мудры во Христе; мы немощны, а вы крепки; вы в славе, а мы в бесчестии. Даже доныне терпим голод и жажду, и наготу и побои, и скитаемся.» (1 Кор., IV, 10-11).
* * *
Из бесед с туристами…
- Я люблю Россию. Я импортирую сюда ворованные машины из Германии.
Я сам из Чехии, так что ты понимаешь, как я отношусь к русским, но я люблю Россию.
- Ты Дон Жуан но сам об этом не знаешь. Если она улыбнулась тебе, ты должен к ней подойти. Выбор делает женщина. Всегда.
Мы понимаем, что ты ботан, вечеринки тебя не интересуют. Но нам интересны необычные бары, кафе. Понимаешь, моя подружка держит бар в Берне. Покажи ей что-нибудь интересное.
- Ок, я знаю ОГИ- интеллектуальное кафе , я покажу.
* * *
Я хочу показать…
Я хочу показать Тебе дали, просторы душистых полынных полей.
Клевера запах, жужжанье шмеля в холмах клинско-дмитровских за Солнечногорском у Блока.
Я хочу показать Тебе как расцветает в июле жасмин за окном белым облаком, бело-зеленым.
В моем добром саду я Тебе показать захочу самый первый цветок - первоцвет, нежный крокус весенний, из холодной земли выходящий на свет.
Как ручьем воробьиная песнь за окном зимний воздух волнует.
Как пробила вода чудо-своды, глубины пещер в карстовых крымских, туманных горах .
Вместе книгу открыть, книгу книг, и уйти с головой в мир пророков, племен, дальних гор, там, где Бога лишь голос звучит.
* * *
-- Мой дед был меньшевик, - рассказывает мне веселая еврейская бабуля лет 85-ти из Сан-Франциско.
Его звали Иосиф Фридман. А жил он в Польше. И вот после революции, чтобы не попасть в армию он решил эмигрировать в Штаты м-даа … правильное решение. Это спасло его не только от армии, но возможно от Гулага и нацистов. Я говорю, что мой прадед тоже из Польши, из города Лодзь.
- Возможно мы с тобой родственники, говорит она мне на прощание.
Улыбка у нее необыкновенная. Она светится, как янтарь на солнце. Веселая старушка, она просто излучает оптимизм и радость в свои 85 лет. В Третьяковке мы с ней шутим и смеемся перед какой-то картиной. Вот здорово, и кажется, что ей лет 20-25. Какая улыбка!
* * *
Личный состав милиции Татарстана взялся за изучение спецкурса "Основы религиоведения и формирование толерантного сознания".
http://www.trud.ru/issue/article.php?id=200610171920105
И это ХОРОШО!!! И у нас в Евразии начинает отаивать вечная мерзлота.
* * *
Октябрь месяц, 2006 год.
Градусник термометра неуклонно ползет вниз.
Погиб еще один святой Человек - Анна Политковская.
