Экономические исследования

В широком значении община означает самые различные общности – муниципалитеты, другие территориальные общества, как, например, сельские общества, землячества, религиозные сообщества и пр. В некоторых странах община – низшая административно-территориальная единица (в Болгарии, Германии, Польше, Сербии, Швейцарии). В исторической науке же под общиной подразумевают первичную форму социальной организации, возникшую на основе естественно-исторических, природных, генетических, т.е. кровнородственных, связей. Община – понятие историческое, как все основные категории бытия. Её когда-то не было; она совершенно естественно возникла, развивалась, видоизменялась, трансформируется и “исчезает”, т.е. эволюционирует в нечто иное. В классическом понимании община была присуща практически всем традиционным, аграрным, доиндустриальным, некапиталистическим обществам. Если выразиться кратко и точно, община – это феномен общества с довольно низким уровнем развития производства и производительных сил. Теперь аксиомой стало утверждение, что общинный строй – это аграрный строй, преимущественно земледельческий, где основным средством производства является земля, а главной производительной силой – крестьянский труд. В художественно-публицистическом жанре об общине и крестьянском труде лучше историков и экономистов написал русский писатель-демократ Г.И. Успенский 1.
Исследования и наблюдения, таким образом, дают уверенность в том что народ, нация имеет общинную основу. Ещё Карл Маркс, говоря об особенностях России с наличием общины, предавался довольно призрачным прогнозам, что это прообраз социализма и что Россия, в отличие от Запада, где общины исчезали, через русскую общину может двигаться к коммунизму, минуя стадию капитализма. Как считают некоторые эксперты, Карл Маркс, находясь в плену “коммунистической” иллюзии, весьма точно подметил путь России, т.е путь модернизации, модификации российской общины2. 
Несмотря ни на что крестьянская община в России дожила до наших дней. Именно аграрный вопрос был ключевым вопросом первой революции в России. Русский учёный статистик Александр Чупров в начале ХХ в. дал картину агонии сельской общины в России3.
Крестьяне признавали многообразие форм землепользования (общинное, индивидуальное, артельное), но категорически требовали ликвидации помещичьего землевладения без выкупа. Общим было отрицание программы приватизации общинной земли с правом её купли-продажи. Крестьяне России переросли сословное устройство общества, они постепенно обретали гражданское чувство. Судя по многим признакам, оно им было присуще даже в гораздо большей степени, нежели привилегированным сословиям. Как известно, правящая элита в то время категорически отвергла требование введения бессословности. Было вполне правильно понято, что это изменение сознательно или бессознательно повело бы Россию к ликвидации монархии и установлению республиканского строя, ибо именно сословность являлась одной из важнейших опор царской монархии. Падение царизма в феврале-марте 1917 г. во многом и было предопределено тем, что крестьяне необратимо отвергли сословное разделение (но в равной мере и классовое, что и предопределило сдвиг от Февраля к Октябрю).
Попытка модернизации сельского хозяйства и мирной трансформации крестьянской общины, предпринятая П.А. Столыпиным, не увенчалась успехом. Помешали Первая мировая война и вторая революция в России; странные процессы в сельскохозяйственной сфере происходили в период Гражданской войны 1917-1920 гг. Общины не были разрушены до конца, не созданы условия для самостоятельных крестьянских хозяйств, фермерских хозяйств, отвечавших требованиям капиталистического способа производства. Более того, страна вступила в этап своего развития, принятый называть “военным коммунизмом”. Колоссальное обесценение денег, недовольство крестьян продразвёрсткой и комбедами вызвали массовое возмущение по всей стране. Всё это заставило руководство страны признать ошибочной политику “военного коммунизма”. Решение о замене продразвёрстки продналогом было принято в марте 1921 г. Одновременно создавался Госплан, под руководством наркома финансов Г.Я. Сокольникова началось введение национальной валюты – червонца. Страна приступила к реализации новой экономической политики.
За короткий период нэпа страна возродилась. К 1927 г. по показателям развития промышленности и сельского хозяйства, по реальным доходам на душу населения Россия вернулась на уровень 1913 г. Одновременное введение плановых начал и переход к продналогу отнюдь не случайно. Это был первый опыт в истории страны опыт сочетания усилий государства с развитием рыночных отношений. Но дело было не только в изменении аграрной политики режима. Качественно изменились хозяева крестьянских хозяйств. В 1927 г. в записке В.М. Молотову тогда ещё директор Института сельскохозяйственной экономии и политики А.В. Чаянов писал, что произошла довольно значительная смена (более чем наполовину) руководящего состава крестьянских хозяйств: старики ушли и к руководству пришли солдаты мировой и Гражданской войны. Это “люди с неизмеримо более широким кругозором, чем хозяева 1906-1915 гг. Это новый “персонал” крестьянских хозяйств на две головы выше старого, более подвижные и восприимчивые к агроулучшениям”. Именно совокупность этих причин обусловила подъём села в начальный период нэпа.
С отходом от рыночных принципов экономики началось строительство административно-командной модели хозяйствования.
Сталинская сплошная коллективизация сельского хозяйства в советских учебниках рассматривались как альтернатива и общинной системе, и капиталистической. Действительно, она как бы устраняла условия существования общины старого, традиционного, образца, т.е. объединения крестьян по совместному пользованию землёй. Это только на поверхностный взгляд. В реальности, общинная структура сохранялась в новом, но ещё более жёстком, виде – в форме колхозов. Во-первых, абсолютное большинство членов именно старой общины вступали в колхоз. Во-вторых, все сельскохозяйственные земли, имущество общего пользования передавались колхозам (в начале с сохранением права пользования за хозяйствами, не вошедшими в колхоз); несельскохозяйственные земли и имущество, предприятия и общественные здания переходили в распоряжение Советской власти на местах.
Ныне, после ликвидации советской системы и несмотря на противоречивое развитие рыночных отношений (из-за всё ещё продолжающегося господства старого советского чиновничества), колхозно-общинный строй обречён. Формы, традиции и навыки коллективного землепользования, труда, потребления и взаимопомощи, присущие общине, как видно из современной реальной практики, не востребованы и, видимо, не пригодятся, если увенчаются успехом объявленные руководством страны аграрная реформа и модернизация сельского хозяйства – АПК.
Весьма любопытно взгляды Владимира Лафета на возможность модернизации российской общины. В своём посте в Интернет-блоге он утверждает, что в постиндустриальную эпоху необходима новая “российская постиндустриальная община” в виде “так называемой акционерной общины или нации-корпорации”, где граждане являлись бы гражданами-акционерами. Он заявляет, что новой государственной формой для нации-корпорации служит “нация-корпорация-государство”. И главное в этой концепции, это то, что “государственное устройство базируется на коллективном подсознательном”. У России, у россиня “оно своё – общинное”. Понимание этого и устремлённость этого коллективного подсознательного и даёт нам акционерную общину или нацию-корпорацию, а далее нацию-корпорацию-государство .
В этой концепции есть весьма позитивные и довольно перспективные для нас, для нашей экономики, для сельского хозяйства идеи. Во-первых в акционерной общине не отрицается частная инициатива, частное предпринимательство, но оно имеет пределы внутри общества – это пределы социальной инфраструктуры. Инфраструктура в собственности акционерной общины. Во-вторых подразумевается конкуренция с другими государствами за лучшие учловия для ведения бизнеса, экономической, торговой и пр. операций. В третьих, основные национальные фонды (земля, её недра, леса, вода и т.д.) переданы государству–корпорацию-нацию в доверительное управление, за что государство осуществляет в фонд граждан-акционеров отчисления. Факт экономической оценки основных фондов позволяет их монетизировать и тем самым перейти от золотовалютных резервов к монетизированным основным фондам акционерной общины. Конечно, эту гипотезу надо дальше развить. Наши исследования бихевиоральной экономики, новой модели человека для современной экономики, психологии личности в труде и бизнесе и пр. будут способствовать уточнению, развитию концепции “нации – акционерной общины”, в особенности учитывать как индивидуальное подсознательное, так и коллективное, особенно в нашей России с её вечной общинностью.  

Примечания:

1 Успенский Г. Власть земли. – М., 1984.
2 http://gidepark.ru/user/1339490619/article/393394. 
3 Чупров А. Уничтожение сельской общины // Вопросы экономики. – 2010. – № 10. – С. 135-146.
 Абалкин Л. Аграрная трагедия России // Вопросы экономики. – 2009. – № 9. – С. 6. 
 Чаянов А.В. Неопубликованные и малоизвестные работы. – М., 2003. – С. 213.
 http://gidepark.ru/user/1339490619/article/393394