Не удержим , как белка в колесе,
Он закопал себя в своей работе
И жизнь его для всех, в «единой ноте»
И Он гордится , что такой как все.
Достаток, дом, семья, конечно дети,
Всё как у всех, и даже кот при нём.
Но Он один, на маленькой планете,
И Он давно не балует с огнём.
Какого хрена Он ко мне приходит,
И спрашивает у меня «БОМЖа»,
Мол правильно ли жизнь Его проходит,
И не издохла ли Его ДУША?
Так искренне ,почти что не дыша...
А я смотрю на Графскую аллею,
На Вавилон который за сто верст
И от того , что вижу тихо млею,
И так Он непонятен мне , до слёз...
Так непонятен мир, война и тени
И так ясны пути, и белый свет.
Как люди флоры из числа растений
В которых БОГ запрятал свой секрет.
Им только шаг, до полного прозрения
Им только миг с собой наедине...
В себе себя увидеть, в замедлении,
Увидеть бездну в городском окне...
Какого хрена Он меня тревожит?
Как дальше жить? что делать? где искать?
Ему и Папа Римский не поможет,
Как не поможет собственная мать.
Я не бухаю, не колюсь, не «дуюсь»,
И не горжусь я этим ни чуть-чуть.
Я просто ежедневно тренируюсь,
Во всем этом говне не утонуть.
Краснодар
октябрь 2010
Он закопал себя в своей работе
И жизнь его для всех, в «единой ноте»
И Он гордится , что такой как все.
Достаток, дом, семья, конечно дети,
Всё как у всех, и даже кот при нём.
Но Он один, на маленькой планете,
И Он давно не балует с огнём.
Какого хрена Он ко мне приходит,
И спрашивает у меня «БОМЖа»,
Мол правильно ли жизнь Его проходит,
И не издохла ли Его ДУША?
Так искренне ,почти что не дыша...
А я смотрю на Графскую аллею,
На Вавилон который за сто верст
И от того , что вижу тихо млею,
И так Он непонятен мне , до слёз...
Так непонятен мир, война и тени
И так ясны пути, и белый свет.
Как люди флоры из числа растений
В которых БОГ запрятал свой секрет.
Им только шаг, до полного прозрения
Им только миг с собой наедине...
В себе себя увидеть, в замедлении,
Увидеть бездну в городском окне...
Какого хрена Он меня тревожит?
Как дальше жить? что делать? где искать?
Ему и Папа Римский не поможет,
Как не поможет собственная мать.
Я не бухаю, не колюсь, не «дуюсь»,
И не горжусь я этим ни чуть-чуть.
Я просто ежедневно тренируюсь,
Во всем этом говне не утонуть.
Краснодар
октябрь 2010
