Рассвет всплывает
В туманной дымке,
И звезды тают...

Вновь невидимки
Летят от света
И прячут лики...

Живи, планета,
Крутись, считая
Часы и лета.

Знай, птичьи стаи,
Как прежде, дики -
Века читают...

Сквозь зори клики -
Твоих рассветов
Былые миги.

Живи, планета,
Мы видим, знаем,
Как будет это.

© Мириддин

Устала от бездарностей до крайности,
От бредников - над рифмой зависателей
Вне метрики и фоники, но с важностью
Писателей - культуры всей спасателей.

Устала от апломба рассуждателей
О гении - бесцельников, бездельников,
Себе сулящих памятник из платины,
Вот только кто бы как бы выдал денег им.

Устала от косноязычных критиков,
Редакторов без малого умения,
И слушать, и читать, терпеть их, видимо,
С рождения накопленное мнение.

Устала от мошки, зудящей в луры -
От армии творцов макулатуры.

© Василиса Иванова

De mortuis

Я чувствам ушедшим спою осанну. Единственно-Вечная - исключенье Из сонма прочих, таких стеклянных! Убитых словами... одним сомненьем... Муранское диво разбить - несложно. (Ударив, закройся от бритв-осколков!) А жалко - склеишь!... И вот он, тот же Фиал, словно прежний. Но только... только... Где тот эликсир, что был смыслом чаши?... Душа франкенштейна?... Там пусто. Пусто! И Лазарь мёртвый, смердящий страшно. Убитые - вновь не воскреснут чувства. Я резал пальцы - но, зубы стиснув, Пытался "склеить"... И правлю тризну. Galaxy Hunter GQXY Любовь для сердца – жизнь в полной мере, Умрёт! – и сгинет, ссочится – стает, Сосуды бьются, Любовь теряя – Пустеют вены под взрыв артерий. Тела, картины, стихи – хрустальны, Любовь поит их, Любовь вне смерти. Морщин и трещин, надрывов сети Ничто Любови, пусть и печальны. Не держит сердце (стареет, бьётся...) Любовь вне времени и пространства, Из жизни в жизнь есть лишь постоянство – В грудь внове та же Любовь вольётся. Хрусталь не вечен. Сосуд – пустое! Разбилось сердце – подставь другое! Василиса Иванова

Ужель родившая на свет дитя – порочна?
Не верю, что зачавшая грешна,
Вдыхая ночью
Запах... звуки... – молча
И с криком – преступлением полна.

Ужель носящая в себе подарок вышний,
Дыханье Божье – сатане равна?
Вбирая кожей
Счастье... радость... тоже,
Как все они, проклятые, должна

Отмаливать грехи? На суд поповский
Идти, лишась любви, красы и сна,
В притон бесовский?
Называть "Христосом"
Тебя, мой Бог, кому посвящена?

Тобой, кого люблю душой и телом,
Тобой, чьим вдохновением полна,
Чьи песни пела,
Чьим крылом летела,
Быть не могу за это казнена!

 Василиса Иванова

Рассвет, идешь ты мне вослед,
А следа нет.
Влюбленный свет и темнота -
К спине спина...
Всем в этом мире не родна,
Всему - не та -
Уже почти как тридцать лет
Я на земле,
А следа нет,
Все, как один, - спина к спине...
И слог с листа,
И чувств огонь, и мысль без дна
По розе сна
Летят, бегут... и горько так,
Что ищешь след
Мой в этой тьме лишь ты, Рассвет...

 Василиса Иванова

Страшны воздействия ноготков и ресниц –
Раны сердечные не залечишь ничем,
Стрелы, кинжалы не принесли бы сильней
Боли, и их ты не умолял бы: "Вернись!"

 Василиса Иванова

На перекрестьях, перепутьях, встречах ранних
Покорны взгляды, души топки, смыслы тонки –
Где видишь-близишь одинокого ребенка,
Там пустота... но взоры сонны, речи странны.
– Возьми меня, возьми! – Как яд, разящий старость?
Мечта-обман материальна – пыль как данность,
Как быль, как крайность были – режь, где больно!

© Мириддин

Пейте душу мою,
Нет ей края.
Ах, люблю... не люблю…
Я не знаю...

Никого не ловлю
В свои сети.
Ах, люблю… не люблю…
Знает ветер.

 Василиса Иванова, 1994 г.

Там где чертят нити синей тины
По воде незримые узоры,
Манят, манят лунной паутиной
В тайны снов полночные озёра.

И мерцают сумрачные воды
Зеркалами всех зеркал чудесней.
Там русалки водят хороводы
И поют неслыханные песни.

И кружится яростно-неистов
Сладострастья призрак в диких взорах...
Тонет месяц в водах серебристых,
Небо отражается в озёрах.

© Феникс

– Никогда-никогда! – ты клялась, –
Не увидит его в отчем доме
Утро, и никогда в твоем сердце
Ненавистное имя не будет
Биться с жаром, и эхом по жилам
Разноситься не сможет! И в коме,
И в могиле не станет поживой
Яду грусти по нём, не возбудит
Страсть, чтоб встать – и вослед...
                                Эх, невеста,
Рядом с ним ты стоишь пред налоем,
Где же, милая, слов твоих власть?

 Василиса Иванова

Переливный нонет

Ответ, не понятый сквозь слёзы,
Ветер носит меж стволов...
Отвергнут ею! Поздно! Поздно!
Свет померк. Как зла любовь!
Поверх зонтов дождь время мерит,
Вечность горькую длиня...
Деревья парка встали возле
Легковерного меня...
"Пусть нет!" "Но ты же мне не веришь?!"

© Немойберег

     Чувствуешь? Словно мир-пустота в тебя смотрит, и не видит, не знает, не помнит это стомиллионное море – глазастое – слепо, и немо, и стонет… И в тебе ни соцветья от тени его, и в тебе ни созвучья от эха его, только капля ежеминутная, пустоты этой не минувшая, да и больше нигде-ничего… И ты вглядываешься без устали в межедумствие, между век, и все кажется, будто пусто здесь, – там, где должен быть человек.

Волос русый плывет по воде,
Извиваясь...
Ночь твоя будет там, где мой день!
Волос русый плывет по воде,
Ручейками течений одет...
Так и мы - были вместе... расстались...
Волос русый плывет по воде,
Извиваясь...

 Василиса Иванова

Ты пришла просить своё по праву
У меня зачем-то не забытой -
Его губ горячие отравы
И шалаш страстей, соломой крытый.

Ты пришла забрать воспоминанья
Обо мне - бедовой чаровнице,
Ты пришла целить свои страданья,
За покой ночной пришла молиться.

Ты пришла, но что могу отдать я
Перед прошлым павшей на колени?
Забирай поношеные платья
Из его ночных прикосновений,

Забирай чулки из поцелуев
И перчатки чёрные объятий,
Забирай всё то, к чему ревнуешь,
Забирай бессильные заклятья.

Ты пришла, бери своё по праву -
Вот перо зловещей чёрной птицы,
Той, что, счастья заслоняя травы,
Ревностью сожгла твои ресницы.

© Феникс

... и снег, соскучившись, вновь придет...
Ах, в этом мире нельзя без дружбы!
Ведь снега бархатный вниз полет,
Лишь чтобы знать, что он нужен! нужен!

© Немойберег

     Перевернутая протограмма с двойным шитьем (два слова, прошитые снизу вверх; выделила цветом)

Тается каплями звонкими, алыми,
Ежеминутно память пронзая,
Елехолодная льдинка, считая
Цену улыбок глазами усталыми.
Чуда не будет – чары забвения
Дни превращают в гробницы хрустальные.
Алые капли – аккорды печальные –
Развоплощают в груди сожаления,
Льются туда, где все умерло, замерло –
Есть в неподвижности тайна обетная…
Падает алая капля… последняя –
Сердце иссякло, исчезло, истаяло…

© Феникс

Протограмма-палиндром (разновидность акростиха, фраза по первым буквам строк, читаемая сверху вниз и снизу вверх)

Течет Акер. От моря в долы. Свернув с пути...

Есть жизнь как смерть. О ты, размазанная по просторам судьба,
Чем рабства тлен, не подвиг ли в небеса уйти,
Ежли ярем - ток межгранитный твой - от раба?
Ток, бывший Всем! Увы, коль Бога могут рабы вести...

Редеть, мелеть вдали от вспоённых дубрав,
Ежа столетьями угли, вспустыненную землю,
Клубясь в дырьях турбин, дерьмо впитав -
Агония? - броженье жизни в дремле.
-
Артерия, будь боевою жилой! Проснись! Живою будь!
К потерянным местам вернись сквозь шлюзы, дамбы -
Емцам, ворам, и их сытым домам раздай же,
Разя, наград за мерзостную суть,

Толщ вод обрушив, смыв в отстойный пруд
Ер людской, Русь вздохнет от облегченья.
Чад, гниль, зловонье, ежедневный гуд,
Ересь их - вон! А мы - к тебе на грудь! -

Теки, мы вновь, Река, споём твоё теченье!

© Крокодилыч

Невесело проходит лето -
Ты снова пропадаешь где-то,
У губ твоих опять
Сегодня вкус чужой помады,
И ты пропитан ароматом
Чужим, но робко-виновато
Спешишь меня обнять

Руками, как кольцом железным,
Но поздно - между нами бездна
Бездоннее морей.
Бездоннее, чем неба просинь,
Твои глаза прощенья просят
За преждевременную осень,
За дом наш без дверей.

С тобой любовь - как с пьяным драка,
Ругаться хочется и плакать,
Но поздно - будет дождь.
Над Волгой - темень грозовая,
И ветра песня фронтовая
Несется впереди трамвая
Туда, где ты не ждёшь...

© Феникс

Стих-кольцо

Меня ты хочешь, точно знаю, хочешь –
Дрожь зябких пальцев не солжет «люблю».
Ты вся моя, моя с утра до ночи,
И я тебя с другими не делю.

Мой поцелуй средь мыслей воспаленных
Горяч и горек на твоих губах.
В тебя вливаюсь не спеша, влюбленно,
Весь без остатка, остальное – прах.

Но я воскресну и увижу снова:
Ты вся дрожишь, в глазах темным-темно,
Опять целуешь, не сказав ни слова.
Я для тебя всего лишь кофе. Но

Меня ты хочешь, точно знаю, хочешь…

© Феникс

Никогда в клещах железных
Сном не забывалась птица -
Виться! биться! надрываться!
Деве-Ветру, в тучах смятой.
Отпусти, позволь остаться:
Или навсегда влюбиться
Или в сумраке исчезнуть -
Для нее свобода - свята!

© Немойберег