Сергей СОСЕДОВ о дебюте Вартаняна в БЗК
РУКИ, СПОСОБНЫЕ МЫСЛИТЬ
На днях молодой талантливый пианист Вазген ВАРТАНЯН дал свой первый сольный концерт в Большом зале московской консерватории. Это стало событием – как для самого музыканта, так и для публики.
Стоит ли говорить, что выступать в столь намоленном музыкальном храме есть и невероятное волнение, и смелость, и престиж, и мука. За кулисами этого удивительного зала, перед узкой высокой дверью, ведущей на сцену, словно перед вратами рая и ада, неровно дышали самые великие корифеи музыкального искусства прошлого и настоящего. И ощутить некоторую сопричастность их космогоническому сонму (хотя бы раз!) мечтает, конечно, любой серьезный музыкант.
Именно к этой породе принадлежит Вазген Вартанян – пианист невероятной творческой свободы (он даже выходит на сцену не в костюме, а в рубашке навыпуск!), влекомый жаждой поиска, эксперимента, а главное – умеющий за черными значками нотоносца расслышать зашифрованную мысль композитора. На сей раз им стал Шопен. В основной программе были исполнены четыре баллады и четыре скерцо – краеугольные произведения в наследии великого поляка.
Особенно удались Вартаняну фортепианные баллады. Глубина личных, внутренних волнений и фрустраций композитора контрастно сочетается в них с переживаниями за судьбы мира, философией высшего порядка. В них же претворены героические образы романтических баллад Адама Мицкевича. И именно здесь широта технического инструментария пианиста была продемонстрирована наиболее зримо: от крупных, экспансивно-размашистых, «симфонизированных» мазков до ювелирно-мелких, бриллиантово-бисерных штрихов, от нежнейшего, почти невесомого pianissimo до исступленного, всесокрушающего fortissimo. [ Читать далее... → ]
На днях молодой талантливый пианист Вазген ВАРТАНЯН дал свой первый сольный концерт в Большом зале московской консерватории. Это стало событием – как для самого музыканта, так и для публики.
Стоит ли говорить, что выступать в столь намоленном музыкальном храме есть и невероятное волнение, и смелость, и престиж, и мука. За кулисами этого удивительного зала, перед узкой высокой дверью, ведущей на сцену, словно перед вратами рая и ада, неровно дышали самые великие корифеи музыкального искусства прошлого и настоящего. И ощутить некоторую сопричастность их космогоническому сонму (хотя бы раз!) мечтает, конечно, любой серьезный музыкант.
Именно к этой породе принадлежит Вазген Вартанян – пианист невероятной творческой свободы (он даже выходит на сцену не в костюме, а в рубашке навыпуск!), влекомый жаждой поиска, эксперимента, а главное – умеющий за черными значками нотоносца расслышать зашифрованную мысль композитора. На сей раз им стал Шопен. В основной программе были исполнены четыре баллады и четыре скерцо – краеугольные произведения в наследии великого поляка.
Особенно удались Вартаняну фортепианные баллады. Глубина личных, внутренних волнений и фрустраций композитора контрастно сочетается в них с переживаниями за судьбы мира, философией высшего порядка. В них же претворены героические образы романтических баллад Адама Мицкевича. И именно здесь широта технического инструментария пианиста была продемонстрирована наиболее зримо: от крупных, экспансивно-размашистых, «симфонизированных» мазков до ювелирно-мелких, бриллиантово-бисерных штрихов, от нежнейшего, почти невесомого pianissimo до исступленного, всесокрушающего fortissimo. [ Читать далее... → ]
Метки: Империя Музыки, Вазген Вартанян, БЗК, соседов, Шопен, Табриз Шахиди

