Технология "создания" Национальной идеи ...

Михаил Колодиев
«Общенациональная идея России»
О Национальной идее



В начале четвёртого года своего срока Президент выступил с посланием, в котором, пожалуй, впервые поставил конкретную задачу: удвоить ВВП до 2010 года. Усилиями СМИ и ангажированных ими политиков эта задача была возведена в ранг Национальной идеи. Надо сказать, что близкие к власти политики давно и тщетно ищут Национальную идею для нашей страны, поэтому с ходу подхватили и раздули до её размеров такой сомнительный экономический ориентир. Имеет ли право эта задача претендовать на такой статус ?
Предлагаемая задача никак не может быть Национальной идеей, по крайней мере, у нас, в России. Национальная идея - это стратегия развития общества, выбранная на основе согласия здоровой его части, и сплачивающая, объединяющая нацию. Надо ли говорить, что идеи типа "обогащайтесь не из нашей страны и не из нашего, даже не из прошлого века. Единство на основе обогащения в современном российском обществе с трудом поддаётся нормальному воображению.
Поборникам рыночной" экономики всё труднее оправдываться, у них ощущается не только отсутствие идеи, но и дефицит идеологии. Поэтому правящая партия о рыночной" экономике помалкивает, а через мелкие организации народу подбрасываются две идеи: псевдопатриотическая – «особый путь» и «самодержавная власть» - это вещь в себе, узурпация власти и собственности - естественна. Особняком держится правительство убеждённых «рыночников», но и они чувствуют себя неуютно, а однажды бывший премьер Касьянов даже провозгласил «системно-рыночную» экономику. Эта мысль очень интересна, и в ней необходимо разобраться.

Системная и рыночная экономики.

Система - совокупность элементов и связей между ними; образующая целостность, единство. Есть множество типов систем - технические, экономические, биологические, информационные и многие другие. Эффективность их работы зависит от качества структуры связей. Есть и универсальный показатель, определяющий это качество - энтропия. В упрощённом понимании энтропия - это количественный показатель беспорядка. В разных научных дисциплинах имеются свои понятия энтропии - термодинамическая, информационная, статистическая и другие, но между ними имеется глубокая внутренняя связь. Фактически все эти виды - различные интерпретации одного понятия.
Если система замкнута, т.е., изолирована от внешней среды, то она перераспределяет энтропию внутри себя, и быстро приходит в равновесие. Но реальные системы открыты, они потребляют сырьё и отдают отходы, При этом неизбежно производится и передаётся вовне энтропия.
Открытые, работающие системы, к которым относится и экономика, имеют больше функциональных возможностей, чем совокупность возможностей всех отдельных элементов. В обратных случаях говорят об антисистемах.
Производимая энтропия характеризует рассеяние энергии при совершении работы. Есть и информационная энтропия - она опосредованно определяет относительную долю рассеяния энергии при работе с информацией. В обобщённом смысле производимая энтропия - мера излишней работы при достижении поставленной цели, доля неполезных, побочных процессов или явлений, сопровождающих какую-либо деятельность. Энтропия может быть привязана к своим носителям и конкретным физическим объектам, и отражаться в самых разнообразных негативных процессах, Примеры проявления энтропии в системах:
• в информационной - поток ложных или бесполезных сообщений, спам;
• в экологии - загрязнение окружающей среды:
• а музыке - дисгармония;
• в телепередачах - реклама;
• в системе власти - коррупция;
• в финансовой системе - инфляция,
• в сильноорганизованных структурах - предательство, измена;
• в религии - ересь;
• в производстве - брак;
• в языке - слэнг, суесловие;
• в экономике - утечка капитала;
• в сознании - ложь, дезинформация,
Для естественной открытой системы обязан выполняться следующий принцип: её структурное состояние должно стремиться к такому, при котором производство энтропии минимально, что доказано в виде теоромы И.Поригожиным – бельгийским ученым, Нобелевским лауреатом. Системы где "этот принцип заметно нарушается, неоптимальны, проигрывают в конкурентной борьбе и распадаются.
Указанный принцип, базис и внешние условия (решаемые задачи) определяют структуру системы. Теория и опыт показывают, что по мере усиления интенсивности функциональной деятельности системы её элементы стремятся к усилению связей, теряя степени свободы а, структура связей стремится к пирамидальной иерархической форме. Это относится и к промышленности, где очень важна максимальная загрузка производственных мощностей, и поэтому наиболее успешные экономические структуры вертикально интегрированы. Осюда же следует, что свобода отнюдь не способствует повышению благосостояния общества.
Еще одно важное свойство в системе энтропия может либо сохраняться, либо возрастать, но никогда не уменьшится сама собой. Это и понятно - разрушение всегда даётся легче созидания. Чтобы уменьшить энтропию, нужно провести над системой внешнюю, подчас кропотливую работу. Следствием этого принципа является возможность передачи энтропии на физических или информационных носителях, при этом энтропия источника энтропии не обязана уменьшиться.
Закон неубывания энтропии также характеризует взаимосвязь различных её проявлений. Наркомания и преступность могут быть неизбежным следствием как рекламы, так и политических потрясений или экспорта нефти. Если бороться не с причинами роста энтропии, а только с внешними её проявлениями, то она проявится в других формах.
Рыночная экономика сегодня составляет малую часть мировой экономики. Господствуют же системы, потому что они намного эффективнее отдельных субъектов. И основные законы в мировой экономике - это не законы рынка, а законы системной борьбы. Поэтому системы не только производят энтропию сами, но и получают её в ходе взаимодействия с другими системами. Если система не будет избавляться от излишков энтропии, то её внутренний беспорядок будет возрастать, пока она не развалится. Как система борется с энтропией?
• Во-первых, перераспределяет её внутри себя между элементами, рассредотачивая её воздействие и облегчая её последующий экспорт.
• Во-вторых, энтропия ликвидируется в процессе использования сырья - из него извлекается негэнтропийная составляющая, а с отходами уносится часть энтропии
• В-третьих, используются чегэнтропийные машины, и. в первую очередь -универсальная негэнтропийная машина - человек. Негэнтропийкые машины преобразуют энтропию и её носители в другие виды, более лёгкие или к усвоению окружающей средой, или к транспортировке в отделенные её сферы.
Но, если нет препятствий, системы напрямую сбрасывают избыток энтропии в окружающую среду, которая может быть природной или общественной. Экономическая часть последней и является рыночной средой - той самой «рыночной экономикой», к которой нас так звали. Связи системы с элементами среды неустойчивы. Взаимодействие системы с элементами рыночной среды заключается в изъятии у них негэнтропийной составляющей и передаче им энтропии, т. е. оно имеет тот же характер, что и взаимодействие системы с сырьём. Отличие же среды от сырья в том, что первая может в определённых временных и физических пределах восстанавливаться. Крупным, высокопроизводительным системам просто необходима рыночная среда, куда они могли бы справлять излишки энтропии. Поэтому евроамериканское системно организованное сообщество навязывает в периферийных странах «рыночную экономику», и именно поэтому там же и бушуют экономические кризисы, а верхушка мировой экономики длительное время остаётся спокойной.
Действительно, за последнее десятилетие финансовые кризиса потрясли Мексику, Бразилию, Аргентину, Юго-Восточную Азию, Южную Корею, Россию, Турцию - все основные страны нижнего уровня мировой финансовой системы. Характерная черта всех этих стран - одновременное сочетание национальных, независимых элементов в экономике с полной открытостью финансовой системы. Это значит, что указанные страны в условиях борьбы своих экономических систем с мировыми экономическими , структурами открыли двери для импорта энтропии и получили то, что и должны были получить. Кризисы обошли стороной страны с обособленной финансовой системой - Китай, Индию, Вьетнам и другие, где межсистемные финансовые контакты ограничены и регулируемы.

Энтропия и зло.

Как вы отнесётесь к тому, что ваш автомобиль стал вдруг потреблять больше бензина при той же езде ? Или к оплате обогрева не только вашего дома, но и улицы ? А если на ту же работу за ту же зарплату у вас уходит вдвое больше времени и сил ? Практически любой адекватный человек скажет, что это плохо, и будет прав. Известно, что вечный двигатель невозможен, что КПД тепловой машины не может быть выше идеальной, работающей по циклу Карно. Реально он будет ещё меньше - из-за ряда физических ограничений. Если усилиями учёных и технологов достигнут какой-то оптимальный уровень совершенства двигателя, а реальный экземпляр в ваших руках его не обеспечивает, понятно, что это плохо. А как вы отнесётесь к тому, что это несовершенство явилось результатом чьих-то намеренных действий ?
Согласно законам природы наше безбедное существование сопровождает необходимое зло - некоторое количество энтропии, неизбежно производимое в ходе нашей деятельности. Но производство энтропии сверх этого количества - это излишний вред, которого могло бы не быть, зло абсолютное и объективное, т. е. не зависящее от наших знаний о нём и от нашего отношения к нему. Намеренное же производство энтропии - деяние с отчётливым запахом серы, зло в нравственном понимании этого слова. Вышесказанное позволяет использовать энтропию, как пока единственный объективный показатель зла.
Как всё это соотносится с интересами самого человека, если отвлечься от бытовых примеров? Мы, люди. системы, и очень сложные. Пока нам неизвестны биологические существа сложнее человека, мы - наиболее системно развитые организмы. Тренируясь, обучаясь, решая задачи, человек системно развивается - совершенствует своё сознание, интуицию, повышает способности подсистем - центральной нервной, мышечной, имунной и других, отлаживает взаимодействие между ними. Допуская приток энтропии извне с алкоголем, психотропными препаратами, ядами, некоторыми болезнями, организм системно деградирует, утрачивает способности. К счастью в определённых пределах он способен к сопротивлению и самовосстановлению. Но, когда организм не может подавить в себе рост энтропии, происходит её резкий скачок - смерть. Итак, в наших понятиях, для человека добро означает полноценную жизнь, достижения, познание, развитие способностей, здоровье, а зло -деградацию, болезни, вырождение, смерть, небытие.
Выше обоснована старая, но в последнее время усиленно скрываемая мысль: добро и зло естественны и объективны. Добро есть определённый, естественный порядок вещей, зло - нарушение этого порядка, отклонение, неестественное состояние. А отношение к добру и злу - и есть основа Национальной идеи.
Характерная черта мировосприятия русского, православного человека, -отношение к добру и злу, как к основополагающим абсолютным понятиям. Думаю, что мы не одиноки, но в этом наша цивилизация отличается от западноевропейской и некоторых других. Хотя и в католицизме, и в протестантской вере дьявол и Бог разделены, практические европейские или американские ценности, составляющие основу общественных отношений, используют принцип относительности добра и зла. Особенно ярко это проявляется в отношении к законам. Если в западном обществе закон - это всё, то у нас ещё сохранилась привычка жить в равновесии между разумом и совестью. Кстати, пришедшее к нам слово «юстиция» (justice) буквально переводится, как «справедливость», что для нашего человека звучало бы странно. А «министерство Справедливости» вообще не воспринимается на слух (как и «партия социальной юстиции»). Среди русских есть и порядочные люди, и преступники, но трудно найти человека, благоговеющего перед законами. Большинство их просто не знает, что не мешает жить без контактов с правосудием. Попытка внедрить в наше общество нормы отношений, основанных на западноевропейской, морали, привела к расщеплению сознания, вызвала внутреннее сопротивление, породило параллельную мораль – «жить по понятиям». Неосознанное неприятие относительных ценностей создало духовную пустоту и потребность в альтернативных идеях.
Национальное мировоззрение и знание дают возможность положить в основу Национальной идеи не относительные количественные ориентиры типа богатство-бедность, а абсолютные качественные: добро-зло, жизнь-смерть, правда-ложь. И, если мы хотим добра в своём доме, нам нужно прежде всего навести порядок - уменьшить энтропию.
В этом и кроется основная причина безуспешности многолетних поисков - любая Национальная идея начинается с уничтожения или нейтрализации источников энтропии, что для заказчиков нынешней власти неприемлемо.
Как относиться к экспорту энергоресурсов.
Энергия, скрытая в ресурсах, может использоваться для уменьшения энтропии либо для расширения базиса. Экспортируя экергоресурсы, мы, тем самым, отдаём наши негэнтропийные возможности. Поэтому экспорт энергоресурсов эквивалентен импорту энтропии.
Но, если бы мы просто отдавали свои ресурсы, это было бы ещё полбеды. Оказывается, энергоносители продаются за иностранную валюту, которая ввозится в страну и свободно продаётся на валютном рынке. Правда, часть её утекает - остаётся за границей. По ещё неизвестно, что хуже! Нет более сильной, организованной и способной к производству энтропии системы, чем финансовая. Правда, можно указать на вооружённые силы, но что является движущей силой любой современной войны? Свободное поступление валюты действует разрушающе на нашу экономическую систему - происходит её упрощение, так как целые отрасли замещаются дешёвым импортом. Заметим, что многие производства ушли из США, но они остались в американской системе, переместившись на её периферию. Наша же система пока не распространяется дальше границ страны.
Получается, что от сегодняшней продажи энергоносителей, да и другого невоспроизводимого сырья мы имеем двойной вред.
Целью истинно национальной политики было бы постепенное сокращение экспорта энергоресурсов и скорейшая замена свободной их продажи обменом на другие виды энергоресурсов или на товары, имеющие негэнтропийные свойства.

Системная диверсия

Почему-то послесоветские преобразования в России называют реформами, а их исполнителей реформаторами. Это явная ошибка или дезинформация. Реформами (буквально - изменение формы) можно бы было называть действия, направленные на совершенствование структуры системы, пусть даже и неудачные. Реально же действия «реформаторов» были направлены на разрушение структуры и уничтожение базиса системы. Далее мы подберём для них и обоснуем более подходящее название.
Любая экономическая система опирается на базис - совокупность физических и информационных объектов. Если существует устойчивый базис и нет препятствий, то на его основе постепенно организуется система - совокупность связей и отношений между элементами. При некоторых условиях система будет саморазвивающейся и начнёт образовывать не только новые связи, но и новые элементы. Происходит это вот как. При взаимодействии элементов образуются ошибки, рассогласования - производится энтропия организации взаимодействия. Так как элементы не производят этот вид энтропии, то она образуется исключительно в связях. Предположим, что элементы, а также связи между ними равноценны. Тогда очевидно, что три элемента могут успешно взаимодействовать непосредственно между собой. В системе из четырёх элементов может быть до 6-и связей, тогда становится оправданным образование надстройки: четыре элемента привлекают пятый и передают ему функции управления, в результате в системе остаются 4 связи и производство энтропии сокращается. Но это справедливо для сильноорганизованной системы, в которой у элементов отсутствуют или невелики степени свободы. В других случаях, для неравноценных элементов и при ослабленных связях необходимое для образования надстройки количество элементов может быть только больше четырёх.
Теперь предположим, что один из четырёх базовых элементов такой системы утрачен. Тогда оставшиеся три будут стараться избавиться от надстройки. Аналогичная ситуация возникнет и с четырьмя элементами, если существенно ослабить их связи, В сильноорганизованной большой системе, имеющей многоуровневую иерархию, такие же действия даже с небольшим количеством элементов могут вызвать обвальное разрушение структуры.
Советская экономика представляла собой сильноорганизованную систему, более организованную, чем экономики США или Западной Европы. Такая система сложилась исторически в ходе решения важнейших задач и позволила провести индустриализацию, победить в Великой Отечественной войне, создать ракетно-ядерное оружие. Бее это время система работала успешно, особенно при Сталине, благодаря действенным обратным связям - ответственности. С созданием в начале 70-х годов ракетно-ядерного щита задачи системы ослабли, отпала необходимость в сильной организации- и стали назревать структурные преобразования. Но они не были своевременно проведены, и темпы роста экономики стали замедляться. При этом, начиная со смерти И.В. Сталина, непрерывно понижалась ответственность, что означало ослабление обратных связей. В месте с тем, период начиная с 70-х годов характерен бурным ростом реального благосостояния народа. К концу 80-х годов это привело к появлению скрытого неравенства. Советское руководство старалось всячески бороться с этим явлением, не принимая его, как реальность. Борьба с неравенством стала самоцелью, при этом игнорировались реальные, более серьёзные угрозы, что имело разрушительные последствия.
Известно, что длительное время, не менее, чем за десятилетие до «перестройки», советское государство накапливало свои обязательства перед гражданами. Работал и печатный станок, но контроль за ценами и зарплатой породил своеобразную финансовую систему - в ней реально обращались разные виды рублей, взаимодействуя друг с другом по определённым правилам.
«Перестройка» открыла последовательность разрушительных действий. Непродуманность антиалкогольной кампании и других мероприятий, а также их саботаж привели к резкому сокращению доходов в бюджет. Цены сдерживались, но были отменены ограничения на величину заработной платы, в результате чего произошло упрощение финансовой системы, и огромные массы ранее безналичных скопившихся денег вылились на часть граждан. Возникшее несоответствие товарной и денежной массы означало многократное ослабление обратных связей в системе, что не могло не привести к потере управления, хотя какое-то время экономика могла развиваться по инерции.
Затем был проведён раздел страны на республики (это называют распадом СССР), что привело к финансовому обособлению и обрыву системно-технологических связей между огромными территориями. Примерно в это же время были открыты границы для перемещения товаров и валюты - то есть были открыты ворота для импорта энтропии.
Далее, были отпущены цены и отменён госзаказ. Это означало резкое ослабление связей между предприятиями.
Наконец, последовала приватизация. Надо сказать, что смена руководства или собственника предприятия, а также его переподчинение не может произойти без некоторой неразберихи. А массовая приватизация породила множество скачков энтропии, взаимно усиливавших друг друга. При этом в частную собственность передавались отдельные звенья технологических цепочек, без сохранения каких-либо системных обязательств. Это означало разрыв системных связей, полную дезорганизацию экономики. Одновременно рухнула и финансовая система, государство избавилось от бюджетообразующих предприятий, включая производства алкоголя и сигарет.
Принятая обществом порция энтропии была настолько велика, что вполне могла бы оказаться смертельной для любой другой страны. Многим удивительно, почему развитие хаоса в стране не пошло по аргентинскому или боливийскому сценарию, почему народ не вышел на улицы громить магазины и жечь автомобили. А ответ прост - наш народ воспитан в духе культуры высокоорганизованной системы. Именно эта культура побуждала людей выходить на работу, месяцами не получая зарплату, именно её эксплуатировали нарождающиеся собственники, а окончательно эта культура уйдёт вместе с впитавшим её поколением, то есть лет ещё через 15-20. Нашу страну спасло не только наличие значительных сырьевых ресурсов, но к население, превращенное реформами в рыночную- среду и впитавшее значительную долю образовавшейся энтропии. Это не прошло бесследно. Состояние населения ухудшилось по всем показателям; грамотности, социальной активности, здоровью, рождаемости, продолжительности жизни, благосостоянию.
Уместно вспомнить, что переход от плановой к рыночной экономике был проведён и в КНР. Китайская экономика в то время не была столь высокоорганизована, как наша, но китайцы начали с постепенного снижения госзаказа. Плавное введение рыночных отношений способствовало самоорганизации и развитию китайской промышленности. Это вполне закономерно. Представим поле элементов, в котором есть некоторое количество слабоорганизованных систем типа технологических цепочек. Рели элементам этих систем придать дополнительные степени свободы, то это будет способствовать налаживанию связей между системами с последующей специализацией элементов, повышением надёжности и конкурентноспособности, увеличением производительности труда и прочими рекламным преимуществами рыночной экономики. Следствием этого будет системное развитие с образованием более крупных структур.
Отсюда видно, что рыночные отношения - мощный локомотив развития неразвитой, слабоорганизованной экономики. Применение же рыночных принципов к системно сильноорганизованной экономике является не чем иным, как системной диверсией, и вызывает разрушительные процессы. Навязанный нам тип экономических отношений является более отсталым, чем созданный в советское время. Поэтому далее предлагается называть «реформаторов-рыночников» диверсантами, что будет гораздо ближе к истине. Особо подчеркну, что системная диверсия совершена как против СССР, так и против его, отдельных республик и народов, то есть и против сегодняшней России.
В неразвитом обществе рыночная экономика - почва для взращивания экономических систем. В условиях СССР переход к рыночной экономике в предлагаемом виде был такой же глупостью, как переселение в подвал многоквартирного дома из благоустроенной квартиры, или перекапывание нестарого сада под огород.
Но, может быть, экономика СССР зашла в тупик, и другого выхода не было? Чтобы ответить на этот вопрос, рассмотрим базис системы - это люди, территория, ресурсы, научно-промышленкый потенциал. Возьмём сведения 1989 года. Население СССР составляло 286.7 млн. чел., живущих в едином экономическом пространстве. При этом подавляющая часть населения' жила небедно и имела некоторый излишек средств. Помимо этого мы имели почти свободный доступ в экономическое пространство стран СЭВ - дополнительно 189.2 млн., всего - почти 476 млн.чел. Доступ конкурентов в эту систему был ограничен и жёстко контролировался, в системе имелись все виды сырья, были освоены практически всё жизненно важные технологии, имелась разветвлённая инфраструктура, обеспечивающая морской и авиационный транспорт, космическую деятельность, оптимизацию потоков энергии.
Кроме того, был ряд дружественных нам государств с общим населением 200 млн. чел. Они составляли потенциальную, ещё не освоенную часть базиса. Некоторые из них обладали запасами полезных ископаемых или занимали стратегическое положение. Не во всех из них социально-политическая обстановка была идеальной, но в перспективе значительная часть из них могла войти в базис нашей экономической системы.
Вот и база как системной, так и рыночной экономики - потенциальный рынок сбыта продукции и поле технологической кооперации 675 млн. чел. Кроме этого, следует учесть и наших бывших союзников - Египет, КНДР и Афганистан, сохранивших к нам технологическую привязку. Наши экономические интересы простирались дальше этого базиса, в Индию (800 млн.чел) и другие страны.
Что стало с нашей системой за годы перемен? Нынче мы можем уверенно рассчитывать только на нашу страну, её территорию, население, ресурсы. Население России составляет 144 млн. чел., плюс немногим более миллиона иностранцев. По-видимому, можно рассчитывать и на некоторых соседей по СНГ - Белоруссию, Казахстан, Киргизию и Таджикистан (около 35 млн.), всего 180 млн.чел. В перспективе не видит себя в нашей системе Украина, а Армения и Молдавия хотели бы, но оторваны географически. Не удивительно, что многие производственные мощности в таких условиях оказались избыточны и потеряли эффективность. Сегодня производить, например, процессоры в количестве менее 15 млн.шт. в год нерентабельно. И, как бы ни были талантливы наши разработчики, на таком узком рынке ну никак не развернуться. А если выходить на мировой рынок? Но это может сделать только высокоорганизованный комплекс предприятий и финансовых учреждений, чего у нас уже нет.
После раздела СССР от нас отошли некоторые территории вместе со всем, что на них находилось. Наша система оказалась не самодостаточна. Остались за рубежом некоторые стратегические виды сырья и области возделывания агрокультур. Мы вынуждены импортировать хлопок, сахар, растительные масла, продукты виноделия, табак. Важнейшие порты на Балтийском и Чёрном морях оказались не в наших руках, Байконур - в Казахстане, Калининградская область - оторвана.
Утверждение, что экономика СССР зашла в тупик, ничем не подтверждается, более того, состояние дел говорит об обратном. Когда система проходит высокоорганизованную стадию и организуется полностью (что и наблюдалось в советской экономике), она теряет возможности развития. Но это верно при заданном базисе. В общем же случае система может развиваться за счёт экспансии - расширения базиса, при этом способность к развитию будет возрастать! Так развивается американская система, ничто не мешало то же самое сделать и нам. При этом нам не нужно было бороться за расширение базиса, нам предстояло только освоить имеющийся. Из приведённых выше цифр видно, что возможности для экспансии были. Мы могли бы войти не спеша в мировую экономику системноорганизованным сообществом - цельной подсистемой, а не рыночной массой.
Показателен и социальный аспект последствий системной диверсии. Среди множества специальностей есть как несущие энтропию в общество, так и призванные с ней бороться. Последние поддерживают жизнеспособность структуры общества « петому социально значимы. Везде в бизнесе наибольший доход приносит деятельность, связанная с производством и распространением энтропии. Негэнтропийная деятельность обычно малорентабельна и часто вообще убыточна, Однако она необходима, и в здоровом обществе поддерживается. Мы не будем приводить цифры, предлагаем вам самим сделать выводы о соотношении доходов
«негэнтропийные» профессии "энтропийные" профессии
учитель бармен
врач рекламный агент
работник милиции журналист
министр крупье
секретарша министра стриптизёрша
учёный-исследователь брокер
налоговый инспектор страховой агент

Взглянем на левую колонку. Здесь доходы (подразумеваются доходы от прямой профессиональной деятельности) а основном состоят из зарплаты в разных формах. Обратим внимание, что зарплата министра, хотя и является мечтой для многих простых людей, всё-же до последнего времени для работника такой квалификации была очень невелика. Зарплаты остальных настолько малы, что при общем сокращении рождаемости происходят катастрофическая депопуляция социальноответственных людей, являющихся цементирующей силой любого общества.
Но нельзя не заметить, что некоторые представители из левой колонки при низкой зарплате живут безбедно и не испытывают тревоги за своё будущее. А как вы думаете, что будут делать министр, его секретарша, работники автомобильной и налоговой инспекций, получая зарплату в разы, а то и в десятки раз ниже средней у работников аналогичной квалификации ? Уберегут ли себя от соблазна эксплуатировать своё системное положение ? Наверняка в нашей стране есть много честных людей, но, как говорятся, капля и камень точит. А чтобы разложение шло более эффективно и ответственным работникам было невозможно оставаться «незапятнанными», системными диверсантами была проведена (и продолжает проводиться) специальная законо- и подзаконотворческая работа. Её результатом является наделение чиновников репрессивными правами и ресурсами для их применения, а также размывание ответственности. На таком базисе возникла .и развилась системная коррупционная среда, которая отторгает честных людей. И для немалого числа депутатов законодательная деятельность стала личным бизнесом, появилась даже выражение «взяткоёмкость закона». И это при том, что зарплатой и социальными гарантиями они не обделены, а высокая квалификация у многих из них отсутствует.
К настоящему времени коррупционными системами охвачены контролем почти все традиционные сферы деятельности, и есть признаки образования всеобщей коррупционной системы. Если такая система сложилась, то сегодня она должна испытывать потребность в экспансии. И действительно, последние явления в обществе, такие, как страхование автогражданской ответственности, можно объяснить именно этим. В тех же областях, где коррупционная ёмкость невелика, система избавляется от своего участия, как произошло со льготами.
Не у всех эксплуатация системного положения выражается по взятках. Кто-то работает сбытчиком сомнительных лекарств или пустых страховых услуг, другие используют в своих целях государственную или муниципальную собственность, кто-то просто подворовывает. А что же происходит в тех сферах, где системное положение работников не выглядит привлекательным? Здесь происходит вымывание квалифицированных кадров. И тогда лечение у «бесплатного» доктора становится неэффективным, а то и опасным, в школах появляются наркотики, а отремонтированные в доме трубы - недолговечны.
Процессы обрушения структуры имеют свои закономерности. Интересно, что очень развитые подструктуры, хотя и несут большой урон, теряя несколько уровней иерархии но в целом сохраняются. Зато полностью исчезают системнозависимые подсистемы с небольшим порядком иерархии. В нашей экономике это прежде всего структурно несложные производства и услуги, основанные на инновационных технологиях, морская рыбная промышленность и сложная лёгкая (типа обувкой). Обычно именно в этих отраслях и формируется «средний класс». Любопытно, что экономические диверсанты, столько сделавшие для уничтожения среднего класса в зародыше, выбрали его в качестве социальной базы подконтрольных им партий.
В сильноорганизованной системе есть множество элементов, образованных самой системой в ходе развития. После обрушения структуры они становятся ненужными и отмирают. Если условия для самоорганизации отсутствуют и ничего не предпринимать, то базис системы постепенно подтянется к ее структуре. Это мы сейчас и наблюдаем в нашей экономике - многие технологичные производства не восстанавливаются, а умирают.
Но, может быть, после всех потрясений наша экономика сорганизуется и начнёт устойчиво развиваться на «рыночных» принципах, пусть не в сфере высоких технологий, пусть и не на таком высоком уровне, какой был достижим для экономики РСФСР ? Это сомнительно. Здесь диверсантами заложена ещё одна мина замедленного действия. Дело в том, что наше терпимое благосостояние основано на добыче и экспорте энергоносителей. Естественные экономические законы, в частности, законы рыночной экономики, отражают движение и преобразования энергии. Но они не должны быть верны в отношении источников энергии! Электрический ток и электрическая лампочка, хотя и имеют друг к другу отношение, но несравнимы. Да и закон сохранения энергии, при наличии её источников не выполняется. Размеры же естественно рыночной доли нашей экономики невелики, поэтому рыночные законы в нашей стране не могут быть определяющими. Но диверсанты не хотят в этом признаваться, и делают всё, чтобы искусственно увеличить эту долю, в том числе, за счёт естественно нерыночных элементов - чего стоят попытки расчленения Газпрома, перевода на рыночные рельсы железных дорог, реформирования электроэнергетики.
Эффект проведения реформ в системе определяется не только поставленной целью, но и самой организацией их проведения - лекарство бывает опаснее болезни. И здесь деятельность наших правительств и законодателей не вызывает оптимизма. Каждая реформа сопровождается всплеском наразберихи и нуждается в коррекции уже в ходе её проведения. Чтобы организовать мероприятие, разработать закон, требуется провести большую работу. Л чтобы всё это испортить, как правило, не требуется больших усилий - известно, сколько бед может наделать неправильно поставленная запятая. -Депутаты, работавшие в Государственной Думе прошлые годы, знают, что многие проекты законов в первоначальной редакции имели явно диверсионное содержание ! Авторы текстов многих законов неизвестны ! При нынешнем подавляющем большинстве "Единой России" лучше не стало - скрыто диверсионные законы почти беспрепятственно утверждаются.

О сознательности

Была ли системная диверсий организована сознательное ? Наверняка многие диверсанты будут доказывать, что они хотели добра (как лучше). Но многие из них сразу говорили, что то что они делают - необратимо, а это - улика; любые необратимые изменения сопровождаются ростом энтропии. Впрочем, среди диверсантов были и заблуждающиеся, верившие в силу рыночных идей. Сейчас их не видно. Наверное, их поглотила стихия рынка. Но нет оснований верить тем, кто осел в монопольных структурах, а уж те что связал свою деятельность с энергетическими компаниями, просто обязаны знать термодинамику и энергетические функции, включая энтропию.

Единство

Наше экономико-политическое общество давно бы развалилось, если бы¸ если бы в нем не существовали бы здоровые, созидательные силы. Мы наблюдаем постепенное восстановление порядка и организации во многих неполитических сферах деятельности - в создании экономических структур, сборе налогов, транспорте, таможенном регулировании, правоохранительных органах Диверсанты как будто пропали. Но успокаиваться нельзя и природа зла говорит о следующем. Зло не может существовать само по себе, оно определяется относительно добра. Вместе с гибелью добра погибает и зло, поэтому последнему нет смысла стремиться к полной победе – нечему и некому будет вредить. Стратегия зла - стремиться быть в единстве с добром, стратегия добра состоит в выявлении и искоренении зла. Именно поэтому для зла желательно ограничить справедливость рамками формальных законов, а для добра особую важность приобретает раскаяние.
Последнее время нашему обществу навязывают лозунги единства («единая Россия -…., «только вместе…», «идущие вместе…» и. пр.). Несмотря на эмоциональную привлекательность за ними стоит ложная идея - идея единства добра и зла. Увы ! Наше общество расколото и единства интересов быть не может, как не может быть союза между Богом и дьяволом.
Логика действий диверсионного элемента предполагает в процессе организации системы занять в ней ключевое (но необязательно самое высокое) положение, чтобы в определённый, критический момент своими действиями нанести наибольший вред ее структуре. Куда делись организаторы н исполнители раздела СССР, реформ, приватизации, дефолта ? Избавились мы от них; или они заняли, ключевые позиции к держат в руках будущее системы ? Не готовят они нам новые потрясения? Если так, то нет смысла прилагать усилия в строительстве светлого будущего, делать инвестиции. Всякие старания и жертвы будут напрасны, если твоё будущее в чужих руках.

Раскол.

Когда в обществе, куске камня или слитке металла нарастает внутреннее напряжение, это может закончиться расколом. Если естественные предметы ломаются и колются вблизи области наибольших напряжений, то общество - по проекциям мнимых линий напряжений, проходящих в коллективном сознании. Коллективное сознание далеко не всегда объективно, и принципиально подвержено манипуляциям, поэтому общество может расколоться и по второстепенным линиям напряжений. Злу это на руку - оно заинтересовано оказаться по обе стороны раздела, что даст ему возможность нанести наибольший вред в последующих событиях.
Так ли страшен, раскол? Он будет только полезен, если правильно расколоть общество - по линии раздела добра и зла. Как просто было бы разделить людей по явным признакам: цвету кожи, разрезу глаз, происхождению, месту жительства, социальному положению. Но добро и зло таятся в глубинах сознания и подсознания, куда заглянуть не дано, и проявляются в делах и поступках. Предстоит непростая и длительная работа по разделению агнцев и козлищ, тем более, что некоторые козлища уже запаслись овечьей шкурой. Но другого пути нет.

Национальный вопрос.

Не секрет, что системная диверсия по составу участников к тех. кто воспользовался её результатами в своих целях, а также по группам населения, подвергшимся её наиболее сильному негативному воздействию, имеет отчётливую национальную окраску. Это не случайно.
Наше государство изначально создавалось как русское, на присоединяемых к Московскому княжеству русских землях, с преимущественно русским населением, говорящим на русском языке, и имеющим православную культуру, По мере расширения территории, в нашу среду стали попадать и другие народности и народы, имеющие отличные от наших культуру и мировоззрение. В общем государстве они жили в симбиозе с русским народом, не испытывая при этом серьёзных национальных проблем. Если и имели место явления притеснения народов иной веры, то они не были продолжительными. Симбиоз был оптимальной формой сосуществования; несмотря на то, что он не предполагал равноправие.
Сменившее Российскую империю советское государство не было основано на православной культуре, но отвечало чаяниям русского народа и было воспринято им как своё. Новая политика и идеология потребовали и новой национальной политики - было провозглашено равноправие народов. На деле реализация этой, скорее европейской, чем коммунистической идеи означала сложную и контролируемую систему поддержания баланса национальных интересов и обеспечения национального представительства в управлении страной. Многие ещё помнят, что до начала 90-х годов внутренняя миграция у нас сдерживалась системой прописки, а внешняя практически отсутствовала. В условиях, когда почти вся собственность находилась в руках государства и материальной основы для межнациональных разногласий быть не могло, такая политика была успешной.
Одним из следствий системной диверсии стал разрыв государства с народом. Такой шаг был прямым национальным предательством по отношению к русскому народу, до этого видевшем в государстве свою опору и форму национальной организации. В результате русский народ оказался искусственно дезорганизован, на некоторое время лишён объединяющих структур. Другие же народы имевшие параллельные формы организации (национальные подсистемы в структуре общества), получили организационное преимущество в период раздела общенародной собственности. Им воспользовались как отдельные национальные группы разной численности, так и национальные образования на территории России в целом, а также такая интернациональная общность, как москвичи. Стоит ли удивляться, что русский народ оказался более бедным и отчуждённым от собственности и источников доходов, чем россияне в целом?
В новых условиях введённое на деле гражданское равноправие для представителей всех народов и народностей России означало полную деструктуризацию национальных отношений, и не могло не вызвать всплеска энтропии в среде коренных народов. В сочетании с суверенизацией некоторых национально-территориальных образований это привело к нарушению равновесия в межнациональных отношениях, и, как следствие, к перетоку энтропии от одних народов к другим.
В сложившейся ситуации нельзя обвинять другие народы и москвичей, как и нельзя упрекать русский народ в бездеятельности - виновные находятся за пределами национальной парадигмы. Но национальное ущемление русского народа нетерпимо, как и возможное в будущем упорствование других народов в сохранении своего национально-преимущественного положения.
Внутригосударственными межнациональными проблемами национальный вопрос не исчерпывается. Есть ещё внешняя миграция, как из республик бывшего СССР, так и из стран так называемого «дальнего зарубежья». Вообще иммиграция не является отрицательным явлением. В зависимости от её величины, характера, структуры и точек слияния с обществом миграционный поток может как внести в национальную среду энтропию, так а расширять национальный базис - его социальную, культурную, физическую и генетическую составляющие. Как показывает практика, если иммигранты приезжают в страну и устраиваются частным порядком, то они быстро и относительно безболезненно интегрируются в национальную среду Энтропию в национальную систему несёт организованна я иммиграция, особенно в том случае, когда она организуется, не государством, а частными структурами. Действия этих структур быстро складываются в систему иммиграции, которая становится устойчивой и действует до тех пор, пока страна не переполнится иммигрантами и уровень жизни упадёт до отметки, делающей иммиграцию непривлекательной, либо общество спохватится и введёт жёсткие ограничения.
Одна из целей системной диверсии - создание в обществе разрушительных противоречий и форм отношений. Цель достигнута - основное противоречие в обществе создано, оно неклассовое, не национальное, и его следствием является то, что хозяевам неправедно приватизированной общенародной собственности выгодно избавиться от её бывших владельцев и их наследников. Это значит, что они объективно заинтересованы не только в сокращении населения, но и в смене его состава путём миграции - как выезде из страны коренного населения, так и въезде мигрантов из других стран и регионов. Это противоречие наднационально, и в него втянуты все владельцы приватизированной собственности, включая тех, которые приобрели её много позже относительно прозрачным способом, и не исключено, что некоторые из новых хозяев, возможно, взаимодействуя с кем-то ещё, специально работают над созданием условий для развития процессов миграции. Не удивляйтесь, если однажды нам объявят, что в стране катастрофически не хватает рабочих рук в связи с демографическим провалом в 90-х годах, и необходимо завозить работников из других, более насыщеных населением стран.
Итак, всё наше общество повязано вопросом об итогах приватизации, и это не вопрос справедливости обладания какой-либо собственностью, а вопрос жизни и смерти народа и государства. Чтобы обезвредить его, лишить силы национальной угрозы, нам предстоит его решить, и решить так, чтобы решение стало общепризнанным и неоспоримым.

Культура.

Культура - это форма организации жизнедеятельности. Социальная культура - высокоорганизованная форма социального поведения. Иногда, как частности, упоминаются культура производства, культура быта, культура общения и даже культура потребления спиртных напитков, уровень культуры характеризует относительное количество энтропии, производимое в ходе какой-либо деятельности. Более культурный человек всесторонне более развит и внутренне организован.
Нельзя не заметить, что в нашей стране есть министерство - агентство культуры, в котором культурой никто не занимается. Конечно, кому-то приятнее проводить время среди балерин и себеподобных телетусовщиков, чем заниматься действительными, внешне непривлекательными проблемами культуры.
Обычно высокоорганизованная культура общества складывается многими десятилетиями, иногда - столетиями. Чтобы развить внутреннюю человеческую культуру и обратить её в устойчивую общественную культуру, нужна непрерывная внешняя организационная деятельность хотя бы на протяжении 2-3 поколений людей. Чтобы культура была утрачена, в наших условиях достаточно не предпринимать никаких мер для предотвращения притока энтропии в сознание. Конечно, если общество высоко организовано и не испытывает потрясений, то потоки энтропии в нем нормализованы и культурный уровень устойчив, но в нашей стране последний достаточно длительный относительно стабильный период охватил всего одно поколение и был прерван "перестройкой" и последовавшей системной диверсией. Уровень энтропии в обществе повысился настолько сильно, что её излишки не могли не проникнуть в сознание людей. Сегодня очевидно, что культурный уровень населения обрушился, особенно, за счёт немногочисленной современной молодёжи - ей он просто не был привит. Зато эта группа населения подверглась организованному обескультуривающему воздействию. Характерным индикатором состояния культуры общества является доля курящих среди женщин и молодых людей. В нашей стране за последние годы эта доля выросла, особенно, среди подростков. При этом не менее 99% табака в нашей стране потребляется бескультурно.
Бескультурье - вовсе не досадная помеха и не так безобидно, как кажется. Некультурному человеку в современном технически развитом обществе труднее создать устойчивую семью и вырастить полноценное потомство.

Общенациональная идея

Использование научных знаний и объективных критериев позволяет сформировать основу Национальной идеи в трёх Положениях:
• Стремиться расширить базис и повысить продуктивность нашей общественной системы, создать для неё благоприятные внешние условия и построить её структуру так, чтобы достичь минимума производства энтропии.
• Сбалансировать обмен энтропией с внешними системами.
• Ограничени'чить потребление - общий уровень производства энтропии в нашей системе не должен превышать её негэнтропийные возможности, соответствующие стабильному структурному состоянию.
Национальная идея единственно возможна только в таком виде. Любая верная Национальная идея, в какие бы формулировки она не облекалась, должна отражать представленную основу.
Первое положение ставит целью создание высокоорганизованного, самостоятельного, продуктивного системноразвитого общества, для чего в первую очередь необходимо ликвидировать наиболее тяжёлые последствия системной диверсии.
Второе положение является основой наших взаимоотношений с другими странами и народами. Оно предполагает предохранение нашей системы от разрушительного влияния более развитых систем, и самоограничение в экспорте энтропии в слаборазвитые страны. Последнее является истинным интернациональным долгом но отношению к другим народам.
Третье положение является ограничением нашего валового внутреннего продукта, зависящим от достигнутого уровня совершенства технологий и готовности общества к повышенному потреблению. Ограничить - не значит уменьшить, Сейчас в силу материальных обстоятельств многие семьи с небольшим достатком вынуждены ограничивать число детей ниже желаемого, а то и вовсе оставаться бездетными. Но есть и зажиточные семьи, в которых рождаемость не выше - дети являются помехой использованию богатства. Даже возник ложный стереотип: «деньги дают свободу, дети её отнимают». На самом деле излишние деньги производят излишние заботы, и богатым становится не до детей. Уровень потребления отдельного человека определяется той чертой, за которой начинается рассеивание естественного образа жизни, и для разных личностей этот уровень может различаться очень существенно. Но для общества в целом в данном состоянии и в данный момент времени эта черта однозначна.
В последнее время выдвижение Национальной идеи стало распространённым увлечением. Авторы проектов могут сверить их с представленной основой. В реализации Национальной идеи возможно сотрудничество всех сил, но предлагается пройти проверку на искренность намерений квалифицированием проводившейся «реформаторской» деятельности, как системной диверсии, и признанием основной ближайшей задачи - борьбы с её последствиями. Ну а здоровые силы народа, используя знания в области системной организации, смогут провести мероприятия, связанные с выполнением основной ближайшей задачи, с минимальным ущербом для общества.

Конец политики.

Если послушать политические заявления, то можно заметить, что политики с яростью отстаивают свои решения по разным вопросам, но редко можно услышать внятную аргументацию. Из невнятной чаще ссылаются на чужой опыт, реже - на естественные права.
Научный подход означает конец политики в том виде, в котором мы сейчас её наблюдаем. Выбор у политиков невелик: встать на сторону добра согласно изложенной здесь концепции, открыто встать на сторону зла или предложить свою концепцию добра. Другое дело, что могут быть споры о путях достижения или о точности определения цели. Но пространство для политического манёвра сужается, а эти вопросы лучше решат учёные и специалисты. Собственно, это будет уже не политика, а наука.

Искушение церкви

Раскол, привнесённый в общество, назревает и в православной церкви. Далеко не все верующие одобряют отношение Синода и патриарха к власти. Несмотря на гонения на церковь в первые годы советской власти, далеко не все священники, являются антикоммунистами. Нет единства в отношении канонизации гражданина Романова и его семьи, с тех пор как советская власть была упразднена, число православных значительно возросло. Но намного ли больше стало стойких верующих? Многие из крещёных редко бывают в церкви, некоторые из них воспринимают веру, как модное увлечение, другие заводят отношение с Богом на всякий случай, третьим претит содружество церковной иерархической верхушки и власти. В церковном обиходе даже появилось слово «прохожане».
Свои сегодняшние проблемы церковь несёт из далёкого прошлого, и связаны они с церковно-государственными отношениями. Притирка между властителями и православной церковью на Руси/в России проходила долго и иногда болезненно. После крещения церковь распространила влияние на всё русское общество регистрация от рождения до смерти, заключение брачных союзов, вопросы внутренней политики в период раздробленности, таинство помазания императоров. Духовное единение народа стало основой и единения великого государства. Но постепенно церковь обрастала внешними, мирскими по сути атрибутами - введено патриаршество, появился священный Синод, при этом происходило сращивание церкви и власти. Она получала не только земли под храмы, но и владела пашнями с крепостными душами. После Петра I не было конфликтов между патриархом и государем. Фактически, церковь превратилась из объединяющей силы основных народов России в опору императорской власти. Эти изменения коснулись сути веры и не могли не затронуть область сознания паствы, не привести к появлению мифов.
Один из них до сих пор живуч и гласит: «Всякая власть - от Бога». Конечно, зачастую любая .власть лучше безвластия, но власть бывает разная, и иногда отнюдь не божественная. Подоплёка этого мифа - толкование места из Евангелий, где Спаситель отверг провокационный призыв фарисеев не платить налоги. Но это вовсе не говорит о поддержке власти или даже о терпимости к ней. Смысл в другом - необходимо разделять мирское и духовное и беречь второе от первого. Мог ли Спаситель сказать иначе? Массовая неуплата налогов привела бы к росту энтропии в обществе - хаосу и последующему принудительному отъёму недостачи у населения. Это путь Зла, н. конечно. Спаситель не мог толкнуть на него людей. Наоборот, он уберёг их от искушения, как ни старались фарисеи.
Одним из первых действий советской власти было отделение церкви от государства и школы от церкви. Это означало, что церкви предстояло обрести первоначальную суть, вернуться к народу в той форме, которая существовала в первые века христианства. Но произошло худшее - церковь подверглась разрушительному воздействию "воинствующих атеистов" и советских карательных органов. Первые боролись собственно против веры, вторые - против церкви, сначала - как института прежней власти, а затем - как реакционной и контрреволюционной организации.
Выжившие и не изменившие вере священники могли стать истинными проводниками веры, если бы власть не спохватилась и не увидела в церкви институт контроля за частью населения. В последние годы советской власти священнослужители не только не испытывали давления с её стороны, но и в своем большинстве жили безбедно, благо их было мало, население было в своей массе зажиточным, а тяга к вере начинала возрастать.
Но вот советская власть была свергнута, и церкви предложили мирские соблазны: недвижимость, доступ к материальным и финансовым средствам, телеэфир, агитацию причастностью к её лону известных государственных руководителей. И предложение это происходило от людей того же нравственного окраса, который был у громивших храмы в 20-30-х годах 20-го века. Мирские блага были приняты с благодарностью. Но не попала ли церковь в ловушку? Недвижимость требует огромных средств на восстановление, происхождение богатств сомнительно, под вопросом совместимость телетрансляций с таинством, а публичное посещение храмов некоторыми политиками впоследствии может быть воспринято, как их осквернение.
Ныне же наступает пора искушения, и не только для иерархов православной церкви, по и для верующих всех конфессий. Предстоит выразить своё отношение к добру и злу земному, либо отстраниться от этого. А, в отличие от царствия небесного и ада, земное добро и зло конкретны, и за своим признанием требуют действий.