В Питере проходит конкурс детских изданий. Юнкоры Братска участвовали в пресс-конференции с Дмитрием Быковым. При слове Братск писатель встрепенулся и заговорил о замечательном авторе из Братска Александре Кузьменкове - назвав его одним из лучших. Но увы, не издавшем в России ни одной книги прозы. И пообещал выполнить своё данное когда-то слово- напечатать книгу Александра Кузьменкова. Кроме того Татьяна Баева записала на диктофон личное обращение Дм.Быкова к Ал.Кузьменкову. Через неделю слово известного писателя к писателю все еще малоизвестному доедет до Братска.

Лишь чуть-чуть пригрело солнышко, как-то враз оживилась местная литературная братия. Анатолий Лисица презентовал сразу две свои книги: одну детскую, другую более серьезную. Журналисты телекомпании НТВ начали активные розыски самого успешного и самого закрытого литератора города Братска Олега Курылева (pressmen.info/art/8_08_kyr.htm). Он, кстати, в прошлом году вновь издал очередной роман и энциклопедию. Судя по всему, на НТВ вскоре должна появиться какая-то информация о нем. Впрочем, этот телеканал любит делать передачки о братчанах…

Но на фоне этих событий особняком стоит почти отшумевший скандал, не случайно, но внезапно возникший вокруг другого нашего писателя и бескомпромиссного критика Александра Кузьменкова.

Личность Александра Александровича, в отличие от того же О. Курылева, более известна городской общественности в силу публичности его предыдущей деятельности. Кузьменков долгое время редактировал популярные городские газеты, успел поработать в разных качествах и на местных телеканалах, где снискал некоторую популярность. Однако в силу свойств собственного характера он не смог там надолго задержаться, поскольку желание говорить то, что думает и поступать так, как хочет, оказалась сильнее желания получать постоянную заработную плату. Таким образом, А. Кузьменков вскоре оказался в статусе, который поклонники его талантов стали определять, как «сторож с собакой». Не окажись он в таком положении, литературная общественность, возможно, так бы и не узнала о другой стороне его деятельности – литературной.

Следует заметить, что переход в новое качество у Кузьменкова не был неожиданным. Еще в начале 90-х он выпустил при посредничестве нашего информационного агентства самиздатовскую книжку «Сказ про то, как царь Гвидон женился…». Поэмка получилась весьма фривольная и одновременно забавная. Немногочисленные читатели, которым достался экземпляр, восприняли это произведение, как литературную шутку, пародию на популярную в то время сказку Леонида Филатова «Про Федота-стрельца», пересказанную языком Баркова. У Кузьменкова было еще несколько подобных стилизаций, и казалось, что дальше них дело не пойдет.

Однако, выйдя на вольные хлеба, Кузьменков явил литературу совсем иного качества. Неожиданно появились труды, которые ясно дали понять, что традиционным путем автор идти явно не намерен. Одно только его исследование творчества Николая Гоголя (bm.slowread.ru/index.php?id=page105) могло повергнуть в шок и трепет официальное литературоведение. Статья разрушала глянцево-хрестоматийный образ классика до основания. Казалось, что Александр готов встать на неблагодарный путь ниспровергателя идолов.

Но вслед за критикой на Интернет-страничке А. Кузьменкова (давно уже закрытой) стала появляться и проза. Часть повестей и рассказов, размещенных там, были опубликованы традиционным способом. А за книгу «День облачный» он в 2009 году даже получил американскую литературную премию «Серебряная пуля». Это событие не стало переломным в его литературной карьере, в силу каких обстоятельств – здесь исследовать не будем.

Похоже, на этом этапе была произведена очередная переоценка ценностей. С этого момента мы теряем из вида писателя Кузьменкова, а на сцене появляется критик Кузьменков. Регулярно в журналах «Урал» (Екатеринбург) и «Бельские просторы» (Уфа) публикуются его едкие рецензии на столпов отечественной словесности. Вероятно, это был просто способ получения постоянного заработка, но поскольку снижать планку автор не хотел, то и писал в полную силу. Если уж он САМОГО Гоголя не пощадил, то кто ж его заставит говорить, что Захар Прилепин - гений?

У Кузьменкова есть плюсы: филологическое образование, чувство слова, свойство памяти удерживать в голове всю информацию, однажды попавшую туда. К минусам, вероятно, следует отнести то, что литературные недостатки писателя он делает недостатками самого писателя – слишком уж все персонифицирует. И это не может не задевать звезд отечественной литературы.

И потому в защиту обиженных и оскорбленных восстала Юлия Щербинина, доктор педагогических наук, доцент кафедры риторики и культуры речи Московского педагогического университета, специалист по проблемам деструктивной коммуникации, литературный критик, литературный агент. В своем послании глав­но­му ре­дак­то­ру жур­на­ла «Бель­ские про­сто­ры» Ю. Го­рю­хи­ну она пишет, что ста­тьи Алек­сан­д­ра Кузь­мен­ко­ва со­дер­жат ос­корби­тель­ные оп­ре­де­ле­ния, ин­си­ну­а­ции и пря­мые се­рь­ез­ные об­ви­не­ния, а также ос­кор­би­тель­ные вы­па­ды в ад­рес боль­шин­ст­ва со­сто­яв­ших­ся и при­знан­ных пи­са­те­лей. Итожа сказанное, специалист по проблемам деструктивной коммуникации приходит к выводу, что мы имеем «вы­ра­зи­тель­ный об­раз­чик сим­би­о­за огол­те­ло­го хам­ст­ва с бессильным зло­пы­ха­тель­ст­вом и са­мо­вы­ра­же­ни­ем кри­ти­ка за счёт по­но­ше­ния ли­те­ратора» и в этой связи грозится об­ра­титься в вы­ше­сто­я­щие ин­стан­ции для ре­гу­ли­ро­ва­ния сло­жив­шей­ся си­ту­а­ции.

Неожиданным следствием этого письма стало то, что Александр Кузьменков, похоже, вообще решил завершить свой литературный путь. По крайней мере, эту мысль донес до нас ближайший соратник и наперсник писателя и критика - Владимир Монахов. Из других источников дошли еще более тревожные слухи: якобы А. Кузьменков вовсе собирается оставить наш город. Если это хоть в какой-то степени соответствует действительности, то это очень печально. Братск и так не переполнен интеллектуалами, а тут с местного литературного поля исчезает фигура, не побоимся этого слова, российского уровня.

Что касается предмета спора – имеет ли право литературный критик выражать свое мнение о том или ином произведении искусства в той форме, в какой считает нужным, то здесь для вменяемого читателя нет коллизии – именно так и должно быть. Мнение Кузьменкова интересно было знать, потому что он высказывал его талантливо. За это его кто-то любит, а кто-то нет. А российской литературе от этого только лучше. Было. Ведь, правда?

Олег Августовский,

фото из архива ИА «Пресс*Мен», слева – А Кузьменков (1992 г.)


источник

Писатели обиделись на Кузьменкова:

"По­ми­мо пря­мых ос­кор­би­тель­ных вы­па­дов в ад­рес боль­шин­ст­ва со­сто­яв­ших­ся и при­знан­ных пи­са­те­лей, пуб­ли­ка­ции А.Кузь­мен­ко­ва со­дер­жат оп­ре­де­ле­ния про­из­ве­де­ний, уни­жа­ю­щие до­сто­ин­ст­во их ав­то­ров. Так, ро­ман «Биб­ли­о­те­карь» Ми­ха­и­ла Ели­за­ро­ва – «злоб­ная ис­те­ри­ка по­лу­гра­мот­но­го люм­пе­на». Про­за Юлии Ко­кош­ко – «от­кро­вен­ная па­то­ло­гия». «Зо­ло­то бун­та» Алек­сея Ива­но­ва – «аля­по­ва­тое чти­во». «Ма­те­ма­тик» Алек­сан­д­ра Или­чев­ско­го – «пу­та­ный и не­внят­ный опус», ко­то­рый не­воз­мож­но чи­тать «без ущер­ба для пси­хи­ки». «Укус ан­ге­ла» Пав­ла Кру­са­но­ва – «вы­со­ко­вольт­ная, не-вле­зай-убь­ёт, бре­дя­ти­на»; «из­ва­ял му­жик не­тлен­ку». «Моск­ва-ква-ква» Ва­си­лия Ак­сё­но­ва – «тер­мо­ядер­ный ма­разм ли­те­ра­тур­но­го ак­са­ка­ла». «Я – че­че­нец!» Гер­ма­на Са­ду­ла­е­ва – «ис­те­ри­ка се­ми­пу­до­во­го му­жи­ка». «Дом, в ко­то­ром…» Ма­ри­ам Пе­т­ро­сян – «на ред­кость то­пор­ная ра­бо­та», «цик­ло­пи­че­с­кий во­рох втор­сы­рья», «пу­та­ные фан­та­зии со­ро­ка­лет­ней от­ро­ко­ви­цы»…

По­ла­гаю, при­ве­дён­ных при­ме­ров (толь­ко за 2011 год!) пре­до­ста­точ­но. До­ба­вим к ним ре­гу­ляр­ное обо­зна­че­ние Алек­сан­д­ром Кузь­мен­ко­вым пи­са­те­лей «па­ре­нёк», а пи­са­тель­ниц «г-жа ав­то­рес­са» – и по­лу­чим вы­ра­зи­тель­ный об­раз­чик сим­би­о­за огол­те­ло­го хам­ст­ва с бес­силь­ным зло­пы­ха­тель­ст­вом и са­мо­вы­ра­же­ни­ем кри­ти­ка за счёт по­но­ше­ния ли­те­ра­то­ра".

Открытое письмо Юлии Щербининой в "Литературной России" полностью можно прочитать ЗДЕСЬ:

Сразу два журнала – «Бельские просторы» (Уфа) и «Урал» (Екатеринбург) - в номинации критика и библиография назвали братчанина Александра Кузьменкова лучшим.

В 2011 году А.Кузьменков опубликовал в этих изданиях более тридцати критических эссе о современной прозе. Правда, выводы писателя неутешительные - многим известным авторам, коих иные хвалят, Кузьменков выдал «черные метки». В итоге критик пришел к печальному выводу, что современная литература терпит поражение.
Всё читать на сайте Братск.орг

ЗЕРКАЛО КОНТРКУЛЬТУРНОЙ РЕВОЛЮЦИИ



Алексей А. Шепелев. Maххimum Eххtremum. — М.: “Кислород”, 2011.



Нынче все активно обожают Шепелева, — вот вам крест, прежние критерии оценки текстов надлежит безжалостно похерить. Достаточно автору не путать падежей и отпускать вялые матюги по поводу и без, — и Крусанов объявит его чумовым гением, а Вульф провозгласит вторым Платоновым. Давайте вкушать чумовую гениальность:

“Самое интересное начиналось ровно в девять часов, когда начиналась программа время — я тут же подскакивал на диване, расстегивая ширинку, быстро выпрастывал его и начинал мастурбировать, дергаясь, суча ногами, извиваясь, распуская слюну, посылая воздушные поцелуи и профанистически-сладострастно выкрикивая: “Катенька моя, уть-уть-уть!”… Я, не прекращая непристойных манипуляций и выкриков, устремлялся ползком к телевизору, потом начинал заподпрыгивать на него, пытаясь попасть в экран гениталиями”.

Это, стало быть, числится у нас прекрасным и яростным. Ценю ваш юмор, коллеги.


продолжение читать в журнале "УРАЛ"

Александр Кузьменков. За постоянную рубрику «Чёрная метка» (№№ 3-12)

Время пепла:
В первый том избранных сочинений Александра Кузьменкова включены повести "Вакидзаси", "Группа продленного дня", "Десятая годовщина" и др. "Один из лучших прозаиков современной России", - так характеризовал автора Д. Быков.




Уроки чтения;Во второй том избранных сочинений Александра Кузьменкова вошли статьи и рецензии одного из самых скандальных критиков современности. "Мастер критической отвертки", - аттестовала его В. Пустовая.

Хайдеггер учил, что любой текст есть ответ на некий надтекстуальный вопрос. На какой вопрос отвечают «Две сестры…» – одному Богу ведомо. За уши притянутый катарсис – «в России надо жить долго… и еще надо выйти, выйти рано» – отнюдь не проясняет дело, а запутывает еще больше.

Возможно, в России и надо жить долго. А вот в литературе задерживаться сверх меры явно не стоит. Промедление чревато синдромом… да нет, не Кандинского. Синдромом Маканина.

читать дальше:

http://www.chaskor.ru/article/andrej_nazarov_to_chto_pokidaet_cheloveka_poslednim_24659

Андрей Назаров сказал:

Были и другие писатели, имена которых нам удалось ввести в обиход русской литературы. Недавним — прозаик Александр Кузьменков, талантливейший стилист, погружающий нас с собою в бездны бытия, он же безработный, ныне обретший статус сторожа с собакой. И я, которому приходилось работать кем угодно, чтобы остаться собою, поздравляю его с этим сторожем. И буду помнить его тексты, имя и судьбу.

Виктор Топоров тут же позавидовал:

"Высокой культуры Ришина", "талантливый Сергей Костырко" "поэт и мыслитель Шапиро", "талантливейший стилист Кузьменков" - вот я и говорю: даже если это правда - деноминировать такую правду в сто раз! А поскольку это неправда, да и сам Назаров даже в самом снисходительном из литературных смыслов... то, сами понимаете...

«Они не пробовали запрыгнуть в голом виде на банкетный стол, присесть на корточки и поместить член в рот женщины, предварительно погрузив собственные яйца в бокал с прохладным шампанским», – на этой фразе «Йод» можно смело закрывать. Больше ничего любопытного там не случится. Да и до того не случалось.

Представьте себе раннего (времен «Эдички») Лимонова без любовной драмы, без надрывного, напоказ, взлома социальных и сексуальных табу, без политического нерва, без эпатажного эстетства, – что останется? Тусклая эгобеллетристика, украшенная причитаниями того же свойства: жена профура, денег нет, кругом одни козлы, весь мир бардак, нет в жизни счастья и проч. Иными словами, получится рубановский опус.



"Пир духа и другие сомнительные удовольствия"Александра Кузьменкова в "Бельских просторах"

САДЫ ГОСПОДИНА КУРКОВА

(А. Курков, «Сады господина Мичурина». – СПб, «Амфора», 2006)

ЦИТРУСОВАЯ РЕНИКСА

(Э. Лимонов, «Ереси». – СПб, «Амфора», 2008)

СЛОВЕСНАЯ ОПУХОЛЬ

(Ю. Кокошко, «Вдоль снега». – «Знамя», № 11, 2010)

читать в "Бельских просторах"

ПЛАСТИЛИНОВОЕ ЕВАНГЕЛИЕ

Виктор Пелевин. Ананасная вода для прекрасной дамы. М.: “Эксмо”, 2010.

Вот любопытно мне: а долго бы протянула Шахразада, кабы принялась на все лады пересказывать Шахрияру одну и ту же историю? Думаю, что “Тысяча и одна ночь” при таком раскладе сократилась бы ночей этак до трех. В лучшем случае — до пяти…

Однако у советских собственная гордость. В России читают не текст, но автора. Бренд есть индульгенция на все случаи жизни. В особенности если это бренд “Пелевин”. Потому читатель наш уже полтора десятка лет трепетно внимает одной-единственной байке своего кумира: об иллюзорности всего сущего.

Из Литинститута Пелевина отчислили за незнание жизни. Удивительно, но за четверть века жизненный опыт г-на сочинителя ничем не обогатился. Ментально В.П. намертво застрял в конце 1980-х, когда слова “кундалини” и “гэбня” служили паролем для избранных, а “Живая этика” и газета “Совершенно секретно” были непререкаемыми духовными авторитетами. Как следствие, любая пелевинская книга — симбиоз второсортной конспирологии и кухонной эзотерики. А что сверх того — от лукавого: вместо сюжета одна и та же, до сального блеска замусоленная, схема (неведение-инициация-просветление); вместо стилистических изысков — топорной выделки остроты (“Жанна Фриске показала сиськи”); вместо осмысления жизни — механическое перечисление ее примет (нефть, реклама, терроризм)…

Читать рецензию А.Кузьменкова (Братск) в журнале "Урал" полностью

В Копенгагене состоялся вечер российского литературного журнала «Новый берег»


Благотворительный вечер в фонд литературного журнала «Новый берег» прошёл в музыкальном салоне копенгагенского Российского центра науки и культуры, сообщает ИТАР-ТАСС.

Перед собравшейся в зале публикой – смешанными русско-датскими семьями, живущими и работающими в стране россиянами, владеющими русским языком датчанами – читали свои тексты участники литературно-художественного объединения, которым руководит писатель Андрей Назаров, выступали участники детской студии датско-российского театра «Диалог» при РЦНК, в исполнении русских музыкантов прозвучали старинные романсы и знаменитый «Танец троллей» Грига.

«Новый берег» издаётся с 1998 года. Он начинался как местное издание живущих в Дании русскоязычных литераторов, однако быстро стал общероссийским литературным явлением, заняв по праву своё место в «Журнальном зале» – интернет-федерации толстых литературных журналов, где его аудитория достигает 30 тысяч читателей.

Главный редактор «Нового берега» – живущий в Дании писатель Андрей Назаров, который в 2008 году стал одним из лауреатов «Русской премии» за книгу «Упражнения на тему». Журнал – член Всемирной ассоциации русской прессы и постоянный участник проводимых ВАРП конгрессов.

«Новый берег» печатает прозу, поэзию, критику, эссе, воспоминания, публицистику. Среди его авторов такие ведущие российские литераторы, как Андрей Битов и Александр Кушнер. Журнал гордится и открытыми им новыми именами, среди которых, например, прозаик из Братска Александр Кузьменков.

«Мы публикуем мэтров, чтобы создать площадку для молодых литераторов», – сказал Андрей Назаров, который надеется, что «Новый берег» станет «отражением полифонической культуры, соединяющей наследие предков с образами и понятиями современного мира».

Иван Крылов, редактор информационной службы фонда «Русский мир»

L’ENFANT GRINCHEUX

Андрей Аствацатуров. “Скунскамера”. — М.: “Аd Marginem”, 2010.

Начать придется издалека. В 1885 году японский филолог Цубоути Сёё провозгласил принцип “сядзицусюги”, в дословном переводе — “отражать, как есть”. А поскольку писатель в состоянии адекватно отразить лишь себя любимого, закономерно родился новый жанр — эгобеллетристика (на языке оригинала — “ватакуси сёсэцу”).

Россияне, должен заметить, тоже не лаптем щи хлебают. На упомянутом поприще не без успеха подвизались и Довлатов с Лимоновым, и иные прочие, имя им легион. Но пуще других отчего-то повезло Андрею Аствацатурову с “Людьми в голом”: дружные аплодисменты критиков и номинация на все мыслимые премии.

Если помните, около года назад правительство Москвы объявило “Людей…” образцово-показательной словесностью. Столичная мэрия всегда отличалась нетрадиционной эстетической ориентацией — один Церетели чего стоит… После такой похвалы любой уважающий себя литератор умолкает, хотя бы на время. Однако наш герой оказался не лыком шит и тут же изваял сиквел — к вящей радости чиновных меценатов и на страх просвещенной публике.

Назвать опусы Аствацатурова романами означало бы сказать незаслуженный комплимент. Ибо формальные признаки изящной словесности здесь напрочь отсутствуют: сюжет издох в эмбриональном состоянии; композиция откровенно лоскутная, клиповая; стиль балансирует между анекдотами про Вовочку и школьным сочинением… Впрочем, что придираться к мелочам? Гегеля еще никто не опроверг: форма и содержание диалектически едины, — а сказать-то г-ну сочинителю ровным счетом нечего. Учеба в школе, учеба в университете, работа в том же университете — вот и весь его жизненный багаж. Если в первой книжке Аствацатуров заполнял пустоты старательным пересказом Довлатова, то теперь пересказывает самого себя. Результат изначально предсказуем: тень тени, клон клона. Никак не больше.


читать в журнале "Урал"

- Кто, на Ваш взгляд, недооценен читателями или критикой в современной литературе, а чьи репутации сильно «раздуты»?

– Оценены все, поскольку Интернет предоставил слово даже слишком многим. Иное дело, что есть фигуры «перепиаренные», но тут у каждого свой список. Что до авторов, к которым следовало бы привлечь более пристальное внимание, — назову Александра Кузьменкова из Братска, Оксану Бутузову из Петербурга, Дмитрия Новоселова из Уфы.



полностью интервью Дмитрия Быкова читать здесь:

“Бестолково, бессмысленно…”

Александр Терехов. Каменный мост. — М.: “АСТ”, “Астрель”, 2009.

3 июня 1943 года 14-летний наркомовский сын Володя Шахурин разрядил пистолет в свою возлюбленную, посольскую дочь Нину Уманскую. А мгновение спустя выстрелил еще раз — себе в висок. Нет повести печальнее на свете…

Фабулы, где любовь рифмуется с кровью, публике никогда не приедаются. А эта и вовсе была обречена на успех. Судите сами. Мальчик — самодельный Ubermensch, белокурая бестия с Геббельсом в башке и “вальтером” в руке. Девочка — комсомолка, спортсменка и просто красавица наркоминдельского разлива. А high life красной аристократии, пир во время военной чумы! А “Четвертая империя”, тайное общество юных наци из элитной 175-й школы!! В сумме все перечисленное тянет ежели не на шедевр, то уж точно на бестселлер. Как говорят журналисты, фактура вывезет…

К несчастью, фабула “Каменного моста” фатально не совпадает с сюжетом. Итак, компетентные органы (невесть с какого перепуга) затевают расследование дела 60-летней давности. К расследованию (неведомо зачем) подключают отставного чекиста. Итог архивно-кладбищенских разысканий предсказуемо скуден: Уманскую, возможно, застрелил Вано Микоян. На чем и кончается неприкосновенный запас кремлевских тайн. Сплетня в виде версии — для газетного очерка этого хватит с лихвой. Но трагически мало для современных издателей, — к ним без десяти а.л. и близко не подходи, будь ты хоть Маркес Бальзакович Булгаков.

Продолжение читать в журнале "Урал"

Список номинаторов 2011 года:


Кузьменков Александр, писатель, Братск

остальных читать здесь:

Александр Кузьменков



НАГРАЖДЕНИЕ НЕПРИЧАСТНЫХ



Затеяв променад по садам прошлогодней российской прозы, вдруг убеждаешься: а гулять-то негде. Ибо упомянутый дендрарий – точь-в-точь провинциальный парк культуры: два-три чахоточных кустарника, густо заросшая крапивой клумба да ржавая карусель, разбитая параличом. Убожество отечественной словесности легко объяснимо, если вспомнить, что на дворе у нас эпоха постмодерна, где главный герой – симулякр, вторичный образ без первичного подобия. Сухари со вкусом икры, презервативы со вкусом клубники и графомания со слабым привкусом беллетристики суть явления одного порядка. Литературный процесс в России давным-давно подменили премиальным, и 2010 не стал исключением. Минувший год не принес ни шедевров, ни даже бестселлеров, но раздача слонов не прекращалась все 365 дней. И, согласно традиции, награждению подлежали непричастные.


продолжение в журнале "Волга"

В списке наш человек:




14. Кузьменков Александр «Десятая годовщина», журнал Волга», 2010, №5-6

остальных можно прочитать здесь:

Кто знает об одном из лучших прозаиков современной России — Александре Кузьменкове (Братск)? Все мои попытки издать его сборник в Москве закончились ничем, а между тем это серьезнейший прозаик и мыслитель, равно не имеющий отношения к “новому реализму” (который в действительности перепевает штампы времен Глеба и Николая Успенских) и к социальной фантастике, напоминающей сценарии квестов. Его единственный большой однотомник вышел по-русски в Штатах, и это наш позор.
Читать журнал "Дружба народов"

В повести « 1924, или Красный хутухта» продолжается исследование темных сторон старинного городка, в котором из века в век, как в наказание, руками людей вершатся дьявольские дела:

«Двухэтажный дом на углу улицы Бебеля, бывшей Царицыной, давным-давно заслужил в Бахмутове дурную славу. В царствование Александра I здесь застрелился племянник барыни Литвиновой, повредившись в уме от несчастной любви, да и сама барыня в ту же ночь отдала Богу душу. В царствование Александра II тут мутили умы два поднадзорных питерских нигилиста. При Николае II студент, высланный из Харькова за участие в тамошней «Лиге любви», под тою же крышей не без успеха обучал местных барышень премудростям свального греха. В гражданскую в подвале крушил ребра и челюсти начальник григорьевской контрразведки штабс-капитан Абуладзе. Сейчас фасад литвиновского дома пересекала черная с золотом жестяная вывеска «Я.М. Голосовкер. Торговля кондитерских товаров». Слухи про Якова Моисеевича ходили разные, большей частью темные: толковали про марафет и скупку краденого. Малыгин раза три сажал Голосовкера в ДОПР, но тот, мудрый, как десяток мидрашей, неизменно выходил сухим из воды».
читать дальше:

повесть читать здесь - http://magazines.russ.ru/volga/2010/5/ku3.html

Об авторе:

Александр Кузьменков – прозаик, эссеист. Родился в 1962 году в Нижнем Тагиле. Окончил педагогический институт, был учителем, монтером пути, рабочим черной и цветной металлургии, журналистом. Автор книг «Бахмутовские хроники», «День облачный», «Корабль уродов». Печатался в журналах «Волга», «День и ночь» (Красноярск), «Новый берег» (Дания), интернет-издании «Круги», издательстве «Franc-tireur USA». Лауреат литературной премии «Серебряная пуля» (США, 2009). Безработный. Живет в Братске.

Журнал «Волга» опубликовал новую повесть братского прозаика Александра Кузьменкова «Десятая годовщина». На сей раз местный сочинитель избрал своими героями декабристов, чей мятеж, по прихоти автора, увенчался удачей…



В выборе темы Кузьменков не оригинален, – как, впрочем, и всегда. Написать альтернативную историю декабристов пытались многие. Первым, как ни странно, стал маститый историк Натан Эйдельман. Потом тему разрабатывали Лев Вершинин и Юлия Глезарова. Но «Десятая годовщина» – пожалуй, первая попытка вписать героев Сенатской площади в паттерн русской исторической цикличности. Победа Рылеева, Муравьева & Co для автора мало что значит, – куда важнее, будет ли от нее хоть какой-нибудь прок?

читать всю статью на сайте Братск.орг

"ВАКИДЗАСИ" Александра Кузьменкова.
Можно прочитать и проголосовать.
Жми и голосуй!

Александр КУЗЬМЕНКОВ



Александр Кузьменков – прозаик, эссеист. Родился в 1962 году в Нижнем Тагиле. Окончил педагогический институт, был учителем, монтером пути, рабочим черной и цветной металлургии, журналистом. Автор книг «Бахмутовские хроники», «День облачный», «Корабль уродов». Печатался в журналах «Волга», «День и ночь» (Красноярск), «Новый берег» (Дания), интернет-издании «Круги», издательстве «Franc-tireur USA». Лауреат литературной премии «Серебряная пуля» (США, 2009). Безработный. Живет в Братске.







ДЕСЯТАЯ ГОДОВЩИНА



От автора:

Сейчас буду говорить до оскомины банальные вещи, так что заранее прошу прощения.

Россия – синоним упущенной возможности. Отсюда общая любовь к сослагательному наклонению: если бы не убили Александра II… если бы победил Деникин… если бы президентом стал Примаков… etc.

Но: ни одна власть в России не является верховной. Максима Плутарха – «Ты правишь, но и тобою правят» – это как раз про нас. Любой здешний правитель становится заложником жестких условий: от скверного климата до непобедимой отрицательной селекции. Потому история наша нелинейна. Мы обречены подтверждать Екклезиаста: что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться.

«Начало» и «конец» в русском языке – слова родственные, едва ли не однокоренные. Конечный пункт для нас неизбежно становится отправной точкой. Тому в истории мы тьму примеров слышим. Аракчеев родил декабристов, декабристы родили Государственный Приказ Благочиния, аракчеевщину в кубе. Ленин, сокрушив Российскую Империю, основал ее заново. Ельцин начал борьбой с привилегиями, а кончил борьбой за привилегии. И прочая, прочая, прочая.

Подлинный наш герб – не двуглавый орел, не серп и молот, а замкнутый круг. О том, стало быть, и пишу.

Полностью читать повесть в журнале "Волга"

Чрезвычайно понравился и прозаик из Братска Александр Кузьменков, он работает давно, но я прочел впервые его хроники под названием "Группа продленного дня" и рукопись "Время пепла", которую намерен порекомендовать одному из московских издательств.

остальное читать здесь:

Франтирёр USA вступает в Третий год экзистанса.
2008 был годом начала.
2009 стал годом признания.
Не только в Зарубежье, но и в метрополии.
Шесть наших авторов - Маргарита Меклина, Владимир Загреба, Анатолий Курчаткин, Александр Кузьменков, Александр Волынский, Лев Усыскин, Игорь Мартынов, Аркадий Драгомощенко - стали призерами нашей международной премии "Вольный стрелок: Серебряная пуля". Три автора - Маргарита Меклина, Андрей Назаров и Ваш покорный - стали лауретами "Русской Премии" фонда Ельцина (по поводу чего силы реакции до сих пор не могут устаканиться). Под конец года редакция московской "Независимой газеты" объявила одну из нами выпущенных книг Олега Разумовского - "Веселые картинки" - Прозаической Книгой 2009 года. Церковными и правительственными премиями были отмечены и члены нашего международного издательского совета - Николай Боков, Александр Кабаков. Рецензии на книги нашего издательства появились в центральной (как говорилось прежде) прессе и периодике. Коммерческий аспект наименее важная из наших забот, однако имею сообщить, что наши книги продаются не только с книжной витрины "Франтирера" (http://stores.lulu.com/store.php?fAcctID=1769088), но и в книготорговых точках Парижа и Москвы. В уходящем году "Франтирёр" стал переводить роялтиз своим самым инициативным и "продаваемым" авторам.
29 января - день очередного присуждения наших "Серебряных пуль".
Чем станет 2010 - зависит от наших авторов. Мы, как было сказано поэтом, - поверх барьеров. Открыты, по определению, для всех вольных стрелков - прозаиков и писателей нон-фикшн, рассекающих поток автономно и самоуверенно.
С Новым годом, друзья.
Без надежды надеясь. Конечно - на лучшее!

Marina Kami,
директор

Serge Iourienen,
редактор

Кто же, по мнению Дмитрия Быкова, в наши дни талантливо схватывает новые реалии в новых формах? В первую очередь это прозаик Александр Кузьменков из Братска. Его явление закономерно, считает Быков, хотя широкому российскому читателю он пока не очень известен. (В этом году Александр Кузьменков стал лауреатом международной литературной премии "Вольный стрелок" за книгу "День облачный", изданную в США.) Прозу Кузьменкова Быков, употребляя выражение Ленина, определяет как "своевременную": "Чтобы писать хорошую реалистическую прозу про сейчас, надо внятно понимать, где мы находимся, не зависеть ни от квазилиберальных, ни от квазипатриотических гипнозов: и у Кузьменкова все эти условия соблюдены. Он понимает, что мы живем на руинах. Он пишет густо, плотно, увлекательно, хоть и не без клише (штампы у него только на фабульном уровне - в языке они отсутствуют совершенно). Его рассказы и повести опубликованы в красноярском журнале "День и ночь", кое-что в "Волге", начало романа "Бахмутовские хроники" - в "Новом береге". Лет ему 47. Он сменил много разных профессий - от металлурга до журналиста - и сосредоточился сейчас на писании; прокорм ему дает подсобное хозяйство".
Галина ЗАЙНУЛЛИНА
Наталия ФЕДОРОВА.

вся статья тут:

смотрите публикации А.Кузьменкова в журнальном зале

Прежде чем горячо рекомендовать читателю повесть Александра Кузьменкова «Группа продленного дня», скромно названную рассказом и помещенную в журнальном варианте на страницах «Нового берега», я хотел бы объяснить по крайней мере самому себе, почему этот день оказался продленным; иными словами, почему мы все вдруг опять внезапно вляпались в девяностые.
читать дальше статью Дмитрия Быкова

Новая повесть А.Кузьменкова «Группа продлённого дня» – это столкновение двух поколений на ничейной территории разрухи, где идёт жёсткая борьба за выживание прошлого и нынешнего без всякой надежды на будущее. Автор так выстраивает сюжет, что для читателя остаётся загадкой, кто выживет в этой борьбе? С одной стороны, в противостоянии поколений погибают все – продвинутые молодые и бомж с собакой, но при этом сохраняется иллюзия, что кто-то из них ещё отстаивает своё право на продолжение жизни. Хотя по авторскому замыслу очевидно, что никто из оставшихся, на самом деле, уже не живёт, поскольку все они погребены в завалах старого завода эпохи строительства социализма, из которого выхода никому нет. Это жёсткая правда о дне нынешнем, в котором будущий читатель узнает сегодняшнюю жизнь правобережья Братска, где люди вымышленной реальности уже мертвецы, а если кто и остался под небом голубым, то только живые уроды, героев которых будущее уже не принимает.

Выход новых трёх книг говорит о нарастающем интересе к творчеству сибирского отшельника, на письменном столе которого появилась новая повесть - «Группа продлённого дня". Сюжет повести – это столкновение двух поколений на ничейной территории разрухи, где идёт жёсткая борьба за выживание прошлого и нынешнего без всякой надежды на будущее. Автор так выстраивает сюжет, что для читателя остаётся загадкой, кто выживет в этой борьбе? С одной стороны, в противостоянии поколений погибают все – продвинутые молодые и бомж с собакой, но при этом сохраняется иллюзия, что кто-то из них ещё отстаивает своё право на продолжение жизни. Хотя по авторскому замыслу очевидно, что никто из оставшихся, на самом деле, уже не живёт, поскольку все они погребены в завалах старого завода эпохи строительства социализма, из которого выхода никому нет. Это жёсткая правда о дне нынешнем, в котором будущий читатель узнает сегодняшнюю жизнь правобережья Братска, где люди вымышленной реальности уже мертвецы, а если кто и остался под небом голубым, то только живые уроды. Так пересекается выпуск книги афоризмов с новой повестью «Группа продлённого дня», героев которых будущее уже не принимает.


из статьи "Корабль уродов от Кузьменкова"
http://www.bratsk.org/news/society/3732/

УРОДЫ ХОТЯТ СБРОСИТЬ КУЗЬМЕНКОВА С КОРАБЛЯ