Конечно, хочется жить вне каких-либо временных рамок. Именно поэтому такое неприятие у подобных мне и вызывает Новый Год и День Рождения. А что делать? Праздники и ход жизни все равно не отменить. Можно только между очередными отсечками умудриться вместить как можно больше всего интересного, полезного, нужного и хорошего. Может быть, тогда злость на новые годовые циклы, от какой бы точки они ни отсчитывались, немного поутихнет.

Я частенько слышал, что это возраст у меня такой поганый, раз праздники меня больше пугают, нежели радуют. Но про возраст мне говорят на протяжении всей жизни. Бабушка, тетя, даже чужие люди. И в детстве я был не тем, и в юности, и повзрослев. Когда же он наступит, этот идеальный возраст? Я не знаю.

Предновогодние дни для моей семьи очень насыщенные – идет отсчет событий, масштабность которых можно оценить только по прошествии многих лет.

Сначала мы все идем на ежегодный торжественный концерт конкурса "Романсиада" с вручением призов лауреатам. 12 лет назад это соревнование для любителей петь романсы придумала моя родная тетя, сестра моей мамы, Галина Преображенская. Упрямая в лучших традициях этой неоднозначной черты характера Галя всегда уверенно, творчески и самоотверженно шла к выполнению своих планов. Трудится она так, как некоторым и не снилось – концепция, сценарий, включая тексты романсов, режиссура, аккомпанемент, уроки вокала с конкурсантами, всё это на ней, на ее таланте, на ее нервной системе.

Она ведет этот концерт, в ее руках все нити управления, она знает каждого участника, потому что объехала всю страну в поисках этих ребят на региональных этапах – все это ужасно интересно.

Прям, чувствую, как сейчас кто-то скажет, "Боже, тоска какая! Романсы, классика, конкурс, молодежь – разве это можно смотреть и слушать?!" Я и сам так говорю периодически. Нужно понимать так на секундочку, что я в этой атсмосфере существовал с самых юных лет, и иногда кажется, что уже все сказано, сделано, спето и отшучено даже. Честно говоря, каждый раз иду на концерт с неохотой – периодически пытаюсь соскочить, ссылаясь на работу. В этом же году сказал, пойду. И не пожалел.

Описать словами этот эмоциональный подъем, который испытываешь на концерте, не возьмусь. В эпоху примитивизма, попсы и караоке, когда люди уже забыли и всерьез поверили, что петь может любой, и для этого можно не заниматься, вообще, и в консерватории не ходить, вдруг погружаешься в мир нюансов, творчества, юмора, легкости и дара Божьего.

Каждый год перед тобой проходит вереница конкурсантов, личностей, артистов. Они такие разные. Колонный зал, как всегда, переполненный на Галином концерте, весь дрожит от их появления. Каждый себе находит кумира по душе. Они такие молодые, но уже профессионалы, и еще будут расти. Причем дорог великое множество. Коля Басков, бывший лауреатом этого конкурса в совсем юном возрасте, выбрал эстраду. Кто-то поет в "Большом", кто-то в "Оперетте", кто-то в "Ромэне". Трудно найти в себе силы уважать любой путь, но это нужно сделать, поверьте.

Басков учредил премию имени себя. Нескромно, но зато денежно. Гран-при на дороге не валяется. Все говорят, "Басков то, Басков се", а он дал на этом концерте молодежи такой урок общения с публикой, который дорогого стоит. Было и весело, и восхитительно.

Но меня до самого сердца проняло несколькими минутами ранее. Не лауреаты, конечно – они еще так молоды, хотя и талантливы. И мурашки от них бегут, и хочется аплодировать, и даже комок к горлу, но так чтоб слезы из глаз фонтаном – пока нет. А от нее – да. От Людмилы Лядовой.

Самое трогательное, что она вовсе даже и не собиралась на слезу пробивать. Просто вышла на сцену, сказала несколько вступительных слов, включая "мои песни – как хочу, так и пою", и запела "Стареют и наши мужчины, но им как-то легче стареть". Как писал о Лядовой кто-то умный: "При всем разнообразии ее песни объединяет отсутствие пессимистических или жалобных интонаций, тоски или безысходности. По признанию композитора, у нее и "минор всегда звучит мажорно".

А я сижу в зале, и меня волной жизнелюбия, исходящей от этой женщины, просто разрывает на части. Она сводила с ума стадионы зрителей. Она объездила со своей мамой артисткой фронтовые площадки, играя патриотические песни для поднятия боевого духа советских солдат. Она писала песни, которые напевала вслед за любимыми артистами вся страна. Ей 83 года, она почти ничего не видит и играет на рояле вслепую – ее подводят к инструменту, только чтобы никто не заметил. Но она никогда не пожалуется на жизнь, тем более со сцены, тем более в своем творчестве. Я и сейчас пишу эти строки и хочется встать и аплодировать. А! Как вам?

После соприкосновения с такой жизненной силой потом ходишь ничтожной личинкой, хотя и одухотворенной.

Примерно в таком состоянии я попал на турнир по вольной борьбе памяти моего дедушки Сергея Преображенского.

Совершенно другой мир. Если Колонный зал был забит бабушками с внуками и почитателями красоты и искусства всех возрастов, эдакими рафинированными эстетами и настоящими фанатами из народа, то в игровом зале "Дворца Спортивных Единоборств" ЦСКА были только мужики, причем преимущественно кавказской национальности. Здоровые такие, неотесанные, с виду грубые. Но я знаю их другими.

Сейчас в мире непростая ситуация, финансовые неурядицы, но на моложежный турнир, где, между прочим, нет какого-то ощутимого призового фонда, съехалось столько участников, что организаторы всерьез пожалели, что запланировали все схватки провести в один день.

Судя по всему, русские просто бороться не умеют и не хотят. Разучились. Я далек от национализма, наоборот, я очень рад за то, что чеченцы, дагестанцы, грузины, осетины, якуты преуспевают в борьбе. Когда мой дедушка был главным тренером сборной СССР по вольной борьбе, в нашем доме останавливались гости со всех союзных республик, включая Прибалтику и Украину. Но среди учеников Сергея Преображенского были и такие парни, как русский богатырь Александр Иваницкий. Сейчас русских в борьбе просто нет.

Я уверен, что Россия – многонациональная страна. Я уверен, что на честном ковре побеждает сильнейший. И я вижу, что русские отекли жиром и не хотят бороться. На олимпийских играх в Пекине я, конечно, думал об этом, но сейчас на молодежном турнире я осознал масштабы. Что я могу сказать? Молодцы, ребята! (Иронично в адрес русских, и без иронии ко всей нашей многонациональной семье).

Но дело не в этом.

Я по-настоящему зарядился и на этом турнире. Не хуже, чем на концерте. Если какой-то зритель из того самого Колонного зала сейчас скажет, "Боже, тоска какая – борьба!", я и над этим человеком посмеюсь, потому что жизнь наша многогранна, и обделяет себя, как это ни странно звучит, только бедняк.

А я огромное удовольствие получил, наблюдая за взаимоотношениями тренеров и спортсменов. От выступления молодых спортсменов – отдельный кайф. Приз за самую техничную борьбу получил Гамлет Рамонов. Наверняка, еще услышим о нем на взрослых международных соревнованиях.

Как это важно, воспитывать всю эту молодежь. Чувствовать ее, искать, помогать сделать первые шаги в правильном направлении. Дедушка это делал филигранно, я знаю. Все эти люди, его ученики, оставшиеся ему верны даже через 20 лет после его смерти, не станут обманывать – смысла нет. Тетя моя, Галя, дочь его, тоже ищет и помогает молодым и талантливым. Бог ты мой, какие счастливые люди – не закопать свой талант, а передавать знания все дальше и дальше.

Вот мой старый тренер Валерий Викторович. Я у него занимался борьбой пацаном еще. Потом в 90-х его, как и всех, унесло на свободные заработки. Банк какой-то, менеджерская работа, служба безопасности. Тогда многие убежали из спортивных залов, и он не был исключением – надо было кормиться. Сейчас вернулся. Не только из-за того, что в ЦСКА более-менее нормальные зарплаты сделали. Работа с детьми, тренерская работа – это его настоящее счастье. Ходит по спортивному залу, сияет весь. "Только здесь я опять счастлив". Боже, вот бы эти мальчишки пораньше поняли, что они значат для своих наставников!

У нас сейчас ужасное время было. Еще хуже, чем в 90-х. Не все это понимают. Нас колбасит из одной крайности в другую. Если 15 лет назад ни у кого не было денег и нужно было метаться из стороны в сторону, чтобы их заработать, то в последние годы денег было столько, что у всех более-менее доходных мест оказались случайные люди. У всех было впечатление, что если сейчас потратить на что-либо несколько миллиардов долларов, например, на футбол, то это что-либо тут же кардинально изменится к лучшему. Пригласим голландца, и все проблемы останутся позади. Как же это наивно, по-детски. Нет, Хиддинк, конечно, прекрасный кризисный менеджер, но наши проблемы (я сейчас стараюсь в основном говорить о спорте) куда глубже, чем просто организация процесса и психология.

Я смотрю на этот юношеский турнир (там, правда, такие бугаи боролись, что я рядом с ними, вообще, песик) и мне хочется людям, которые его проводят, выдать медаль "За то, что не сдался и не поддался". Даже не хочу, чтобы на этой медали было слово "продался" – по НЛП не проходит. Вот они, чеченец Дэги, грузин Роберт, осетин Батербек (для нас – Борис), якут Роман, армянин Аркадий. Все они либо ученики, либо соратники моего дедушки, либо и то, и другое. 20 лет они проводят этот турнир памяти Преображенского. 20 лет туда приезжает молодежь. Потом мы видим этих подросших спортсменов на олимпийских коврах. 20 лет нет деда. И его никто из них не предал.

Вокруг меня в ЦСКА здоровые мужики с суровым взглядом, но я знаю их другими. Я говорил. Я помню, как на дедушкиных похоронах эти огромные люди, которые никогда не боялись ни боли, ни любого соперника, эти богатыри плакали, как дети.

Я сижу и думаю: "А я так могу? Предан ли я какому-нибудь делу настолько, чтобы какая-нибудь побрякушка меня не сбила с панталыку?"

Сижу и думаю. Шел бы лучше работать.

solovieff.ru
Чтобы получать свежие посты из моего блога на почту, нажмите на надпись под фотографией "Подписаться на обновления".