Погода в марте в Северной части Балкан- почти лето... всюду уже начинали зеленеть деревья.... было тепло, солнечно... В Сербию мы въехали строго по расписанию и без особых проблем... Военные на КПП разговаривали мало, смотрели внимательно, но почти не придирались... когда уже начинало смеркаться мы подъехали к последнему КПП на собственно сербской территории... помнится, что приехали мы на полчаса раньше- я вошел во вкус и катил наш Чироки на пределе возможностей...В голову приходили всякие глупости типа - Нужно по приезду в Сребреницу сказать Жан-Клоду и Брайану что я только что получил права...интересно, что они скажут, наверно, если б знали заранее - ни в жизни бы не согласились доверить мне руль...

Перед последним КПП на хорватской стороне мы проехали мимо Вуковара и зоны ответственности РуссБата – наши десантники плотно обосновались на доверенном им участке... все укрепления выглядели солидно, были покрашены, вокруг была чистота и порядок...мои друзья одобрительно покивали головой, а мне стало приятно за своих... несмотря на все перепитии захлестнувшие страну, хорошо что есть хоть кто-то кто следует порядку и долгу... Тем более если это Армия...Наверно это последний оплот ответственности перед полным распадом...

На этой мысли, я позволю себе немного отступить собственно от Сребреницы и с помощью весьма компетентных людей, на примере Югославии, кратко рассказать о цене безответственности и предательства интересов страны и собственно самой Армии.

История хорватского городка Вуковар достаточно известна – этот городок расположен на самой границе с Сербией, был атакован Югославской народной Армией после того как хорватские повстанцы заблокировали военные казармы местного гарнизона...за три месяца осады городок с населением в 60 тысяч был практически полностью разрушен артелирийскими налетами и ракетными ударами... он стал символом сопротивления, ховатским Сталинградом... в тоже время он стал символом беспомощности и предательства самой югославской армии и всего государства..

В предисловии к книге Олега Валицкого Югославская война Ю.Г. Веремеев пишет: "Вряд ли способ комплектования ЮНА по призыву, а не по контракту, недостаточная обученность солдат и недостатки в организации снабжения, оперативные и тактические просчеты командиров сыграли здесь(в Вуковаре) решающую роль. У противника сербов положение в этих вопросах было куда хуже.
Причины здесь скорее чисто политические, нежели военные. На одной стороне(хорватской - прим. Автор блога) четкие политические цели, ясное понимание своих задач, правильная оценка политической обстановки и расстановки политических сил; на другой(федеральной - примечание автора блога) - растерянность, неспособность к адекватной оценке происходящего, идеологическая зашоренность, паралич воли, внутрикабинетные карьеристские интриги, понимаемые как политическая борьба, прямое предательство высших эшелонов власти. ЮНА же оказалась расстреливаемой с обеих сторон - в лицо со стороны хорватов и в спину своими же высшими военачальниками, правительством.
Такого не выдержит ни одна армия. Как это похоже на то, что происходило с Российской Армией в Чечне в 1995-96 г.г., а во многом и в настоящее время"...

Олег Валицкий - российский публицист, офицер, сам принимавший участие в югославском конфликте достаточно подробно описал на примере Вуковара причины поражения и распада Югославии как государства... вот только небольшие наблюдения:
«Ничего нового в этих предложениях (по тактике осады и захвата населенных пунктов - примечание автора блога) не было, но на практике оказалось, что настолько элементарные вещи, ясные людям на фронте, оказались непонятными тем, кто определял общую тактику военных действий.
Главное и вполне достаточное свидетельство этому - операция по взятию Вуковара, которая хоть и закончилась для ЮНА довольно успешно, но в целом для всей Югославии обернулась поражением.
Вуковар, находясь на границе с Сербией, то есть совершенно не важный для судьбы Хорватии, оттянул на себя главные силы ЮНА на очень важных три месяца.
В связи с этим во всем мире была поднята пропагандистская компания против ЮНА, Югославии и всех сербов. Все это закончилось западным "миротворческим" уходом ЮНА из Хорватии и последующим в 1995 году разгромом, всего за несколько дней, Республики Сербской Краины, вооруженными силами Хорватии, созданными в течении четырех лет.

....Не только добровольцы, но и резервисты, и срочнослужащие, и профессиональные военнослужащие не раз в ходе Вуковарской операции говорили о предательстве наверху, хотя нередко это служило оправданием для чьей-то пассивности, все же в большинстве случаев такие обвинения имели под собой серьезные основания.
В конце концов, во главе Югославии тогда стояли хорваты, а Стиле Месяч был председателем президиума Югославии, попросту говоря, президентом Югославии, и он практически парализовал деятельность составленного из представителей республик президиума на весь 1991 год, а затем переехал в Хорватию, сказав, что "я свою задачу выполнил - Югославии больше нет".
Стиле Месяч во многом поддерживался югославским премьер-министром, хорватом Анте Марковичем и шефом югославской госбезопасности, хорватом Здравко Мустачем, так же отправившимся вскоре в Хорватию, а ЮНА находилась год командованием генерала Велько Кадиевича, чья мать была хорваткой.
Все это было слишком уж характерно, дабы относить лишь к чьему-то карьеризму, ибо эти люди в Югославии получили настолько большую власть, какую они никогда не достигли бы где бы то ни было еще.
Было более чем очевидно, что в этой войне хорваты воюют не столько против ЮНА, сколько против сербов. Тем не менее, никаких реакций на это в военной верхушке Югославии не было, и вообще очевидно, что эта война была "срежессирована"...


Еще один отрывок из книги О.Валицкого: «...стоит привести свидетельства тогдашнего полковника Милисава Секулича, ставшего позднее генералом в Сербском Войске Краины и автора нескольких книг. Описанная им "сдача" 32-го Вараждинского корпуса(город Вараждин находится на территории Хорватии- примечание автора блога) в сентябре 1991 года вполне доказывает паралич системы ЮНА. И 1990 и 1991 годы хорватская власть проводила планомерную политику по ослаблению мощи этого одного из наиболее оснащенных корпусов ЮНА, и, потому нередко называвшегося танковым. В то время, как из корпуса массово дезертировали военнослужащие албанской, хорватской и словенской национальностей, а нередко мусульмане и македонцы, на командные должности ставились по приказам с военного верха, в основном офицеры-хорваты. Корпус тогда употреблялся для "миротворческих" Функций, то есть для разграничения вооруженных сил местных сербов и хорватов, тогда как нападения МВД Хорватии на силы Вараждинского корпуса скрывались. Ни верховное командование ЮНА, ни командование 5-ой военной области ничего конкретного не предпринимали, что и привело к общему нападению 15 сентября на казармы корпуса.

Когда уже ЮНА развернула боевые действия в Герцеговине и Далмации (Дубровник, Задар, Мостар) и в Восточной Словении (Вуковар) и хорватские силы планомерно действовали, руководимые из "кризных" штабов,а части корпуса остались без единого командования. Главнокомандующий ЮНА генерал Велько Кадиевич (как уже упоминалось- наполовину- по материнской линии – хорват.Примечание автора блога) словно забыл о многих своих частях и соединениях, и казармы 32 корпуса были оставлены без всякой поддержки. Хорватское командование имело несколько вариантов ведения боевых действий, что предусматривало и отказ от продолжения нападений на казармы. Было очевидно явное преимущество ЮНА, обладавшей устоявшейся организацией, большими запасами боеприпасов и современной техникой над хорватскими силами, вооруженными, в основном, легким оружием. Однако, вместо решительных мер и вывода войск на улицы, а при необходимости и из населенных пунктов, командование корпуса выбрало тактику пассивной обороны, оставив казармы на произвол судьбы. Так, с началом нападения 15 сентября на казармы в Вараждине войска в казармах Чаковца, Беловара, Копривнице, Крижевци, Дугосело, Вировитице, не только не двинулись на помощь осажденным казармам в Вараждине, но и вообще не принимали никаких активных действий.

Ни верховное командование, ни командование 5 военной области, ни командование 32-го корпуса, и подчиненных ему частей, не проявляли желания показать то, чему офицеров годами учили.Вместо этого командующий 32 корпусом генерал Трифунувич и начальники казарм в Вараждине после четырех дней боев вступили в переговоры, и 22 сентября подписали соглашение с хорватским командованием об обеспечении выхода солдатам и офицерам ЮНА в Сербию, но при оставлении всех запасов вооружени. В одном Вараждине хорваты получили 73 танка Т-55, три легких танка ПТ-76, два танковых мостоукладчика, пять ремонтоэвакуационных машин,71 БТР, десять минометов, тридцать гаубиц, восемь ракетных многоствольных установок, больше восьми тысяч единиц стрелкового оружия, 25 тысяч ручных гранат;4,8 миллиона патронов, несколько тысяч снарядов, 72 тонны взрывчатки, около 500 различных автомашин и большое количество иного военного имущества.

Лицемерная забота о жизнях солдат казарм Вараждина обернулась предательством таких же солдат в других казармах, оставленных без командования, и чья судьба оказалась куда более плачевной, чем солдат в Вараждине, ибо хорватские силы особо не соблюдали Женевские конвенции. Большое количество техники и боеприпасов, взятое и в Вараждинских, а затем и в других казармах корпуса практически сразу же хорватами употреблялись в боях с местными сербами, но прежде всего в боях с ЮНА, увязшей к этому времени вокруг Вуковара. Большинство офицеров, а в первую очередь генералов, вело себя пассивно, стараясь лишь с себя снять ответственность за произошедшее...»





Вуковар... фотографии взяты с сайта www.srpska.ru