Любой журналист всегда знает - если в какой-то проблеме одна сторона скрывается, а другая идет на контакт, то права та, что идет на контакт. А тот, кто скрывается - вор. Щекочу, Рыжкову и Гудкову можно было позвонить всегда, в любое время суток и всегда они были на связи. И всегда давали комментарий. И всегда их комментарии - по любому вопросу - были адекватны.
15-летие существования высшего журналистского образования на Тамбовщине отметили в среду в ТГУ имени Державина. Сейчас уже нет факультета журналистики, есть отделение массовых коммуникаций. Ну что ж. Дату отметили "круглым столом" в котором приняли участие руководители тамбовских СМИ, журналисты. Содержание беседы, пожалуй, комментировать не буду. Со многим из сказанного согласен, но так как слова не дали, отмечу, что хотел бы пожелать молодым студентам развивать в себе критическое мышление. И не верить всем подряд на слово. Профессия требует сомневаться и проверять информацию. Не буду требовать быть объективными, прошу только - не врите. Будьте честными перед собой и читателями. Но не разучитесь краснеть и испытывать чувство стыда) [ читать дальше→ ]
Вот была шутка про Останкинскую колбасу, которая не из останков ли делается? Теперь эту старую шутку можно обновить: вот, телебашня высится как обглоданный остов – это останки большого стиля, как бы могучей идеологии.
Она дико странно выглядит. То ли это метла (кажется, автор образа – Проханов), при помощи которой нечистая сила мотается туда-сюда над нашей бедной, холодной и, надо уже признать, малообразованной страной. Которая побеждена мракобесием! Оглянитесь вокруг, образованцы и хомяки, креативщики и пиарщики, которым страна видится благообразным бульварным кольцом, внутри которого послушные дети-вундеркинды гуляют с боннами и левретками и счастливо шпрехают на паре-тройке европейских! Увидьте (пусть кто-то поднимет вам юные свежие веки), что мы живем в стране колдунов и магов, дикарей и шаманов, у-гу-гу! Идите, сравните убогие заработки медиков, не говоря уж про нищебродных учительниц и музейных работниц (за которых хоть Дуня Смирнова вступилась, снимая про них одно кино за другим), с роскошными гонорарами гадалок, знахарей, астрологов, которые по мутной фотокарточке и бэушному глобусу расскажут вам все про вашу жизнь и жизнь ваших соперниц, подруг и президентов. Я уж не говорю про мегаставки ТВ-ведущих на корпоративах.
Литература будет теперь за бабки в школах, а медицина умерла, да и на кой она, когда кругом такие народные целители! Что ж, это тоже путь, правда не очень особый.
Какие чудесные медицинские базары видел я в разных странах Африки! Роскошный товар: обезьяньи черепа, порошок из носорожьего рога, сушеные ящерки… Да такого ни в какой Америке не сыщешь, которая спит и видит, как погубить Африку и уж Россию заодно, в те же деньги.
В доме повешенного не говорят о веревке… Народная мудрость. Истина. Аксиома. Вы тоже так думали? Забудьте. Телевидение идет вперед семимильными шагами, попутно сбрасывая с корабля современности все прежние мудрости. В доме повешенного теперь не только говорят о веревке, но и показывают саму веревку, а также тело, едва вынутое из петли.
Беспардонность, с которой ТВ вторгается в жизнь и смерть известных людей, казалось, давно уже никого не поражает. Не успевает знаменитость отойти в мир иной, как вскоре находятся доброхоты, готовые поведать о тяжелых обстоятельствах жизни усопшего — пристрастии к алкоголю или наркотикам, беспорядочных связях, детях-уродах, родственниках-сутягах. Страна жадно приникает к экранам, наблюдая, как топча грязными сапогами то, что было личным пространством ушедшего кумира, телеканалы зарабатывают свой рейтинг на крови. Родные умерших возмущаются, порой пытаются судиться с вездесущими СМИ — все без толку! «У публичных людей не может быть частного пространства», — с апломбом ответствуют медийные мародеры.
Драма в семье Александра Пороховщикова стала на несколько дней суперновостью телеэкрана. Жена покончила с собой, муж — между жизнью и смертью в реанимации. Детей нет. Близких родственников тоже. Вот телевизионщики и разгулялись на просторе, не дожидаясь хотя бы погребения погибшей женщины и (или) вестей из клиники, где в тяжелейшем состоянии находится артист.
Журналисты работают для того, чтобы граждане, включая всяческих народных избранников, были в курсе проблем. Начальникам журналистская работа настроения не улучшает, ибо суть ее как раз и состоит в том, чтобы доставлять ответственным товарищам неприятности.
Как раз для того, чтобы начальники и всяческие народные избранники были в курсе проблем, работают честные журналисты. Настроения их работа не улучшает, ибо как раз суть ее состоит в том, чтобы доставлять ответственным товарищам неприятности. Дабы они морщились, хватались за валидол и телефон, и немедленно устраняли недостатки, врачевали общественные язвы, приходили на помощь страдающим избирателям и налогоплательщикам. То есть своим нанимателям и работодателям.
"их предназначение – разрушать государство ложью восхвалений"
...Сегодня подавляющему большинству журналистов просто плевать на мнение зрителей, слушателей, читателей. Более двух третей всех средств массовой информации сосёт вымя государственного бюджета. Еще треть является частными лишь по названию, поскольку ими манипулируют «друзья Путина». В лучах этой заботы СМИ становятся все гаже и ленивее. Они вырождаются в государственных паразитов. Они сдохнут завтра, если их оторвали от сиськи вчера.
С начала года в РФ были избиты, покалечены или подверглись угрозам свыше 150 журналистов. Об этом, как сообщает РИА "Новости", заявил главный редактор газеты "Московский комсомолец" Павел Гусев, который также является председателем комиссии Общественной палаты по коммуникациям, информационной политике и свободе слова.
"В XXI веке стало опасно быть журналистом - корреспондентом, фотокорреспондентом... стало опасно писать о коррупции, быть человеком, который свободно говорит о том, что думает", - отметил он.
На Эхе возникла дискуссия о журфаке и журналистах. Не раз звучал тезис о том, что МГУ выпускает плохих журналистов. Мы хоть выпускники и не московского журфака, но хотели бы заступиться за коллег.
Заступимся от противного: а разве кому-то нужны "хорошие журналисты"? Разве сейчас бывают хорошие статьи или плохие? Бывают просто статьи. Они должны соответствовать формату издания. Например, где-то принято писать «господин», где-то "г-н", а где-то и вообще без префикса. А сам текст не должен быть хорошим, он должен быть "структурированным", на худой конец, логичным.
Что требуется от современного журналиста? Чтобы он занимался рерайтом, и брал коменты у "экспертов". Неважно, что эти эксперты рассказывают о Волге, впадающей в Каспийское море. Главное, чтобы это было записано и вставлено в текст, иначе будет неформат. Ведь нельзя писать какие-либо мысли от имени самого журналиста, боже упаси. Никому не интересен ваш анализ и личные мнения, засуньте их в ЖЖ.
Зачем вообще нужны эти дармоеды-журналисты, если колонки могут писать сами комерсы, вернее, их референты? Не говоря уже о всяких деятелях, сделавших себе имя в лихие 90-е, при Брежневе и царе Горохе. [ читать дальше→ ]
Оригинал взят у loboyko в О журналистике, которой нет Я застал несколько лет еще в начале двухтысячных, когда журналистика была почти настоящей. Я сам тогда был молодым журналистом. Были журналистские расследования, были не пиаровские заметки, а действительно проблемные материалы, провокационные интервью. Журналисты тогда искали информацию, конкурировали между собой, а не переписывали пресс-релизы. Было интересно. Спустя несколько лет, где-то к 2004-2005, в журналистике стало нечего делать. Профессия журналист по сути исчезла. Когда проезжаю мимо телецентра, всегда смешат баннеры ГТРК со слоганом: "Нас не догонят!" Почему-то вспоминается анекдот про неуловимого Джо... ГТРК, равно как подавляющее большинство как бы "негосударственных" телекомпаний, давно превратились в пиар-отделы одной единственной политической партии и двух-трех общественно-политических "деятелей". И ведь та же болезнь поразила не только центральные СМИ, определяющие информационную повестку дня каждой домохозяйки и менеджера среднего звена. В регионах та же история... Одинокие островки "свободы слова", которые можно наблюдать, к примеру, в Саратове, это скорее подтверждение правила.
Интересную "Беседу о социальной журналистике" Андрея Лошака и Светланы Рейтер на эту тему публикует "Русский Журнал". Я бы сказал, это беседа о журналистике, которой нет. Несколько точных цитат: "Есть сервильная журналистика, которая обслуживает чьи-либо интересы. Это очень широкий спектр: то есть, это может быть, условно говоря, журнал про еду, автомобили, моду – это журналы, обслуживающие интересы потребительские. Журналистика же - это когда у журналиста мотивация, что он, скажем, активный член общества, он вовлечен в эту жизнь, он хочет что-то сделать и изменить..."
"Ситуация сейчас крайне тяжелая. Я сейчас даже не о журналистике, а о системе, с которой мы сейчас все боремся по мере сил. Потому, что, конечно, система становится совершенно шизофренической. И даже не очень понятно, как, собственно, с этим бороться, когда идет тотальное поражение всех ее органов, абсолютно всех".
"Теория малых дел – это сейчас такая хипстерская история (они просто часто любят употреблять это выражение), но в ней есть правда, потому что на глобальном уровне уже непонятно, что делать, и, наверно, просто заниматься такими вещами или, действительно, о чем я уже говорил (я просто не могу назвать каких-то конкретных тем, тем, кто действительно будет журналистом, каких-то советов дать, как это делать), но я считаю, что нужны какие-то новые пути борьбы с этой ситуацией. Я не понимаю, почему до сих пор никто не побывал ментом?"
«Господи, зачем я журналист?» - написала на страничке в Фейсбуке Ксения Ларина. Это было в тот день, когда мы с ней и другими коллегами находились на фестивале в Болдине и, слушая и исполняя Пушкина со знаменитой веранды, вдруг узнали о выдвижении В.В. Путина в президенты.
Этот вопрос я сама повторяю уже давно, но никогда раньше так часто и с такой, наверное, обреченностью. Сейчас уже мало сказать, что профессия измельчала или умирает. Нет, все выглядит гораздо страшнее и жальче. Помните последнюю серию «Гарри Поттера» и отвратительное, скользкое, скорчившееся на земле существо, оставшееся от Волан-де-Морта? Выпотрошенный, опустошенный, обессиленный, вызывающий и гадливость и подобие жалости одновременно.
Недавно я по просьбе одной довольно известной компании записывала шуточный выпуск новостей к ее юбилею. Надо было провести небольшой опрос на улице: спросить у прохожих, за кого они будут голосовать, чтобы потом подклеить другие вопросы. Никакой, конечно, политики, все было более чем невинно, для внутреннего пользования. Так вот, девочки, которые пошли на улицу с камерой, вернулись в шоке. Люди буквально убегали от них, прячась по кустам в самом прямом смысле слова. Те же, кого удавалось поймать перепуганными насмерть, начинали твердить: «Я скажу все что надо, все что надо...» Или с ужасом спрашивали: «Мне за это ничего не будет?»
А я помню, как, начиная работать корреспондентом 11 лет назад, выходила снимать опросы – на улице очередь выстраивалась, все хотели высказаться...
Чертова профессия. Лучшая на свете. Я заблокировала в своей памяти воспоминания о работе в горячих точках. Может быть, потому что не было случая, чтобы не было страшно. Может быть, потому что журналист всегда безоружен и всегда, в сущности, беззащитен. И всегда найдутся отморозки, которым плевать на надпись «пресса» на груди и спине. Может быть, потому что это странное внутреннее ощущение, что ты прикрыт собственной профессией, что, пока ты «на работе», с тобой ничего не может случиться, гонит тебя вперед, и, пока ты «на работе», ты ни о чем не думаешь, а потом, когда материал передан и можно расслабиться, ты говоришь себе: у тебя дома маленький ребенок. И хреново, и чувство вины.
Кто думает обо всем этом, глядя в экран или читая репортажи в газетах? Разве что родные и близкие. Кто знает, что творится с журналистом, когда он закрывает дверь своего номера в гостинице? Только он. И не обязательно в горячей точке. А на месте теракта? А на месте авиакатастрофы? А на землетрясении? Нельзя защититься от чужой боли и не пропустить ее через себя. Иначе ничего не получится – ни текста, ни картинки.
Это профессия с короткой средней продолжительностью жизни. Чтобы делать свою работу хорошо, журналист должен быть открыт и сверхчувствителен. А это даром не проходит.
ЗЫ: Чертова она и по многим другим причинам. Допустим ты всегда любил общаться с людьми, но наступает момент, когда от чужой боли, от ругательств в твой адрес, от чужих забот и от собственных уже становится очень плохо. И что с этим делать?
«Старик, старик, скорее! Старик, мы всех трахнем!»
Так вот, летом Степашин идет, и потом начинается ситуация паники, когда Таня–Валя заявили, что Степашин ведет закулисные переговоры с Лужковым и сдает папу. Неизвестно, правда это или нет, но они верят в это, и сама вера становится фактом. Что делать? Всем кранты с высшей очевидностью. Все губернаторы стоят в очереди на прием к Лужкову. Он делит посты в будущем правительстве. Он делит страну. Степашин пасется вокруг Лужка, все пасутся вокруг Лужка. И в Кремле начинается дикая паника, Кремль понимает, что земли под ним нет, что он висит в воздухе. Мне насрать, я их ненавижу со всей своей пролетарской ненавистью, а Лужка тем более, потому что он меня преследует.
В свое время Алкивиад отрубил хвост своей собаке. Все Афины стали обсуждать этот поступок, и, когда его друзья спросили, зачем он это сделал, Алкивиад ответил: «Чтобы афиняне обсуждали этот поступок, а не другой».
Одна из самых характерных черт медийной жизни России заключается в том, что нам постоянно навязывают обсуждение хвоста собаки Алкивиада. То есть — новостей, которых нет. Скажет Медведев: «Обещаю найти тех, кто избил Кашина», — и все обсуждают это обещание. Скажет Медведев: «Обещаю расследовать смерть Магнитского», — и все обсуждают новое обещание. Напишет Грызлов статью: «Требую сажать наркоманов», — и все обсуждают, надо сажать наркоманов или нет. А чего обсуждать-то? Грызлов — спикер, хочешь бороться с наркотиками — вноси законопроект, не пиши статью.
Началось все конечно с Кала-концерта))) И этот концерт продолжался весь день. Сидел на работе как старый белогвардеец из фильма "Духов день"
Кое-что хочется вспомнить. Например, благородный спуск к мосту: * Спуск к "Первомайскому" мосту облагородят (http://tinyurl.com/3tpqwht) Как построят, так к этой лестнице только со словами "Здравия желаю, Ваше благородие" подходить можно будет) "МК в Тамбове" гениальным кало-концертом не ограничился и продолжил жечь глаголами, существительными и наречиями. В его версии "Ваше благородие" выглядело так: * В Тамбове начались работы по благоустройству Тезиково (Первомайского) моста. (http://tambov.mk.ru/news/2011/06/29/601519-pervomayskiy-most-blagoustroyat.html) А ведь речь идет всего лишь о лестнице на Набережной))) Финал заметки тоже вдохновляет: * Также будет ужесточён контроль за частотой парка «Дружба» В общем, парк Дружбы на своей частоте. И говорит с "МК в Тамбове" и марсианами))) Далее о массовом Забухалье в Тамбове сообщили @vestitambov: * В Тамбовской области оштрафовали 12000 человек за появление в нетрезвом виде. Вот такая, блин, гекатомба у нас случилась, а мы и не заметили))) Нещадно жгло и ГУ МЧС. Из сводки: * Дежурная смена поисково-спасательного отряда выезжала в поселок Строитель для ликвидации жалящих насекомых (рой пчел). * Дежурная смена выезжала в поселок Калиничи для оказания помощи жителям частного дома в поиске змеи. Результат отрицательный, проведена работа и даны рекомендации по устранению мест доступа земноводных в жилище. Далее (звучит тревожная музыка) разведка сообщила: * Клещи наступают (http://www.68news.ru/medicine/5332-kleshhi-nastupayut.html) Народный фронт, ау!!! Путин, спасай! Возникла мысль вспомнить Кутузовскую стратегию - сдать таки Тамбов клещам, жалящим насекомым и земноводным. Они тут сразу передохнут или сбегут тут же. Но подоспела радостная новость. Веселятся и ликуют все 280 тыс. горожан: * В Тамбове заработал новый светофор (http://www.tamboff.ru/article/view/id/5277) А ОнлайнТамбов огорчило крупных охранников правопорядка. Причем дважды в одном заголовке: * Толстые и пузатые полицейские не пройдут аттестацию (http://www.onlinetambov.ru/sitecontent/politician.php?ELEMENT_ID=61119) В общем, праздник каждый день)
В пятницу в Пензе довелось мне столкнуться с журналисткой из "Пензенской правды". Как она потом представилась - спецкорр. Бой-баба в возрасте налетела на меня как шторм... - И как там Габриелян поживает? - вместо "здрасьте" огорошила она меня сразу. - Пардон, что? - Вы ведь из газеты "Жизнь"? - чуть смутилась она. - С чего вы взяли? - Значит меня обманули, - огорчилась дамочка и пояснила. - Я шеф-редактором была, регионального издания. Тут подошел историк Моисеев и спросил уже у нее. - И что вы напишете о выставке? - Что надо, то и напишу. Настоящий журналист, он ведь - профессиональная проститутка. Я, например, всегда знаю КАК мне надо написать, - с видом профессионала своего дела ответила женщина. - Вот за это я и терпеть не могу журналистов! - встрял я в беседу. - Вы же тоже журналист. Разве это не так? Мне не очень-то хотелось затевать с этой дамой философскую беседу о том, что в первую очередь мы все-таки люди и у каждого есть чувство собственного достоинства. А если его нет, то человек вне зависимости от профессии, уже и не проститутка, потому как у них это чувство тоже есть, а какое-то простейшее. Что-то пробормотал, мол: "Каждый достоин того, чем он хочет быть и является"... А теперь, вот, думаю, херню ведь спорол?
У большинства этих рыцарей унылого пера атрофировалась идейная брезгливость, отсохло чувство профессиональной чести. Они прославляли Путина, «Единую Россию», Михалкова с продажной страстью и на очень скверном русском языке. У них не осталось за душою ничего, кроме стажа, за что они и намеревались получать деньги впредь.
Увы, влияние газеты не определяется чернотою дыма из её трубы. Все газетные новости и разоблачения бессмысленны, пока они не востребованы обществом. И не абстрактным обществом, а его деятельными институтами.
В умах многих укоренилось мнение, будто в свободе печати заинтересованы, прежде всего, журналисты. Трудно придумать что-либо, более далекое от истины. Без свободы, без инициативы и ответственности перед читателем писать легче, работы меньше, думается ленивее. Вы поглядите, как стремительно и безнадежно деградировали «Известия», как только вышей мерой успеха стало прославление Путина и его режима...
В США массив «умных» и массив «успешных», конечно, далеко не тождественны, но являются в достаточной мере пересекающимися множествами. В нашей стране это практически взаимно изолированные группы. Горе от ума – это устойчивая национальная традиция. Если такой умный, почему такой бедный?!
В стране, где Селигер является социальным лифтом, ум и успех надежно разведены.
Если американский миллионер – это человек, зарабатывающий свой достаток умом, трудом и энергией, то российский миллионер – это чаще всего «предприимчивый» чиновник или близкий к нему предприниматель.
...Натуралисты знают, как лисы выживают барсуков. Лисы гадят. Они гадят так обильно и неустанно, что брезгливые барсуки сами покидают свои норы...
Это Надеин про "Известия". Они, кстати, приезжали к нам, надеясь выбить денюжку из "доверчивых провинциалов". При этом вели себя весьма высокомерно. и вот, итог...
"Обеими ногами и руками готов подписаться под обращением «народных деятелей». Особенно ценю их самокритику. Пропаганда насилия, жестокости, бесовщины с экрана – отвратительна. Поэтому хорошо бы прекратить милитаризацию сознания – бесконечные военные фильмы, от Михалкова до Хотиненко («1612»). Надо объяснять людям, какая концентрация мерзости – война.
Или вот, реклама серийных убийц. Бесконечные книги и фильма, славящие главного серийного убийцу в истории России – Сталина – являются явным преступлением против основ общественной нравственности и христианской культуры. [ читать дальше→ ]
...Не только журналист, но и всякий вообще человек сам решает, где его место - у параши, на галерке или в первом ряду. Жизнь, конечно, рассаживает, но и мы кое-что можем. Тот же Познер - все-таки журналист. И не у параши. Я уже не говорю про таких разных людей, как Милова, Колесников, Тарханов, Глускер, Леонтьев, Осокин, Флярковский, Венедиктов, Архангельский - называю только тех, кто появляется в свете по долгу службы (как та же Милова) или из любопытства. Таких журналистов ценят много больше, чем "модельеров, рестораторов, светских девушек, кокаиновых юношей, собачек, кошечек и их парикмахеров". Впрочем, Наташ, откуда, такая спесь и предубеждение перед парикмахерами и кошечками???? Нас - вообще всех - ценят не за то, что написано на нашей визитке, а за то, чем мы на самом деле являемся.
Место журналиста в социуме, что бы он там о себе ни думал, автоматически оказывается возле параши. То есть, простите, на галерке. Он значится в списках на последних местах – после чиновников, звезд культуры и спорта, модельеров, рестораторов, светских девушек, кокаиновых юношей, собачек, кошечек и их парикмахеров. Любая проститутка, вышедшая в модельеры, даст сто очков вперед маститому журналисту, чьими текстами зачитывается половина Москвы.
Российские журналисты в подавляющем большинстве - это стыд, позорище и стокгольмский синдром. По сравнению с западниками - люди другой профессии. Мне очень обидно. Юре Мацарскому с Ъ-FM отдельный респект за вопрос про Ходора.
Медведев три с половиной острых вопроса слил. Остальное было неинтересно.
На вопрос, зачем вообще была нужна эта пресс-конференция, не ответит, думаю, никто, включая самого Медведева.
Газета "Демократия" из Чеченской республики - это, конечно, самый праздничный момент всего мероприятия. А самый загадочный - это один из последних вопросов какой-то женщины из тундры. Что означает фраза: "Олень - единственное животное, которое используется более чем на сто процентов"? Е..ть его что ли можно?!
И это, пожалуй, единственный вопрос, который волнует меня по окончании пресс-конференции главы государства.
...Берлускони заверил Путина, что не бывает истинно влиятельных СМИ, не приносящих прибыли. А у одного знакомого Путина, по фамилии Ковальчук, имеются не просто СМИ, а целая «Национальная Медиа Группа», куда входят и газета «Известия», и «Пятый канал», и РЕН, и большой кусок «Первого канала»; и вроде сейчас четверть СТС прикупят за какой-то там миллиард долларов. И управляют всем этим богачеством блистательные профессионалы: гимнастка Алина Кабаева, зять начальника охраны премьера Виктора Золотова, а еще имеется знаменитый медиаменеджер из нефтяников, известный среди телевизионщиков под ник-неймом Сашка-откат. Всё есть, а прибыли почему-то негусто.
...Почему у нас нет своих мердоков и тернеров, а есть ковальчуки с сашками-откатами? Видимо, потому, что мы ухитрились построить рыночную экономику без предпринимателей. А с Италией нас роднит разве что наличие мафии.
...Хороший собственник, хороший медиаменеджер и хорошие журналисты — вот, собственно, и все, что нужно для производства качественного медиапродукта.
Медиасобственник пусть сколько угодно думает, что он креативен, как Энди Уорхол. Или наоборот — что медиабизнесом может заниматься кто угодно, хоть профсоюзы, хоть партработники; а мою стряпню, будь то йогурт или газета, пипл по-любому схавает. В некоторых случаях приблизительно так оно и есть, но в производимом продукте надо же хоть сколько-нибудь понимать. Медиа все ж создает контент, а не рекламные площади и джинсовые заметки. А контент создают люди, называемые журналистами, — при условии, если они уважают себя и профессию. Граждане, производящие в медиа сомнительный с профессиональной точки зрения контент, называются по-другому.
Наш нынешний день тусклый и пасмурный, как погода за окном. Отсутствие альтернативы во всей сферах первой реальности доведено до гротеска во второй. Ограниченный контингент персонажей и ситуаций утомляет организм не меньше, чем весенний авитаминоз. Медведев и Путин, Ленин и Сталин, Пугачева и Михалков – вот из чего соткано скромное обаяние ТВ начала второго десятилетия третьего тысячелетия. Первая пара – два источника и две составных части политической жизни. Их подробное жизнеописание – цель и задача информационного вещания. Если Путину как главному защитнику детства и материнства вручают галстук в виде сперматозоида, то Медведев в том же новостном блоке с умилением рассматривает детские носочки на фабрике в Смоленске.
Цунами показало россиянам новую журналистику Анатолий Комраков, генеральный директор агентства «Медиабаза», эксперт Ассоциации директоров по коммуникациям и корпоративным медиа России
Катастрофа в Японии ярко продемонстрировала массовой аудитории в России, что такое новая журналистика, а специалисты смогли еще раз оценить ее плюсы и минусы. Также мы узнали, что такое тележурналистика по-японски.
Сразу после удара стихии 11 марта в новостях российских телеканалов мы увидели страшные кадры самого процесса землетрясения и огромной волны цунами. Съемка с вертолета, конечно, не могла не впечатлить, это были кадры из нового «Апокалипсиса»: огромным фронтом вода наступала на безмятежную береговую линию. Что было потом, мы тоже увидели: сотни автомобилей-поплавков, корабли, как игрушечные кораблики, плывущие по полям, дома, превратившиеся в плавсредства. Снятые в токийских офисах любительские кадры с летающими мониторами дополняли картину. [ читать дальше→ ]
...больше не веду на "Вести ФМ" утренних шоу ни по понедельникам, ни по пятницам - на "Вести ФМ" я вообще больше ничего не веду, и сомневаюсь, что в обозримом будущем вести хоть какие госвести буду. (Слово "государственный" (в смысле, принадлежащий тем, кто распоряжается всем имеющимся в государстве, включая податные души) у нас не подменяет слово "общественный". Оно накрывает крышкой дыру: у нас есть страна и даже нация, но общества нет). Вчера через пару часов после эфира мне позвонил человек, когда-то предложивший работать в одной линейке с Володей Соловьевым, и сказал, что я нарушил условия договора, что я ругал и ругался и оскорблял Матвиенко - вместо того, чтобы конструктивно критиковать. Что нарушением условий договора я подставляю всех. И что поэтому он не может больше доверять производство эфира мне.
Всего лишь за пять лет, с 2005 по 2010 год, цитируемость традиционными СМИ новостей, сгенерированных блогосферой, выросла в 30 раз (данные Public.ru) – до более чем 6000 по итогам 2010 года. Это значит, что влиятельные блогеры все в большей степени диктуют информационную повестку. Традиционные СМИ оказались по итогам последнего десятилетия замордованными пропагандистскими «указивками» настолько, что многие работающие там, даже профессионалы, деквалифицировались, а журналистика как профессия все в большей степени качественно и профессионально деградировала.
Фото
Видео
Ответы
Вызвать на дуэль
Ставка за Лидера
