 |
|
|
Мое творчество.
Яздундокта
Яздундокта
|
|
|
|
Оцените какой сайт сделал мне мой сын Ярославчик. Это его первый сайт! www.yazdyndokta.com
|
|
|
|
|
Яздундокта
Яздундокта
|
|
|
|
Достали спамщики из всяких 'служб знакомств' которые пачками навяливаются в друзья, рекламируя свой пошлый бизнес! Кому они тоже надоели?
|
|
|
|
|
Яздундокта
Яздундокта
Солдат, смерти! (рассказ)
Автор мне , увы , не известен.
В том страшном 1943 году батальон капитана Винникова и артдивизион старшего лейтенанта Рудецкого закрепились на плацдарме не далеко от Гомельского товарного узла, где была дополнительная разворотная система паровозов. Объект не бог весть, но стратегически важен, вот и послали ошмётки двух подразделений в сумме 95 человек и три «сорокопятки».
Было жутковато. Основные силы в пятнадцати километрах южнее. По связи ходит предупреждение о постоянных попытках противника выбросить десант или устроить контрудар серьёзными силами. Гомель важен – это понимали и в Берлине и Москве, стратегическое перекрестье.
Ноябрьская грязь, кое-где уже успевшая промёрзнуть хлюпала под ногами.
- Лейзер! К командиру!
Молодой еврейчик, спотыкаясь, побежал к командирской землянке.
- Вообщем так, Наум. – Командиру слова давались явно с трудом, - Дело, которое мы тебе доверяем не совсем обычное, точнее, совсем необычное. Но у нас, кроме тебя евреев нет, а это, можно сказать, дело твоей чести.
В землянку ввалилось здоровенное, мокрое от начинавшегося дождя тело.
- Вот старшина Гаврилюк тебя проводит, заодно всё и объяснит.
- Пидэмо хлопче!
- Я тоби так скажу. – Гаврилюк перешёл на русский с акцентом. – Здеся немец лютовал як ни гди. Жыдоу, прабач, еурэяу, зём тваих, пабиу-парэзау страх! Никого не оставив! Але ж бабка водна внучка малога у подполе схранила. Вин там два года сидел. А как пачалось наступленне, вин возьми да вылезь. Ага. Да тильки мы Гомель две недели брали. Вось хлопче прям на фашыстав и наскочыв. Яны яго и парэшыли, ссуки… Так вось трэба магилу выкапать. Бабка явона труп у сенавале держала, пока мороз был. А вот степлело, надо хоронить.
- А я при чём? – Наум поморщился от перспективки.
- Та вот бабка явона кажа каб магилку яврэй выкапал. Мол так па людску буде, мол как твой народ весь праважае. Ну блаж така у бабки!
На санях, по жидкой грязи, как по снегу, долетели до кладбища. Возница-вестовой сержант Груля скалил зубы в предвкушении возможной халявной выпивки. Возле разрушенного еврейского кладбища их встретила старуха. Молча передала Груле четверть с мутным самогоном, и кивнула головой: «Пошли». Через пару десятков метров старуха, Наум и Гаврилюк остановились у двух свежих могил. Тут же лежала лопата, заступ и два свёртка: побольше, метра полтора, и маленький, с полметра.
Где было указано, Наум начал копать. Земля шла легко – не успела промёрзнуть. Старшина помогал заступом, и отваливал землю. Вдруг бабулька заговорила:
- Здесь родители его лежат. Они тоже прятались, пока не пришли ваши. Потом немецкий десант, оставили за главного полицая местного. Их полицаи прямо на улице и расстреляли. А Гришеньку я ещё неделю прятала. Да он выскочил и на патруль. Те сразу «О, жидяра!» закричали. Поволокли его к командиру. У того рожа красная, сожженная. Вот он у него и спрашивает: «Какой рукой Христа нашего прибивал?» Мальчонке тринадцать лет, что он понимает. Тот ему обе руки шашкой и отрубил. Потом горло перерезал. Будь он проклят!
Вскоре тело закопали, туда же положили и свёрток с руками. Бабушка что-то прочитала на иврите и побрела прочь.
Ночью Науму не спалось. Перед глазами толи в явь, толи в сон стоял еврейский мальчишка и о чём-то просил. Наум поднялся, толкнул похрапывающего рядом Гаврилюка:
- Захарыч, пошли выйдем, подышим, что-то не спокойно. Буквально через десять секунд, как они отошли от землянки, в неё угодила мина, потом вторая. Пошёл немецкий десант. Подразделения держались сколько могли, пока не получили приказ отходить к Гомелю. Наум и Гаврилюк в дальнем окопе держали оборону за «Максимом». АПрорваться к своим не было возможности.
- Беги до лесу, хлопче! Я прыкрою! Если шо, кажы, мов, биуся як мог!
Наум ползком, через болотину, ушёл в лес. Отсиделся три дня и опят вышел на высоту, как раз к еврейскому кладбищу. Возле стоял немецкий мотоцикл, и два полицая, тихонько матерясь, возились в моторе. Третий, капрал, с обожженной рожей курил, и покрикивал на подчинённых. Первая же очередь Наума из ППШ свалила всех. Наум подошёл к пытавшемуся отползти капралу. Тот скулил и о чём-то просил. Не торопясь Наум вынул из его ножен короткий кавалерийский клинок… Руки капрала легли рядом с могилой еврейской семьи. И очень долго Науму ещё слышались последние слова полицая: «Смерти…смерти… Солдат смерти!»
Яздундокта
Яздундокта
это что-то ... я плакала
В 1982 году Ларри Уолтерс из Лос-Анджелеса решил осуществить давнюю мечту - полететь, но не на самолете. Он изобрел собственный способ путешествовать по воздуху. Уолтерс привязал к удобному креслу сорок пять метеорологических шаров, наполненных гелием, каждый из которых имел метр в диаметре. Он уселся в кресло, взяв запас бутербродов, пиво и духовое ружье.
По сигналу, его друзья отвязали веревку, удерживавшую кресло. Ларри Уолтерс собирался плавно подняться всего на тридцать метров, однако кресло, как из пушки, взлетело на пять километров. Соседи обсуждают. Звонить ли 911? Зачем? Человек улетел. Летать не запрещено. Закон не нарушен. Насилия не было. Америка - свободная страна. Хочешь летать - и лети к чертовой матери.
...Часа через четыре диспетчер ближнего аэропорта слышит доклад пилота с заходящего лайнера: - Да, кстати, парни, вы в курсе, что у вас тут в посадочном эшелоне какой-то му**к летает на садовом стуле? - Что-что? - переспрашивает диспетчер, галлюцинируя от переутомления. - Летает, говорю. Вцепился в свой стул. Все-таки аэропорт, я и подумал, мало ли что... - Командир, - поддает металла диспетчер, - у вас проблемы? - У меня? Никаких, все нормально. - Вы не хотите передать управление второму пилоту? - Зачем? - изумляется командир. - Вас не понял. - Борт 1419, повторите доклад диспетчеру! - Я сказал, что у вас в посадочном эшелоне му**к летает на садовом стуле. Мне не мешает. Но ветер, знаете... Диспетчер врубает громкую трансляцию. У старшего смены квадратные глаза. В начало полосы с воем мчатся пожарные и скорая помощь. Полоса очищена, движение приостановлено: экстренная ситуация. Лайнер садится в штатном режиме. По трапу взбегают фэбээровец и психиатр.
Доклад со следующего борта: - Да какого еще хрена тут у вас козел на воздушных шариках путь загораживает!., вы вообще за воздухом следите? В диспетчерской тихая паника. Неизвестный психотропный газ над аэропортом. - Спокойно, кэптен. А кроме вас, его кто-нибудь видит? - Мне что, бросить штурвал и идти в салон опрашивать пассажиров, кто из них ослеп? - Почему вы считаете, что они могут ослепнуть? Какие еще симптомы расстройств вы можете назвать? - Земля, я ничего не считаю, я просто сказал, что эта гадская птица на веревочках работает воздушным заградителем. А расстройством я могу назвать работу с вашим аэропортом. Диспетчер трясет головой и выливает на нее стакан воды и, перепутав руки, чашечку кофе: он утерял самоконтроль.
Третий самолет: - Да, и хочу поделиться с вами тем наблюдением, джентльмены, что удивительно нелепо и одиноко выглядит на этой высоте человек без самолета. - Вы в каком смысле??!! - О. И в прямом, и в философском... и в аэродинамическом. В диспетчерской пахнет крутым первоапрельским розыгрышем, но календарь дату не подтверждает. Четвертый борт леденяще вежлив: - Земля, докладываю, что только что какой-то парень чуть не влез ко мне в левый двигатель, создав угрозу аварийной ситуации. Не хочу засорять эфир при посадке. По завершении полета обязан составить письменный доклад. Диспетчер смотрит в воздушное пространство взглядом Горгоны Медузы, убивающей все, что движется.
- ...И скажите студентам, что если эти идиоты будут праздновать Хэллоуин рядом с посадочной глиссадой, то это добром не кончится! - просит следующий.
- Сколько их?
- А я почем знаю?
- Спокойно, борт. Доложите по порядку. Что вы видите?
- Посадочную полосу вижу хорошо.
- К черту полосу!
- Не понял? В смысле?
- Продолжайте посадку!!
- А я что делаю? Земля, у вас там все в порядке?
- Доложите - вы наблюдаете неопознанный летательный объект?
- А чего тут не опознать-то? Очень даже опознанный.
- Что это?
- Человек.
- Он что, суперйог какой-то, что там летает?
- А я почем знаю, кто он такой.
- Так. По порядку. Г д е вы его видите?
- У ж е не вижу.
- Почему?
- Потому что улетел.
-Кто?
- Я.
- Куда?
- Земля, вы с ума сошли? Вы мозги включаете? Я захожу к вам на посадку!
- А человек где?
- Который?
- Который летает!!!
- Это что... вы его запустили? А на хрена? Я не понял!
- Он был? - Летающий человек?
-Да!!!
- Конечно был? Что я, псих?!
- А сейчас?
- Мне некогда за ним следить! Откуда я знаю, где он! Напустили черт-те кого в посадочный эшелон и еще требуют следить за ними! Плевать мне, где он сейчас болтается!
- Спокойно, кэптен. Вы можете его описать?
- Му**к на садовом стуле!
- А почему он летает?
- А потому что он му**к! Вот поймайте и спросите, почему он, тля, летает!
- Что его в воздухе-то держит? - в отчаяньи надрывается диспетчер. - Какая етицкая сила? Какое летательное средство??? Не может же он на стуле летать!!!
- Так у него к стулу шарики привязаны. Далее следует непереводимая игра слов, ибо диспетчер понял, что воздухоплаватель привязал яйца к стулу, и требует объяснить ему причину подъемной силы этого сексомазахизма.
- Его что, Господь в воздухе за яйца держит, что ли?!
- Сэр, я придерживаюсь традиционной сексуальной ориентации, и не совсем вас понимаю, сэр, - политкорректно отвечает борт. - Он привязал к стулу воздушные шарики, сэр. Видимо, они надуты легким газом.
- Откуда у него шарики?
- Это вы мне?
- Простите, кэптен. Мы просто хотим проверить. Вы можете его описать?
- Ну, парень. Нестарый мужчина. В шортах и рубашке.
- Так. Он белый или черный?
- Он синий.
- Кэптен? Что значит - синий?...
- Вы знаете, какая тут температура за бортом? Попробуйте сами полетать без самолета.
Этот радиообмен в сумасшедшем доме идет в ритме рэпа. Воздушное движение интенсивное. Диспетчер просит таблетку от шизофрении. Прилетные рейсы адресуют на запасные аэропорты. Вылеты задерживаются. ...На радарах - ничего! Человек маленький и нежелезный, шарики маленькие и резиновые. Связываются с авиабазой. Объясняют и клянутся: врач в трубку подтверждает. Поднимают истребитель. ...Наш воздухоплаватель в преисподней над бездной, в прострации от ужаса, околевший и задубевший, судорожно дыша ледяным разреженным воздухом, предсмертным взором пропускает рядом ревущие на снижении лайнеры. Он слипся и смерзся воедино со своим крошечным креслицем, его качает и таскает, и сознание закуклилось.
Очередной рев раскатывается громче и рядом - в ста метрах пролетает истребитель. Голова летчика в просторном фонаре с любопытством вертится в его сторону. Вдали истребитель закладывает разворот, и на обратном пролете пилот крутит пальцем у виска. Этого наш бывший летчик-курсант стерпеть не может, зрительный центр в мерзлом мозгу передает команду на впрыск адреналина, сердце толкает кровь, - и он показывает пилоту средний палец. - Живой, - неодобрительно докладывает истребитель на базу.
Ну. Поднимают полицейский вертолет. А вечереет... Темнеет! Холодает. И вечерним бризом, согласно законам метеорологии, шары медленно сносит к морю. Он дрейфует уже над берегом. Из вертолета орут и машут! За шумом, разумеется, ничего не слышно. Сверху пытаются подцепить его крюком на тросе, но мощная струя от винта сдувает шары в сторону, креслице болтается враскачку, как бы не вывалился!... И спасательная операция завершается по его собственному рецепту, что в чем-то обидно... Вертолет возвращается со снайпером, слепит со ста метров прожектором, и снайпер простреливает верхний зонд. И второй. Смотрят с сомнением... Снижается? Внизу уже болтаются все береговые катера. Вольная публика на произвольных плавсредствах наслаждается зрелищем и мешает береговой охране. Головы задраны, и кто-то уже упал в воду. Третий шарик с треском лопается, и снижение грозди делается явным. На пятом простреленном шаре наш парень с чмоком и брызгами шлепается в волны.
Но веревки, на которых висели сдутые шары, запутались в высоковольтных проводах, что вызвало короткое замыкание. Целый район Лонг-Бич остался без электричества. Фары светят, буруны белеют, катера мчатся! Его вытраливают из воды и начинают отдирать от стула. Врач щупает пульс на шее, смотрит в зрачки, сует в нос нашатырь, колет кофеин с глюкозой и релаксанты в вену. Как только врач отворачивается, пострадавшему вливают стакан виски в глотку, трут уши, бьют по морде... и лишь тогда силами четырех матросов разжимают пальцы и расплетают ноги, закрученные винтом вокруг ножек стула. Под пыткой он начал приходить в себя, в смысле массаж. Самостоятельно стучит зубами. Улыбается, когда в каменные от судороги мышцы вгоняют булавки. И наконец произносит первое матерное слово. То есть жизнь налаживается.
И когда на набережной его перегружают в "скорую", и фотовспышки прессы слепят толпу, пронырливой корреспондентке удается просунуть микрофон между санитаров и крикнуть: - Скажите, зачем вы все-таки это все сделали? Он ответил: "Ну нельзя же все время сидеть без дела". (A man cannot just sit around)
*** Вполне реальный случай: http://en.wikipedia.org/wiki/Larry_Walters. За это дело Ларри Уолтерс был упомятнут в премии Дарвина, хотя и выжил. Обычно чтобы ее получить нужно умереть глупым образом. (автор художественного описания, вроде бы, Бернард Вербер
Яздундокта
Яздундокта
Отрывок из моей сказки
Глава 2
Важное решение
Выпускной для тех кто не шел в Академию не проводился. Это было не принято. Их просто собрали в малом зале и выдали дипломы об окончании школы. В напутствие директор сказал:
- Вы выходите во взрослую жизнь. Вам всем будут вручены рекомендации и предложения по работе. Вопросы жилья вы теперь решаете сами. Вы в праве отказаться от предложенной работы, но учтите, что пособие тогда вам выплачиваться не будет. Должности, на которые вас приглашают, достойные и послужат вам опорой в вашей будущей карьере. Удачи.
Получив конверт с рекомендацией, Дениэль вышел в город. Центральная улица была освещена слабыми желтыми газовыми фонарями. Это было исключением. Все другие улицы и улочки города вечерами погружались во мрак и не только люди, но даже гоблины здесь старались не выходить затемно из своих домов. А на центральной улице всю ночь кипела жизнь. Все «сливки» общества собирались здесь. Работали питейные заведения, игорные дома, ночлежки и бойцовые клубы. Это была стихия аферистов, барышников, игроков и пьяниц. Дениэль уселся за столиком замызганного летнего кафе и развернул конверт.
Ему предлагалась работа клерком в конторе « Господин Бигс и сыновья». Хорошего мало! Но надо же с чего-то начинать! Дениэль уныло огляделся. Рабочие в кепках и засаленых куртках курили трубки и играли в карты. Неряшливо одетые женщины сновали от столика к столику в надежде на дармовую выпивку. Кто-то смеялся, кто-то сорился …
- Проклятый город! Будь он неладен! Теперь надо где-то найти жилье. Нет, не хочу! Уеду отсюда. Завтра для отвода глаз поищу жилье и уеду. Бог с ним, с этим пособием! Не зря я экономил - теперь хватит на билет в Хмурую долину, а там несколько километров пешком и вот он –родной приют. Попрошусь туда на работу, монахи обещали мне, что если я вернусь, то они возьмут меня к себе.
Сверху нависало серо-черное свинцовое небо. Дениэль посмотрел на серые дома, мощеные улицы – сплошной голый камень ни веточки, ни травинки и плюнул в сердцах. А в это время на другой стороне, в большом дорогом ресторане на втором этаже шло бурное веселье. Музыканты в мешковатых фраках с длинными фалдами парили над потолком, освященного оранжевым светом зала. Все они, даже толстый виолончелист, отплясывали в воздухе зажигательную джигу. Эти люди не замечали окружающей их серости и нищеты. В этом мире так было всегда : серое небо, редкие чахлые деревья, жухлая трава. Их мир постепенно умирал. Старики говорили, что когда-то, когда их отцы были еще мальчиками, небо было голубым, росли цветы и было множество всяких диковинных зверей. Никто не знает какие это были животные и цветы. О них нет даже ни одной книги. Да и было ли это на самом деле? Теперь город окружал лес коптящих заводских труб. И в этих индустриальных джунглях привольно жили только крысы и тараканы. Нет, что ни говори, а жить в приюте гораздо лучше. Воздух там чище и зелени больше, только вот от серо-свинцового неба никуда не скрыться. Дениэль выгреб из карманов свои скромные сбережения и , всыпав монеты горкой на столике, стал считать. Официантка, сидевшая у барной стойки, лишь презрительно усмехнулась. Да, денег немного, но этого на дешевую ночлежку хватит, а все остальное до копейки на билет третьим классом до Хмурой долины и прощай вонючий город!
Ночлежка была действительно самая дешевая в городе, здесь не было даже солнечной ванны. Но зато носила она гордое название « Светлый Путь». Этим светлым путем сегодня шли немногие. В большом общем зале было занято лишь несколько коек. Погода стояла на диво теплой и в городе было множество местечек, где можно прекрасно переночевать бесплатно. Правда, так же прекрасно можно было и не проснуться, но при этом сэкономив уйму денег на похороны. Сегодня Дени радовало все, даже жесткая, пропахшая гоблинами кровать. Завтра он уедет из города. Навсегда. В полузабытьи Дениэль взмахом руки погасил огромную люстру на закопченном потолке, чем вызвал немалое изумление владельца «Светлого Пути» маленького, лысого и толстого гоблина с бородавкой на носу.
Яздундокта
Яздундокта
C Днем рождения!
 Администрация Блогов@Mail.Ru от всей души поздравляет  анастасия тарасова с днем рождения.
Вы можете присоединиться к нам, отправив открытку или оставив свои поздравления в комментариях к этой записи.
Яздундокта
Яздундокта
Пожары на севере Израиля. Рассказ очевидца
Рони Софер, фотограф-документалист, оказался вчера в самом пекле на горящем Кармеле и выбрался оттуда, не переставая снимать. При этом он спас трёх человек из горящего автобуса.
"До вчерашнего дня я говорил себе, что чудовищные пожары в Калифорнии - это настоящая катастрофа, но теперь мне ясно, что такого кошмара, как тот, который я видел вчера, ещё не было," - говорит Рони Софер, фотограф-документалист, снимавший природные катастрофы и военные конфликты по всему миру. Вчера в полдень, когда он услышал о пожаре на свалке в Осафие, он сел в джип и выехал из своего дома в Кейсарии снимать гибнущую природу. Ничего не предвещало ужасную драму, произошедшую позже. Софер немного поснимал в районе Осафии, примерно через час решил отправиться к перекрёстку Бейт-Орен. По дороге свернул на один из просёлков в поисках выразительных кадров лесного пожара. О том, что с ним произошло, он рассказывает тихо и спокойно, как человек, ещё не до конца осознавший ту огненную мощь, которая чуть не оборвала его жизнь, жуткое зрелище, которое видели его глаза и запечатлела камера, и, в основном, то огромное везение, которое выпало на его долю, благодаря мгновенно принятому решению.
"Все были заняты тушением пожара, который шёл с востока на запад, и я поехал на восток, полагая, что огонь оттуда не дойдёт,- реконструирует он события,- Я вышел из джипа и снимал пламя, бесившееся на востоке. Внезапно сотни искр полетели в мою сторону и в одну секунду, с огромной скоростью, воздвиглась безумная стена огня; волосы на руках и дворники джипа начали гореть. Я сел в джип, как сумасшедший, выжал газ и вылетел с просёлка на главную дорогу, и в зеркале заднего вида видел, как огонь гонится за мной." Софер выехал на дорогу на Бейт-Орен, где стоял штаб тушения пожара. Там он увидел Ауву Томер, начальницу отделения полиции Хайфы, единственную женщину-офицера среди мужчин, бывших там, и она произвела на него впечатление своей способностью быстро действовать.
Софер не стал там задерживаться, а в поисках кадров решил спуститься из Бейт-Орена в направлении Атлита, поскольку дорога выглядела безопасной. Пламя было и справа, и слева от трассы, но, похоже, не угрожало едущим по ней. За ним ехал ещё один джип с лошадиной фермы из Бейт-Орена, следом - полицейская машина, которую вела Аува Томер, а за ней - автобус с персоналом Управления тюрем. Рони возглавлял караван, ведя машину со скоростью 40 км/час - одна рука на руле, вторая держит камеру.
"Внезапно на одном из поворотов передо мной вновь встала стена огня высотой примерно в 30 метров, совершенно немыслимое зрелище, не укладывающееся в мозгу. Я в истерике начал сигналить тем, кто ехал сзади, чтобы они поняли, что невозможно двигаться вперёд и обязаны удирать оттуда. Не прошло и полутора секунд, а огонь уже не был только передо мной, он обогнул меня справа, был у самого окна и преграждал путь. Я знаком показал джипу с лошадиной фермы, чтобы он разворачивался, полицейская машина Аувы сделала то же, и мы проехали примерно 200 метров. В зеркало я видел автобус, пытавшийся развернуться, но у него не получалось; он застрял, и огонь был уже над ним. Мои глаза и камера видели людей, выпрыгивающих из автобуса. Внезапно на лобовое стекло моей машины бросилась девушка-офицер с криком: "Спаси меня, спаси меня!", и вскочила внутрь вместе с ещё двумя парнями, которые, не в силах остановиться, рассказывали об огне, охватившем автобус и сжёгшем их друзей. Огонь был и спереди и сзади, люди - в джипе, и я надеялся, что вот-вот придут пожарные и спасут нас всех из этого чудовищного пекла. Но отчего-то что-то внутри меня сказало, что шансов на это нет. Я закрыл дверцы и решил прорываться через огонь. За секунду перед тем, как я нажал на газ, увидел Ауву Томер, сидящую в полицейской машине. Её руки были на руле, и она смотрела в огонь. Видимо, она была в совершенном шоке, зрелище распространяющегося огня парализовало её.
Я сказал ей, что всё будет в порядке, не знаю, почему.
Мне было ясно, что есть только две возможности: оставаться на месте и ждать, что кто-то придёт меня спасти, либо осмелиться и пересечь стену огня. Впервые в жизни почувствовал, что я вот-вот умру, и был обязан попытаться спастись. Я вёл машину сквозь пламя, и какая-то ненормальная часть внутри меня самого заставляла меня при этом фотографировать его. Рядом со мной сидела девушка-офицер, которая, как и я, видела людей, прыгающих из пылающего автобуса к своей смерти, и она отчаяно кричала имя своего командира, руководителя курса, в истерике человека, который сейчас тоже погибнет. Я и двое других, бывших с нами, пытались её успокоить, я обещал ей, что всё будет в порядке, уж не знаю, на каком основании. Через несколько секунд мы проехали через огонь, и, оказавшись в месте, где уже ничего не горело, я остановился. Через несколько минут подъехала "Скорая помощь", в ней была Аува Томер в критическом состоянии. Когда я рассказал людям из "Скорой помощи", что на склоне находится автобус, запертый огнём, они спросили, выберется ли он за нами. Прошло несколько минут, прежде, чем они поняли, насколько ситуация ужасна, что автобус остался там и люди сгорели заживо. Я вывел из машины девушку и передал её медикам. Два сотрудника Управления тюрем, которые были с ней, надели защитные костюмы и потребовали, чтобы им дали работать вместе с пожарными. Девушка всё ещё была в шоке и отказалась от меня уходить. Я обнял её, успокаивая, говоря, что всё уже позади.
Я чувствовал, что мне нужно куда-то уйти от сумятицы. Я оставил машину на обочине и пошёл вниз по дороге пешком. Уже стемнело; вокруг бушевал огонь, побеждающий все технологии и отказывающийся угомониться. Я снимал на видео без остановки, сам не знаю, зачем, может, так я чувствовал, что спасся".
Как человек, бывающий на пожарах и знающий, какое опустошение они оставляют после себя, Рони Софер теоретически знает, каковы признаки приближающегося пламени. Глухой, сильный шум, напоминающий шум наводнения в пустыне, и жар со всех сторон. Но вчера эти знаки ускользнули он него, кошмарное пламя проявилось внезапно, со всей своей мощью и жестокостью. Но ему было ясно, что в непередаваемом хаосе на дороге из Бейт-Орена, в ту единственную долю секунды, которая у него оставалась, он принял мудрое решение: пройти сквозь стену огня, которая его окружила со всех сторон, - чтобы выжить. Он победил огонь".
Перевод sachok_2
На данный момент известно о 42 жертвах этого пожара. Более 100 человек находится в больницах Израиля. Среди них и полковник Ахува Томер, она в критическом состоянии. Огонь уничтожил 7 населенных пунктов и более 10 объектов госсобственности. По данным очевидцев горит деревня художников - Эйн Ход и одна из лучших гостиниц Израиля - Ярот аКармель. Самолеты из Греции, Франции, Турции, Испании, Великобритании и России пытаются что-то сделать, но огонь уже дожел до горы Кармель, к заповеднику. Распространение пожара продолжается.
Яздундокта
Яздундокта
Грусть
Сегодня у меня грустное настроение. Хочется много сказать, но понимаю - некому. Сейчас прожив уже почти пол жизни и оглядываясь назад вижу, что в этот промежуток как то уместились три Насти. Три совершенно разных человека. С разным мировоззрением, разными привычками. Каждая особа - становилась лучше... Но Бог мой! Как порой больно и тяжело меняться. Как отчаянно борются за жизнь старые иллюзии! Сейчас наступил четвертый этап моей жизни - я все начинаю заново. В новой стране, в новых условиях.(правда всеж кое какой багаж имеется - трое детей, ноутбук, одежда и пара тройка книг, что мне дороги...)
Мне страшно, но я понимаю, что пути назад нет. По старому уже не будет....
И в моей жизни есть только одна опора - мой Творец. Это шаг веры...
настроение: Грустное
слушаю: шум вентилятора...
Яздундокта
Яздундокта
|
|
|
|
Младший сын 5лет проснулся в час ночи и спросил:' Мама, а вода течет по часовой стрелке или в противофазе?' Очнувшись от шока , спрашиваю вас - 'Это вообще как?
|
|
|
|
|
Яздундокта
Яздундокта
|
|
|
|
'Тот, кто считает себя лидером, но не имеет последователей, просто гуляет' - Д. Максвел 'лидерство 101'
|
|
|
|
|
Яздундокта
Яздундокта
Страны в которых я уже побывала
Яздундокта
Яздундокта
Хорошего ВАм настроения!!!!!
Яздундокта
Яздундокта
Интересно когда мы были маленькие нам казалось время тянется так долго. Поездки на пригородной электричке казались вечностью.. А теперь я не успеваю жить ... Столько дел, планов - кажется - это реально успеть, но нет вот уже неделя, месяц, год пролетают как одно мгновенье. И знаете что сказал мне мой 12летний сын? "Мама, как быстро летит время!"
настроение: Задумчивое
слушаю: сопенье детей в кроватях
Яздундокта
Яздундокта
а это моя младшая детка.
настроение: Влюбленное
Яздундокта
Яздундокта
Это было весной 2006 в пансионате под Москвой. Все уже спали, а я как сумашедшая скакала по кустам и фотографировала!
настроение: Задумчивое
Яздундокта
Яздундокта
Моя конкурсная работа "золотая осень"
настроение: Довольное
|
|
