Работа №14. Даша
  
Имя-Даша.

Дата рождения - эпоха СССР.

Статус-Кукла.

      Да, я, действительно – кукла…Правда,не совсем ординарная пластмассовая или гутаперчивая. Для того моего времени, я – совсем не простушка. И, если меня взять за левую руку и немного подвигать вверх-вниз, то я могу идти. Не быстро и не совсем уверено, но ведь иду! В мое время это было красиво и необычно, ведь до века новых технологий и компьютерных чудес было еще так далеко. А пока я скромно стояла на полочке небольшого сельского магазина и думала, что так будет вечно. Маленьких девочек, которые засматривались на меня, мамы быстро уводили в сторону: дороговато, да и ненадолго ведь. 

    Но однажды, когда на улице уже была слякотная осень, в магазинчик зашел высокий и немного неуклюжий от своего роста и длинных рук юноша. Я никогда не училась в школе (ведь я была всего лишь куклой), но, видно, добрые руки моих создателей заложили и в меня маленький кусочек интеллекта. И я была уверена, что парень десятиклассник. Он бережно взял меня в руки и долго рассматривал, но посмотрев на ценник, поставил обратно и тяжело вздохнул. С того дня, он появлялся в магазинчике с упорным постоянством. Другие ребята покупали всякую мелочь, а он приходил каждый день, чтобы только посмотреть, на месте ли я и украдкой пересчитывал деньги в своем кармане. Бумажных купюр там было мало, в основном это были монеты разного достоинства. Я сердцем почуяла, что я ему необходима, но пока нужной суммы у него не набиралось. И я решила ему помогать: то нечаянно завалюсь за груду других игрушек, то перестану передвигать ножками, то вдруг плотно закрою глазки, когда кто-то захочет меня купить. У нас была одна цель на двоих: быть вместе, хотя я еще не понимала, зачем взрослому парню кукла, но была уверена, что моим хозяином должен стать только он!

       И, когда землю укрыли первые легкие снежинки, и вся улица была ими укрыта , словно сказочная поляна, этот момент наступил! Он несмело высыпал перед продавщицей все содержимое своего кармана и бережно взял коробку, в которую она меня вложила, в свои руки. Я сквозь стенки своего «домика» почувствовала трепет его сердца. Он нес меня, как дорогую ношу бережно и аккуратно. Зайдя в глухой закоулок за школу, остановился и стал ждать. Прошло немало времени, уже даже я продрогла, когда из-за угла школы выскочила, размахивая портфелем худенькая и по подростковому неуклюжая девочка. Со словами «с днем рождения!» я была передана новой хозяйке… Началась новая жизнь. Я сидела на уголке стола, когда моя хозяйка готовилась к поступлению в институт. Я уехала с ней в другой город, где мне она рассказывала о своих девичьих радостях и лила передо мной горькие слезы неудач. Иногда в дом приходил мой друг, но потом наши дороги, очевидно, разошлись…

     Когда через годы в ее доме появились маленькие дети, я была спрятана высоко, в целях сохранности. Порой она совсем забывала обо мне, множество всяких дел и забот не оставляло на меня времени. Иногда, словно, споткнувшись набегу, она вспоминала обо мне, брала меня на руки и обещала в следующий выходной сшить мне новое платье. Но выходные мелькали и мелькали, а возможности сесть и выполнить задуманное, видимо, все не было. И мне стало казаться, что она совсем меня забросила.

    И вдруг в прошлом году хозяйка достала меня с полки, где я жила последние годы. Мы ехали поездом долго, может, часов десять, а, может, и двадцать. Затем какое-то время шли. И вот, остановившись, хозяйка бережно извлекла меня из дорожной сумки. В одной руке она держала букетик поздних полевых цветов, а в другой меня. Был теплый осенний день. Прищурившись от яркого солнца, я увидела перед собой могильный холмик с мраморным надгробием. С фотографии прямо на меня смотрели грустные глаза красивого мужчины, как бы говоря: «спасибо, что ты жива, а вот мне не удалось победить ту страшную болезнь, которая остановила меня на самом интересном…»

    Словно в ускоренном темпе, промелькнули передо мной кадры моей жизни, от того деревенского магазинчика, до этого безлюдного и строгого погоста, с личными переживаниями и переживаниями этих двоих, для которых сейчас я стала связующим звеном между промелькнувшей жизнью и забвением. И подумалось, что многие вещи переживают своих хозяев. Но я – не вещь. Благодаря моим создателям, у меня есть душа. И эта душа рыдала…