Сегодня исполняется десять лет с того дня, когда Ельцин назначил российским премьер-министром Владимира Путина и объявил, что прочит его в свои преемники на президентском посту.
Во многих, - в основном, конечно, зарубежных - комментариях, посвященных этой годовщине, проводится мысль: это было потерянное для России десятилетие.
Ниже я привожу фрагмент из моей недавно вышедшей книги «Почему он выбрал Путина?», где речь идет как раз о тех десятилетней давности августовских днях, когда Россия узнала, кто станет ее вторым президентом.

Неожиданная «рокировочка»
9 августа Ельцин, по сообщениям прессы, должен был принять тогдашнего премьер-министра Сергея Степашина в очередной раз. Предполагалось, что, среди прочего, президент и премьер снова будут говорить о подготовке к декабрьским выборам в Думу.
Однако этому разговору не суждено было состояться. Встреча прошла с совершенно другой «повесткой дня». 9-го утром Ельцин принял Степашина, поблагодарил его за хорошую работу и… отправил в отставку. Все произошло примерно так же, как и с Примаковым. Для широкой публики это известие опять стало громом среди ясного неба.
Однако люди осведомленные знали, что Ельцин собирался отправить Степашина в отставку еще 5 августа, для чего и вызывал его к себе в Кремль. Однако в тот раз премьеру удалось уговорить президента не предпринимать такого шага. Увы, этот уговор отдалил окончательное решение лишь на четыре дня…
9-го Степашин, по его словам, вновь высказал президенту «свою позицию» по поводу собственной отставки (в общем-то, можно догадаться, какова она была), но, как говорил он позднее, послать правительство в отставку  «это право президента, он президент, верховный главнокомандующий».
- Я был, есть и буду вместе с ним до конца, - добавил Степашин. - Я искренне благодарен этому человеку за то, что мальчишкой он ввел меня в большую политику.
Исполняющим обязанности премьера Ельцин назначил директора ФСБ Владимира Путина.

Если он что-то решил, - дальнейших колебаний нет
Еще одна любопытная деталь, связанная с отставкой Степашина... Категорически против нее был Анатолий Чубайс, в ту пору один из ближайших неформальных советников Ельцина. Он был убежден, что Степашин - готовый кандидат в президенты. Когда Анатолий Борисович узнал, что готовится эта отставка, он прореагировал на эту новость необычайно бурно.
- Вы идиоты! - кричал он Волошину и Юмашеву. - Вы сейчас просто угробите страну! У вас есть реальный кандидат в президенты... Да, я знаю все его недостатки, но Сергей - это абсолютно вменяемый человек, представитель нового поколения. Убирая его, вы просто приведете к власти Примакова и Лужкова, это я вам на сто процентов гарантирую.
После такого напора Юмашев, по его словам (он мне и рассказал обо всей этой истории), «очень сильно завибрировал», а Волошин отправился к президенту и передал ему точку зрения Чубайса.
Самому Чубайсу Ельцин назначил аудиенцию на восемь утра, а на семь назначил Степашину. Пока Чубайс ехал убеждать президента, что Степашина не нужно увольнять, сам Степашин позвонил ему в машину и сообщил, что он уже уволен.
В своем решении отправить Степашина в отставку президент был непреклонен. Он вообще почти никогда не колебался после того, как примет решение. В таких ситуациях все его дальнейшие помыслы были направлены лишь на то, чтобы это решение «продавить».

Президент называет преемника
Непосредственно в день отставки Степашина Ельцин выступил с очередным телеобращением к россиянам. До их сведения было доведено, что основной причиной замены премьера послужило желание Бориса Николаевича за год до президентских выборов обнародовать имя своего преемника на посту главы государства и предоставить ему возможность за оставшийся без малого год проявить себя (хотя прямо слово «преемник», естественно, не прозвучало).
- Я решил назвать человека, - сказал Ельцин, - который, по моему мнению, способен консолидировать общество. Опираясь на самые широкие политические силы, обеспечить продолжение реформ в России. Он сможет сплотить вокруг себя тех, кому в новом XXI веке предстоит обновлять великую Россию. Это секретарь Совета безопасности, директор ФСБ России Владимир Владимирович Путин.
Ельцин сказал, что хорошо знает этого человека, «давно и внимательно наблюдал за ним»  еще со времен, когда тот был первым вице-мэром Санкт-Петербурга, а последние годы они работали «бок о бок». По словам Ельцина, на всех должностях Путин «действовал уверенно и твердо, добивался хороших результатов», «имеет огромный опыт государственной работы».
- Я в нем уверен, - сказал Ельцин. - Но хочу, чтобы в нем были также уверены те, кто в июле 2000-го года придет на избирательные участки и сделает свой выбор.
Все. Вопросов насчет дальнейшей судьбы Путина больше не оставалось.
Хорошо, конечно, когда президент прекрасно знает своего преемника, однако, неплохо было бы, чтобы и другие люди хоть немного его знали, особенно как государственного деятеля, человека, имеющего «огромный опыт государственной работы». Увы, таким знанием мало кто обладал (да и самого «огромного опыта» у бывшего разведчика за плечами в тот момент, конечно, не было). Даже после того, как Путин стал президентом, у всех - и у нас, и за рубежом, - в голове и на языке долго еще вертелось: кто же он такой, этот Путин? (Вспомним, знаменитый вопрос одного из иностранных корреспондентов - позже он не раз повторялся: «Кто вы, мистер Путин?) Такого полного незнания не было ни при одном из предыдущих назначений на высокий пост - ни в случае Черномырдина, ни в случае Примакова, ни в случае Степашина. Ни при первом избрании президентом самого Ельцина.

Десант, обреченный на гибель
Итак, Ельцин реализовал тот план, который давно наметил. В своей книге «Эпоха Ельцина» бывшие помощники президента так об этом пишут:
«Ельцин… разработал и воплотил в жизнь двухходовку в своем стиле - одновременно рискованную и выверенную. Первым ходом отправил в отставку Примакова и его правительство и предложил Думе кандидатуру Степашина...
К ЭТОМУ МОМЕНТУ ПРЕЗИДЕНТ И ЕГО ОКРУЖЕНИЕ, ВЕРОЯТНО, УЖЕ ОСТАНОВИЛИ СВОЙ ВЫБОР НА ПУТИНЕ (выделено мной.  О.М.) Но было рискованно сталкивать малоизвестного стране чиновника с популярным Примаковым: в этой борьбе можно было утратить последнюю фигуру. Поэтому он расчетливо использовал Степашина как штурмовой отряд, который должен погибнуть, но расчистить путь основным силам».
И все же оставалась какая-то, пусть не очень большая, вероятность, что Ельцин может изменить свой план и остановить свой окончательный выбор на Степашине. Почему же все-таки не изменил, не сделал Степашина своим преемником? Вроде бы все необходимые качества для этого у Сергея Вадимовича имелись? По крайней мере, их было не меньше, чем у Путина, а проявились они к тому времени - благодаря премьерству - в более полной мере. Причина, как мне говорили осведомленные люди, была довольно странной, если не сказать смехотворной: считалось, что Сергей Вадимович пребывал «под тотальным влиянием жены». И когда он стал премьером, это проявилось в полной мере: банк его супруги сразу же пошел в гору, она принимала министров, других высокопоставленных чиновников, давала им указания…
- И что, - спрашиваю, - с этим ничего нельзя было поделать?
Выясняется: нельзя. Со Степашиным вроде бы говорили на эту тему, пытались как-то воздействовать на него - все напрасно.
Обо всем этом, естественно, сразу же доложили Ельцину.
Вот ведь, оказывается, какие обстоятельства, бывает, решают судьбы России!
Кстати, на проблему «руководящих» жен Ельцин давно обращал внимание, независимо от супруги Степашина. Каждому ясно: жена - это тот человек, который каждое утро, каждый вечер, каждую ночь может что-то нашептать на ухо своему мужу, в том числе и президенту. Такого человека нельзя сбрасывать со счетов. Нельзя закрывать глаза на ее, женино, влияние. Еще в восьмидесятые годы от Ельцина можно было, например, услышать, что Горбачев - «не мужик», что страной рулит Раиса Максимовна (это, конечно, говорилось в узком кругу). Поэтому Наину Иосифовну Борис Николаевич даже близко не подпускал к политике, к государственным делам...
Возвращаясь к Степашину... Если отвлечься от жены, Сергей Вадимович вообще представлялся многим, кто с ним общался, человеком чересчур мягким, недостаточно волевым. От Валентина Юмашева, например, я услышал:
- После событий в Первомайском я много говорил с Сергеем (напомню: Степашин был одним из руководителей той операции. - О.М.) Для меня стало полной неожиданностью: он оказался человеком крайне нерешительным, неспособным взять на себя ответственность.
Наконец, еще один вопрос: даже если бы так случилось, что Ельцин все же остановил свой выбор на Степашине как на преемнике, сумел бы тот выиграть выборы у тандема Примаков - Лужков? На этот счет существуют большие сомнения. Упомянутый тандем обладал огромными ресурсами - и ресурсами популярности, и финансовыми, и административными… Да даже и Зюганова Степашин вряд ли сумел бы одолеть...