В Берлине, где мы побывали на международном кинофестивале, прохладно. Мне не везет — в большинстве путешествий я оказываюсь зимой. То олимпийские игры, то турниры по фигурному катанию, то вот еще Берлинале подвернулось. Нет чтобы поехать с приличным фильмом на каннский фестиваль, так нет же, премся с экстравагантной, ни на что не похожей, провокационной лентой, с какой можно только в Берлин приехать, если брать в расчет кинофестивали категории "А".

Чисто в Берлине. Ну этим, с одной стороны, сейчас никого не удивишь. С другой, у нас в России, как было грязно, так грязно и будет всегда. Видимо, климат такой, а может, специфика уборки. Бог его знает. Если кто не был в культурной загранице, то тамошнюю чистоту могу описать буквально двумя-тремя словами: тротуары, дороги и уж тем более полы в закрытых помещениях настолько ухоженные, что спокойно можно на них сесть. Не будешь сам себе казаться ни бомжом, ни перепачканной свинкой - просто сидишь, и всё. Поэтому в Америке и других странах очень любят сидеть на полу в общественных местах.

Культурно. В такси преимущественно играет классическая музыка, и это не может не радовать. Ни один таксист никогда не закурит. В общественных местах, вообще, с курением все очень строго. Мой местный товарищ беспрекословно выходит из кафе курить на улицу, и ничего зазорного в этом не видит. Я был на седьмом небе от счастья. Впрочем, дома они с мамой, папой и сестрой меня прокурили так, что я уже забыл о счастливых минутах в ресторане. Но это мелочи, с которыми мы все живем и миримся.

Культурно и чисто, хотя, конечно, не Швейцария. То есть, без фанатизма все. Жизнь в некоем балансе, от которого хорошо и тем, и другим (и чистюлям, и свинтусам, короче).

Культурно — настаиваю. В общественный транспорт мы зашли в первый день всей гурьбой — а где же платить? Где турникеты, где контролеры? Оказывается, все на совесть. То есть, контролеры существуют, но за неделю пребывания я их ни разу не видел. Ты покупаешь билет, отмечаешь его (все сам, никто тебя не спрашивает) и едешь. Это, конечно, высшее проявление воспитанности. За восемь евро можно купить билет, по которому ты можешь целый день кататься впятером(!) на любом общественном транспорте. То есть, собрались компанией и передвигаетесь, как вздумается на всех трамваях, автобусах и метро.

Гуляя по улицам Берлина я не мог не думать о войне. Дырки от пуль повсюду до сих пор. В парке на скульптурах, на Рейхстаге, хоть и отреставрированном, на колонне Победы с золотой фигурой Виктории на ней (она построена еще в конце IXX века, и никакого отношения к событиям века ХХ не имеет). Я залез на эту колонну, не поленился. Она стоит в самой середине огромного парка, хотя он по размерам далеко не самый большой лесной массив в столице Германии. Так вот, внизу этой колонны дырки от пуль. В одном месте их особенно много. Видимо, за тем углом прятался какой-то солдат, и его обстреливали особенно активно. Страшно и грустно. Это была чья-то жизнь. При боях в Берлине мало кто выжил с обеих сторон. Маленькая драматичная история большой всемирной трагедии.

Много было разрушено за годы войны, прогалы видны до сих пор, но эти места занимаются современными и интересными зданиями. Берлин старается быть современным городом. Даже старые здания превращаются во что-то совершенно новое и оригинальное. Я, честно говоря, не фанат Берлина, но мне симпатично, как местные власти со своим городом пытаются обращаться. Парк там — это парк, а не помойка для попойки. Люди там бегают, спортом занимаются в огромных количествах. Киноцентры — это киноцентры настолько грандиозные, что на одной площади возле Потсдамер платц можно насчитать около пятидесяти кинозалов. Там-то и проходит большая часть фестивального показа.

Показ в "Панораме" — это совсем не одно и то же, что показ в основном конкурсе. В "Панораме", хоть это и довольно приличный раздел фестиваля (там и Мадонна в прошлом году участвовала), нет ни красной дорожки, ни журналистской истерии, ни истерии, вообще. Хотя вниманием мы не были обделены — режиссер и группа каждый день раздавали по два-три интервью, а во время показов кинофильма "Россия 88" зрители сидели даже на ступенях. После каждого показа зрители прямо из зала задавали вопросы (в "Панораме" такая традиция), хотя вопросы и были одни и те же все время. Но сейчас не о фильме.

Приехали, постояли на сцене, разошлись. Привыкнув к московской суете и пафосу, когда каждый тухлейший корпоративный праздник сопровождается немыслимыми постановочными телодвижениями, смотреть на это очень камерное действо было как-то странно. Более того, побывав на многих олимпийских играх и чемпионатах мира со своими законами, традициями и организационными тонкостями, как-то теряешься немного. Конечно, фестиваль — это важная веха в жизни каждого творца, иногда даже поворотный момент, и видимо, все это не ради показухи. Да будут счастливы кинематографисты.

Может быть, сказывается, что Берлинале в этом году не самый сильный оказался. Я сам-то судить не могу, не посмотрел даже десятой части представленных фильмов, но специалисты поговаривают. Да Бог с ними.

В общем, в этой чистой и интеллигентной обстановке культурной борьбы киношников мне больше всего понравилось гулять по этому большому историческому городу, пережившему немало эпох и страданий. По городу, где я не видел ни одной значительной пробки (хотя они, наверняка, существуют — просто я такой невезучий), где много великолепных архитектурных решений (например вокзал — умопомрачительно), магазинчиков (раньше они казались нам такими великолепными) и вечно спешащих куда-то людей — надо работать. В Германии всем надо работать.

Мы жили в гостинице возле "Европа-Центр". Помните "Мимино"? "Сядете в такси, скажете, "Европа-Центр". Сядете обратно, скажете, "Аэропорт"... Как тогда это было чудесно и заоблачно. Сейчас нас, московских жителей, можно удивить только, либо очень низкими ценами, либо очень высокими. Сегодня в Европе тотальная распродажа, поэтому даже довольно приличные магазины больше похожи на Черкизовский рынок.

Странное ощущение оставила немецкая кухня. Они смешивают то, что вообще-то смешивать не стоило по всем канонам, но иногда получается мило. Странно обнаружить в одной тарелке мясные шарики, креветки, горох, кинзу и козий сыр. Но, как говорит моя бабушка, "а все равно внутри все перемешается". И ладно. Зато колбаски!

Немецкая жизнь свободная и раскованная. Хоть они и живут в жестком порядке, не позволяют себе и соседям шуметь не только ранним утром и поздним вечером, но и во время дневного послеобеденного отдыха. Хоть полиция и другие соответствующие органы и очень четко реагируют и контролируют порядок в округе. Хоть государство и не заигрывает никогда со всякими радикалами и неофашистами. Но как-то смотришь, на улице возмущенные люди стоят с какими-то плакатами, посвященными репертуару берлинского кинофестиваля. А за углом какая-то совершенно другая агитация идет, все так живенько. И из газет, и из теленовостей можно много интересного узнать. А вот, музей эротики и секса. Не только познавательно, но и юмором. Обожаю юмор, ничего не могу с собой поделать.

Все вокруг тебе стараются помочь. Тыкаю в автомат, хочу купить билет на трамвай, подбегает работник транспортный, помогает мне. Все на английском языке, хотя поначалу он, стесняясь, говорит, что на английском еле-еле "шпрехает". Они там все разговаривают на английском, хотя и смущенно признаются "my english so-so". Даже панк, вместе со своей раскрашенной в розовый цвет собачкой просящий подаяния на одной из площадей, на английском нам объяснял, куда идти, чтобы купить что-нибудь из его веселого прикида.

Короче говоря, жить бы я в Германии не хотел, но сама по себе она на меня производит очень благоприятное впечатление. У страны и у города есть лицо, стиль, порядок, чем они очень дорожат. Порядок — это когда трамвай приходит с точностью до минуты, и его расписание можно уточнить на несколько лет(!) вперед. Историю свою не хают, а отрабатывают покорно. Да, виноваты, да, накосячили, да, не очень любим, когда к нам приезжают из России и Турции, но будем вести себя прилично, потому что государство нам помогает содержать все в чистоте, за преступностью следит, налоги отрабатывает, и нам не стыдно своим соседям смотреть в лицо.

К вопросу об отношении к истории. Памятники не рушат (в отличие от некоторых других государств), а ухаживают за ними. В экспозиции на верхотуре Рейхстага, где построен очень оригинальный стеклянный купол, на верхушке которого можно поваляться на лавке в посмотреть в огромную дыру на звезды и луну, присутствуют самые разные фотографии. Вот, Рейхстаг до пожара тридцатых годов. Вот, после. Вот, Гитлер пришел. А вот, советские солдаты его победили и водрузили красное знамя. А вот, американцы, англичане, французы и русские делят Берлин на кусочки. А вот, мы объединились, наконец. Очень все аккуратненько, подробненько и без выкаблучивания. И дружит Германия, как с Европой, так и с нами. А вход на Рейхстаг бесплатный. Приходите и любуйтесь нашим многострадальным городом, который мы, немцы, постараемся сделать лучшим на свете.

А еще меня невероятно трогает линия из кирпичиков, выложенная по всей длине берлинской стены. Когда-то на месте этой линии стояли бетонные блоки, отгораживавшие одну часть города от другой. Боже, как же это было нелепо и глупо! Какое это немыслимое удовольствие переходить через эту линию по несколько раз на дню! Эти кирпичики — одно из самых трогательных проявлений уважения истории.

solovieff.ru
Чтобы получать свежие посты из моего блога на почту, нажмите на надпись под фотографией "Подписаться на обновления".