Одна девушка написала мне письмо. Она была больна, и ее, как я подумал поначалу, интересовала возможность и допустимость послаблений в пост. Я сказал, что теоретически послабления допустимы, что ей нужно обратиться к местному духовенству, чтоб они, пообщавшись с ней, дали ей конкретные советы - ситуация там достаточно обычна. Девушка же начала мне перечить и говорить, что послабления недопустимы (и чего, спрашивается, она тогда писала мне?). В обоснование своей позиции она привела следующее повествование:

«…Однажды великий молитвенник и праведник, о. Иоанн Кронштадтский, будучи уже пастырем, но еще молодым, заболел. А был Великий Пост. Врачи требуют, чтобы больной ел мясную пищу, иначе ослабеет и умрет. Отец Иоанн не соглашается; наконец он говорит, вероятно предвидя результат: "меня моя мать воспитала в послушании Церкви и соблюдении святых постов. Она жива — я ее спрошу. Если она, как мать, даст мне разрешение, то я согласен". Ей пишут письмо, запрашивают. Получается ответ: "сын любимый, даю тебе мое материнское благословение, прошу твоего пастырского благословения, а вкушать скоромную пищу в посту, ни в коем случае не разрешаю. Врачи говорят, что умрешь — умри. Все равно умереть придется, но послушания Церкви — не нарушай». Другой источник еще доносит до нас и вывод св. Иоанна на слова своей матери: «Неужели вы думаете, что я променяю жизнь на благословение матери, на заповедь Господа: «Чти отца твоего и матерь твою?»…

Я не особо спорил. Я просто привел следующее:

«Никаких нет законов убивать себя, коль скоро известно, что постное расстраивает здоровье. И св.Пахомий в уставе написал, монахам больным есть мясо, если то нужно для здоровья». «Относительно поста, когда нет здоровья, — терпение болезни и благодушие во время ее, заменяет пост. Потому извольте употреблять пищу, какая требуется по свойству лечения» (свт. Феофан Вышенский).

«…Непременно вкушай говяжий бульон и другую нужную по требованию твоего тела мясную пищу. Церковь положила в известные времена воздержание от мясной пищи для того, чтоб непрестанно употребляемая мясная пища не разгорячала безмерно тел, чтоб они на растительной пище постного времени прохлаждались и облегчались, а не потому, чтоб употребление мяса заключало в себе собственно какой грех или нечистоту. И потому удаление от мяса при необходимости и болезни есть грубый предрассудок русского человека, обременившего небесную религию многими своими национальными дебелостями»

(Святитель Игнатий (Брянчанинов), письмо сестре)
Что касается случая со св. Иоанном… Я не знаю, как там было на самом деле, однако… Интересно, почему он спрашивает благословение у матери, а не у епископа или духовника? Уж не оттого, что он сам все решил заранее? И решил для себя (!), а не для кого-то другого.
Не думаю, что кто-то из пастырей имеет право повторить кому-то конкретно слова матери св. Иоанна Кронштадтского. «Батюшка, благословите, умираю, разрешите молочко…». «Ну, ничего, чадо, все когда-нибудь умрем, вот почитай, что мать св. Иоанна пишет…». ИМХО, это не просто "национальная дебелость", а преступление уже. Умри ты уж, батюшка, сам лучше.
«Как все противоречиво!!!» - скажут многие… На первый взгляд, да. Но это только на первый… Ведь нет никакого противоречия в медицине оттого лишь, что одному она предписывает таблетки от поноса, а другому от запора, или страдающим одним недугом назначает разные средства. Святоотеческое наследие чрезвычайно богато и разносторонне. Однако, что именно окажется полезным в каждом конкретном случае зависит от очень многих факторов… Огромный выбор медицинских препаратов и их эффективность нисколько не отменяет необходимости врача. Так и здесь. Главное, не заниматься самолечением или самонелечением. Истинный пост должен сделать нас ближе к храму - т.е., более доступными для священнического учительства.
Святые отцы не дают готовых ответов – они дают лишь возможные варианты, что нисколько не отменяет актуальности непосредственного духовного наставничества и ученичества, и, конечно же, - необходимости иметь собственную голову на плечах…
источник: ЖЖ о. Сергия Лепина

 Не будем же отчаиваться в своем спасении, но станем воссылать к небесному Царю прошения, молитвы, моления и предстательства со многими слезами. Пусть и настоящий пост будет нашим сподвижником и помощником в этом благом предстательстве. Как по прошествии зимы и с наступлением лета, мореходец выводит в море свое судно, воин чистит оружие и готовит коня на сражение, земледелец точит серп, путешественник смело отправляется в дальнюю дорогу, борец слагает с себя одежду и приготовляется к борьбе; так и мы, с наступлением поста, этого духовного лета, как воины - вычистим оружие, как земледельцы - наточим серп, как кормчие - противопоставим свои помыслы волнам беспорядочных пожеланий, как путники - начнем путь к небу, как борцы - приготовимся к борьбе. Верующий есть и земледелец, и кормчий, и воин, и борец, и путник. Поэтому и Павел говорит: "наша брань не против крови и плоти, но против начальств, против властей. Для сего примите всеоружие Божье" (Еф. 6:12-13). Видел ты борца? Видел воина? Если ты борец, тебе надобно вступать в борьбу нагим. Если ты воин, тебе должно стать в строю вооруженным. Как же возможно то и другое вместе: быть и нагим и не нагим, одетым и не одетым? Я скажу - как. Сложи с себя житейские дела, и ты стал борцом. Облекись в духовные доспехи, и ты стал воином. Обнажись от забот житейских, потому что наступило время борьбы. Облекись в духовные доспехи, потому что у нас возгорелась жестокая война с демонами. Для того и должно быть нагим, чтобы дьяволу, вступая в борьбу с нами, не за что было схватить нас; должно облечь себя доспехами со всех сторон, чтобы нам ни с которой стороны не получить смертельного удара. Возделай ниву твоей души, посеки терния, посей слово благочестия, насади прекрасные растения любомудрия и с великой заботливостью ухаживай за ними, - и ты будешь земледельцем, и скажет тебе Павел: "трудящемуся земледельцу первому должно вкусить от плодов" (2 Тим. 2:6). И он занимался этим искусством, и потому в послании к Коринфянам сказал: "я насадил, Аполлос поливал, но возрастил Бог" (1 Кор. 3:6). Изостри твой серп, который притупил ты пресыщением, - изостри постом. Вступи на путь, ведущий к небу, вступи на путь тесный и узкий, - и поди по нему. Как же ты можешь и вступить на этот путь, и идти по нему? Изнуряя и порабощая свое тело; потому что на тесном пути много препятствует тучность от пресыщения. Укроти волны беспорядочных страстей, усмири бурю злых помыслов, сохрани в целости ладью, покажи большую опытность, - и ты кормчий. Для всего этого да будет у нас и поприщем и учителем пост, - пост разумею не тот, который содержат многие, но тот истинный, - воздержание не от пищи только, но и от грехов: потому что пост сам по себе не может спасти соблюдающих его, если не будет сообразен с поставленным законом. И борец, сказано, "не увенчивается, если незаконно будет подвизаться" (2 Тим. 2:5). Итак, чтобы нам, и совершив подвиг поста, не лишиться венца за него, поучимся, как и каким способом должно совершать этот подвиг. И фарисей постился, но после поста вышел (из храма) лишенным плодов, произращаемых постом. Мытарь же не постился, и не постившийся превзошел постившегося, чтобы ты знал, что нет никакой пользы от поста, если ему не сопутствует и все прочее.      Постились ниневитяне, и привлекли к себе благоволение Божье; постились и иудеи, и не только ничего не успели, но и были осуждены (Иса. 58:3,6). Если же пост угрожает такой опасностью не знающим, как надобно поститься, то изучим законы поста, чтобы нам "не течь безвестно" (1 Кор. 9:26), не бить воздуха, не сражаться с тенью. Пост есть лекарство; но лекарство, хотя бы тысячу раз было полезно, часто бывает бесполезным для того, кто не знает, как им пользоваться. Нужно знать и то, в какое время должно принимать его, и - количество самого лекарства, и телосложение того, кто принимает, и свойство страны, и время года, и приличный род пищи, и многое другое; и если одно что-нибудь будет оставлено без внимания, то нанесен будет вред всему прочему. Если же для нас нужна такая точность, когда надобно лечить тело; то тем более необходимо со всей строгостью разбирать и рассматривать все, когда лечим душу и врачуем помыслы.
     4. Посмотрим же, как постились ниневитяне, и как они избавились от гнева того. "Ни люди", говорит (пророк), "ни скот, ни волы, ни овцы ничего не ели, не ходили на пастбище и воды не пили" (Ион. 3:7). Что говоришь, скажи мне? И бессловесные постятся? И лошади и мулы покрываются вретищем? Да, говорит. Как по смерти богатого человека родственники одевают во вретище не только рабов и рабынь, но и коней, и, поручив их конюхам, заставляют следовать за гробом, чтобы этим выразить тяжесть потери и возбудить во всех сожаление; так и тогда, когда городу (Ниневии) угрожало истребление, жители облекли во вретище бессловесную тварь и наложили на нее иго поста. Бессловесных, говорили они, нельзя вразумить в гневе Божьим словом: пусть же вразумятся голодом, что Бог послал это наказание; потому что если погибнет город, то будет общим гробом не только для нас, но и для них; они должны будут разделить с нами наказание, пусть же разделят и пост. Впрочем, ниневитяне в этом случае поступили так же, как делают пророки: они, когда увидят, что с небес угрожает тяжкий удар, и обреченные на наказание не имеют никакой защиты, покрыты стыдом и никакого не заслуживают прощения и извинения; то, не зная, что делать и где найти для осужденных защиту, обращаются к животным, и, оплакивая их смерть, ради их умоляют о пощаде, указывая на их погибель, как на достойную жалости и многих слез. Так, когда голод постиг иудеев, и их страна подверглась великой засухе и все погибало, один из пророков говорил: "как стонет скот! Уныло ходят стада волов, ибо нет для них пажити, животные на поле взывают к Тебе, потому что иссохли потоки вод" (Иоил. 1:18,20). Другой пророк, оплакивая бедствия бездождия, опять вот что сказал: "даже и лань рождает на поле и оставляет [детей], потому что нет травы. И дикие ослы стоят на возвышенных местах и глотают, подобно шакалам, воздух; глаза их потускли, потому что нет травы" (Иер. 14:5-6). Так и сегодня вы слышали, что сказал Иоиль: "пусть выйдет жених из чертога своего и невеста из своей горницы, соберите отроков и грудных младенцев" (Иоил. 2:16). Почему, скажи мне, он призывает к молитве этот незрелый возраст? Очевидно, по той же самой причине. Так как все достигшие мужеского возраста огорчили и прогневали Бога; то пусть, говорит, умоляет Прогневанного возраст еще не знающий греха. Но, как я сказала, посмотрим, что же удалило этот неотвратимый гнев? Не пост ли только и вретище? Нет, но перемена всей жизни. Из чего это видно? Из самых пророческих слов. Тот же самый пророк, который сказал о гневе Божьем и о посте (ниневитян), о примирении (с ними Божьем) и причине примирения говорит так: "и увидел Бог дела их" (Ион. 3:10). Какие дела? Что они постились, что облекались во вретище? Совсем не то: но, умалчивая обо всем этом, он присовокупил: "то они обратились от злого пути своего, и пожалел" Господь "о бедствии, о котором сказал, что наведет на них", (Ион. 3:10). Видишь, что не пост избавил от опасности, но перемена жизни сделала Бога благим и милостивым к иноплеменникам.
     Это сказал я не для того, чтобы мы бесчестили пост, но чтобы почитали его; а честь поста составляет не воздержание от пищи, но удаление от грехов, так что кто ограничивает пост только воздержанием от пищи, тот более всего бесчестит его. Ты постишься? Докажи мне это своими делами. Какими, говоришь делами? Если увидишь нищего, подай милостыню; если увидишь врага, примирись; если увидишь своего друга счастливым, не завидуй; если увидишь красивую женщину, пройди мимо. Пусть постятся не одни уста, но и зрение, и слух, и ноги, и руки, и все члены нашего тела. Пусть постятся руки, пребывая чистыми от хищения и любостяжания. Пусть постятся ноги, перестав ходить на противозаконные зрелища. Пусть постятся глаза, приучаясь не устремляться на благообразные лица, и не засматриваться на чужую красоту. Зрение есть пища очей: если она противозаконна и запрещена, то вредит посту и разрушает спасение души; если же законна и дозволена, то украшает пост. Всего нелепее было бы - в отношении яств воздерживаться и от позволенной пищи, а глазами пожирать и то, что запрещено. Ты не ешь мяса? Не вкушай же и глазами нескромности. Пусть постится и слух; а пост слуха в том, чтобы не принимать злословия и клеветы: "не внимай" говорит (слово Божие), "пустому слуху" (Исх. 23:1).
     5. Пусть и язык постится от сквернословия и ругательства. Что за польза, когда мы воздерживаемся от птиц и рыб, а братьев угрызаем и снедаем? Злословящий снедает тело братнее, угрызает плоть ближнего.
Из собраний поучений Иоанна Златоуста, архиепископа Константиноградского