Людмила Малыгина выступает в новом для себя амплуа - фоторепортёра:))

Её фоторепортаж о моём участии в "Библионочи" смотреть у неё в блоге

В конце 1891 – начале 1892 года между столичными газетами развернулась самая настоящая рекламная война за сибирского подписчика. В одном номере «Томских губернских новостей» можно было насчитать до десятка рекламных материалов о подписке.

Газета со скромным названием «Новости» обещала рассрочку платежа годовой подписной цены. «Сельский вестник» предлагал бесплатный календарь и ежегодную справочную книжку, из которой можно было узнать о всякой всячине: например, о времени восхода и заката солнца в Санкт-Петербурге, Москве, Киеве и Одессе или перечне праздничных дат 1892 года. В книжке были также размещены весьма полезные статьи вроде «Наставления о воспитании и содержании рабочей лошади» или «Полезно ли пить вино».
[ Читать далее... → ]

В Новосибирске живут оптимисты:


За забором, кстати, находится здание Администрации Новосибирской области. Странные высокие прутики - это флагштоки рядом с фонтаном.

Читаю "Томские губернские ведомости" за 1882 год. Газета описывает случай, произошедший в селе Каргатском (ныне - Каргат, райцентр Новосибирской области):

Проживал в селе Каргатском колыванский мещанин Бурцев. Что он там делал и чем занимался, и что с ним в итоге приключилось - об этом история умалчивает. 12 февраля 1882 года под вечер к нему заглянул знакомый унтер-офицер по фамилии Козлякин, который должен был вместе с приданными ему солдатами конвоировать прибывающих по этапу арестантов. Напрасно нижние чины ждали своего командира ночевать - он не появился. Не появился он и утром, более того, выяснилось, что ночью Козлякин бежал вместе с женой Бурцева.

Опешившие от такого поступка солдаты вместе с сельским старостой и местными крестьянами отправились искать беглецов. И довольно скоро отыскали в риге (хозяйственной постройке), принадлежавшей отставному казаку Черкасову. Любовники повесились на одной веревке, перекинув её через деревянную балку под потолком. Тянули они до последнего, не желая расставаться друг с другом, и лишь услышав шум голосов, решились на этот отчаянный шаг. Как пишет газета со слов очевидцев:

"Так как тела обоих самоубийц оказались ещё теплыми, то явилась мысль возвратить их к жизни, - для чего они и были тотчас же вынуты из петель, сделанных на концах верёвки; но все старания, в продолжении двух часов, привести самоубийц в чувство, оказались безуспешными".

В ходе последовавшего расследования выяснилось, что офицер Козлякин незадолго до случившегося украл казенный полушубок стоимостью три рубля. Полушубок этот дорого стоил "несуну": унтер-офицер должен был покинуть Каргатское не конвоиром, а арестантом.Предстоящая разлука помутила разум влюбленных и они предпочли не расставаться никогда.

А вы говорите Шекспир! Куда там Монтекки и Капулетти против сибирского Козлякина, способного одновременно на смерть ради любви и на кражу полушубка стоимостью три рубля...

Томские губернские ведомости, 1882 №14, 10 апреля

С риском для жизни, вися на заборе какого-то огорода и ожидая, что вот-вот выскочит хозяин и отпустит рвущегося с цепи волкодава, я всё-таки сфотографировал этот столб! Крутите, крутите пальцем у виска Ничего-то вы не понимаете. Таких столбов больше нет в Новосибирске! Он чудом сохранился в стремительно исчезающем частном секторе от давно канувших в Обь послевоенных лет.

Ну а для тех, кто ничего не понимает в столбах (эх, бедняги!) под катом Большой бело-голубой кот и семейка Шреков с площади Пименова. А ещё крошечная история про баню под Коммунальным мостом.
[ Читать далее... → ]

"Опасны тропы. Зыбкою резиной —
не камнем твёрдым — выстланы они.
Холодная, бездонная трясина
расставила повсюду западни.
Промокли ноги в чавкающей тине,
и каждый куст щетинится, как ёж.
- Не тронь мой лес! - кричит кукушка,
- Сгинешь!
- Вернись! - вещает ворон,
- Пропадёшь!"
(Николай Перевалов «В тайге»)

В конце июля самые заполошные жители Кривощёковской волости начинали собираться в тайгу. Ещё трава на лугах не напиталась солнечным соком и не вытянулась до неба, щекоча сочные синие простыни над головами, а они уже доставали бил – деревянный шест с увесистой чуркой на конце, железные «когти» и длинный багор с крюком. Сенокоса не ждали, торопились опередить основательных да умелых. Те покидали деревни только в середине августа, поставив стога и дождавшись, пока спадёт гнус в тайге, как спадает обычно к августу в Оби вода. Грубая крестьянская кожа, привычная к комарам и слепням, от лесных кровопийц не спасала – так их было много. Дыми – не дыми самокуром, не больно-то и защищает от охочих до человеческой крови тварей.

Но самое страшное – наткнуться в лесу на обескровленный человеческий труп, привязанный к дереву. Голое безжизненное тело, которое уже начали объедать мелкие лесные хищники. Гнусная смерть. И потому, что от гнуса, и потому, что долгая, болезненная и страшная. Обглоданные до костей покойники могут по несколько лет стоять у деревьев, словно мёртвые сторожа. Пока ветер не повалит их наземь, и лес не утопит кости в мягком и толстом зелёном мхе. Так местный таёжный народец мстит тем, кто нарушил его языческие табу. Но это не единственная Ореховая смерть, поджидающая в тайге крестьянина. Синие простыни неба укрывают и иные человеческие останки – не привязанные к деревьям, а лежащие на тёплой подстилке леса с переломанными костями или свёрнутой шеей. К ступням и ладоням их крепко-накрепко привязаны железные когти, а рядом валяется длинный багор с металлическим крюком на конце. Не дано человеку быть оборотнем, превращаясь по своей прихоти в зверя и лазая по деревьям.

И все же каждое лето толпы крестьян устремлялись в тайгу на ореховый промысел, или как говорили сами сибиряки – шишковать. В губернском Томске пуд кедровых орехов на рынке стоил два рубля с полтиной. Перекупщики по деревням давали рубль, реже полтора, зато приезжали забирать сами. За сезон отдельные лазоки могли заработать до трёхсот рублей – сумасшедшие деньги! Не только про сенокос забудешь, но и про урожай, оставшийся гнить под осенними дождями на поле. Никакие языческие таёжные боги не справятся с мужиком, почуявшим возможность наживы. С ним даже христианский Бог с трудом справлялся в этих всё ещё диких и далёких от бурно меняющейся цивилизации XIX века местах. Здесь, в Сибири, ушедшие на промысел крестьяне стучали в кондовых кедровниках по стволам тяжёлыми чурками на шестиаршинных жердях (билами, или как их ещё называли – колотами), а в чащевых лесах, где кедр не прямой и гладкий, а кривоватый и ветвистый – оборачивались тяжёлыми и неуклюжими лесными котами и сами лезли на дерево. Багром пригибали ветки, «когтями» вонзались в ствол, и нередко летели вниз, получая увечья или вовсе разбиваясь насмерть. Проще было срубить особо урожайное дерево, что лазоки и делали не так уж редко. И если о том узнавал местный таёжный народец, для которого кедр - дерево священное и чьи шаманы вырезали из него колдовские посохи, расправа была скорой и беспощадной.

Журналы и газеты (бумажные в недавнем времени, электронные сейчас) обычно не отвечают авторам на присланные статьи, очерки, и рассказы. Их понять можно: писем приходит много, всех читать и всем отвечать замаешься. Но были времена, когда редакции не только отвечали, но отвечали публично! И даже фамилии авторов, чьи рукописи некогда были отвергнуты, сохранились для истории. Так, например, поступала в 1925 году газета "Советская Сибирь":



А вы что бы предпочли: не получить ответа или остаться в истории строчкой "Носкову: Устарело и слабо. Не пойдёт"?

В "Едином реестре адресных наименований города Новосибирска", утверждённом мэрией 18.09.2000 года, место, которое вы видите на фотографии, значится под номером 617. Называется оно "улица Пулемётная". Есть оно и на городских картах, в том числе электронной - "Дубль ГИСе". Улица Пулемётная - самый настоящий бомж, так как на ней нет ни одного дома. Здания на снимке к ней не относятся. Последние частные избушки на Пулемётной исчезли, вероятно, в конце 80-х годов, когда был построен жилой массив "Плехановский" (строился в 1978-1988 гг.) Дома исчезли, а улица осталась. И так бывает в "Мифосибирске"....

Вид в другую сторону:

Собаки, как и документы, терялись, теряются и будут теряться, пока живёт и здравствует человечество. Увидеть в наше время объявление о потерявшемся четвероногом друге совсем не редкость. Не было это редкостью и в двадцатые годы прошлого века. Возьмём, например, газету «Советская Сибирь» от 18 января 1925 года и откроем раздел объявлений на четвёртой странице. Начальник новониколаевской окружной военной продовольственной базы Зыльциндер пишет скромно и интеллигентно: «Пропала собака, сеттер-гордон, самка 9-ти месяцев. Знающего местоположение собаки, прошу сообщить по телефону №219».

Второй пострадавший, гражданин Туголуков, не скрывает эмоций: «Потерялся 2 января сеттер-ирландец 10 месяцев. Убедительная просьба сообщить о местонахождении в редакц. «Сов. Сибири» Туголукову. За укрывательство виновный будет привлечен к ответственности» О как! Привлечен к ответственности. И ведь не просто так расстраивается Туголуков, нет, не просто. Есть у него на то причина. Да вот же она, на той же странице, и имя ей – укрыватель. А фамилия – Лебедев. За подписью этого гражданина опубликовано следующее сообщение: «Пристал породистый щенок 8-9 месяцев, самец. Шерсть волнистая. Через три дня буду считать своею. Улица Семипалатинская, 18».

Интересно, не сеттер-ирландец ли «пристал» к гражданину Лебедеву с улицы Семипалатинской? Честно говоря, я бы не удивился.

Нет худшей головной боли, чем утеря документов. Только что ты был гражданин Российской Федерации Иванов Иван Иванович, проживал по адресу такому-то и состоял в семейных отношениях с гражданкой Ивановой Иванной Ивановной, а через мгновение – пшик! И нет тебя. Чем докажешь, что ты это ты, а не какой-нибудь Абрамович Роман Аркадьевич? Извините, гражданин, не имеете вы теперь никаких прав!

Девяносто лет назад было то же самое. Разве что документы по-другому назывались. И об их утере сообщала газета «Советская Сибирь». Очень интересное чтение, эти объявления об утере документов! И совершенно не скучное. Вот, например, только один номер – от 13 октября 1922 года. Самая часта потеря – удостоверение личности, паспорт по-нынешнему. Казалось бы, что может быть любопытного в сообщении об утере паспорта? Не скажите! Знаете кто их тогда выдавал? Да все кому не лень. Так некоей Дарье Буториной «удостоверение личности с фотографической карточкой» выдала Служба тяги, Прокопию Пономаренко – начальник главных мастерских г. Ташкента, а Дмитрию Редькову – Мыловаренная фабрика Центросоюза. Вы сможете сегодня получить паспорт на мыловаренной фабрике? Я – нет. Мне как-то даже в голову не приходило туда обратиться.

[ Читать далее... → ]

В 2001 году в Новосибирске был издан замечательный краеведческий справочник "Имя на карте города". Автор его, Иван Фёдорович Цыплаков проделал огромную работу и по праву считается крупнейшим специалистом по названиям новосибирских улиц. В предисловии к своей книге он рассказывает удивительные, если задуматься, вещи. В Мифосибирске есть улицы, названные в честь людей, о которых никто понятия не имеет. Кто такие? Откуда взялись? Лузгин, Ольшанский, Азолин... Несмотря на свой кропотливый труд о них Цыплакову ничего установить не удалось.

Ещё более любопытны факты, когда граждане (и справочники тоже) считают, что улица названа в честь одного человека, а названа она в честь совершенно другого. В былые годы это даже спасало от переименований. Зачем было переименовывать улицу Журинскую? Ведь она носит имя замечательного советского учёного-гидродинамика, одного из разработчиков плана ГОЭЛРО В.Д. Журина! И кто знает, что улица эта существовала на городских картах ещё в конце XIX века, когда Владимиру Дмитриевичу Журину было всего шесть лет. А названа она именем крупного царского чиновника, начальника Алтайского горного округа Николая Николаевича Журина.

Или Чернышевский спуск. Кто мог подумать в то время, что его назвали именем буржуина А.С. Чернышева, владельца лесозавода? И писатель-революционер Николай Гаврилович Чернышевский тут вообще ни причем. Ошибочка вышла.

Ну и в заключение случай совершенно комичный. До исследования Цыплакова считалось, что улица Майкова названа в честь поэта Василия Ивановича Майкова (1728-1778 гг.), а оказалось - в честь поэта Аполлона Николаевича Майкова (1821-1897 гг.). С другой стороны, народ наш в массе своей ни того, ни другого никогда не знал...

В общем, не так уж редки случаи, когда даже слегка образованный человек, вроде меня, гуляя по Новосибирску, остановится удивлённо у таблички с названием улицы и воскликнет вслух:
- А ты кто такой?

С утра было минус 32 с ветром. Сейчас потеплело - минус 27. Замёрз как последняя цуценя. Три часа на улице (с небольшими переездами в теплом помещении автомобиля) делали сюжет про новосибирские скульптуры - местное телевидение попросило. Снимаю перед телевизионщиками ушанку - тяжкая у них доля. Особенно у операторов. Установи камеру, наладь звук...

Забавный случай у одной скульптуры вышел (снимок ещё летний, сейчас там всё под снегом). Одни называют её "Купи-Продай", другие -"Памятником рыночной торговке", третьи и вовсе "Памятником воровству сосисок":



Прочитал я недавно, что торговцы с соседнего базара утром кладут в карман этой скульптурной тётеньке мелкие монетки на удачу, чтобы торговля бойко шла. Мол, новая традиция возникла. Я - человек недоверчивый, заявил перед камерой, что это всё выдумки самих журналистов и полез проверять карманы. Каково же было моё удивление, когда я там действительно обнаружил несколько медных монет!! Господа журналисты, перед вами тоже ушанку снимаю - неправ был!

Чьими именами стоит называть улицы? Вопрос, на мой взгляд, абсолютно риторический - конечно же, именами земляков! Или, по крайней мере, людей, оставивших какой-то след в истории города. Пусть это будут имена малоизвестные или вовсе неизвестные в масштабах страны и мира. Не так давно одну из улиц Новосибирска назвали, например, именем певицы Снежиной - и это правильно. Пусть недолго, но человек здесь жил и оставил частичку себя городу.

Но странное дело... В то время, как среди людей, причастных к родной истории, многие не удостоены "прописки" на карте города (у нас нет даже улицы Крячкова, построившего половину старого Новосибирска!), множество других улиц названо именами иностранцев. Кто же они, эти жители далёких земель?
[ Читать далее... → ]

А в конце сегодняшнего поста хочу предложить загадку для новосибирцев. В одном из номеров журнала "Сибирь" за 1925 год есть несколько рисунков. На одном из них - Красный проспект. Узнаете ли вы это место? Что там находится сейчас?:))

Московская газета «Русское слово» сообщала 18 марта 1910 года о любопытном происшествии в Ново-Николаевске, случившемся днём ранее. В город прибыл некий Стеменович, который утверждал, что совершает пешее путешествие вокруг света. И что вышел он из Калифорнии и прежде чем попасть в Ново-Николаевск успел побывать в Англии, Франции, Италии, Греции, Сербии, Германии и европейской части России. Далее Стеменович намеревался, по его словам, пересечь пешком Сибирь и Японию и вернуться в Калифорнию, где его ждал выигрыш пари на крупную сумму. Путешественник заявлял, что существует на деньги, выручаемые от продажи различных фотографий и предлагал всем желающим эти фотографии приобрести.

источник

В декабре 1903 года Ново-Николаевск получил статус безуездного города Томской губернии. В следующем году горожане избрали местную власть – Городское общественное управление. В начале 1905 года была изготовлена и передана в управление городская гербовая печать Ново-Николаевска. В центре её художник разместил щит, увенчанный императорской короной. В нижней части щита здание с двумя арочными проёмами и куполом, вкруг которого шла надпись «Ново-Николаевское городское общественное управление». Рядом с куполом стояла загадочная закорючка, более всего напоминающая латинскую букву J. А сама надпись пророчески разделялась изображением… пятиконечной звезды. По верхнему полю щита неслась по своим неотложным делам лошадь.
[ Читать далее... → ]

Ответы на вчерашние исторические загадки
[ для особо нетерпеливых под катом → ]

На Новый год принято на Руси исстари развлекать друзей загадками. Загадаю и я вам несколько загадок, но не простых, а исторических. Из истории Мифосибирска.

1. 30 сентября 1906 года городские власти приняли документ, в двадцать втором пункте которого говорилось о том, что период распутицы длится с 1 апреля по 1 мая и с 1 сентября по 15 октября. "при чем действительная распутица.... объявляется Городским Общественным Управлением каждый раз в местных телеграммах и извещениях старосты"

Зачем и для кого Городское Общественное Управление должно было объявлять о начале и конце распутицы?

2. 8 марта 1908 года в Мифосибирске власти приняли постановление, параграф 12-й которого гласил:
"Музыка, игра в карты, лото и пр. ни в коем случае не должны быть допускаемы".

Где запрещалась музыка и азартные игры?

3. 9 апреля 1908 года в "Обязательном постановлении о нормальном отдыхе служащих в ремесленных заведениях гор. Ново-Николаевска", в частности, устанавливалось, что перед отдельными праздниками (Пасха, Рождество и иногда Троица) для отдельных категорий работников рабочий день не уменьшался, а увеличивался на два часа : в колбасных, кондитерских и пекарнях на 30 дней перед каждым праздником, в мастерских модистов, шляпниц, шапочников, столяров, белошвеек, сапожников и портных - на 20 дней, в часовых и ювелирных - на 10 дней.

Где и для каких работников устанавливался удлинённый рабочий день за ТРИ дня до праздника?

В период своего расцвета церковь во имя пророка Божия Даниила (располагавшаяся на привокзальной площади Ново-Николаевска) была самой богатой и посещаемой в городе. Число её прихожан насчитывало шесть с половиной тысяч. Этим фактом в своё время умело пользовались революционеры-подпольщики. Они назначали встречи «у Даниила» (то есть у церкви, а иногда и в ней самой) и полиция долго не могла поймать неуловимого большевика по кличке Даниил.

Весной 1906 года рядом c Вокзальной церковью открылась торговая палатка по продаже хлеба и кваса (по другим сведениям – пива). Криминал торговую точку не трогал и мзду с неё не взимал: как сказали бы в наше время, точка находилась «под крышей» боевой дружины Обской группы РСДРП. Торговал в этой палатке семнадцатилетний парень по кличке Буржуй.
[ Читать далее... → ]

13 декабря 1919 года войска Красной Армии подошли к станции Кривощёково, что на левом (западном) берегу Оби. Впереди лежала скованная морозами река, а за ней занятый колчаковцами Ново-Николаевск. Выслали вперёд разведку и увидели совершенно фантастическую картину. Разведчик пересказал её командованию так: «на реке черно от народу со всякой посудой, вплоть до самоваров».

Оказалось, что колчаковцы, стремясь выиграть время на эвакуацию из города, не только взорвали устои железнодорожного моста, но и совершили странный тактический манёвр: они выставили на лёд огромные запасы спирта и водки.

Только представьте себе: идёт война, слышна артиллерийская канонада, недавно прогремел взрыв моста, настолько мощный, что его слышали в соседних деревнях, всё живое разбегается подальше от неминуемой сшибки двух армий с десятками тысяч солдат, а простым горожанам как-то на все эти «мелочи жизни» плевать с высокой колокольни. Они толпятся на льду и делят меж собой халявный спирт![ Читать далее... → ]

Происшествие в Томске (из томской газеты столетней давности):

"Третьего дня извозчик №456 вез барыню с мальчиком по Почтамтской улице, при чем ругал свою лошадь. Когда барыня заметила ему, чтобы он не бранился, то он выругал и барыню, которая и принуждена была у дома Каранакова взять себе другого извозчика".

Героиня фантастического романа американского писателя Финнея «Меж двух времён», восторженно говорила о грядущей эре автомобилизма: наконец-то, улицы очистятся от конского навоза и городской воздух станет чище! Насчёт навоза она, конечно, угадала, а вот насчет городского воздуха…

В 1910 году в Ново-Николаевске насчитывалась 1375 извозчиков. И естественные удобрения от 1375 «живых» ново-николаевских таксомоторов лежали прямо на улицах под ногами горожан в немереных количествах. Хотя, зная число лошадей, эти количества можно, в принципе, и измерить, но автор этим заниматься не будет. Оставит для более дотошных краеведов. Ещё одной бедой городских улиц Ново-Николаевска помимо навоза, являлись многочисленные колдобины, рытвины и ямы. Кому из городских чиновников пришла в голову «гениальная» мысль, неизвестно, но весной 1910 года рытвины и ямы, вымытые апрельскими ручьями, стали заравнивать… собранным с улиц навозом. Предоставим слово очевидцам:

«На многих улицах города весенней водой вымыло глубокие рвы, направленные и вдоль, и поперек улиц, что делает проход по ним почти невозможным. В настоящее время рвы эти заравниваются и чем же? Тем неизменным и бесплатным материалом, в избытке собранным в городе, - навозом» (газета «Обская жизнь», апрель 1910 г.)

Только воистину государственный ум мог додуматься до такого простого и «изящного» решения проблемы!

Недавно в моём блоге был пост о старейшем туалете Новосибирска. Помните? Представьте себе, я отыскал его на старой дореволюционной открытке! Видите, справа (с той же печной трубой) он скромно выглядывает из-за здания вокзала?

Не каждому туалету дано прожить такую долгую и насыщенную (в самом прямом смысле этого слова) жизнь. Старейшему из общественных сортиров Новосибирска исполняется в этом году девяносто пять лет. Построен он ещё в Первую мировую войну, в одна тысяча…страшно сказать…девятьсот пятнадцатом году. И с тех самых пор исправно служил большим и малым нуждам горожан. Туалет этот был типовым для того давнего времени – с печным отоплением, над его крышей и поныне торчит кирпичная труба. Миновала Первая мировая, царь-батюшка отрекся от престола, Временное правительство разогнал уставший караул, Колчака с боями выбили из Ново-Николаевска, а в уютное здание сортира по-прежнему шел нескончаемым потоком благодарный народ. Сколько за-а-а-а…замечательных людей видели его стены за эти без малого сто лет! Дворяне и буржуа, пролетарии и крестьяне, революционеры и самая распоследняя контра… Никому не было отказа ни по политическим, ни по религиозным, ни по национальным признакам. Русские и татары, евреи и хакасы, немцы и чукчи… Тысячи, если не десятки тысяч людей самых различных убеждений и рас торопливо забегали в его широко распахнутые двери и с улыбкой, не спеша, выходили обратно. Девяносто пять лет… Ветеран и поныне в строю. Несмотря на свои годы, выглядит он по-прежнему крепким и готовым к новым трудовым свершениям. Многие лета тебе, труженик!