....................... Продолжение № 3...................................

Священник Илия Шугаев

Брак, семья, дети

Беседы со старшеклассниками

Дополнение к беседе 1

Привычка или любовь.

Первая любовь.

Любовь с первого взгляда.

Признание в любви

Однажды в одном классе про­звучал вопрос: «А может быть, за эти 10-15 лет у людей просто рождается привычка жить вместе, а вовсе это не какая-то осо­бенная любовь?» Вопрос очень хороший. Даже Гоголь в своих «Старосветских помещиках» не называет чувство между Пульхерией Ивановной и Афанасием Ивановичем любовью, а про­сто привычкой. Но мне кажется, что Гоголь делает это специ­ально, как бы спрашивая нас, а согласимся ли мы с этим опре­делением — «привычка». Но внимательный читатель увидит у Гоголя намек на то, что сам автор не считал это привычкой.

Гоголь говорит, что Афанасий Иванович после смер­ти супруги оставлял впечатление человека, лишивше­гося ноги, то есть лишившегося части своего тела, своей плоти. Ну а я бы кратко ответил так. А разве, когда мать за тысячи километров чувствует своего сына, это обусловлено привычкой? Нет, здесь что-то выше привычки.

Конечно, большинство супругов действительно живут «по привычке», и привязанность их обус­ловлена только тем, что они уже притерлись друг к другу за много лет, и друг без друга уже пусто, уже скучно. Но вам не надо никогда забывать, что есть настоящая любовь, которая выше привычки. Когда два дерева растут рядом и притерлись друг к другу — это одно. Да, спили одно дерево, другое может даже и упасть без привычной подпоры. Но когда два дерева срослись, и через них течет уже единый сок, — то это уже совсем другое. Тут их безболезненно не разор­вешь.

Я уже говорил, что русский язык таит в себе много муд­рости. Что означает слово «счастье»? Исходя из этимоло­гии этого слова, счастье человека состоит в том, что он жи­вет не один. «Счастье» — то есть «соучастие» в другой жиз­ни. «Я — часть тебя, а ты — часть меня. Мы — со-части друг друга». Человек, который никого не любит, — это бесконеч­но одинокий человек. Вспомните стихотворение «Силентиум» у Тютчева:

Молчи, скрывайся и таи

И чувства и мечты свои —

Пускай в душевной глубине

Встают и заходят оне

Безмолвно, как звезды в ночи, —

Любуйся ими — и молчи.

Как сердцу высказать себя?

Другому как понять тебя?

Поймет ли он, чем ты живешь?

 Мысль изреченная есть ложь.

Взрывая, возмутишь ключи, —

Питайся ими — и молчи.

Лишь жить в себе самом умей —

Есть целый мир в душе твоей

Таинственно-волшебных дум;

Их оглушит наружный шум,

Дневные разгонят лучи, —

Внимай их пенью — и молчи!..

Тютчев очень верно передал состояние одиночества. Это сти­хотворение — вопль несчастного человека. Несчастного в том смысле, что он осознал свое абсолютное одиночество: «Мысль изреченная есть ложь»! Действительно, общение на уровне слов — это ложное, глубоко искаженное общение. Всю глуби­ну чувства, все оттенки испытанного переживания словами никогда не выскажешь. Совершенно уникальное состояние человека передается каким-то общим для всех словом, то есть оно сначала низводится до общего понятия и потом уже пере­дается. Но передается именно общее понятие, а не само со­стояние или чувство человека.

Но все же это стихотворение глубоко не право — у человека есть возможность преодолеть это одиночество. «Два в плоть едину...» — этими словами разрушается наша обреченность на одиночество. Любящие друг друга люди (не влюбленные, а имен­но любящие) обладают счастьем, ибо их души находятся в осо­бом единении, когда они — часть друг друга. Они могут не общаться словами, ибо могут смотреть на мир глазами другого, испытывать все те же переживания, что волнуют другого.

Первая любовь

Все мы, наверное, не один раз слышали о том, что первая любовь не забывается и оставляет след на всю жизнь. Что же такое первая любовь? Что в ней удивительного и незабывае­мого?

Часто за одним и тем же словом стоят разные явления. И в данном случае надо сказать, что первая любовь бывает раз­ная, от очень глубокого и чистого чувства до глупого и мимолетного увлечения. И в том и в другом случае первая любовь действительно не забывается и оставляет глубокий след. Вспом­нив определение любви и влюбленности, надо, конечно же, уточнить, что первая любовь — это еще не любовь, но первая серьезная влюбленность, первое чувство любви. Именно чув­ство любви, а не сама любовь, ибо сама любовь — это не чувство, а состояние двух душ. Влюбленность — это именно чувство.

Что же особенного в первой любви? Ответ очень прост: прежде всего то, что это чувство первое. Все, что совершается впервые, всегда оставляет глубокий след.

Вы никогда не замечали, что дорога, по которой идешь впер­вые, всегда кажется длиннее, чем когда идешь по ней второй, третий или двадцатый раз? Я очень хорошо помню, как од­нажды я опоздал на электричку и, чтобы не ждать следующую, стоя на одном месте, решил прогуляться в незнакомую для меня сторону от дороги. Я шел, не спеша разглядывая все, что видел на своем пути. Немного увлекшись дорогой, я вспомнил, что надо возвращаться. Но, о ужас! Я ушел очень далеко, как мне казалось, не менее двух километров, а до электрички — всего десять минут. Я быстро зашагал назад, но, к своему удив­лению, обнаружил, что до станции было всего метров семьсот-восемьсот. Когда идешь куда-нибудь впервые, словно само про­странство и время раздвигает свои рамки. По количеству впе­чатлений, полученных на протяжении этих восьмисот метров, дорога казалось длиной в пару километров, потому что новая дорога приносит много новых впечатлений. Иногда человек, пораженный пребыванием в каком-то месте, может честно сказать: «Я был там целую вечность». Обычные будничные дни пролетают быстро и незаметно, а некоторые важные со­бытия помнятся вплоть до всех минуточек.

Когда человек впервые серьезно влюбляется, то проходит через целый ряд открытий и потрясений, которые меняют его представления о жизни, внося новые представления о счастье. Таких перемен в жизни будет немного. То, что было в первой любви, повторить никогда не удастся.

Когда я впервые сел за руль машины самостоятельно без всяких инструкторов, то впервые тогда по­чувствовал, что машина тебя слушается, что в ней есть удивительная мощь, и вся эта сила в твоих руках. С какой скоростью я ехал первый раз? 40-50 км/ч. Чуть позже, осмелев — 70 км/ч. Но я запомнил эту первую поезд­ку, хотя потом сотни раз повторял подобные поездки, и ско­рость в 70 км/ч кажется теперь черепашьим шагом, ощуще­ние мощи стало более трезвым, и уже знаешь все довольно небольшие возможности машины. Повторить те же самые ощущения мне уже никогда не удастся, если только не попро­бовать полетать на самолете.

Здесь открывается еще одна очень важная истина. Первая любовь, как правило, быстро угасает. Чувства, которые еще вчера потрясали человека, становятся привычными и нам ка­жется, что любовь уходит. Привыкание — вот что часто убива­ет первую любовь. Нам хочется, чтобы острота впечатлений оставалась той же, но этого не получается. Чувства притупля­ются, а мы разочаровываемся. Влюбленность заканчивается в большинстве случаев именно так: разочарованием, расстава­нием. Недаром же само словосочетание «первая любовь» уже как-то печально указывает на то, что после первой обычно бывает вторая, потом третья и т.д.

После того как я так невысоко отозвался о первой любви (мол, она просто первая, вот и запоминается), хочется все-таки спросить: «Может быть, в первой любви есть еще какая-то глу­бокая тайна?» Да, есть, и она заключается в том, что первое чувство бывает очень чистым и светлым. Эту чистоту надо це­нить, ее тоже очень трудно повторить. Когда пьешь из источни­ка воду, то первый раз вода чистая и незамутненная. Но, встре­вожив родник, мы обязательно замутим его, и, чтобы напиться чистой воды, второй раз нужно уже много терпения.

Мы привыкли к мысли о том, что «любовь нечаянно нагря­нет, когда ее совсем не ждешь». На самом деле надо уметь хранить свои чувства, то есть охранять их от случайного волне­ния, которое может замутить чистый источник нашей души.

Большинство людей влюбляется легко и бездумно, легко теряя дар, который нам дан, — чистое и светлое чувство первой люб­ви. Управлять своими чувствами сложно, но возможно. И лег­ко предаться первому случайному увлечению крайне опасно. Для тех, кому удается сохранить свои чувства, первая лю­бовь — это очень глубокое и серьезное чувство, которое мо­жет перерасти в истинную любовь в браке. Брак, где первая любовь осталась на всю жизнь единственной, будет самым сча­стливым. Что может быть лучше для брака, когда прошлое супругов не осквернено никакими случайными связями, увле­чениями или влюбленностями.

Вспомним, почему Татьяна влюбилась в Онегина. Пушкин очень верно описывает эту влюбленность:

«Пора пришла, она влюбилась.

Так в землю падшее зерно

Весны огнем оживлено.

Давно ее воображенье,

Сгорая негой и тоской,

Алкало пищи роковой;

Давно сердечное томленье

Теснило ей младую грудь;

Душа ждала... кого-нибудь...»

Итак, в своем воображении Татьяна уже давно создала не­кий образ, и потому влюбляется практически в первого же встречного молодого человека. Причем Пушкин очень ясно объясняет причину такого состояния Татьяны:

«Ей рано нравились романы;

Они ей заменяли всё;

Она влюблялася в обманы

И Ричардсона, и Руссо...»

А теперь, когда она встретила Онегина, вся ее мечтатель­ность и воображение были направлены на него:

«Теперь с каким она вниманьем

Читает сладостный роман,

С каким живым очарованьем

Пьет обольстительный обман!

Счастливой силою мечтанья

Одушевленные созданья,

Любовник Юлии Вольмар,

Малек-Адель и де Линар,

И Вертер, мученик мятежный,

И бесподобный Грандисон,

Который нам наводит сон, —

Все для мечтательницы нежной

В единый образ облеклись,

В одном Онегине слились».

Так вот, милые юноши и девушки. Берегите свои чувства, охраняйте свою душу от случайных увлечений, не ищите лю­бовных приключений, не читайте любовных романов, не смот­рите пустые сериалы, не увлекайтесь западными любовными мелодрамами. Терпеливо ждите своего настоящего глубокого чувства, и тогда есть большая надежда, что ваша первая лю­бовь станет первым отблеском, зарей грядущей настоящей любви.

Любовь с первого взгляда

Есть понятие «любовь с первого взгляда». Но я бы сказал, что это страшно — влюбляться сразу после первой встречи. Влюбиться с первого взгляда — это значит запустить в своей душе огромный механизм различных переживаний: позволить себе увлечься мечтами, предаться воображению и фантазиям, при этом ваша душа окажется во власти нарастающего чув­ства. Остановить этот механизм очень трудно. Влюбленность подобна наркотику: чем больше употребляешь, тем больше хочется испытать его.

Где гарантия, что тот, кто запустил этот сложный психоло­гический механизм после первого мимолетного взгляда, не за­пустит его вновь после такого же первого взгляда, но уже на другого человека?

Любовь с первого взгляда — это пример того, как человек не умеет и не хочет беречь свою душу, пример явной распущен­ности. Тратить свои душевные силы неизвестно для кого — что может быть безрассуднее? Так влюбляться крайне опасно. После нескольких таких влюбленностей (а их обязательно бу­дет несколько) душа будет опустошена. Чтобы не было ошиб­ки, после первого взгляда должен быть и второй, и третий, чтобы человек мог проверить свое первое впечатление.

Признание в любви

В замечательном фильме о жизни многодетной семьи «Од­нажды двадцать лет спустя» есть сцена, где супруг после мно­гих лет совместной жизни, после того как родилось десять де­тей, впервые признается своей жене в любви. А до этого жили они, любили друг друга без всяких признаний. Мне кажется, что это очень верно отмечено авторами фильма: истинная любовь не требует признаний. Я бы даже позволил себе ска­зать так: признание в любви — это признак влюбленности, а не любви. В принципе это и понятно, ведь признаются в люб­ви до брака, а по данному ранее определению она рождается только в браке. Действительно, люди признаются в том, чего еще нет. Да и сама фраза — «Я люблю тебя» — уже выдает свою неправду. Там, где есть понятия «я» и «ты», — еще нет любви. Любовь начинается с рождения «мы».

Это кажется парадоксальным, но это факт, что часто по-на­стоящему любящие друг друга люди не ухаживают друг за дру­гом так, как это делают влюбленные. То есть внутренне они становятся ближе, а внешних проявлений любви все меньше. Конечно, большинство мужей не дарит цветов женам вовсе не потому, что они ощущают себя с ними единой плотью, а просто по недостатку внимания и заботы. Но любящим супругам не нужны проявления заботы в определенные дни, поскольку они проявляют ее ежедневно по 24 часа в сутки. Если супруг дарит жене цветы на 8 марта и тщательно моет в этот день посуду, это вроде бы неплохо. Но если 9 марта он будет лежать на диване, ясно, что его забота призрачная. А если супруг, который ежедневно поддерживает супругу в делах по дому, не подарит ей огромного букета на 8 марта, а лишь скромный и недорогой, то она наверняка не обидится. Признания в любви при этом также не требуются. Они требуются там, где нет ощущения истинной близости, и чтобы другая сторона не сомневалась, вроде надо засвидетельствовать свою благоверность.

Хотя я немного не прав. Признания в любви тоже звучат постоянно среди любящих супругов, только их не сразу услы­шишь. Я расскажу историю, а вы мне ответьте: в какой мо­мент здесь прозвучало признание в любви? Молодая пара при­шла в гости. Когда хозяева вышли на минутку, супруга вдруг неожиданно задевает любимую вазу хозяина, и она с шумом разбивается. Взволнованный хозяин спе­шит посмотреть, не его ли ваза разбита. «Что здесь произошло?» — спрашивает он у супруга. «Про­стите, но мы разбили вашу любимую вазу», — отвечает муж. Вы услышали здесь признание в любви? А ведь оно было. Кто догадался? Пра­вильно! Супруг сказал: «Мы разбили», а не «Она разбила». В этом «мы» и заключено признание в любви. Что бы ни произошло, это происходит с нами, и любящий супруг никогда не отречется от своей жены: «Это мы разбили».

Конечно, признания в любви всегда были и будут, и более того, они крайне нужны — ведь странно вступать в брак без признания в любви. Но признание признанию рознь. В про­шлые века признания были вовсе не те, что ныне. Да и были они часто не столько признаниями в любви, сколько предло­жениями о вступлении в брак: «Я вас люблю, выходите за меня замуж». Ведь предлагались всегда рука и сердце. Предла­гая сердце, тем самым говорили о том, что любят, а предлагая руку, тем самым говорили о венчании. Потому что именно во время венчания руки супругов несколько раз соединятся в знак их брачного союза. Итак, правильное признание в любви предполагает сразу предложение о вступлении в брак, в кото­ром эта любовь и будет расти. Признание в любви является признанием о готовности любить, о готовности совершить се­рьезный шаг, вступить в брак, нести ответственность за судьбу другого человека.

Но ныне часто все происходит иначе. Мне представляется следующая картина. Парень и девушка стоят обнявшись (сейчас обнимаются задолго до взаимных признаний и вообще объяс­нений своих чувств), и тут следует признание, произносимое шепотом, в волнении от звучащих слов: «Я люблю тебя». Ответ: «Я тоже люблю тебя». После этого следует, как в классических западных фильмах, длинный затяжной поцелуй. Все! На этом все признания закончены, оба возлюбленных счастливы.

Комментарий к этому самый простой: ничего общего с на­стоящим признанием в любви это действие не имеет. Хотя и сердце трепещет, и от волнения слова с трудом произносятся, но это не признание.

Запомним, если за признанием не следует предложения о браке, то фразу «Я люблю тебя» лучше перевести следующим образом: «Я по уши влюблен в тебя, и разреши мне целовать­ся с тобой». Дело в том, что целоваться интереснее, чем про­сто обниматься. Но целоваться без объяснения в любви как-то не очень прилично. Поэтому и произносятся слова о люб­ви. Но напоминаю, не обольщайтесь этими признаниями, они не стоят и ломаного гроша, если человек не предлагает свою руку, на которую вы могли бы опереться. Нет предложения о вступлении в брак — значит, перед вами молодой человек, ко­торый просто хочет испытать новые ощущения, хочет даль­нейшего развития ваших отношений, но не хочет, чтобы они заходили далеко и дело кончилось браком.

------------------------------------продолжение следует----------------------------------------