Наука и общество

Если человек не боялся бы смерти, то он не верил бы в Бога.
Л. Пастер.
 
Если народ ударился в религию, значит, он готов терпеть ещё…
Р. Баральский.

 Под рубрикой “Резонанс” в Бирской газете (2010. № 14. С. 2) была опубликована статья с весьма безапелляционным названием “Научно обоснованное невежество” с резкой критикой американского профессора Джона Миллера, результаты исследований которого я приводил ранее (БГ. 2010. № 12. С. 2). Несмотря на чрезвычайную “несвоевременность и неактуальность” антирелигиозной тематики, я был и буду на стороне тех, кто не идёт на поводу у религии и лженауки. 
 Человеку не нужны рациональные доводы, чтобы верить в Бога. А вот чтобы сомневаться в Его бытие необходимы веские основания. Миф XXI века – это миф о совместимости научного и религиозного мировоззрений. Автор критической статьи Р.Ф. Бадретдинова абсолютно права, когда пишет, что научное и религиозное мышления – два разных полюса человеческого сознания. В философско-теологических изысканиях давно уже признали, что вера и знание не являются антагонистами. Считается, что вере противоположно неверие, а знанию – незнание. Мол, научное знание в своей значительной части является научной верой. Вроде бы так, если под научной верой понимать значительную часть того, что обычно именуется научным знанием, а именно принимаемые без достаточных, исчерпывающих оснований научные теории и гипотезы, а также некоторые методологические нормы науки (напр., “при выдвижении гипотез следует учитывать всю доступную информацию”). 
 Религиозные истины добываются “метафизически”, вне физики, математики, естествознания. Религиозное знание включает в себя сочетание: а) религиозных догматов; б) информаций о фактах, принимаемых верующими за реальные события (напр., сотворение человека Богом, рождение, смерть и воскресение Христа, передача архангелом Корана от Аллаха Пророку Мухаммаду и т.д.); в) рациональных логических операций, направленных на осмысление фактов и догматов.  
 В составе религиозного знания - “микс” истинного и вымышленного: имеются как получившие религиозное осмысление факты и теории естествознания, так и утверждения о мире, считаемые богооткровенными истинами (учение о бессмертии души и загробном воздаянии; и пр.). Наука и религия – это разные формы общественного сознания, и как таковые их примирить невозможно.Религия не может удовлетворять социальные потребности, которые обусловили появление науки, и наоборот. Но это вовсе не означает, что именно в силу такого типологического несходства они не могут “дополнять” друг друга. Я считаю, что ожесточённая конфронтация науки и религии является, в том числе, следствием непомерной амбициозности каждой из них, навязчивой претензии на подчинение себе всех остальных форм культуры, в том числе и “жизненного мира” человека. Короче говоря, речь идёт о претензиях религии на познавательную функцию, а науки – на решение смысложизненных, экзистенциальных проблем. Я своим студентам пытаюсь доказать и внушить, что у науки свои функции, своя роль в жизни человека, религии – своя, а в будущем, возможно, и никакая. 
 Моя задача – последовательно развенчать миф XXI века, аргументировать абсолютность человеческого физического познания, дать смертельный бой релятивистам, исследовать и доказать уникальность каждого человеческого индивидуума и человечества во всей Вселенной; даже исходя из самих религиозных догматов о бессмертии души, вечности жизни, доказать неуниверсальный характер земного бытия. Верующие говорят, нет Бога кроме Бога единого; почти таким же упорством я говорю, нет во Вселенной жизни другой, кроме как только на Земле. Особенно это стало очевидно, когда выяснилась абсолютная невозможность межпланетных полётов человека, ибо отсутсвие земной гравитации будет превращать астронавтов в совершенно других существ. Задача людей – понять это и беречь жизнь на Земле любыми способами. Лучше, конечно, научными…
 Я предпочитаю слово “аргумент”, а не “доказательство”, потому что доказывать бытие Бога бессмысленно, но можно аргументировать его отсутствие в бытии Человека и Природе. Благоглупости о том, что, дескать, бытие Бога не только не противоречит научно наблюдаемым фактам и процессам, но и может быть логически выведено из них, являются очередным приступом заклинателей от “науки”, называемой “теология”, рецидивами времён господства синедриона, инквизиции и шариата.  
 Ещё древннегреческие и восточные (индусы и китайцы) мудрецы задумывались, почему человеческое мышление применимо к познанию общества и природы. Ведь далеко не очевидно, что те мыслительные процессы, которые мы используем в научном познании, применимы к процессам, происходящим в природе, так как эти два типа процессов различны. Берём, напр., ту же физику – одну из фундаментальных естественнонаучных дисциплин. Мощь физики связана с эффективным применением математики. Но математик делает логические умозаключения, доказывает теоремы независимо от физического (внешнего) мира. Открытие научных физических законов позволяет математику применять свои почти “метафизические” результаты к реальной жизни и природе. Вот почему наше логическое мышление применимо к познанию всего сущего. Причём тут божественные откровения, спрашивается (риторически).
 В заключение позволю себе признать, что одним из существенных уступок мифологическому, религиозному сознанию миллиардов является кризисное состояние современной науки. Кризис коснулся как естественнонаучных направлений, так и социально-гуманитарных. О последних я писал и пишу много. Но то, что касается естественнонаучных направлений, прежде всего, отражается в застое ведущей области естествознания – физики. Это выражается в том, что в конце ХХ и начале XXI века практически никаких новых открытий в естественнонаучных областях нет, а громкие обещания будущих достижений в таких направлениях, как получение энергии путём термоядерного синтеза, высокотемпературной сверхпроводимости, магнитной гидродинамики и т.п., не выполнены. Свёртываются космические исследования, человек наткнулся на проблему невозможности в ближайшее будущее лететь на Луну и Марс и пр. 
 Некоторое исключение можно сделать для физики твёрдого тела, поскольку здесь продвинуты полупроводниковые технологии, но и они основаны на достижениях предыдущих десятилетий и носят не столько фундаментальный, сколько сугубо прикладной характер. Что касается фундаментальной науки, то здесь наблюдается полный провал: никаких достижений уже более полувека!
 На вопрос, почему не сбылись предсказания о научно-технических достижениях, всемирно известный писатель Рэй Брэдбери в день своего 90-летия ответил: “…Потому что люди – идиоты. Они сделали кучу глупостей: придумывали костюмы для собак, должность рекламного менеджера и штуки вроде айфона… А вот если бы мы развивали науку, осваивали Луну, Марс, Венеру… Человечеству дали возможность бороздить космос, но оно хочет заниматься потреблением – пить пиво и смотреть сериалы” (АиФ. 2010. № 33. С. 3). За вычетом фантазии о космических полётах, всё остальное абсолютно верно.
 Но, дорогие мои читатели, для того чтобы производить предметы потребления, нужны средства производства (орудия труда или техника и пр.), которые реализуют определённую технологию. Для создания технологии нужно естествознание, дающее объективные сведения о мире и природе. Но сегодня в физике, основе естествознания, из бюджета России, да и из бюджета остальных стран деньги получает только школа релятивистов – последователей “ну о-о-очень научной” теории относительности Эйнштейна. Не будучи в состоянии отстоять свои позиции в честной борьбе с противниками, поскольку сама теория относительности нашпигована всевозможными противоречиями (это тема отдельного разговора), школа релятивистов идёт на союз с религией, использует государственные рычаги, административный ресурс против учёных-материалистов, настоящих учёных-физиков.

Рияз Н. Масалимов