«Пришла, говорите, одна монахиня словоохотливая. Разговорились, и все по ниточке перебрали бывающее в монастыре. Слушалось спокойно и как будто в сласть. Но когда я осталась одна и стала все припоминать, поднялось смущение, все росло и росло, и наконец обратилось в бурю. Я свалилась будто в лихорадке; потом заперлась и не выходила, пока не успокоилась».

И слава Богу, что успокоились. Теперь сядьте и рассудите, что это такое было? Растревожилось чувство правды, поднялась ревность по правде, и ну бушевать. Кажется, все это в порядке, как вы и думаете. А оно не в порядке. Оставляю в стороне предметы, произведшие смущение; беру самое смущение и говорю, что это враг над вами насмеялся. Вы не верите в его вмешательство в наши дела, – вот вам и награда от него за это; а Господь попустил это вам, чтоб опытом научить вас истине сей. Давно-давно я встречал книжку о внутреннем мире. Там, помнится, все сводится к следующему положению: умиротворившись, блюди мир сердца, отражая без жалости все, покушающееся нарушить его, все, как бы красно оно ни казалось. Припомнил я это и прописываю вам. Уж как ведь красно казалось происходившее в вас! Вы – Илия ревнитель огненный, с мечем в руке выступали на защиту законов правды. А смотрите, какой плод! Как лихорадка оттрепала! Такое смущение не могло иметь хорошего источника. Бог наш есть Бог мира, и все Божие мир приносит. И ревность по правде, когда она от Бога, бывает мирна, кротка, ко всем сострадательна, даже и к тем, кои нарушают правду. Посему уразумеете, что разжигавшая вас лютость ретивая не от Бога. Враг подсел к сердцу вашему и распалил его так неестественно, что вы свалились. Это первое.

Второе, что следует вам взять в ум, вот что есть. Если б была правда в слышанном вами, враг не стал бы распалять вас так, потому что тогда он не на себя бы работал. Нам свойственно ратовать за правду, только разжигаться так несвойственно. Если б он разжег вас при правде, тогда вы погрешили бы только в степени распаления по ревности, а это ему не важно. Да тогда и самая правда дела не допустила бы до этого. Из этого заключить следует, что в слышанном вами нет правды. О монастырях и монастырных издавна ходит премного недобрых историй. И миряне и монахи с монахинями повторяют их, когда откроется случай, прилагая ко всякому монастырю, о каком ни зайдет речь, бывали ль в нем подобные случаи, или нет. Вот и монахиня та вам наболтала не знать что, и я, наверное, полагаю, что и сотой доли правды не было в ее речах. А вы из себя вышли, крича: «Ведь это ад, а не житье». Бывают, конечно, в монастырях случаи казистые, но все мелочь; бывают и сплывают, и толковать о том нечего.

Так извольте поверить, что слышанное вами почти все ложь, и что враг взял эту ложь, и представив вам ее в виде правды, поджег вашу ревность по правде и распалил ее до неестественной степени. Вы обмануты, призрак истины приняли за истину, и ну лютовать. Пишу это не за тем, чтоб кого-либо обвинить, а за тем, чтоб навести вас на мысль, что вас враг обманул и насмеялся над вами, и чтоб вы от этого случая начинали, по крайней мере, вероятным считать вмешательство нечистой силы в дела наши.

Положите же себе законом всякое смущение омрачающее считать действием мрачных сил, и с первого же появления смущения преграждать ему дальнейший ход и прогонять. Мир душевный чрез это всегда будет сохраняем, а при мире ясно будет ваше внутреннее и внешнее, и здравомысленное течение дел ваших расстраиваемо не будет.

В Православии особое место занимает любовь. Бог есть любовь, и человека Он создал с любовью. Сегодня, когда вокруг столько зла и несправедливости, значительно сложнее стало возжигать и сохранять в себе это высокое чувство. Тяжело также постичь, что есть истинная любовь к ближнему. Что такое христианская любовь? Как достичь ее? – это часто задаваемые христианами вопросы.

Апостол Иоанн Богослов говорит, что Бог есть сама любовь. Это – главный постулат, который всегда должен помнить каждый христианин. И никогда не следует приберегать любовь и ее экономить – я имею в виду, прежде всего, христианскую любовь. Любовь – это то чувство, о котором говорится все время в святом Евангелии. И Господь с тем, в чьем сердце живет любовь, и сам такой человек находится с Богом. А кто не имеет любви, с тем нет Бога, и он сам далек от Господа. Не может так быть, чтобы человек верил в Христа, молился, причащался, и при этом у него не было бы любви. Или наоборот – чтобы человек обладал любовью, но не молился, не причащался и не был бы чадом Православной Церкви.

Все то, что мешает нам возжечь любовь и укрепиться в ней, становится и препятствием на пути к Богу, тормозит нас, мешает нашему спасению. Мы должны хорошо усвоить: любовь – выше страха, выше справедливости; закон христианской любви превыше всех иных законов. Поэтому и мы больше всего должны бояться потерять любовь. Этот страх не позволит нам совершить зло. Мы должны гореть любовью к Богу, и эта любовь не позволит нам совершить грех, сделает нас всегда милосердными и смиренными.

Многие христиане не совсем понимают смысл слов Евангелия: «Возлюби ближнего своего, как самого себя», – и спрашивают: как же можно любить всех? Никто и не утверждает, что достичь этого легко и просто, однако христианин всячески должен стремиться к исполнению этой одной из основных Божиих заповедей. Мы не должны делить людей на злых и добрых, богатых и бедных, чужих и своих, врагов и друзей. Каждый человек наш учитель. Если мы с самого начала изберем неправильную позицию и будем относиться к людям предвзято, или с недоверием, или враждебно, или с холодком и примемся раздумывать: полюбить его или нет, верить ему или нет, – то мы никогда не почувствуем искренней христианской любви, очень тяжело будет возжечь ее в нашем сердце. Мы должны воспитать в себе как глубоко свойственные нам и характеризующие нас черты приветливость ко всем, доброжелательность и настроенность на любовь; эти качества должны проявляться нами в любое время, будь то утро, день или вечер. Надо стараться, чтобы прожитый нами день был наполнен любовью, если желаем, чтобы каждый вечер на исходе дня нас не мучила наша совесть.

Если хотим, чтобы наши молитвы были услышаны на небесах, мы должны быть пропитаны истинной христианской любовью. Любовь – это та сила, которая побуждает каждого христианина плакать не только над своими грехами, но и над бедами ближних. Любовь заставляет человека молиться как за живых, так и за мертвых. Любовь – это именно та сила, которая бережет и отдаляет нас от осуждения других, от многословия, ревности, агрессивности. «Вера действует любовью», – говорит апостол Павел. Любовь – это именно то, что придает нам силы для практического воплощения в жизнь нашей веры.

Как стяжать любовь к ближнему? Это уже практический вопрос. Любовь – реальная энергия сердца, которая требует практического выхода. Это такое чувство, которое не остается внутри нашего сердца и всегда вырывается наружу. Любовь воспитывается христианской жизнью. Любовь – это семя, бросаемое в нас при крещении; но в то же время любовь – это добродетель, представленная нам богословами в образец, к которому мы должны стремиться. Конечно же, семя останется семенем, если оставить его в таковом состоянии; но если поливать его и окружать заботой, Господь обязательно взрастит и укрепит его; малую веру и любовь превратит в огромное древо, красоте которого возрадуется не только сам этот человек, но и многие другие, что придут под сень этого древа и найдут тут облегчение и отраду.

Для развития и укрепления этого семени любви необходимы молитва, пост, смирение, послушание, соблюдение заповедей и обрядов православной веры. И, конечно же, глубокое, проникновенное подчинение закону любви, который действует ежеминутно, ежедневно и повсеместно. Это просто надо уметь видеть.

Любовь – это чувство, которое нужно тренировать. Самым лучшим способом такой тренировки будет любовь к нашим самым близким людям. Если человек не выносит членов своей семьи, о какой всеобъемлющей любви может идти речь? Если с членами собственной семьи не имеешь мирных, теплых отношений – а на это с горестью взирает твой ангел-хранитель, который незримо сопровождает тебя, – как же сможешь просто существовать рядом с другими людьми, не то что любить их?! И как сможешь искать самого главного – любви к Господу?! «Не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога, Которого не видит?» – вопрошает апостол (1 Ин. 4: 20). Для тренировки и укрепления любви не обязательно двигать горы, тут требуются малые – а потом и большие – ежедневные наши богоугодные дела и помыслы.

Часто задают и такого рода вопрос: различаются ли любовь, испытываемая физически, и вообще любовь?

Человек трехсоставен, у него есть тело, душа и дух. Когда в человеке горит христианская любовь, она пронизывает и очищает его всего, вплоть до кончиков его волос. Поэтому человек, который погружен в чувство христианской любви, не разделяет любовь, проявляемую духовно, и любовь, проявляющуюся физически. Между телесными и духовными движущими силами охранник не стоит.