22.11.2009 - Кровавый металл.
В годы Великой Отечественной Войны смерть на производстве почти никто не замечал, потому что похоронки ежедневно приходили с фронта, но сейчас не годы войны, а люди все равно гибнут или калечатся, заливая красным пятном зеркальный металл. Зеркальный металл – это алюминий, без него невозможно обойтись не в одной отрасли промышленности. Военная и космическая техника немыслима без алюминия, что делает металл и его производство незаменимым и необходимым. Цена этой необходимости - человеческие жизни. Здесь я сравниваю металл и человека и вижу, что металл дороже. Иначе как объяснить пренебрежение, отсутствие ответственности за жизни рабочих и, наоборот, строгую ответственность за выпуск, качество и количество «кровавого» металла? Я знаю, что одной статьей здесь ничего не решить. Не посадить директора, не убрать его с поста, не воскресить мертвых. До правительства так же тяжело достучатся, как до справедливости в нашей стране. Но все - таки. Прошлая статья с описанием работы на Уральском Алюминиевом Заводе дала много откликов, как среди депутатов Гос. Думы, так и среди рабочего коллектива. Так что я сделаю акцент на обществе в целом. Я решил более подробно осветить деятельность рабочих, дирекции, ее карманного профсоюза ГМПР, «гос»трудинспекции и неусыпной прокуратуры нашего города.

Часть первая.

Наша жизнь в обмен на прибыль.

Записки мертвых рабочих:

Электролизный цех (написано в феврале 2007): «Когда я иду на работу, то думаю, как продержаться до конца смены. Я чиркаю пропуском на проходной и попадаю в другой мир. Еще не заходя в цех, чувствуешь, что не зря пару десятков лет назад здесь работали по принуждению только зэки. Нормальный человек не будет отдавать здоровье за 15 тысяч рублей в месяц. Но слово нормальный – это не про нас. В душевой с отвращением одеваешь грязную, потную одежду и вперед на смерть!

А смерть совсем рядом. Она везде. Когда на улице ноль градусов, у ванны (электролизер) минимум 90 по Цельсию. Там я провожу около часа. Суконная одежда сгорает как бумага. Загазованность такая, что через пять метров ничего не видно. Профзаболевание: рак легких. От электромагнитных полей голова никогда не перестает болеть. Дают респиратор, который не помогает, так что фильтрами в цехе служат человеческие легкие. Дают спецжиры - молоко. Только молоком это не назовешь. Белая вода, иногда с хлоркой. Хлорка без жира. Ген. директор сказал: «пейте такое!». Огромное электричество и никакой изоляции. Любая неосторожность и твоя жена - вдова, а дети - сироты. Вместо безопасности - просто расписка, что предупрежден быть осторожным. Есть еще инструкция, в ней тысяча «нельзя». Но на самом деле нельзя допускать только одну оплошность - уменьшать количество выпускаемого алюминия. А если допустил, то остался без зарплаты. Электромагнитные поля такой силы, что ломик очень трудно оторвать от ванны, а, находясь между ваннами, он начинает вертеться в руке, как стрелка компаса на аномальных зонах! Тело не выдерживает жары, когда работаешь, не слышишь шума, сигнала крана, ты слышишь только стук своего сердца. Слушаешь его внимательно, наверное, чтоб услышать, как оно остановится…

Больше 50 лет люди не живут, и умирают долго и мучительно. Не верите? Приезжайте, я покажу. Любому. И это далеко не все. Летом люди работают по двое. Знаете для чего? Один ждет, когда упадет другой. Чтобы его оттащить на свежий воздух. А может просто сообщить мастеру, что одним рабом стало меньше. Когда кто-то уходит в отпуск, заболел, или учеба – работу выполняют за этих людей без пополнения бригады. Нагрузка и так большая, а летом это – «крематорий». Но люди работают и за пятерых, и за десятерых. «Мудрая» птица не дремлет. Пайку отберут, с голоду пухнуть будешь.

Обед запрещен, несмотря на статьи 108 и 109 ТК РФ. За посещение столовой наказывают лишением премии (15%)».

Тот же цех, тот же рабочий июнь 2007: «Рабочих не хватает. От тепловых ударов и обмороков люди уходят на больничный. Работа увеличивается, так же, как нагрузка. Замены ушедшим не дают. У начальника Грачева попросили людей, ответил так: «добавлю к зарплате рублей 700-1000». Люди начали возмущаться, что сдохнут быстрее, чем зарплату получат. И эти деньги при такой работе им не нужны будут. Жизнь дороже. Начальник, как обещал, денег добавил, и тут же отнял за посещение столовой. Обеда у нас нет. Когда подняли вопрос по обеду, начальник Грачев предложил увеличить рабочий день на 45 минут. Летом работать и так невозможно, а увеличить день это означает самому себе навредить. Температуру возле ванны рано утром тяжело выдержать. Поэтому делают работу как можно быстрее, чтобы успеть до обеда. После обеда – смерть. Он знал, что на увеличение рабочего дня никто не согласится. На нашей работе можно отлучиться в столовую минут на 15, во время перерыва между ваннами. Заводу это не навредит и не обеднеет акционер. Работу всегда доделываем. Но людям нужно показать, что они скот. Грачев это показал, во всей красе.

Смотрите сами, какой кайф: глотаешь раскаленный воздух в респираторе, вытаскиваешь раскаленные штыри весом 25 - 30 килограмм, потом их закидываешь на площадку, а их около 30 штук. Суконная одежда делает движения тяжелыми и неповоротливыми, одежда насквозь мокрая. Это называется «выдернул ванну». Таких ванн в смену 4 – 5. У других анодчиков операции гораздо тяжелее. Температура в цехе больше допустимой в разы, а на самом месте работы в десятки. Уверен, ученые даже не подозревают, что такие температуры вообще может выдержать живой организм, тем более в них работать. Конечно, директор и начальник об этом знают. Пришел ответ от технического инспектора по труду Шустермана. Он на нескольких страницах расписал, как хорошо работать в электролизном цехе. Что в самую жаркую погоду у нас не более 35 градусов. Райский уголок, а не работа. На денек бы этого Шустермана к нам. А может, он просто единицу перед 35 не допечатал? Ложь! Его здесь ни разу даже не видели. Написал, что приказали…

Начинается агитация по остановке работы из-за несоответствия температур на рабочем месте…».

Добавлю еще то, о чем не рассказал рабочий - жидком криолите и металле. К ожогам в электролизном цехе привыкают. Я видел, как человек, одетый по инструкции в спецодежду, стряхивал с лица брызги алюминия. Вот вам и спецодежда. Да, еще: спецодежда и зимой и летом одинаковая: валенки, суконка, респиратор и шапка. Очень приятно ее носить особенно летом за 15 тысяч в месяц. Самая большая зарплата 17 тысяч в месяц на руки (у бригадиров).

Во время дождя в цехе лужи. Их надо обходить – так написано в инструкции. Но это невозможно, когда непосредственно на рабочем месте лужа. Поэтому работают в лужах. А знаете, почему она опасна? Киньте провод с напряжением 220 вольт в лужу, и наступите в нее, тогда поймете о чем я…

Вредные и опасные факторы в электролизном цехе:

Фтор соли. Электромагнитное излучение. Расплавленный криолит и металл. Смертельный ток. Высокая температура на рабочем месте. Запыленность и загазованность. Механическая опасность (краны, электрокары, вагонетки, поезда…). Ответ Шустермана (выписка): «Карта аттестации рабочего места по условиям труда анодчиков в производстве алюминия технологических участков № 2 и 3 электролизного цеха имеет следующие показатели: Температура воздуха в холодное время года 21,3° С (ПДУ 18-21 °С). Величина превышения на 0,3. Тепловое излучение 969 вт/м (ПДУ 140 вт/м). Величина превышения на 829. Продолжительность воздействия 92 % от рабочей смены Температура воздуха в тёплое время года 35,2° С ( ПДУ 15-26" С). Величина превышает на 9,2°С. Тепловое излучение 1265 вт/м (ПДУ 140 вт/м). Величина превышает на 1125. Продолжительность воздействия 92 % от рабочей смены Возгоны каменноугольных смол и пеков при среднем содержании в них бензапирена менее 0,075% мг/м 3, 1,08 (ПДК 0,2). Величина превышает в 5,4 раза. Продолжительность воздействия 92 % от рабочей смены Углерод оксид 12,1 мг/м 3 (ПДК 20,0 мг/м 3). Превышения нет. Продолжительность воздействия 92 % от рабочей смены Пыль 27,4 мг/м 3 (ПДК 6,0 мг/м ) . Величина превышения 21,4. Продолжительность воздействия 92 % от рабочей смены Гидрофторид (в перерасчёте на фтор) 1,28 мг/м 3 (ПДК 0,5 мг/м 3). Величина превышения в 2,6 раза. Продолжительность воздействия 92 % от рабочей смены Натрий фторид (по фтору), криолит (по фтору) 1,54/1,04 мг/м 3 (ПДК, 1,0/1,0 мг/м 3). Величина превышения в 1,5/0,05 раза. Продолжительность воздействия 92 % от рабочей смены Шум. Эквивалентный уровень звука 100дбА (ПДУ 75 дбА). Величина превышения на 25 дбА. Продолжительность воздействия 92 % от рабочей смены Вибрация локальная 133,2 дБ (ПДУ 126 дБ). Величина превышения на 7,2 дБ раза Продолжительность воздействия 92 % от рабочей смены Тяжесть труда 3.1 класс (вредный I й степени). (ПДУ -2 класс). Продолжительность воздействия 100 % Напряжённость труда 2 класс. (ПДУ -2 класс). Продолжительность воздействия 100% от рабочей смены Общая оценка условий труда с учётом всех факторов окружающей среды на рабочем месте анодчика в производстве алюминия на технологических участках № 2 и 3. - По степени вредности и опасности - 3.4 (вредный, 4 степень вредности) по степени травмобезопасности - 3,0 (опасные) Заключение аттестационной комиссии: « рабочее место аттестовано условно».

Даже по карте аттестации мы видим явные нарушения, при которых уже можно останавливать работу на основании статьи 379 ТК РФ. Самая интересная фраза: «рабочее место аттестовано условно»! Это как, например: жив условно? Теперь понятно, почему условно погибло четыре человека (полтора года назад), и ответственность понесли тоже условно. Побранили, наверное, пальцем Борьку, так нельзя делать и дальше крутить мясорубку… Лидер карманного профсоюза виноват в этой трагедии! Требовать и бороться за безопасный труд должен профсоюз. Вместо этого сколотили четыре гроба! Я бы застрелился от такой сделки со своей совестью, а он улыбается.

Я не буду полностью описывать ужасы работ на нашем заводе, вкратце:

Глиноземный цех (чистильщик баковой аппаратуры май 2007):

Работа в замкнутом пространстве. Работают по колено в щелочи, но это не самое ужасное, самое ужасное, что этими парами люди дышат. Они чистят аппаратуру за 13 тысяч. Работа тоже адская, не соответствует никаким нормам и стандартам.

Цех кальцинации. Машинист перегружателей (май 2007): Температура на рабочем месте, не могу даже сказать какая. Лицо горит, а руки обжигает – и это не горячий стаж, а теплый. Почему не знаем,… Уборка на бункерах выглядит так: поднимаешься на высоту бункера метров 30. В бункер дуется воздух с глиноземом (Температура этого воздуха более 60 градусов), все в пыли. Руки вытянутой не видно!!! Закидываешь две лопаты глинозема в бункер, одна вылетает обратно. Простая физика. Сколько нужно кидать? Я видел, когда кидали целыми бригадами с перерывом 15 минут около 4 смен подряд. Бункера никто не менял. Так что ничего не изменилось.

Таких профессий десятки или сотни, только на одном УАЗе! А сколько их по всей стране?



Внедрение новейшей технологии на УАЗе - это мечта идиота. Новейшая технология стоит больших денег. Тратить деньги жалко. Да и зачем их тратить, «сдохнут одни рабы, за забором найдем других». Автора этих слов рабочие УАЗа отлично знают. У этого «автора» слово с делом не расходится. Рабы дохнут, гибнут, калечатся, а за забором уже выстроена очередь. Раб – подневольное существо, лишенное свободы. Есть ли эта свобода у рабочих УАЗа, КУМЗа , ОЦМа, СТЗ, да и других предприятий? Если работа на всех предприятиях одна и та же, зарплата тоже разницей не блистает, и «хозяева» с начальством все на одно лицо. Уехать в другой город? Тогда подскажите, в какой. Вот и смирились с тем, что никуда не деться. Работают и помалкивают. Делают все, что прикажут, а если отняли премию - «пусть начальник подавится». Конечно, недовольны абсолютно все. Но недовольство резко заканчивается при появлении начальства или дирекции. Отстаивать свои права – страшно и лень (страшно-лень). Страшно-лень идти в суд, судиться, идти в прокуратуру, инспекцию. На эту «страшно-лень» у рабочего есть простой ответ – все равно ничего не изменишь, «а что это даст?». Я думаю, многие читатели сейчас узнают самих себя. Вот эту психологию называют психологией раба. Именно это мышление большой подарок «хозяину». Испортить этот подарок может только массовое осознание своей силы. Массовую силу боятся все. От лечащегося от пьянства мэра города, до президента. Эту силу признают и уважают. Да и сам рабочий понимает, что, если поднимается весь завод, то ему никто ничего не сделает. Работодатель явно пойдет на уступки. Остается вот такая малость, КТО поднимет весь завод? Этот вопрос я оставляю без ответа. Потому что «поднять завод» могут только сами рабочие в тот момент, когда молодые люди представят, что их дети вырастут не банкирами, а простым скотом, работающим на УАЗе. Что их участь так же «падать» возле ванны в электролизном, или быть зарытым в двадцать лет от взрыва. Когда ВСЕ поймут, что они уже загнаны в стойло, и дверца стойла медленно, но уверенно закрывается?!…

Часть вторая. «Никто тебе ничего не даст, будь ты тысячу раз прав, если ты не силен» М. Веллер.

К сожалению, этот принцип быстрее освоила наша дирекция. Колодки одеты и ошейник застегнут. К «действиям» администрации УАЗа мы привыкли, но то, что выкинул директор и его сподвижники после образования нашего профсоюза «НАБАТ», стоит отметить. Пишу без комментариев, их вы найдете на нашем сайте www .nabat -sual .narod .ru

Действие первое: служба безопасности УАЗа была переформирована в полицейскую ищейку. Искали недовольных. От недовольных узнавали организаторов пикетов, митингов, учредителей профсоюза. С организаторами (нами) разговаривали без церемоний, с угрозами. Началась слежка! Ну, чем ни СД и СС второй мировой? На рабочих местах «опасных личностей» были установлены различные системы слежения (от жучков до…). Особый случай приключился в цехе кальцинации.

«Я пришел на работу в 15.30. Принял смену. В 15.50 отметился на пятиминутке. Пошел обходить оборудование, взял мыльную эмульсию. Все поняли без слов зачем (обмыливать оборудование, чтобы найти утечки газа). Но я пошутил, сказав, что пошел «агитировать людей». Из рабочих никто никуда не выходил и не звонил. На рабочем месте были все свои, в поле зрения. Ровно через пять минут приехал «отдел безопасности УАЗа». Скрутил меня и начал требовать от мастера отчет о моем «походе». Мастер сказал, что никуда он не ходил, а обмыливал оборудование. Полицай настаивали на своем, что я ходил агитировать. Сказал, что две минуты назад я вышел и пошел… и здесь толстый полицай понял что прокололся. Он отвел мастера и пытались заставить написать докладную на меня. Мастер категорически отказался. В последствие такие инциденты будут привычным делом. Каждый случай происходил при свидетелях или имеется четкая звукозапись. В прокуратуру ходить бесполезно - там все «свои», и нарушений они не видят, даже если купить лупу…». Это писал я полгода назад.

А вот что случилось с одной нашей активисткой:

Наталью Окулову вызвали в милицию. Якобы агент Алексеев (полицай УАЗа) слышал от кого-то, что Наталья угрожала расправой своему мастеру! Этого «кого-то» агент не знал в лицо и по фамилии. Просто слышал. Наталья Окулова - один из смелых активистов - высказала свое недовольство работой, зарплатой и обращением со стороны начальства лично директору Смоляницкому. Была сокращена и после 4 месячной борьбы в суде, восстановлена. Тогда уголовное дело чудом не завели!!!

Коган Сергей – председатель профсоюза НАБАТ. Полицаи его сопровождали от дома до дома. При появлении листовок на заводе, ему угрожали. Угрожали по-разному. То наша печатная продукция содержит много свинца и радиации, то Сергей замешан в каких-то террористических подрывах!!! Завели уголовное дело по статье терроризм!!! Но это уже был явно перебор и заказ со стороны УАЗа, менты дело закрыли через пару месяцев. Забрав много нервов и времени.

Здесь список тоже большой, но перейдем к другой части.

Действие второе: лишение всего.

Людей 700 – 800 человек (как раз тех, кто был на митинге) лишили премии. Организаторов профсоюза - работы. Под смешными предлогами. Абсолютно весь рабочий коллектив УАЗа лишили свободы, во всех отношениях. Свободы слова в первую очередь. Ни одна инспекция или чиновник на направленные нами заявления и требования провести проверки, не отвечали нам иначе, как - НАРУШЕНИЙ НЕТ! Такой вердикт делали без проверок, не отрывая попы от стула. Теперь имеем загнанных в стойло, когда-то свободных славян. Помню, как ревниво и трепетно к этому относился Игорь Тальков, что бы он спел после этого? Думаю, Путину это бы сильно не понравилось!

Третье действие: информационная изоляция.



Местные газеты, телевидение, согласно приказа местечкового «директора - Дона Карлионе», стали поливать грязью рабочих, которые решили разогнуть спину и потребовать немного вернуть украденного. В газетах так и писали (Каменский РАБочий): «вам много платят, больше чем положено!» Требовать восстановить незаконно уволенных - это фашизм! По телевидению во время наших акций и митингов показывали не нас, а г. Богомолова (лидер лакейского профкома ГМПР). Он по телевидению заявлял о том, какая тяжелая у него работа: «Я всегда рабочим говорю, что много зарплаты не бывает!».

Вот такая сложная работа у лидера профсоюза - всегда говорить одно и тоже. Ездить на шикарной машине, и заботиться о спокойствие своего «пана». После этого мы стали приглашать только один канал ГОНГ, у остальных каналов, как у прокуроров нашего города, хреновато со зрением (или камерами)…

Вот этот пункт замечен на большинстве заводах и организациях. Этот пункт не шутка, он неумолимо выполняется, разрушая нашу страну и убивая наш народ.

Это нелегальная иммиграция. Да и легальная ничем не лучше. Наш директор во время нашего недовольства кинул такую фразу: «Кому не нравится работать - уволю, найму таджиков, они в два раза дешевле обойдутся!». Странная тяга у нашего Исааковича к таджикам. Здесь и до расизма недалеко. То же самое слышал я и на других заводах…

А как уже сказано ранее, работодатель такими словами не бросается. У нас уже работают эти самые «дешевые рабочие». Только после 18 марта агония умалишенных прекратилась. 18 марта - Всероссийская акция свободных профсоюзов СОЦПРОФ. С 18 марта начал падать авторитет мэра и «Едрёной России». НАБАТ прогремел по всей России.

ЧАСТЬ третья: Коррупционная машина города Каменск-Уральский против маленького, но сильного и шумного профсоюза «НАБАТ».

Начнем с мэрии. Мэр нашего города когда - то пообещал нам конструктивный разговор со Смоляницким (гендиректор УАЗа). Этот разговор состоялся. Конструктивность выражалась только в одном: «вы много требуете, мы вам даже переплачиваем! Какая зарплата, самим не хватает!» Но мнение рабочих на этот счет было свое. Если медработник поликлиники получает 10 тысяч в месяц, то почему мы получаем 9 тысяч? Почему нам суют бумажки, где якобы увеличилась зарплата, чуть ли не в два раза? Увеличивают тариф и уменьшают премию. Получаем одно и то же. Отчет гласит об увеличении тарифа! Выдают как за увеличение зарплаты. Мэр города делает вид, что пытается кому-то помочь, пишет в газетах, что вывел рабочих на конструктивный разговор…

Долой такого мэра! Город превратился в алкогольную яму! А по телевизору говорят о дне трезвости, и самом трезвом городе Каменск-Уральский. Я иду по заводу УАЗ и вижу на тротуарах шприцы. Это наркота. Наркота на заводе! Бутылки джина, водки в цехах и возле столовой! То же самое на КУМЗе, на остальных заводах не знаю, по-любому такая же чума. Не удивительно, что алюминий становится красного цвета. С такой организацией работ, ответственностью, можно смело обвинить в геноциде народа!

нспекция по труду жалуется работодателям, что от «НАБАТа» опять пришли требования. Тулуман (правовой инспектор по труду) всегда пишет, что все нормально. Даже идиот знает, что никогда не бывает все нормально. А у Тулумана и Шустермана все нормально. Смоляницкий не может быть не прав, а Коган неправ всегда.

Прокуратура. Эта особь местного залива встречает нас без особой радости. Проверок не проводит, так же одни отписки.

Прокуратура Свердловской области провела одну единственную проверку. Людей вызывали так: работодатель сам выбирал тех, кто будет против него свидетельствовать. Ну и по понятным причинам никто ничего не сказал. Тогда мы привели «смелых» работников, но их показания просто пропали или не услышали! Господин Чайка! Почему на свои нищие 13 процентов я кормлю лодырей, которые действуют против закона и порядка? Почему вы не осуществляете вами обещанный «жесткий контроль» за своими подчиненными?

Мы требуем проверки от Вас, а не от ручной местной и областной прокуратуры.

Роструду то же самое! Выгнать дармоедов, или посадить года на три!

Лопаревич Сергей. Рабочий! Кого ты боишься? Где состоишь? И почему ты молчишь? Если ты уже раб или корова, то твое место в стойле, а не в профсоюзе. Рабочий! не поднимешься сейчас – не поднимешься никогда. Ты сам делаешь себе будущее. Пока это будущее быдла! И дети твои будут работать за тарелку супа, проклиная тебя и твою трусость! Свободные рабочие в профсоюзе «НАБАТ» СОЦПРОФ!

С нами Бог!

Независимый профсоюз НАБАТ

Дело Hermitage Capital умерло в тюрьме