|
|
|
Найти записи с меткой
Записи с меткой: эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Вторая юность
 "Сестра моя - жизнь и сегодня в разливе
Расшиблась весенним дождем обо всех..."
Многослойный он какой, этот май. Утром сверкает пятачками пронзительной желтизны одуванчиков, переливается солнечной листвой, освежённой ночным душем дождя. Устаёт ко второй половине дня, осушив все следы луж и влаги, распустив по дорогам пыльные вихри. Темнеет к вечеру сизыми тучами, раздвигает их радугой такого размера, что надо поворачивать голову, чтобы увидеть её всю. Снимает тревогу и напряжение дня благоуханным, юным, нежным дождём.
Обострённо полновесное переживание жизни. Ритм внутренних процессов сделался иным. Там у меня словно новый будильник. Очень напоминает шальную силу студенческой поры, но на другую голову...
На сердце ожидание или предвкушение чего-то смутного, надвигающегося, должного произойти непременно. Винегрет из успехов и нелепых осечек, полётного разгона и спотыкания на абсолютно ровных местах. Непонятно пёстрая череда ощущений и мыслей. Радостный ситец сада, где переливаются улыбками первоцветы, снежные короны облаков, вишнёвых лепестков ветер…
И в третий плеснув, уплывает звоночек
Сплошным извиненьем: жалею, не здесь.
Под шторку несет обгорающей ночью,
И рушится степь со ступенек к звезде.
Мигая, моргая, но спят где-то сладко,
И фата-морганой любимая спит
Тем часом, как сердце, плеща по площадкам,
Вагонными дверцами сыплет в степи.
Стихи Бориса Пастернака
фото автора блога
Метки: ветер, одиночество крови, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Седьмое мая
 Станислав Жуковский Вчера вышла в магазин в начале сумерек. Всё-таки май - он блудный парень. Вот совсем не ассоциируется ни с какими там демонстрациями. Это время, когда заканчивается учёба, и уже совсем рядом тёплая щека лета. Скорая свобода - вот что такое май. И став взрослой, ловила и ловлю это же ощущение - хочется гулять, тихонько выпить стаканчик пива вечерком и жмуриться на солнечную листву.
Иду, и зелень густая презелёная в сумерках ещё зеленее. Майская зелень с грозовым небом - сочный и красочный салат, а ещё если по его посуде сбоку стекает запотевшими каплями свежесть после дождя... Определённо, хочется какого-нибудь невинного загула, брожения и бестолковой радости.
Что демонстрации в школе. Не понимаю ностальгии. Весь апрель - утренние маршировки перед уроками по мёрзлому стадиону. Потом тёплые водолазки под белые блузки, шерстяные штаны под неведомо где добытые белые колготки ("пусть ваша учительница сама с голой жопой идёт, когда на улице плюс пять"). Семь минут позора - трибуна через 20 метров, срочно снять куртки, после трибуны строй быстро сломан и кто куда. Бр-р. Вот по такому советскому детству совсем не скучаю.
По секрету скажу - я по нему вообще не скучаю. По людям некоторым оттуда - да, а по детству вообще, как периоду - да ни за что.
Поэтому май и первомай не стыкуются в ассоциацию, нет.
Девятое - да. Это святое. Настоящее. Наше. И надо больше детям об этом. По старшей вижу - надо было больше. А мы же как-то привыкли - в школе всё дадут. Ничего им теперь там не дают.
Да, так вот иду я в зелёных с сиренево-серым сумерках, дышу дождём и трава лохматая изумрудится пучками. Непослушная уже, но ещё свежая до безобразия.
И тут - люди. Сразу вспомнилось из новостей - сорок процентов населения злоупотребляют водкой. Люди, зачем вы мне навстречу. Знаете, я даже не чувствую, что это уже грусть. Как они все никакие вечером, и ещё за пивом. Покупаю старшей любимый сок, гляжу на караваи. Основная же масса пришла за "полторашками". Мало им.
Я очень сдерживаю мизантропию. Нет, я людей не могу ненавидеть. Как. Не знаю. И потом, разные есть. Но эти сорок... Нет, ошибка. Их не сорок, мне страшно предположить и округлить это дело, оцифрить.
Навстречу ещё парочка. Девушка уже со стойкими признаками синюшности. Парень смотрит на меня внимательно и даже с восхищением. Ну да, я же снова с неземным лицом, очи воздеты к кудрям гаснущих облаков. Протрезвеешь маленько от такого вечернего видения. Иди, хороший. Привиделась я тебе. Знаю, что самые галантные - это алкоголики.
А вот ещё в мае есть дата. Поскольку он такой шаловливый проказник, неслучайная, конечно.
Седьмое мая. Двойное такое седьмое мая у нас с мужем. Во-первых, мы работали на радио, день которого в этот день.
Во-вторых, седьмого мая на этом самом радио мы... Нет, не то, что можно подумать. Но именно этот день мы вспоминаем каждый год. Не день свадьбы, не день первой ночи, а его - седьмое мая.
Мне жаль людей, которые в первое свидание сразу попадают в кровать. Не надо. Седьмое мая - это лучше, честное слово.
Хотя и свадьбу, и первое то самое мы очень помним, как же. Но без седьмого мая было бы в восемь, ой - в семь конечно раз - меньше кайфа.
Да. И пусть потом цветёт сирень и оркестры играют победные мелодии. Обязательно. Я вот с утра думала - писать ли праздничный пост, поглядев на фотки в интернете с сами знаете, каких маршей.
Но как наши деды говорили - будем жить. Любить и помнить. Любовь и войну.
А знаете, какая мысль возникла, глядя на ряды экипированных полицейских. Ох, что за парни. Славяне. Красавцы. Каждому по хорошей девушке, и марш исправлять демографию.
Наверное, девушки сороковых думали, глядя на воинские построения - эх, вот этого бы мне мужика славного. Я бы ему таких ребяток народила...
----------------
Пост опубликован на сайте Проза ру
Свидетельство о публикации №21205071709
Метки: самое главное, одиночество крови, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Стоп-кран в полёте
Главными были облака.
И беззаботность. Совершенно забыв про грузы обстоятельств, мы сидели вокруг пластикового столика. Солнце грело спины, кружки, летало вокруг вместе с дымом мангала. Ход времени неважен - никто не опоздает никуда.
Это так бывает, когда устали расстраиваться, что время мелькает шустрыми неделями, и вдруг - раз. И пошли дни, которые смакуются на вкус, и отличаются друг от друга, как кусочки в калейдоскопе. У каждого не только свой цвет, но и форма. Не то, чтобы особенно изменились обстоятельства, и дни-недели эти могут быть не особеннее всех предыдущих. Наверное, внутри человека, который устал задыхаться от бега и постоянного ужаса под девизом: "уходит, уходит всё, уходит стремительно и бесповоротно" - срабатывает предохранитель.
Ничего не уходит. Всё здесь, внутри и рядом.
Как много лет назад, беспечно отменив все дела и планы, лечь на землю и видеть облака. Засыпая, слышу крик петухов, и звуки идущего поезда. Боже мой, где бы я не жила, всегда рядом ходили поезда. И с блаженной улыбкой ребёнка отпускаю сознание под ритм железа, стучащего в железо, пульс моего времени, который сейчас абсолютно не тревожит.  фото наши
Метки: ветер, сны о чём-то большем, продолжение, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
При пороге
 Станислав Жуковский, "Праздник весны" В прошлую субботу мы с подругой ездили на базу текстильных товаров, где покупали пушистые махровые полотенца радужных расцветок, нарядное постельное бельё, яркие ситцы и нежные муслины для детских платьиц. И стоя у прилавка, на котором мне отмеряли вафельную ткань в крупных ягодах клубники, я сказала:
- Слушай. Неужели до Пасхи дожили, а?
- И не говори. Неужели...  Так это была, значит, подготовка, предвербное, предпасхальное жертвоприношение кошельков. Лету, теплу, обновлению. А казалось - будничное дело, полотенца повытерлись, простыни поизносились...
Так многое из привычного в пору великих праздников вдруг окрашивается, и вчера ещё обычное, как яичная скорлупа, вдруг становится ярким и разноцветным.  Сергей Смирнов Сегодня, возясь на кухне, переворачивая в жёлтой, красной, зелёной воде яйца, я вдруг поняла, как же устала этой зимой. Как она хорошо накостыляла по мозгам, лицу и фигуре.
Пусть это лето будет беззаботным, пусть ведёт нас за руку к Солнцестоянию, сделает нас детьми, веселящимися на празднике. Пусть будет солнце, море, красивые события и никаких крупных ошибок и потерь.
Христос Воскресе.  Фото Jolanta Brigere
Метки: движение в сторону весны, радуга, эссе, сны о чём-то большем
Наталья Телегина
Наталья Телегина
ПЛЮСЫ И МИНУСЫ
 Когда в голове нарастает гул турбин, сигнализирующий – вот тебе, приплыли, температура - сначала накрывает безысходность происходящего. Ничего веселого - в очередной раз убедится: а нечего было впадать в стресс и думать: «хоть бы заболеть, нафик». Не тешит гордость убеждение в очередной правоте знающей про всё в жизни девочки.
Пропеллеры в ушах набирают обороты, градусник подтверждает – «39+», муж уже не ушёл на работу, потому что кто же оставляет ребёнка под присмотром бездыханного тела. Налицо картина клинического переключения рубильника на минус. И тут говоришь себе: «Ты что, очумела? Какая тебе температура? Какая тебе депрессия. Жри таблетки, и нечего.»
После того, как вот так развеселишь себя, ложишься набок, дрожащей рукой промокаешь испарину в декольте и думаешь – опять же, плюс. Намедни швея намеряла мне невообразимый объём бедер. Откуда он взялся этой динамичной, с ума сводящей зимой, в толк взять невозможно. Ведь даже бассейн случался - практически два раза в неделю по целых сорок пять минут. Откуда и когда вползла огромная прибавка в сантиметрах. Всему виной, вероятно, забрасывание в угол узких джинсов. Они как-то дисциплинировали, помню по прошлой весне. Пожалуй, от внезапного рывка температуры есть прок – сгорят коварные жиры, и меньше придется сидеть на диете.
Но когда на следующий день, победно стряхнув с себя накликанную температуру, дрожа конечностями, принимаешь вертикальное положение, надежды оказываются напрасными. Ничего нигде не сгорит, поскольку есть хочется неимоверно. Часто и помногу. Потому что резко выдернутый к выздоровлению силой понимания, отчего он упал, не прав – должно чахнуть для порядка некоторое количество времени, за которое и похудеешь. И только поболев со вкусом, можно перетекать в состояние выздоровления с его неизбежным жором. Он тогда не будет так страшен, потому что уже сгорело ненужное, и позволительно немного отъесться.
А раз не можешь, как люди, заболеть самозабвенно, теперь трясись от слабости в прежних объёмах. Квадратная чернота под глазами позволяет сняться в кино про концлагерь без грима. Но кто же позовёт, с таким-то объёмом бёдер.
Пищеварение нестабильно – то требует еды, то мутит, то подташнивает. И может быть, это не интоксикация от передозировки лекарств. Может, это от себя самой так тошнит? Интересное дело – значит, из гриппа и других вирусных мы себя за шкирку вытащить можем. Почему не можем из ментальных болезней беспощадно выдёргивать себя, решительно и вовремя. Если всё понял про человека полгода назад, и тогда еще всё было для себя решено, почему до сих пор грузишься и мучаешься его поведением. Надо было тогда откачаться на ветру от слабости, и не тратить больше своё время. Потому что нельзя его тратить на людей, которым на тебя наплевать. Даже если тебе на них не наплевать.
------------------
фото Анки Журавлёвой
Метки: движение в сторону весны, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Орлы без гнезда
Случайно (поскольку не являюсь постоянным зрителем телевидения) увидела Дмитрия Нагиева в программе «Девчата». Это ток-шоу, где четыре развесёлые ведущие из числа известных актрис рассуждают полувсерьёз о нашем, женском.
Тема была – чем ещё можно удержать мужчину, кроме секса. И позвали Диму.
Нагиев не представляется мне секс-символом, не могу сказать также, что симпатизирую ему, как человеку. Но к однозначно противным персонам тоже отнести не могу, так как в Дмитрии чувствуется одна вещь. За показным крепким цинизмом и шутовством – избирательность в отношении женщин и раненый романтизм. Такие мужчины, при всей их внешней плейбоистости, в глубине души хранят убеждение в существовании настоящей любви. Мало того, они в ней очень нуждаются. Но образ жизни, особенности личности и явные душевные травмы на личной почве создают такой толстый панцирь, который оберегает от чувств
напрочь. Или почти напрочь.
Надо отдать Нагиеву должное. Несмотря на беспорядочный четырёхголосый щебет, он сумел не только успешно отбиться от шуток и скользких вопросов, но и сказал пару серьёзных вещей. Например, что ничем определённым мужчину удержать нельзя. Отдельно хорошим сексом, отдельно обедами, отдельно детьми или деньгами. Удерживает комплекс каких-то вещей, непостижимым образом соединённый
в одном человеке. И ещё - что ему не важно: где, в каком белье и с какими игрушками. Важно, чтобы в руке рука, и чтобы смотрели в одну сторону. В общем, интим по любви – вот как это называется.
У меня была садиковая любовь и одноклассник, Женька. На всех фото из детского сада мы сидим рядом. Когда пришли в школу, Женька от меня дистанцировался – большим мальчикам дружить с девочками было не принято.
В младших классах только у меня и Женьки были дома телефоны, и мы могли изредка позвонить друг другу, чтобы узнать домашнее задание. Потом я перестала это делать – стала остро чувствовать Женькино высокомерное, отдалённое отношение к себе.
Также, как наша, его семья была не местного происхождения. Дедушка носил немецкие имя и отчество, другие родственники были поляками и украинцами. Женя был ярким экземпляром в нашей серой местности. Ещё в детском саду прекрасно рисовал, с какой-то недетской твёрдостью руки.
К старшим классам Женя стал самым крутым парнем в классе. Он был хорош собой, занимался спортом, блистал остроумием, эрудицией и отлично учился в силу природного ума и прекрасной памяти. К тому времени я уже никак не могла смотреть на Женьку, как на своего кавалера. Это было бы примерно то же
самое, что мечтать о принце. На Женьку засматривались девочки из старших классов, более раскованные даже не стеснялись искать его общества. Куда там было моему бледному существу. Оно и не претендовало. Мало ли кто с кем играл в детском саду.
Наше общение могло сводится к паре фраз за год чисто по учёбе. После восьмого он перешёл в школу с математическим уклоном, что было логично - Женя легко щёлкал задачки любой сложности на районных олимпиадах.
В десятом ненадолго пришёл на наш выпускной вечер. Увидев меня с накрашенными ресничками и неформенном платье, он задумчиво и с каким-то сожалением долго смотрел внимательным взглядом. Я вспомнила, что когда в седьмом классе мы устраивали утренник для малышей, и меня нарядили снегурочкой,
Женька тоже смотрел на меня так, будто увидел впервые. Я тогда вышла к ёлке в мини-платьице, на каблуках и при макияже. Коса была своя - длинная и русая, до пояса.
Спустя несколько лет мы встретились в университете. Это были уже лихие девяностые. Женька тусовался в холле в компании «золотых мальчиков» - рекетирско-мафиозно-бизнес-мажор – «элиты» ВУЗа. Увидев меня, обрадовался и даже тепло пообщался, чего я не ожидала – раньше и не здоровался. После школы он значительно потеплел, хотя дистанция огромного размера между нами была всё равно для меня очевидна.
Потом мы встретились уже после рождения моей первой дочки.
Я тянула саночки по частному сектору - в валенках и скромном драповом пальтишке. Через дом от нас богатый татарин строил вычурный особняк. Возле него все время стояло много иномарок. Из компании мужчин рядом с машинами отделился один и подошёл ко мне. Женька был всё так же красив, спортивен и очень дорого одет. Тонкая дублёнка была распахнута, из-под ворота какой-то запредельно шикарной шёлковой рубашки виднелась толстая цепь – золото с платиной.
- У меня тут друг дом строит, помогаю.
Я не знала, что сказать такому орлу, и чем похвалится:
- А я вот, видишь, мама...
- Отлично! Молодец.
-А ты?
- А я не женился. Меня всё обманывают.
У Женьки был очень непростой характер. Гордый, вспыльчивый и при этом у него много за душой. Такие мужчины циничны и ранимы одновременно.
Они добиваются успеха, потому что очень умны и тщеславны. Естественно, сильно привлекают женское корыстное внимание. Но внутри у них – маленький сентиментальный мальчик, который ищет ласки и бескорыстия. Дешёвки и суррогаты их не устраивают, они эстеты и чувствуют фальшь. Настоящим, нефальшивым женщинам с ними очень трудно. Домашних и покорных не хотят видеть рядом сами -
скучно. А с яркими и амбициозными обязательно будет соперничество, королевы не годятся на роль чутких врачевательниц ран. Поэтому душевно Димы и Жени почти всегда очень одиноки. Что скрывают за благополучием, язвительностью и внешностью казановы.
Я видела Женьку ещё раза три. Последний – в рекламном издании, где работала редактором. У него к тому времени был собственный мебельный дом, и он приходил заказывать рекламный модуль. Мы с директором вышли поболтать с ним на крылечко, сверкая цветными модными колготками в сочетании с короткими юбками. У Женьки сделалось такое лицо, как в детстве на новогоднем утреннике. Из рукава моего пальто, небрежно накинутого на плечи, выскользнул шёлковый шарф. Женька подхватил его прямо у асфальта, и подал мне жестом аристократа.
Он так и не был женат. Также, как не женат до сих пор Дмитрий Нагиев. --------------------- Опубликовано на сайте Проза.ру Свидетельство о публикации №21204011343 Фото Дэвида Ганди
Метки: продолжение, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
ТЕЛЕФОНЫ ВЕСНЫ
Шукай в телефонi мiй слiд
Цiлуй в вiкно мої губи
Як знак на моєму плечi
Ти квiтка, тi квiтка… 
Приподнятые воротники улиц. Как меняется ощущение жизни,
когда ловишь малейшее движение в воздухе – это уже они, перемены? Капель за шиворот только смешит.
Весна подобна дерзкой гостье, разрушающей чинность скучного
обеда – посуда летит на пол вместе со скатертью. Кто-то давно мечтал танцевать
на столе, так почему теперь мнётся у стены, не решаясь? О, эта привычка боязни
новой жизни вперемежку с вечной тоской о ней. Вот пришёл бы кто, и по мановению
палочки, всё бы сделал за меня.
И вот он приходит, и сдёргивает всё с дороги – давай,
танцуй. Отлепись же от стенки, в конце концов. Ты просил, или же нет?
Маленькие крылья - они отрастают. Про них забываешь, а
они тихонечко...
Холодна, голодна й невчасна
То свiтла, то темна й неясна
До кровi, до болi й до ночi
Я знаю, я буду, я хочу, я хочу.
Шукай в телефонi мiй слiд
Цiлуй в вiкно мої губи
Як знак на моєму плечi
Ти квiтка, тi квiтка.
З тобою по колу прощались
По колу з тобою лiтали
Без болi, без права надiї
Так швидко, так сильно, й так мало, ой як мало...
Художник - rhadsстихи и музыка Святослава Вакарчука
Метки: движение в сторону весны, одиночество крови, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Разрыв шаблона
С утра шел снег,
С утра шел снег;
Ты можешь делать что-то еще,
Если ты хочешь, если ты хочешь... У меня много лет лежала канва, игла, нитки. Пришла с соборования, достала всё это из комода и вышиваю дубовые листья с желудями за милую душу. Никогда не вышивала. Что это со мной?
Вечером надо было сходить на почту. Там меня ждёт посылка с солнечными символами предков на тканом поясе. Не дошла – за окном настоящая
пурга, огромные серовато-белые хлопья приникают к стеклу, зависают на лету, и пролетают дальше. Соседний дом почти не виден за стеной снегопада.
Выключи свет,
Оставь записку, что нас нет дома -
На цыпочках мимо открытых дверей,
Туда, где все легко, туда, где все молча... 
Много лет общалась с человеком чинно, приветливо, любезно и тактично. И вдруг в ответ на сомнительный поступок просто наорала по телефону и бросила трубку. Не захотелось ни разъяснять, ни распинаться в ответ на бестактность. И не жалею, просто удивительно. Что это со мной?
Ты помнишь, я знал себя,
Мои следы лежали, как цепи.
Я жил, уверенный в том, что я прав;
Но вот выпал снег, и я опять не знаю, кто я.
Стихи Бориса Гребенщикова
Художник Джон Годвард
Метки: эссе, одиночество крови
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Приоритеты
 Мои детские варежки. Метки с инициалами вышиты мамой. После их носил племянник, потом я немного одевала старшей дочке в коляску - очень уж варежки старенькие и сильно заштопаны. Фото к тому, что живём мы совсем мало. Варежки истлеть не успеют - а нас уже нет. ____________
И совсем не хочется по врачам и обследованиям. Живёшь так, и нормально. Не углубляясь. Но потом понимаешь – а придётся. Надо же ещё детей вырастить, а тут вдруг мало ли что раньше срока. И плача о том, как жаль на всё это времени, и как же не хочется, как страшно не хочется углубляться, идёшь. Хотя могут найти ещё побольше, и послать ещё подальше. Но попозже станет уже и незачем. Поэтому – надо.
***
Несколько дней подряд мучительно хочется белковых пирожных. Но должен же быть хоть какой-то пост у человека. Надо слово, данное себе, держать. И вот Зверь-Пожирающий-Профитроли-Десятками скручен и парализован. Тогда неожиданно, фактически внезапно, практически случайно зайдя в магазин, видишь прямо перед носом свежайший белковый торт. У нас есть пара хлебозаводов, где почти без химии, и срок годности – совсем ничего. Такие кондитерские радости ещё распознаются мной в качестве оных, тогда как всё привозное ассоциируется с бытовыми чистящими средствами, которые в пищу не употребляются.
«Белоснежка». Любимый торт жизни, поедаемый с детства огромными кусками. Зверь, забытый и замученный, расправляет хищные перепонки. Но продавщица лёгкой рукой моментально перехватывает торт шпагатом и со словами «сегодняшний, только привезли» - вручает какой-то даме. Опустив глаза в витрину, оцениваю факт – и единственный.
Да. Сразу вспоминается зарок себе не расслабляться и умерщвление Зверя Пожирающего. А так бы и не вспомнила, поволокла торт домой. Вот она – рука судьбы, выхватившая заветную коробку прямо передо мной. Гордится нечем, но бокам не достанется.
И пусть что угодно говорят, но вкуснее всего не когда нельзя, а когда уже можно. Зверик к этому времени совсем крошечный, и мне больше достанется.
***
Интоксикация души
Я знакома с женщиной, которой каждый год накануне Великого поста становится физически очень плохо. Вплоть до рвоты и падения в обморок после съедания какого-нибудь жареного блина. Тогда она меняет режим питания на постный, и сразу приходит в себя. После чего, радостно отстояв на посту положенной диеты, живёт остальную часть года в добром здравии.
Такая своеобразная приказная реакция организма - перестань грузить меня дрянью, или тебе конец.
Моральная интоксикация тоже существует. Вплоть до рвотного рефлекса и вполне реального обморока. Наступает момент, когда мера терпения переполнена. Невозможно больше понимать, оправдывать, прощать и заглядывать в глаза - а вдруг пожалеют? Когда физически тошнит от лжи и подлости. Срочно нужен иной режим жизни, иначе просто не уцелеть.
-------------- Опубликовано на сайте Проза.ру Свидетельство о публикации №21203130762
Метки: продолжение, самое главное, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
ПРОПОРЦИОНАЛЬНОСТЬ
 Странный мир
В гостях достаю из сумки телефон. Девочка-подросток, дочь хозяйки, сидит в противоположном углу комнаты. Мама говорит ей:
- Тамара, смотри, какой тёте Наташе телефон подарили.
Тамара на долю секунды приподнимает глаза, оторвав взгляд от своего занятия, и скользнув им по предмету в моих руках, сразу говорит:
- Айфон такой-то и такой-то.
Как они опознают марки и модели, которые все на одно квадратное лицо. На расстоянии пяти шагов, едва глянув на плоское ребро…
Когда я собираюсь уходить, девочка сидит на кухне, подперев голову руками, и читает какую-то книгу. Спрашиваю, о чём.
- Лучше не знать…
Смотрю на слова на странице. Не то инструкция к каким-то компьютерным делам, не то рекомендации по обузданию человеков.
Действительно, может и лучше…
Когда нет, тогда не надо
У нас древний «Витязь». Иногда поднимается вопрос - а не купить ли новый телевизор? Чисто для имиджа – старый нормально показывает, и кроме как для просмотра мультфильмов на дисках и считанных программ, телевизор нами не востребован. Мне для имиджа денег жалко, и муж сильно тоже не настаивает.
На 8 марта малышку сводили к бабушке. Придя, она сказала:
- Давайте тоже купим большой телевизор.
Для чего, спрашиваю. «Чтобы мультфильмы смотреть». А по этому нельзя смотреть? Можно, сказала дочка. Тогда для чего?
Аргументов у ребёнка не нашлось.
Подруга, отправившая жидкокристаллического монстра в гарантийный ремонт, вздыхает: плохо без него. Нет, смотреть тоже некогда. Но привыкла – красиво…
Вот так отдашь кучу денег затем, чтобы уже не смочь без него обходиться. Разориться, и стать ещё немного больше рабом технической цивилизации. Пока чего-то нет, оно и не нужно. А как только появится…
Новый телефон вроде бы не был мне особенно нужен. Разве что у старого вся мордашка потёрлась, а новых панелей к нему нет. Но вот получила в подарок модный, со всякими красивостями – и смотрю, не лишний. А что – компас в телефоне мне нужен иногда по работе. И погода на неделю. И сенсорный экран, оказывается, очень удобен против ожиданий. Вот так то, о чём вчера не подозревал, становится необходимым.
Прямо в сердце
Никогда не читала этого стихотворения у Бродского. Открытие тем более потрясающее, что стихи об этом месяце года обычно не пропускаю. А тут – такое… Господи, Иосиф, пусть тебе там будет свет, любовь и радость за всё.
АВГУСТ
Маленькие города, где вам не скажут правду.
Да и зачем вам она, ведь всё равно - вчера.
Вязы шуршат за окном, поддакивая ландшафту,
известному только поезду. Где-то гудит пчела.
Сделав себе карьеру из перепутья, витязь
сам теперь светофор; плюс, впереди - река,
и разница между зеркалом, в которое вы глядитесь,
и теми, кто вас не помнит, тоже невелика.
Запертые в жару, ставни увиты сплетнею
или просто плющом, чтоб не попасть впросак.
Загорелый подросток, выбежавший в переднюю,
у вас отбирает будущее, стоя в одних трусах.
Поэтому долго смеркается. Вечер обычно отлит
в форму вокзальной площади, со статуей и т. п.,
где взгляд, в котором читается "Будь ты проклят",
прямо пропорционален отсутствующей толпе. --------------
фото автора
Метки: эссе, одиночество крови, хорошо сказано
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Первое марта
 И снова с облегченьем и с надеждой
перевернем последний лист февральский,
последний зимний
календарный лист.
Мозаика будней
Сильно пахнет хлоркой.
- Сели на воде! Держим угол! Не ложимся! Угол держим!
Холл детского сада. Со стены - приветливые глаза на фоне триколора.
- Папа, сегодня что - день мужчин? Почему здесь висит этот дядя?
Косметолог аккуратно накрывает меня полотенцем до подбородка.
- А что это на плечах? Какая-то сыпь появилась. И с другой стороны.
- Да? Я не заметила... Вчера в гостях апельсином угостили. Мы их не
покупаем - дочке врач запретил, а мы за компанию не едим. Хотя очень
хочется.
Ждём у подъезда папу. Дочка показывает в сторону:
- Смотри, радуга!
- Где?
- Вон, дорожка.
У соседнего подъезда следы шин в глубоком нечищеном снегу поворачивают плавной дугой.
Исполнение желаний
Ну, выпросила. Вторые сутки валит, не переставая, снег. Всё вязнет, глохнет, покрывается белым. И хорошо. Самое это дурное время - конец зимы, начало весны. Залягу-ка я как раз теперь в спячку.
Снегопад утешает, кутает, баюкает. Пусть, пусть побудет зима. Мне что-то весны страшно не хочется. Насколько радостным, лёгким был приход зимы и вера в её судьбоносность, настолько не хочется весны. Вот небо меня слышит, и трясёт свою перину щедро. Закрываю глаза...
Россия на посту.
- Садись, я еще кофе заварю... Пока пьём, курица пусть варится.
- Вы что, мясо едите?
- Ну да...
- Нет, я понимаю, главное не то, что в рот входит, а что из него выходит... Нет-нет, мне молока в кофе не надо. Всё-таки пост.
Угощаю знакомую конфеткой "Алёнка". Люблю раздавать красивые вкусные конфеты. С обёртки улыбается щекастая девочка.
- Ой, спасибо. Только ведь сладкое нельзя.
- Почему? Вроде можно.
- Но там же молоко... Мы теперь не шоколадные конфеты покупаем, а желейные...
- Пусть тогда лежит тут, просто тебе улыбается.
- Да, буду любоваться. К нам сегодня гости приезжают. Вот ломаю голову - отдельно им варить, или пусть с нами "постуют"?
Все мои знакомые на этот раз рьяно взяли старт поста, причем семьями. В смысле содержимого столов. А я грешница. Свекла со сметаной. И ногу куриную хочу. У меня сил и настроения нет. Все равно мне в ад. Поэтому матом ругаться, курить и смотреть Галкина я по прежнему не буду, но мармелада на ночь могу, и вина пол-кружки. Пусть это будет мой худший грех.
Я знаю, что логика паршивая. Оправдания мне нет, это просто демонстрация слабоволия. А так всё ровно - угол держим, реакция на апельсины лечится спячкой, а дорога когда-нибудь превратится в радугу. Только надо правильно смотреть.
...Рассветный воздух зябок был и мглист.Еще горел фонарь через дорогу.Светились близлежащие дома.И я, вздохнув —ну вот и слава богу,еще одна закончилась зима! —перевернул февральский лист последний.И сразу марта первое числопередо мной взошлои проросло,как стебельи как первая травинка(как знак неотвратимых перемен,как якобинства тайный иероглиф),и тотчас же фонарь ночной потух,и в воздухе разлился вольный дух,крамольный дух лесов и дух полей,дух пахотыи дух цареубийства. Стихи Юрия Левитанского Художник Наталья Тур
Метки: эссе, одиночество крови
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Желание снега
 Дмитрий Петров "Зима в Петербурге"
Днём солнце уже почти печёт. Дороги стали сухими и свободными даже от наледи. Кажется, это должно радовать – совсем весенняя история. Но теперь становится пыльно и сухо, потому что нечему таять. Хотя снега в эту зиму было довольно, и выпал он сразу и много – не то, что в других городах. Но давно не было свежего, и снег спрессовался в лёд, щедро посыпанный песком. Серый, коричневый, грязный – лежит на обочинах, покрывает нечищеные тротуары.
Неужели больше не будет белых, лёгких снежинок, блестящего веера пороши и лёгкого холодного воздуха, очищенного полётом белых бабочек.
Мне очень хочется снега. Февральского и мартовского.  Кирилл Аланнэ "Зима"
Метки: одиночество крови, Галерея, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Невидимые нити
 Елена Юшина В старину и тем более в древности люди чётко знали о связи между близкими, знакомыми, родом и народом. Они понимали, что влияют друг на друга и отвечают друг за друга. Это было очевидно и чувствительно.
Констатация этой неразрывности, общей кровеносной и нервной системы - вся обрядовость, имевшаяся в обиходе любого народа. Маленький пример - парень, уходивший в армию, обходил дома родственников и прибивал к матице (потолочной балке) внутри дома красную ленточку. Чтобы его все помнили, а значит, поддерживали и защищали. Он заручался силой своего рода в испытаниях. Вернувшись, обходил родню снова и убирал памятку из станового хребта дома, которым и является матица.
Сегодня большинство людей не понимает, что эти связи никуда не делись.
Обижать близких - это всё равно, что бить самого себя. Оскорблять дальних - накликать на себя войну. Сегодня нахамил в очереди в поликлинике - завтра дадут под ребро в автобусе.
Каждый, у кого есть маленькие дети, может заметить - просто так они не болеют. Всегда есть причина. Дети - самое уязвимое звено в общей цепи связей. Они реагируют на накопившиеся дурные эмоции - скрытые переживания, открытые скандалы, нехорошие движения между взрослыми. Вариантов уйма - мама постоянно обижается на папу, папа думает, о ком не надо, бабушка ненавидит дедушку и прочее. Ребёнок своей болезнью сигнализирует - помиритесь. Не ходи на эту работу. Не езди в эту командировку. Тебя вообще понесло не туда!
Делаешь из мухи слона - болезнь ребёнка вернёт тебе понимание, о чем действительно надо переживать, а не гневить Бога недовольством по пустякам.
Теперь эти вещи, похоже, признают даже генетики. Я читала в журнале Psychologies статью западного врача, которая много лет занимается проблемами семьи. Обиды, тайны и подавленные эмоции передаются по наследству, если с ними так и не разобрались. И сказываются на здоровье ребенка.В раздевалке бассейна одна девушка стала агитировать сотоварищей по секции посещать занятия некой "женской группы". Сейчас они становятся популярны. "Вы слышали о женской энергии? Мы там этому учимся".
Сначала я тихо вяла ушами, натягивая свитер и прочие детали туалета под белиберду в духе - у вас больше воздуха, у меня земли, мы накачаем жидкую энергию, узнаем законы жизни... А потом подумала - а пусть. Пусть хотя бы так люди задумаются о взаимосвязи между всем живым. О том, что нельзя сгоряча грузить эгоистическими эмоциями ближнего. Потом что ближний - это ты сам и есть. А если и случилось такое - скорее просить мириться и заглаживать свою вину, чтобы дальше не пошло коротить - по цепочке...
Не надо жаловаться на риск переломать ноги на гололёде, с которым никто не борется, говорить про лекарства и градусники. Надо беречь друг друга от своего нытья и возмущения моментом. А лупить - груши в спортзале, и о несбывшихся ожиданиям рассказывать крану в ванной или деревьям в парке.---------------------------- Знаете, я почему-то так неравнодушна к картинам, на которых что-нибудь видно из окна. Жду ваших догадок по Фрейду - с чего бы это?
Ещё немного окошек:  Станислав Жуковский "Подснежники"  Константин Могилевский  Мария Павлова "Письма в Париж"  Татьяна Марченко "Май" Хотела ещё парочку полотен показать, но удержалась. Продолжу в следующий раз. Хорошего - понемножку.
Всем хорошего дня. Берегите себя и людей вокруг от плохих эмоций. Удачи.
Метки: самое главное, эссе, Галерея
Наталья Телегина
Наталья Телегина
КАРДИОГРАММА
Слишком много любвиСлишком много любвиОткрой всё настежь -Слишком много любви.
Борис Гребенщиков
Сердечки. Сегодня апогей, а потом они, наконец, перестанут повсюду мелькать. Не раздражает – просто отмечаю, как факт.
Утром на кухне ждёт кофе, накрытый грелкой. Связана мною для чашки мужа, а он накрывает ею мою. Каждодневное сердечко, пахнущее кофе с корицей, тёплое и мягкое.Любовь в моём понимании.Когда нежелание причинить боль и беспокойство второй половине – на первом месте. Если на первом – собственные обиды, эмоции и требования, то это не любовь. Страсть, эгоистическая жажда обладания, всё, что угодно, кроме любви.
Когда не наказывают словами или молчанием, и не дуются на мелочи. И на крупности тоже не дуются.
Неправда, что бьёт - значит любит. Физическое насилие я даже не рассматриваю. Если бьёт морально в одну и ту же точку, которую прекрасно знает - значит, хочет сознательно сделать больно. Любовь не может делать больно. Она созидает, а не разрушает, по определению.
Когда не выясняют отношений. Неправда, что милые бранятся – только тешатся. Поссорились раз, поссорились другой – и трещина растёт.
Как тогда проясняют непонимание с любимыми? Спокойным, открытым разговором. Само не рассосётся. Молчание также губительно, как скандал.
Меня всегда поражало, что мужчины, регулярно закатывающие сцены, потом
самонадеянно требуют от дамы африканских страстей. Сначала наплевали в душу, а потом ждут подтверждения любви. Даже если очень любит, она не автомат по поставке эмоций, а живой человек.
Когда стремятся понять настроение, а не выдумывают суть случившегося согласно собственной фантазии. Ты почему со мной сегодня такая? Да дочка заболела сильно. Неприятности разные. А вовсе не потому, что охладела, издеваешься или стерва.
Любовь – это забота. О любимом, не о себе. О его настроении, о его жизни, о его здоровье. Если на первом месте – а мне, а как же я, да я для тебя вот как в лепёшку убиваюсь – это не любовь, а торговля.
Ирина Лугина перепостила сообщение под названием «Что убивает любовь». Я почитала и подумала – это всё для моего простуженного мозга сложно. Думаю, любовь убивают прежде всего черви сомнения, о которых я давно писала. В общем, у меня евангельское представление, судя по всему.
Любовь не ищет своего, не топает ножкой и не манипулирует чувствами: вот
подожди, прибежишь ещё. Она просто есть - без условий и торга, или её нет.
Такая, как я её уже описывала. Это не идеальный образ – именно эта любовь бывает на самом деле, и никакая другая. Честное слово. Поэтому я в неё верю.  Любовь никогда не перестаёт.
Метки: самое главное, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
ПОНИМАНИЕ ОТ ПРОТИВНОГО
 Понимание раз.
Февраль для меня традиционно жёсток. Я привыкла к этому, изучила его повадки, знаю себя в нём и было бы логично сжаться, приготовившись в очередной раз.
Но эта зима такая необыкновенная: с солью, с сахаром и перцем, и чаем на спину, но ничто пока не вышибает из седла до конца. И я подумала – нет. А вот будет он хорошим. Будет, и всё. Поскольку изначально, начиная с ноября, я определила и уловила для себя эту зиму замечательной. Невзирая ни на что. Поэтому февраль исключением стать не должен.
Здравствуй, Февраль. Будем жить. Не сбавляя оборотов.
Понимание два.
Сидишь в гостях у добрых старых друзей. Сто лет не виделись. Воспоминаний много. Люди эти, хозяин и хозяйка, на тридцать лет меня старше. Знают не только подруг, но и родителей подруг, и моих родственников, много лет знают.
И вот время в разговоре – слоями. Грустно вскрываются подробности лет, когда мы были совсем другими. Многие, кто тогда были рядом, теперь далеко, а кто-то и на том свете. Ухнула в прошлое уйма жизни.
Уходя, ты вроде бы, радуешься, что хозяева живы и здоровы, и мало состарились, и всё у них хорошо. Хотя также бурно, событийно, активно и непросто, как раньше. Пакуют нам с собой банки с домашними соленьями, хозяйка обнимает нас с Машей, хвалит шубы, и что мы красивые. Рисует на краешке страницы записной книжки с телефонами план посадки лука... Я смотрю на них, и думаю то же, что летом. Когда мы ездили к ним в садовый домик, где неуёмные наши друзья живут с апреля по почти ноябрь, да еще строят рядом новый. Тогда, глядя на длиннющие грядки с четырьмя сортами капусты, я думала – Господи, откуда у них силы жить в таком возрасте. Вот так жить – с планами, энергией. Мне уже сейчас невмоготу.
Мы садимся в подружкину машину, запихиваем под сидение банки с неизменными огурцами, помидорами и салатами. Которые Галина Ивановна который год грозится больше не закатывать, ну разве что для нас. Смотрим друг на друга. Я говорю то, что выше.
А потом мы заводимся, выезжаем на джипе со двора, едем по району, с которым тоже много связано, но чтобы он провалился… Нет, говорю. Не сейчас.
Вот когда кончится здоровье, когда ничего не смогут руки, все предадут, и дети бросят умирать в одиночестве. Тогда. А теперь, когда, быть может, нам осталось до того рубежа лет от силы десяток. Теперь, когда мы еще красивы и практически здоровы, если не копаться в медкартах. Когда на этой супер-финишной осталось сделать-таки парочку красивых рывков. Вот теперь, именно с пониманием, как всё уходит и растворяется в этом мире – люди, молодость, дела, дома и судьбы. Как раз теперь мы и не будем чихать и кашлять от меланхолии, а станем жить не то, что каждым днём, а даже каждой минутой. Взахлёб, со вкусом и ликованием, не разрешая себе истощаться горькими мыслями.
Как Галина Ивановна, которая сломала враз обе кисти рук, и с хохотом рассказывает об этом, задорно встряхивая седыми, как лунь, кудряшками. Года два назад сломала, но они всё болят. А она всё равно посадит лук этой весной. И свяжет крючком что-нибудь модное одной из кучи желающих.
А сломала знаете, как? Она бежала на автобус. Вприпрыжку, как будто ей восемнадцать.Пост опубликован на сайте проза ру, Свидетельство о публикации №21202041318 ----------------- Художник Владимир Калинин, Ижевск.
Метки: Будьте как дети, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Движение в пробке
 Второй день светит очень яркое солнце. Как весной.
Обычное январское дело. Морозное. Без солнца плохо.
Но в мороз с таким солнцем - тревожно. Тик так, весна. Неужели пережили? Зиму...
Тащимся в пробке по Горького. Наш город соблаговолил посетить высокий гость, набережная закрыта, и весь поток в центр идёт через Долгий мост. Сидя рядом с таксистом, думаю: как я ненавижу этот мост. Чтобы он пропадом пропал.
У меня таких мыслей давно не было. Много лет, как не было. По отношению к чему и к кому бы ни было.
Идём в правом крайнем. Впереди - грузовой фургон. Что-то мне его зад не нравится. Не нравится, и всё.
- Скажите, нам обязательно в этом ряду ехать?
-Нет... Просто он быстрее двигается, кажется...Перестраивается в левый. Едем ещё метров тридцать, ползком. Впереди в правом ряду - ЧП. Легковушка мигает "аварийкой". Большой сук упал с дерева на крышу, обломки валяются на дороге, водитель стоит рядом, растерянно нажимает кнопки мобильного.
А мне ещё стало неудобно, что побеспокоила таксиста ни с того, ни с сего...
Со мной продолжается осенняя история. Чем больше препон, тем сильнее хочется двигаться вперёд. Дышать, поглощать впечатления, делать, жить со вкусом. А вдруг меня лет через пять или двенадцать вообще уже не будет? Легко может быть. Раньше понималось теоретически, теперь - физически. И жадно хочется жить. И получается так, как я долго не умела - без рефлексий, сомнений и желания приглаживать за собой следочки. Это не значит, что позволительно переть напролом. Терять чистоплотность ни за что не годится. Но - как умею. И что получилось. Я не нарочно, с чистым сердцем.
Оказывается, вчера на Солнце началась сильнейшая магнитная буря. Такой не было с.. Год не запомнила.
То-то я смотрю. Электричество в воздухе прямо щёлкает.
А у меня замыкание. Не буду искать в себе причины, отчего вокруг столько нервных, эгостичных и непонятно на что надувшихся людей. Пусть они сами разбираются, на что дуются. Позволю я себе, наконец, расстаться с привычкой вечно виноватого ребёнка - заглядывать в глаза: а почему ты так со мной? Может, провинилась в чём? Посмотри, я же хорошая и не хотела.
Дошло через пятьсот лет после детства: если провинилась - говорите со мной открыто, назовите, что не нравится. А не хочется, так сама не буду спрашивать. Молчание меня не ранит. Выросла.
Вот птицы полетели. Мне - туда.------------------------
Пост опубликован на сайте Проза.ру, Свидетельство о публикации №21201251823.
художник Елена Юшина
Метки: одиночество крови, эссе, неформат, движение в сторону весны
Наталья Телегина
Наталья Телегина
За солнечной птицей
В поликлинике ремонт. Всюду ставят пластик - двери, перегородку регистратуры. Окошко маленькое, и на такой высоте, что лица людей среднего роста перечёркнуты толстой перекладиной по самую макушку. Приходится нагибаться, чтобы сказать в окошко, зачем пришёл. Или сильно подпрыгивать. Девушке-регистратору тоже видно посетителей только от груди до подбородка. Стою в очереди за статистическим талоном и думаю. Отчего это у нас так всё задумано, чтобы люди непременно нагибались в униженных позах просителей. Строительные материалы обновляются, а подход - нет. Вспомнились пункты обмена денег на Кипре, где сотрудник сидит просто за стойкой, без охраны и перегородки. Даже поздним вечером. У нас норовят всё загородить бронированным стеклом. Вдруг результаты моих анализов захотят похитить враги-империалисты. Они сейчас активны, как никогда.В магазине вечерняя суматоха. Смотрю на ценники. Мозг отказывается принимать сигналы от органов зрения. Что-то в системе опознания сдвинулось, не могу воспринять эти цены. Ощущаю только, что всё очень дорого. Даже просто влажные салфетки.Кассир говорит:
- Триста тридцать девять рублей.
Даю три сотни и десятку. Она не понимает, смущается, ищет глюк у себя. Неуверенно повторяет сумму. Подаю ещё три червонца. Они теперь хороши - медные грошики.
- Извините. Округлила не в ту сторону.
- Ничего страшного. С нами тоже бывает.
Да, милая. Со всеми с нами бывает. В жизни вообще бывает и случается. Смотрю на чек по привычке. А, ладно. Какая разница,сколько там, и за что. Сейчас мне это безразлично.  Вот наш ответ поликлиникам, ценам, комплексам и страхам. Поморская птица, солнечный веер перьев вокруг правильного креста. Древний символ счастья. Давно хотела её иметь. И вот она прилетела.
Делал настоящий приезжий архангельский мастер, ручная работа. В музее, где я купила птицу, сказали, что она последняя. Больше, наверное, не будет. Мастер болеет и давно не делал ничего нового.
Я успела.
Метки: одиночество крови, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Снег, снег, снег
Сплошной занавес крупных снежинок, кутерьма, перепутанный полёт. Машины вязнут, водители нагибаются к рулям, силясь разглядеть дорогу впереди. - Разные пассажиры бывают. Одни сели, компанией. Сделай музыку громче. Я говорю – громче не делаю. Почему? Просто не люблю громко. А ты сделай - у меня разряд по рукопашному бою. Тогда я ему ответил – а я вообще два раза за убийство отсидел. Мне что, теперь пассажирам сразу об этом надо сообщать, как только сядут? Доехали тихо… Мы с ним тоже хорошо доехали. С шутками, прибаутками и бесхитростно прямой критикой существующего режима.  Рассматриваю в интернете фото татуировок. Что только не рисуют на себе люди. Мультяшки, спартанцы, змеи, огромные иероглифы, птички-кошечки, жуткая безвкусица. Интересно, если бы в моем бесшабашном возрасте были в ходу тату, что бы мне теперь пришлось носить на себе до конца дней. Что-то брутальное представить трудно, эстетика всегда занимала почётное место в жизни. Нечто глупо-плюшевое - тоже. Роспись под Гжель и Хохлому, очевидно, (о, ужас) или кружево вологодское. Снежное кружево. Есть даже белые татуировки. Белые, как снег.  Занавес. Серое небо. Белые вереницы, пряди, хлопья струятся вниз. Смотрю на них в окно, как в огромный телевизор, прижимая к груди крошечную девочку. Я уже забыла, как они сопят и похрюкивают в четыре месяца. Деревья нагнулись под тяжестью мокрого снега, облака неиссякаемы. Холодная картина и теплое тельце в руках. К груди приливает нежность. Правду пишут, что у не кормящих женщин может случаться прилив молока. Ощущаю это, как безусловную реальность перед бесконечно белым, холодным взглядом пляски бахромы платка Снежной Королевы. Как красиво у французов - il neige, идёт снег. il du soleil – светит солнце. Оно не светит, просто вспомнилась фраза.  Снег кружится, Снег ложится - Снег, снег, снег. Рады снегу зверь и птица И, конечно, человек… Художник Владимир Жданов, стихи Сергея Михалкова
Метки: одиночество крови, Галерея, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
ВСТРЕЧА
Константин Кинчев. Влияние творчества этого человека на меня сравнимо с влиянием Владимира Высоцкого. Но Высоцкий – в детстве, а Костя мощнейшим образом воздействовал на моё сознание в юности.  Есть люди, на которых смотришь и видишь – родная душа. Почти кровное ощущение родства. С такими хочется чаю выпить, или даже водки. Нет, не чтобы потом – трали-вали. В компании. За жизнь - у костра. В разведку. Такие ощущения у меня сразу были от Кости Кинчева, такими и остались, хотя он изменился. Но я тоже изменилась за 25 лет. А всё равно – в унисон.
В «перестройку» мой мозг встал на дыбы. Говорю именно мой, а не нашего поколения. Потому что большинство знакомых девочек и мальчиков осталось совершенно индеферентными к свежим ветрам неизвестной ранее музыки, смелым текстам, экспрессивным эмоциям и возможности их выражать. Поэтому говорить буду только за себя.
Это не было молодёжной болезнью. Не забылось, не сгладилось никакими обстоятельствами жизни, которые обычно придавливают человека к земле. Сравнивают его с общей массой так, что он потом только слабо улыбается, услышав музыку, от которой улетал в юности.
Со мной этого не произошло, потому соответствовало моей сути и совпадает с ней до сих пор.Полем,
заснеженным полем,
Там, где в ночи прошла метель.
Воля – моя ясная доля,
Песней призывать апрель.  13 лет назад я также шла за ним по коридору, ведущему в студию эфира. С таким же довольным лицом, как у дочки Константина на этой фотографии.
Интервью с приезжавшими знаменитостями музыкального мира традиционно делали ведущие. Мне этого не полагалось. Служба новостей должна заниматься новостями. Как было доказать музыкальному редактору, что разговаривать с Кинчевым должна я, и тогда это будет интервью, а не дежурное нечто? Никак. Во-первых, всё равно бы не дали. Во-вторых, обиделась бы ведущая. Добросовестная, хорошая, серьёзная девушка. А то, что ей было всё равно, кто перед ней – Костя, Слава, Лёлик или Болек – кого это интересует.
Зато она позволила мне присутствовать в студии. Не за стеклом, а прямо в эфире. Не знаю, почему. Может, у меня было лицо ребёнка, который умирает от голода. Может, она меня уважала. Может, обалдела о такой просьбы. Я бы на её месте послала нафик. Но она разрешила.
Костя шёл впереди упругой походкой молодого тигра. Тогда ему было сорок, эта походка юноши мне сильно запомнилась. Не всякий так ходит в двадцать.
Мы сели – ведущая за пульт, он рядом сбоку. Я тихонько – на табуретку в углу. Наташа была ко мне спиной (пусти, ты даже не услышишь, как я дышу), а с Костей мы оказались друг напротив друга, но через всю небольшую студию.
Ведущая представилась, он кивнул и вопросительно посмотрел на меня. Пришлось тоже назвать своё имя.
Вышли в эфир. Я страдала и наслаждалась. Страдала потому, что вопросы были стандартные, сто раз заданные в интернете и СМИ. Интервью шло гладенько и ровненько, по линеечке. Люди не общались – они работали. Она исполняла задание, а он выполнял требования промоушена перед концертом. У меня всё внутри стонало – ну задай, наконец, какой-нибудь человеческий вопрос. Это же не Кобзон. Откуда столько формальности. «Константин Евгеньевич»… Ёперный театр…
Кинчев посматривал на меня – что я тут делаю, и почему молчу. Потом привык. Я писала в блокноте и старалась быть незаметной. Даже смотрела на него, только когда он переводил взгляд на ведущую.
Костя был очень спокойный, сосредоточенный, и очень хорошо выглядел. Свежий, молодой, с ясными глазами. От него исходило невероятное достоинство, но без высокомерия. Невозможно было представить, что этот человек страшно пил и кололся в прошлом.
Сделали перерыв, в эфир пошла пара композиций с нового альбома. Наташа предложила ему чай. Костя сказал – если можно, лучше кофе. Это были девяностые, кроме растворимого барахла в магазинах нечасто можно было купить натуральный молотый кофе. Но у нас, в отделе новостей, он был.
Я подошла к телефону, который стоял на столе почти перед Кинчевым, набрала по внутренней связи наш
отдел и попросила принести в студию кофе. Костя смотрел на меня во время этого звонка, с нормальным таким человеческим любопытством, живой, не звёздный. У него глубокие и добрые глаза. В них – всё его сердце. Это видно даже на концертах, когда он с залом говорит, а близко – тем более.
Дело не в том, что Наташа не умеет брать интервью. Просто для того, чтобы оно получилось, надо, чтобы люди были интересны друг другу. Когда ты показываешь человеку, как тебе по кайфу его творчество,
сколько ты об этом знаешь, ты тоже начинаешь его интересовать. Тогда он совершенно по-другому раскрывается. Они же люди, и устают от этих безразличных игр – вопрос-ответ.
Эфир закончился, прибежали наши – сфотографироваться с Костей. Он послушно встал между мной и ведущей. Другие сотрудники столпились вокруг. Плёнку потом кто-то спёр, но одно фото у меня осталось.
Стали выходить из студии. Там, на выходе, в закутке стоял столик – положить бумаги и быстренько просмотреть перед эфиром, если чего забыл. Получилось, что все минули закуток, а мы с Костей выходили последними и оказались в нём на миг одни.
Тогда я окликнула его, чтобы задать свой человеческий вопрос. Пусть будет хотя бы один, если не интервью.
Он был рад, что его назвали просто по имени. Обернулся с открытой улыбкой. Вообще, это такое удивительное обыкновенное чудо, когда легенда твоей юности стоит перед тобой, и смотрит прямо в глаза. И в нём нет экспрессии, агрессии и эпатажа, присущих сценическому проявлению. А есть искренность, застенчивость даже. Хотя я ничего интимного не спросила. Костя улыбнулся, развёл руками как-то по-детски, и ответил. Контакт. Сейчас бы посадить его за этот столик, и разговаривать.
Но я сказала – спасибо. Задерживать его было нельзя.
В предбаннике студии стоял гвалт, народ хватал автографы, ещё какая-то чехарда. Костя подошёл к столу, где расписывался на плакатах один из музыкантов его команды. Мне было пора возвращаться к своим новостям. Я сказала ему вслед негромко: «Всего вам самого доброго». Не думая, что услышит в шуме. Но он
расслышал, обернулся и почему-то был тронут моими простыми словами. Ответил, очень тепло. И я ушла.Как просто стать пеплом,
Танцуя в центре огня.
Но, Боже, как радостно видеть зрачки
Дарящего залп.
Над моей головой полыхает закат,
Под ногами тлеет земля.
Я вырос на пепелище.
Я ли в том виноват?
Полупаук, полулебедь,
Я шагнул в ночь,
Чтобы сложить костёр
В помин лысой горы.
Земля кромсала небо
Штыками могильных холмов.
Земля шипела: "Сгоришь!"
Но небо пело: "Гори!"
Я шагнул в ночь,
И звёзды легли на асфальт.
Радугу бензиновых луж
Я плеснул облакам.
Мне хотелось, чтоб город чувствовал небо
Каждым нервом, каждым окном.
Мне ли было не знать, как не хватает любви
Этим большим городам.
Я шагнул в ночь,
Но город по-прежнему спал,
И только звёзды падали вниз,
Не в силах больше мерцать.
Здесь стены дарили лишь стены,
Асфальт - только асфальт,
И лишь крыши дарили мне небо,
Крыши учили меня танцевать.
Танцевать, когда падает снег,
Танцевать, когда падают птицы.
В танце полумесяца - полдень.
Откройте мне дверь!
Танцевать, когда солнце в лицо,
Танцевать, когда траур на лицах,
Танцевать...
Танцевать, когда падает снег,
Танцевать, когда падают птицы.
Танцевать, когда солнце в лицо,
Танцевать, когда траур на лицах.
Танцевать на пьяных столах,
Танцевать на могилах друзей,
Танцевать и не помнить, не помнить о ней,
Танцевать и молиться,
Танцевать всё теплей и теплей,
теплей и теплей...
---------------------- Стихи Константина Кинчева Фото с сайта www.alisa.net
Метки: продолжение, эссе, Ce que jaime
Наталья Телегина
Наталья Телегина
НА РАСТУЩЕЙ ЛУНЕ
/хроника взлетающего бомбардировщика/- Мама, хочешь, я покажу, что мы делаем на дизайне? - Конечно, хочу...  Это сделано ризографом - инструментом вроде гелевой ручки, только чернила в него заливаются вручную. То есть, без помощи компьютера. Дочка учится всего третий месяц. Совмещает десятый класс и вечерний техникум дизайна.  За эту работу ей поставили пять, но за подпись - три. Преподаватель очень строгий, пятёрку у него получить крайне трудно, и за неровные буквы он поставил отдельную оценку.  В самом центре города до сих пор сохранились такие дома. Они построены сто с лишним лет назад, и там, где за их состоянием жильцы следят, простоят ещё столько же. В наше время дома принадлежат нескольким хозяевам, хотя, конечно, в старину их строили для одной семьи.
Дом привлёк моё внимание, потому что вместо того новодельного пристроя слева была очень интересная часть дома - с широким лавочным окном. Возможно, хозяева были хлебопёками и торговали, не отходя от жилья. Или просто купцы. Теперь неведомо. Пока я дошла сюда с целью сфотографировать, часть дома куплена кем-то, кто заменил в ней рамы на пластик, поломал замечательный пристрой, прилепил нелепую веранду и повесил на неё антенну.  Недалеко отсюда находится редакция государственной газеты. Надо было отнести туда статью. Взяла у знакомого редактора несколько номеров. Читаю и плачу.
Заголовок: "С упором на безопасность"... Превосходно. Как давно я не читала наших местных журналистов. "Выход пока видится один: прекращать перевозки там, где нет возможности приближаться к безубыточности". "Планомерно поезд будет выведен на скорость 200 км. в час."
Раньше иногда смотрели с мужем репортажи местного ТВ, умирая от смеха. Особенным нашим любимцем был дяденька, всю жизнь работающий журналистом. В подобном стиле он ведёт репортажи о выставках и театральных постановках.
Я не глумлюсь. Напротив, преклоняюсь. Так написать, да ещё изречь - это мне не суметь и под дулом автомата.  Сегодня, наконец, купила новый чайник. Смешной, полутора литровый. Мы решили, что два литра нам много. Вечно ставим не больше, чем полчайника.
А такой я не упущу. От него нельзя отходить. Прежний неоднократно испарялся, страдая от повышенной безбашенности хозяйки. То меня на лоджию унесёт на минуточку, то есть минут на сорок. То к стулу у компьютера цепями прикуют. Не выдержал, бедненький, такого обращения. Изошёл слезами расплавленной пластмассовой ручки на крышке. --------------
- Наташа, я сейчас тебе скину дизайн штор, который нам предлагают в салоне. И фото тканей. Посмотри, какие варианты лучше.
- Давай...
- Ну, как?
- Это что за чахоточный ужас? У тебя в спальне стены белые, мебель белая. Теперь вы шторы хотите цвета бледной немочи с морозным узором. Я очень извиняюсь и стесняюсь спросить - вы там с Андреем делать что будете? Ложиться и помирать?
- Ну, нет... А что, ни один не нравится?
- Мы с тобой договаривались, что будут сочные, теплокровные, спелые цвета. Вино, манго, шоколад, грейпрфрут. Юг, солнце, любовь и пожар в крови. Вы что делаете? Я вас убью, если выберете эту пещеру снежной королевы.
- Наташ, не надо нас убивать. Мы потому с тобой и советуемся, чтобы ты нас потом не убила... ---------------------
Читаю в блоге Насти Монастырской о превращении женщин в тёток. Мелькает примета - отросшие корни крашенных волос. Как хорошо, что я только из парикмахерской. Ура, меня теперь не возьмут в тётки. Хотя приходится посещать салон чаще, чем раз в два месяца, что чревато убытками и разорением. Но так не хочется в тётки!
Волосы уже начинают мешать - лезут под воду в душе, в рот при накрашивании ресниц. Спокойно, товарищ, сейчас главное - не поддаться панике и не броситься под ножницы для возвращения к короткому затылку. Люблю отрастающие стрижки - голова пушиста, бестолкова, в ней гуляет ветер и роятся мечты.
-----------------------------
Пришли анализы крови. Сифилиса нет. То-то праздник, то-то счастье! - -------------------------------------
- Я разморозила фарш, порезала лук, сварила рис. Ты тефтели будешь вечером делать, или мне влезть со своим уставом в твою область творчества?
- Не надо лезть. Я сам.
Муж готовит, мы с дочкой лепим из пластилина Дедушку мороза, Снегурочку, тарелку с макаронами, две булки и сахарницу с кусками сахара. Потом ребенок требует видео с прошлогоднего утренника, резвится и прыгает, повторяя его действо. Я под шумок уползаю во вторую комнату, позвонить по делу.
Поговорив, ложусь на диванчик, смотрю на рыб в аквариуме. С кухни пахнет, как в сказке про волшебный горшочек. Дети при деле. Нахально закрываю глаза и замираю. Вот так и живём.
Завтра вместо похода на садиковое родительское собрание, посвящённое подаркам на новый год, идём на рок-концерт.
Но праздник всё равно уже ощущается. Сквозь полудрёму вижу бенгальские огни.
Метки: удивительный мир, Будьте как дети, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
КАРИ, ПЕРЕЦ И ЗЕМЛЯНИКА
Вот такая странная пока зима. Калейдоскоп, разноцветные стёклышки.
Говорю по мобильному, глядя в снежные дворы. Пальцы перебирают мелкие ракушки в такт речи на том конце. Складывают в ту, что побольше, лодочкой. Мы их на Кипре собрали. Греюсь голосом в трубке, прикосновением к ракушечной гладкости, каплями выпадающей из пальцев.  Норвежские звёзды и новый павлово-посадский платок с изумрудной бахромой. Гуашь, схватившаяся на кисти. Не успела положить в воду. Лист с недорисованным павлином. Хохолок будет голубой с зелёным.
Прямо с утра - инъекция солнечных ритмов. Целая вселенная растаманского счастья в каждой ноте. Супер энергетик из пафоса ранне-советского культпросвета, славянской этники и ска-панка в одном флаконе. Я не пробовала пока ничего лучше для избавления от чёрного взгляда на жизнь.Улица. Трамвай. Неожиданное звучание баяна. Это редко здесь. Очень. Не верю ушам – хорошо играют, с душой и не фальшиво. Не Розенбаума или попсу - мелодию Джо Дассена. Оглядываюсь, и теперь уже не верю глазам. Черноволосый юноша, утопив подбородок в высоком вороте свитера грубой, вечно стильной вязки, перебирает клавиши тонкими пальцами. Откуда здесь, в этом забытом радостью месте, взялся этот мальчик волшебной красоты?
Бросаю монету в кепку. Мамочка, и глаза у него синие. Здесь нет таких людей, но вот же, он есть , должно быть, залетел с Монмартра… Ангел с баяном улыбается благодарно, шагаю с подножки под крупный снег, запутавший полёт в берёзах… Французский шансон - следом. Что это было?
Ступени офисного здания. Поднимаясь, замедляю шаг – дворник скребёт лестницу, сбивает слежавшийся снег. Смотрю снизу вверх. Дед Мороз. Красный пуховик, короткая седая борода, улыбающееся лицо и светлые, как лёд, глаза. Ну нету здесь таких пожилых мужиков. Они совсем по-другому выглядят. Проверю, вдруг мерещится.
- Здравствуйте.
-Здравствуйте!
Улыбка во всю бороду, скребок на отлёте. Как швейцар, пропускает меня по лестнице. Чудеса.
Французский луковый суп. Жюльен. Раньше часто обедала именно так. Когда обедала в кафе… Снег летит на купола. Удивительный какой, этот день. Можно не спешить прочь из бистро, смотреть в окно, доставая к чаю из сумки шоколадную конфету.
Смотрела на ночь «Дневники Мумбая» с русскими субтитрами. Утром, за кофе – оставшийся кусочек. Зарядилась с утра – сумасшедше оптимистичными мелодиями и нежным светом этого кино…
Скользящие, полумистические встречи. Радостные покупки. Красное платьице для маленькой, наряд Алёнушки - в белый горошек, с белой грудкой буфами, оборкой… Земляничка.
Давно заметила – как только находишь силы для беспричинной радости, открываешь новые её источники – так появляются деньги. Как ещё один источник, для поддержания этого состояния. Люди проводят какие-то ново-языческие ритуалы, что-то мудрят, читают заклинания, ставят на видное место «денежные деревья». А всё проще пареной репы.
Любимый фильм по ТВ, «Три полуграции». Как же он мне нравится, до чего все они там к месту, даже не особенно приятные артисты. Ни одной актёрской лажи.
Фильм про трёх подруг, и нас тоже трое. И одна из нас тоже – темноволосая. А редактор-Наташа и вовсе похожа на нашу Натусю больше родной сестры.
Больше всего люблю серию про встречу Алисы ( Алёна Хмельницкая) и героя Богдана Ступки. Ей – 35, мужики липнут, как мухи, не нужен ни один. Ему - на 25 лет больше. И как они смотрят друг на друга. Как это бывает – страсть, когда даже до постели всё ясно. И как он гонит её – я старый для тебя, уходи. Сомнения, что молодые мужчины отнимут. А потом отбрасывает такого одним небрежным движением руки и обнимает свою Алису, чтобы уже не выпустить. В жизни бы, скорее всего, так и не поднялся со стула в баре, где горе заливал. Прорефлексировал. Сдался бы. Поэтому в кино смотрю с удовольствием на эту сцену, и почти плачу. Старый. Это Богдан-то Ступка.  Разноцветный день. Специи, снег, удивление. В начале записи – гимн его начала. А вот – колыбельная этого дня. Хочу послать вам полноту моего сердца с этой маленькой детской песней для взрослых. ______________________________
Художники
Ольга Налётова
Маргарита Чигина
Метки: удивительный мир, эссе, Будьте как дети, радуга
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Функция энергосбережения
 Способность радоваться мелочам можно называть достоинством. Обычно так
она и рассматривается. Но поднеся картину чуть ближе к глазам, увидишь
другие линии. А, так это же щит от минорного звучания неосуществлённых
желаний. Скажем, не может человек поехать на Аляску. Побывать у океана
или на маковом лугу между синих гор. Тогда он говорит – о! У меня есть
новая стиральная машина. Она отжимает бельё при каждом полоскании. Это
так удобно. Старая этого не делала. Надо было всё время добавлять
полоскания, чтобы порошок ушёл до конца.
И ещё смотрите, как здорово – есть 30-ти минутная стирка. Раз – и всё.
Время операций высвечивается. Вот где счастье. А синие горы… Ну, что же
синие горы. Или северное сияние. Невозможно – и есть невозможно. Зато
пирог испечёшь, придут гости. Муж приготовит свою фирменную курочку.
Ребёнок с сияющими глазёнками расскажет всем про спектакль в кукольном
театре.
Мы в детстве не ходили, например, в кукольный театр. И мультики смотрели
только в кинотеатре, и не каждое воскресение. Наверное, хорошо вырасти и
жить в суровых условиях. Так мало надо поводов для радости. Которая
затушует горечь желания писать репортаж о Парфеноне, где нагретый камень
божественной архитектуры эллинов простирает к небу свои восклицательные
знаки.
Опубликовано на сайте Проза. ру
6.11.2011
Свидетельство о публикации №21111060836 ----------------- фото TJ Ckott
Метки: эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Имеет значение
 - Михайлов! Иди сюда. Это достаточно обычное обращение женщины к мужу – по фамилии. Для меня – это что-то вроде «гражданин начальник», но с противоположным знаком. Не представляю, чтобы к жениху, любовнику, нежному другу можно было так обратиться. К мужьям – сколько угодно. Почему? Воля ваша, но за этим чувствуются нелады в отношениях. Недовольство, недостаток тепла и сочувствия. Скука. Раздражение. Сколько приходилось видеть такие пары, там всегда было что-то нескладно. Ни с того, ни с сего звать человека по фамилии не станешь, тем более - не какого-нибудь человека.  Иногда об этом не задумываются – ну, зову и зову. Мне крайне трудно представить, чтобы жена и называемый ею исключительно по фамилии супруг целовались. Просто так – в прихожей, на кухне, перед сном. Ну и что. Ну, не целуются, и что. Да ничего. Только если живущие вместе люди перестали целовать друг друга в губы, их семья загнётся. - Иди сюда. Я сказала, больше не пей. Нет, я сказала. Михайлов! Домой. Нет, не могу. Не могу представить, что они будут стоят полусонные на кухне, ждать, пока закипит чайник, и тереться носами. Что он гладит ей спину под футболкой, пока она режет хлеб. Это может делать «мой Миша», «Ярослав», «Сашка». Но никак не Михайлов.  ------------- фото из интернета
Метки: эссе, самое главное
Наталья Телегина
Наталья Телегина
Дикие этюды с натуры
 *** Когда на ночь глядя в доме выключается холодная вода «до устранения порыва», становится совершенно нечего делать. Кипятком из горячего крана нельзя ни посуду помыть, ни обувь, ни самим вымыться, ни кошке туалет. Помыли ребёнка из таза остуженной наполовину водой, добавив заначки из бидона, предназначенной для доливания в аквариум. Всюду бардак. Сидим парализованные. Спать немытыми не привыкли. В туалете жалобно остывает ведро для слива в унитаз. Стиральная машина стоит с открытым ртом, полным сухого не стиранного белья, и ничего не может поделать. *** - С какого, с какого начинается стрелец? - С двадцать такого. - Точно? - Я тебе говорю. Мне кесарево назначили на двадцать предыдущее. А я сказала – нафик мне нужен скорпион? И меня прокесарили двадцать следующего… *** - Мама, а дикабрь – это потому, что он дикий?
- Да, доченька… Поэтому. Пост опубликован на сайте Проза.ру
Свидетельство о публикации №21111091772 Художник Наталья Тур
Метки: одиночество крови, эссе
Наталья Телегина
Наталья Телегина
НОТА ДО
 Ну что можно делать в ноябре.
Красками рисовать.
Вот, он подходит, слышишь.
Нет, он беззвучен. Листва уже не шуршит, дожди не барабанят, только тихо сыплются, и равномерно мочат землю и крыши. Нет звуков у ноября. И все его не любят.
А почему. Просто надо найти, что можно делать в ноябре.
Можно гладить пододеяльники кучами. Согревает. Летом – это же целый подвиг: погладить что-то больше носового платка. Может, и скучно, зато на душе становится хорошо, когда разгребаются завалы в доме. Хотя бы вот этот, один.
Да, завалы. Берёшь мгновения лета, печатаешь их в большом формате и украшаешь ими стены. Чтобы не давили тёмными вечерами. Давно хотелось поменять то, что в рамочках, на картинки поновее. Ну вот, ноябрь. Теперь есть время. Потому что пока стояло тепло, надо было гулять вечерами, наслаждаясь тем, что светлые, и ездить за город. Теперь не надо.
 Ещё можно достигать смирения. Именно в ноябре. Прочла статью о паре, встретившейся после сорока. И как они пытались, но не смогли иметь ребёнка. Как потом смирились и стали любить друг друга ещё больше. Именно от того, что невозможно.
Принять, что ты не можешь увидеть Великие Озёра. Что всё как-то мимо кассы. Много чего не можешь. И хватит этим терзаться. Просто люби. Издалека. На фото чужих путешествий.
Класть тыкву в комбайн для измельчения. Пить кофе с имбирём. Кто-то не любит ни имбиря, ни ванили, ни корицы. Бедные люди. Что они делают в ноябре, без запахов.
Месяц, который не пахнет, не греет, не светит и не звучит. Монохромный. Чистый лист. Не сон, не медитация, не депрессия и не скука. Фаза полного выдоха. Тёплый свитер до подбородка и холодные щёки.
Готовится к Новому году – глупо. Не буду к нему готовится. Не знаю, как его жить. Это не грустно. Вполне нормально для ноября. Любить издалека, не дыша, не двигаясь, и не умирая. В полном сознании неизбежности.
Пост опубликован на сайте Проза. ру
Свидетельство о публикации №21110260533
------------
Художник Юлия Данилина, "Ноябрь"
Фото Jolanta Brigere
Метки: одиночество крови, эссе
|
Фото
Видео
Ответы
Вызвать на дуэль
Ставка за Лидера
Вы не можете комментировать,
т.к. комментарии запрещены автором.
