Я хочу сказать тебе спасибо,

За те годы, что дарила мне,

В нашей жизни всяко было –

И за это «всяко» благодарен я тебе.

Отвлекись от дум ненастных

Откровенья пусть сегодня правят бал,

Хоть и нет признаний страстных,

И не стану я устраивать скандал.

Ты прости меня за всё что было,

За всё то, не смог, не сделал, не сумел,

Я любил тебя, и был любимым,

Ты прости, не удержался, улетел.

Каждый жив теперь своей судьбою,

Заново родиться – не дано,

Ради новой жизни, той, от нас с тобою,

Я прошу прощения всё равно.

Бог простит? Ну что ж и это примем,

Но давай не будем жечь мосты,

Новой жизни вместе дали имя

Пусть не сбылись общие мечты…

Посвящается Елистратовой Виктории, моей бывшей жене... 

 Начало.

Продолжение - 1

Продолжение - 2

Продолжение - 3

 В дорогу Андра и Олег двинулись далеко за полдень. Парень сетовал на то, что вышли слишком поздно, теперь не пройдут и половину намеченного пути. За землёй Младшего начинались земли населённые всяким одичавшим и неприятным зверьём, порождённым большим пожаром и вмешательством тёмных сил. Во второе охотно верили все, кроме яйцеголовых, которые по слухам не вылезают из своих нор. В отличии от тех и других Олег просто знал, что поработал и радиационный фон, и изменившаяся природа, и те самые «тёмные силы», вот только разумного толкования им не находилось. Ни среди религий, ни среди учёных. В сказку о борьбе Света и Тьмы, Добра и Зла, и прочие отношения противоположностей можно рассказывать разве что детям, ну, в крайнем случае, созревающим подросткам. Любому мыслящему существу, по мнению Олега, километровые бреши этой теории видны без особого напряжения серых клеток. Он покосился на Андру, которая, с беспечным видом, разглядывала окрестности, в её мире наверняка есть такая же сказка. Интересно, верят в неё там, или нет. Девочка поймала задумчивый взгляд Олега, улыбнулась, словно прочитав его мысли. Нет, она точно в этот бред не верит.

Когда солнце сползло к горизонту, Олег объявил привал. Андра ответила, что может ещё прошагать столько же, но Олег сказал, что хочет перекусить. Только устроившись на тёплом камне, Андра ощутила, насколько на самом деле устала. Они давно вышли из Мёртвого Леса, вокруг расстелилось поле, усеянное глыбами, оплавленными чудовищным жаром. Олег вылил флягу в котелок, достал пару толстых таблеток сухого горючего и водрузил котелок на огонь. Горячий чай с остатками сухпайка – то, что надо, чтобы не протянуть ноги с голоду. Хлебцы, с паштетом, и чем-то сладким с названием «Лакомка», и по паре странных таблеток, от которых Андра думала отказаться, потом махнула рукой: «будь, что будет».

[ Читать далее → ]

Андра приноровилась к темпу Олега, шагала легко, и даже начала различать некоторые детали в лунном свете. Ей показалось, что видеть она стала гораздо лучше в темноте. В конце концов, ей стало скучно, она пошла рядом с Бером, отпуская колкости в его адрес. Особенно по поводу дикости мест, в которых они находились. Олег реагировал несколько отрешённо и рассеяно, хотя по сосредоточенному лицу периодически пробегала улыбка. Девочка это скорее чувствовала, чем видела.

Беспечность ночной прогулки нарушил далёкий жуткий вой. Андра застыла с очередной шуткой на губах, Олег заметно подобрался, буркнув что-то нечленораздельное себе под нос. Но вместо того, чтобы бежать как можно дальше, пошёл очень медленно вперёд, строго наказав Андре идти за ним след в след. Девочке порой казалось, что они застыли на месте. Умом она понимала, что они всё-таки двигаются, но очень уж медленно. Вой повторился гораздо ближе, в нём чётко слышалась радость хищника, учуявшего жертву.  Перед глазами девочки поплыли красноватые пятна, создавая странный рисунок, от которого веяло смертельным холодом. Андра заморгала, но рисунок, словно созданный безумным художником, лишь обрёл чёткость, обернувшись назад, она поняла, что находится аккурат в его центре. Олег ведёт её по узкой, извилистой линии. Бер шагал уверенно, но очень осторожно, девочке порой казалось, что слышит, как от напряжения потрескивают его нервы. «Словно по минному полю идёт» – пробормотала про себя Андра, «Мины!» – едва ли не панически отозвался её разум, - «этот странный узор минное поле». В унисон страшной догадке Андры раздался жуткий вой, уже совсем близко.

Олег остановился, Андра едва не наткнулась на его спину:

-          Залезай на спину, придётся удирать, - голос Бера дрожал от напряжения.

-          Ты сначала догони, - ответила Андра, и бросилась бегом, следуя тонкой нити – тропе в минном поле.

-          Хорошая девочка, - буркнул едва слышно Олег и ринулся вслед за Андрой.

Стая это единый организм, продолжение инстинктов, проводник воли вожака. Стая не смеет ослушаться. Если конечно подавить бунт в зачатке. Вожак концентрация силы и воли стаи, её главный орган, её мозг. И сейчас стая настигала жертву, в центре её гордо бежал вожак, окружённый  свитой. И если бы не странная угроза внизу, то жертва давно была настигнута, но приходилось контролировать стаю, проводя сквозь смертельную угрозу. Вожаку никак не удавалось выйти на расстояние первой атаки, когда жертва сковывается страхом, для большинства двуногих это была верная смерть. Вожак, наконец, смог нацелиться на жертву, передав свите управление стаей. И вот уже красные нити ринулись к фигурке, дышащей теплом и здоровьем, и гонка закончится, останется лишь самый сладостный момент.

Волна жгущей боли прокатилась по телу вожака, едва не сбив его наземь. Нити рассыпались изумрудными искрами. Из груди вожака вырвался рык полный боли и разочарования, легко взять жертву не удалось. Что-то знакомое до боли было в этой какофонии чувств и ощущений. Что-то, что вселило страх и неуверенность в мутированный мозг вожака. Жертва была одна, и даже при таком повороте событий, против стаи может устоять редкий двуногий.

Жертва тем временем вышла из опасной зоны, и одно из зёрен смерти неожиданно расцвело красно-жёлтым цветком, на мгновение жертв стало две. По острому звериному слуху стегнул жуткий грохот, а мгновением позже авангард стаи поредел. Вожак остановился, прижав уши. Повинуясь команде, стая перешла на шаг.

Громкие хлопки резанули по ушам вожака болью, стая готова разорвать жертву. Страх, боль, ненависть к чужакам, сквозило сквозь стаю. Последний рывок, как показалось вожаку – стая настигла жертву. Жертва повела себя странно, всё произошло за какие-то мгновения, замерев на мгновение - она исчезла, породив рой серебристых искр.

Андра тяжело дышала, рисунок минного поля почти закончился, сзади, сквозь шум крови в ушах, она слышала Олега. Обиднее всего, что он даже не запыхался, хоть был не налегке. На самом краю девочка всё-таки оступилась, ей показалось, что время замедлило свой бег, отсрочивая её смерть. Промелькнула мысль «всё, конец котёнку», сильным ударом её сбило с ног, и придавило чем-то тяжёлым. Грянул взрыв.

Ошалевшая и оглохшая, она, кое-как, выбралась из-под придавившего её Олега. Андра машинально достала пистолет, и выстрелила, почти не целясь в ближайших зверей. Обойма вышла удивительно быстро, сердце девушки всхлипом ринулось в пятки. Олег не двигался, Андру вдруг охватила ярость. Детство, проведённое в качестве подопытной не прошло даром, все духовные силы собрались в кулак, который словно упёрся в прочную плёнку, и его приходилось проталкивать, напрягая все силы. Неожиданно плёнка прорвалась, Андра увидела, как смяло духовным ударом авангард стаи, а дальних зверей разметало по минному полю. Ноги девочки стали ватными, мир исчез, поглощенный белой пеленой.

Олег бежал вслед за девочкой. «Только не ошибись, только не ошибись» билась отчаянная мысль в его голове. Стая на минном поле очень не кстати, будь Олег один – он бы отбился, но одно дело выжить самому, другое дело, когда у тебя почти ребёнок за спиной. «Только не ошибись, девочка моя, только не ошибись! Почти выбрались! Чёрт!!!» Олег скорее почувствовал, чем увидел, что Андра оступилась. Дальше сознание словно наблюдало со стороны, рывок вперёд, Олег сбивает девочку с ног, закрывая своим телом. Взрыв, резкая обжигающая боль во всём теле. Мир наполнился красным и чёрным цветом, раздались отчётливые выстрелы.  Олег почувствовал, как его коснулось и исчезло внимание вожака стаи, вдруг над его головой пронеслась буря.  Мир качнулся и померк, перед внутренним взором открылась грациозная и потрясающая картина, стаю смяло и разметало по минам, даже свиту швырнуло ударом на землю, словно щенков. Устоял лишь вожак.

Вожак принял удар, несколько шагов его протащило по земле, обдирая лапы о мелкие камни. Авангард стаи перестал существовать, даже арьергард разлетелся, словно вспугнутые птицы. Жертва оказалась хищником, пусть не опытным, молодым, но очень сильным хищником. Но не успел он, как следует оправиться от удара, как в голову врезался клинок чужой воли. И эту волю, вожак признал сразу, стая рассыпалась на отдельных особей, клинок чужой воли норовил разрушить и его самого. Этот двуногий обладал силой огромного зверя, когда в тот зверь объявляется в каких либо землях – его зовут Хозяином. Ни один другой зверь не рискнёт бросить вызов Хозяину, ни одна стая, даже двуногие обходят его владения стороной.

Столкнувшись с этим двуногим погиб прошлый вожак, со всей свитой. Стая так и не оправилась от встречи с ним. И вот он, хоть молодой, но уже повидавший виды вожак, столкнулся лицом к лицу со своим кошмаром. Вожак едва сдерживался, чтобы не дёрнуть скуля во все лапы, стая же спешно ретировалась. «Уходи, стае нужен вожак, уходи» вдруг пришло извне. Вожак лишь зарычал в ответ, его захлёстывало болью и страхом. «Уходи, я не убиваю без надобности, и не трогаю вашей добычи» . Вожак стоял «Это не жертва, не добыча, это моя стая. Уходи, стае нужен вожак, я не ударю в спину». Вожак развернулся, и пошёл к остаткам своей стаи, трусливо посматривающим на него из-за границ «смерти под землёй». С первыми же шагами его покинула чужая воля, разжались тиски боли и страха. Вожак шёл спокойным, грациозным шагом, зная, что никто ему не осмелится бросить вызов.

Олег сидел, привалившись к валуну, всё тело немилосердно болело, в ноге засел осколок мины, краешек которого влажно поблёскивал, омытый кровью. Рядом мирно посапывала Андра, к удивлению и облегчению парня целая и невредимая, если не считать ушиб от падения. Осмотрев и ощупав себя в свете фонаря, Олег решил, что везение у него фантастическое, и серьёзных ран, кроме засевшего осколка в ноге нет. Рядом лежал медпакет, предстояла очень неприятная операция.

Предрассветную тишину разрезал короткий крик Олега, разбуженная Андра сонным взглядом уставилась на матерящегося под нос парня, зашивающего себе ногу. Девочка спохватилась только в конце операции, нашарив в медпакете бинт, Андра заставила Олега снять штаны, и быстро ему забинтовала ногу.

- Ты медсестрой не работала? – удивлённо спросил Олег

- С вами, мужиками, кем только не станешь – Андра хотела съязвить, но дрожь в голосе выдала её настоящие чувства.

- Спасибо.

- Ты б и без меня управился.

- Да нет, я немного о другом. Спасибо. Со стаей шутки плохи.

Андра лишь пожала плечами, мол, я ничего такого не сделала, но под добродушно-укоризненным взглядом Олега почему-то покраснела так, что даже сквозь слой пыли проступил румянец.

 Сегодня сразу несколько праздников. Прощённое воскресение, потому прошу прощения у всех и за всё сразу.

Сегодня День святого Валентина, с чем я и поздравляю всех влюблённых, остальным же желаю поскорее влюбиться или полюбить.

Подпеваем? ;-)

End of passion play, crumbling away
I'm your source of self-destruction
Veins that pump with fear, sucking darkest clear
Leading on your death's construction

Taste me, you will see
More is all you need
You're dedicated to
How I'm killing you

Come crawling faster
Obey your master
Your life burns faster
Obey your master
Master

Master of puppets, I'm pulling your strings
Twisting your mind and smashing your dreams
Blinded by me, you can't see a thing
Just call my name, 'cause I'll hear you scream
Master
Master
Just call my name, 'cause I'll hear you scream
Master
Master

Needlework the way, never you betray
Life of death becoming clearer
Pain monopoly, ritual misery
Chop your breakfast on a mirror

Taste me you will see
More is all you need
You're dedicated to
How I'm killing you

Come crawling faster
Obey your master
Your life burns faster
Obey your master
Master

Master of puppets, I'm pulling your strings
Twisting your mind and smashing your dreams
Blinded by me, you can't see a thing
Just call my name, 'cause I'll hear you scream
Master
Master
Just call my name, 'cause I'll hear you scream
Master
Master

Master, master
Where's the dreams that I've been after?
Master, master
You promised only lies
Laughter, laughter
All I hear and see is laughter
Laughter, laughter
Laughing at my cries
Fix me

Hell is worth all that, natural habitat
Just a rhyme without a reason
Never-ending maze, drift on numbered days
Now your life is out of season

I will occupy
I will help you die
I will run through you
Now I rule you, too


Come crawling faster
Obey your master
Your life burns faster
Obey your master
Master

Master of puppets, I'm pulling your strings
Twisting your mind and smashing your dreams
Blinded by me, you can't see a thing
Just call my name, 'cause I'll hear you scream
Master
Master
Just call my name, 'cause I'll hear you scream
Master
Master

Настроение сейчас - Тепло

 Начало.

Продолжение - 1

Продолжение - 2

Берлога младшего представляла собой пещеру, от каменных стен шло не естественное, но приятное тепло, свод светился мягким зеленоватым светом. В глубине пещеры Олег расстелил каримат, подложив РД как подушку. Обустроенную нехитрую постель он предложил Андре, сам же улёгся на камнях рядом, использовав лапу младшего как подушку. Он отключился почти сразу, привычно провалившись в темноту. Андра не спала, пещера была крайне странная, ощущалась словно живой организм и, словно взвинтила её собственное восприятие. Огромным, сильным и надёжным ощущался младший, на какое-то время Андре казалось, что она слышит мерные удары сердца зверя. Надёжность, защищённость, нерастраченная и неукротимая мощь убаюкивающе звучала в этих ударах. Олег же ощущался иначе, многомерно. От него веяло отеческой добротой, сжатая пружина, которой он казался, Андре, при входе стала мягкой и податливой. Если младший напоминал гору, надёжную и не рушимую, то Олег больше напоминал горную речку, быструю, неотвратимую, увлекающую за собой, но, тем не менее, опасную. Ледяной поток закружит и унесёт, и выкинет с высоты водопада. Что-то необъяснимое и завораживающее было в этом парне, манящее и норовящее обжечь. Говорят, на две вещи можно смотреть бесконечно. На текущую воду, и на горящий огонь. За этими мыслями Андру застиг сон.

Снился ей её настоящий мир, лица, которые она видела ежедневно, мама. Но радужные сны сменились тревогой, а в ясном небе возник рой чёрных точек. «Смерть! Смерть в небе! Беги, уходи, смерть настигнет твой город» билось в сознании. Она видела свой пылающий дом, кто-то приобнял сзади за плечи, Андра обернулась, сзади стоял Олег. Его лицо было искажено гримасой невыносимой боли: «Да, малыш, именно так это и было… много лет назад… они погибли… а мне осталась лишь память» прошептали губы Олега. «Память» эхом, с болезненным надрывом метался голос Олега по сознанию, «память», слышалось сквозь мутнеющий сон. «Память» вторило эхо выжженного города. Андра рыдала, вцепившись в Олега шепча «Остановись, останови это безумие! Не надо», но его руки лишь поглаживали её по спине «Не могу, прости, малыш, не могу» голос Олега был полон боли и отчаяния «прости», врезалось, словно раскаленный нож в сознание, «прости меня». А вокруг них горела земля…

Олег привычно вынырнул из темноты, свод пещеры раскрасило яркими цветами утреннее солнце. Тело затекло и отзывалось неохотно, приподняв голову, Олег понял, почему не двигался во сне. Андра спала, положив голову ему на грудь и вцепившись в него, словно утопающий в последнюю надежду. Кое-как освободившись от крепких объятий, на вид хрупкой девушки, Олег с удовольствием потянулся и вышел из пещеры.

Андра проснулась с улыбкой на лице, после полуночного кошмара ей снилось что-то очень приятное и тёплое, но как-то смазалось под утро. По крайней мере, впечатление от ночного кошмара сгладились. Рядом мерно посапывал Младший. Андра свернула каримат, и, повозившись, привязала его к РД Олега. Выйдя из пещеры, Андра наткнулась на Олега, варившего в котелке кашу.

- Доброе утро.

- День, добрый, соня – улыбнувшись, поприветствовал Олег, - ещё пару минут и налетай, а то по дороге ветром сдует.

Андра фыркнула, и уселась напротив кулинарствующего парня. «Ничего, ты у меня дошутишься», почему-то это её сильно развеселила, Андра улыбнулась своим мыслям. Олег улыбнулся в ответ, смотрел честным взглядом, кота, который не знает, кто сметану съел. «Улыбайся, улыбайся, поплачешь мне ещё». Олег усмехнулся:

-          Кушать подано, месть на сытый желудок лучше придумывается.

-          Ты читаешь мои мысли? – осенило Андру.

-          А ты думай потише -  подмигнул Олег, протягивая котелок и ложку – и вообще жуй.

- А ты?

- Девочка, я скоро обедать захочу, а будешь рассуждать, так и до ужина доживём. Кушай, нам сегодня ещё топать и топать. Поешь – научу обращаться с пистолетом – Олег с удовлетворением отметил блеск в глазах Андры, при последних словах.

Пока девушка завтракала, Олег соорудил некоторое подобие мишени, отметил несколько «огневых рубежей».

Андра терпеливо слушала лекцию Олега. Простое, казалось бы, дело в раз обросло тонкостями и подробностями. Первые выстрелы ушли в молоко. Олег хмыкнул, направил её руки самостоятельно, получилось получше, но всё равно не то. Что бы как-то отвлечь, Олег показал как заряжаются патроны, как разбирается и чистится пистолет. Однако это не дало эффекта. Через полчаса мучений, готовый сдаться Олег проворчал:

-          Ничего не понимаю, глазомер у тебя есть, целишься правильно, пистолет держишь правильно… Что у тебя в момент выстрела то случается? Меня вовсе на звук подстрелила, не было бы бронежилета – прострелила бы сердце.

-          Ну, тебя-то чего жалеть, - ответила раздосадованная неудачей Андра, - а мишень – она вон какая красивая.

-          Ладно, перекур пару минут – Олег потянулся за пачкой.

-          Слушай, а ты любые мысли читаешь? – спросила Андра

-          Любые, хотя теоретически можно от этого защититься, но на практике умеют единицы – ответил Олег, - а ещё я мысли умею внушать.

Андра почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Перед глазами встал побег из лаборатории, несколько лет, в которой она провела в качестве подопытного кролика. Этот парень только что ляпнул то, над чем бился изувер профессор с четырьмя лаборантами. Калеча людские тела и психику. Неужели им удалось, и за ней отправили очередного подопытного? Она рывком поднялась, схватила пистолет. Семнадцать патронов в обойме, семнадцать выстрелов, семнадцать попаданий в мишень с дальнего, в виде улыбающейся рожицы. На душе вдруг полегчало, Андра посмотрела на растерянного Олега, посмотрела ему в глаза. «Нет, он не один из тех, кто тебя мучил, он из тех, кто никогда не позволит тебя пальцем тронуть» - проговорил внутренний голос. На глазах ещё стояла пелена слёз, Олег протянул следующую обойму.

            Андра стреляла ещё много, из разных положений, стоя, лёжа, уходя с линии атаки, ей иногда казалось, что скоро настанет вечер. И очень сильно удивилась, когда узнала, что день только близится к обеду. За три часа она узнала для себя и о себе много нового. Олег же не уставал удивляться её обучаемости, и давал всё новые знания, которые усваивались на лету.

            Отстреляв очередную обойму Андра в шутку направила пистолет на Олега, но даже не успела сказать «Пиф-Паф», как пистолет улетел в ближайшие кусты, а она оказалась на земле с жестко заломанной рукой, больно не было, если не пытаться пошевелиться.

-          Прости – услышала она виноватый голос Олега, - это уже на уровне рефлекса. – сначала сделал, потом подумал.

-          Научишь? – сдавлено пискнула Андра

Олег отпустил девочку, отыскал пистолет, и начал следующий урок, который показался Андре куда более интересным, чем предыдущий. Оказалось, что кроме массы вариантов избавить человека от оружия есть ещё и огромный простор для творчества, особенно, когда Олег показал, как противодействовать обезоруживанию. Потратив ещё полтора часа на разъяснения, и отработку в замедленном действии – Олег предложил практику – выбить у него пистолет.

Андра и Олег увлеклись, девочка минут 5 безуспешно пыталась избавить Олега от пистолета, но Олег столь же безуспешно пытался поймать Андру на линию огня. Девушка потеряв равновесия увлекла за собой и Олега, который успел извернуться, смягчив падение Андры собственным телом, но потом оказался над ней, дуло пистолета неотвратимо смотрело ей в лицо.

- Старший, а тебе не кажется, что она маловата для таких игр – раздался голос Младшего в голове Олега.

Олег непонимающе уставился на младшего. Андра, сообразив о чем говорит Младший, расхохоталась. Олег, наконец осмыслив сказанное, ушёл к костру, желания объяснять тонкости взаимоотношений людей не было. У медведей, или беров, как их величали местные всё проще. Поединок возможен лишь между мужскими особями, между женской и мужской особью – только брачные игры. Как только Олег ушёл, Андра легко вскочила, подошла к Младшему и со словами «Ах ты мой защитник» звонко чмокнула его в большой влажный нос, чем окончательно сконфузила растерявшегося медведя.

В мире погибшем, в мире безбрежном,
Там, где в пустыне правит луна,
Девочкой милой, девочкой нежной,
Мне повстречалась она…

Ветер мой верный брат и соратник,
Грустную песню свою оборвал,
Чувствам осенним открылся изгнанник,
Холодные цепи на сердце порвал

К жизни вернуло забытое чувство,
С ним пришла боль одиноких ночей,
Сети расставлены слишком искусно,
Ночью и днём все мысли о ней…

Зачем ты тревожишь старые раны?
Опять на душе выпадет снег,
Опять своим сердцем будешь обманут,
И снова один до конца своих лет.

Не верю! Не знаю! Хочу быть любимым,
Я ветру в порыве любви отвечал,
Смеялся в ответ мне братишка игривый,
Смотрел, улыбался, стерпел, промолчал.

Прости, старший брат, я своею дорогой,
Покуда следы не исчезли в пыли,
Прости, я безумен… молчи уже, с Богом,
Мы с ветром вдвоём за нею ушли…

О чём ты печалишься кошка,

Смотря на луну у окошка?

О ком вздыхаешь так тяжко,

В мечтах откровенных и ярких.

Окутанный призрачным светом

Да тайной полнолунных советов,

Ночей, что дарят красивые сказки,

Твой мир в узорах и красках…

Паришь с кем-то там, в облаках,

В цветных кошачьих мечтах,

Тихонечко мурчишь ты и плачешь,

Но жить не ты не хочешь иначе…

Посвящено Lacek'е

Не знаю зачем я послан тебе,,
Быть может зачем то сгожусь,
Ты улыбнись лучиком мне
Я взглядом нежно коснусь.

Пусть будут вокруг мчаться года
И время нам точки расставит -
Есть друг , он с тобой навсегда,
Он с частью себя эти строки оставил.

Юле Ш.

Вы знаете, я мог бы быть пьян,

Одним вашим именем, звуком,

И может интимный продолжил роман,

Узнав о приличиях утром.

Вы знаете, я мог быть любим,

И пусть беспорядочно страстно,

И в каждом изгибе сочился экстрим,

Души беспробудно-ненастной.

Вы знаете – я одинок,

И пусть в этой ночью был праздник,

От праздников этих я слишком далёк,

На утро не поверю я в счастье.

Вы знаете, я б мог вашим быть,

За сущий пустяк и за чувство,

И быть бы любимым, и просто любить,

Ах, не было б утром так грустно…

Вы знаете – я, быть может, дурак,

И мне скрываться нет смысла,

Я вас полюбил от души, просто так,

И пусть мне в том нету смысла…

Печень давно со мною в разводе
Почки бастуют, лёгкие в шоке
Где то в сознании болью до колик,
Голос вещает: ты - алкоголик!

Не помню я, что меня дёрнуло среди ночи отнести Ольге диск. После развода жизнь закрутилась по кругу дом-работа в каком-то бешеном ритме. С работы, как всегда возвращался голодный и злой, возня по дому, готовка, стирка, глажка, уборка. В отсутствии жены все прочно забытые бытовые прелести жизни рухнули мне как снег на голову. Я умудрялся после этого ещё добраться до компа и работать, порою ночи напролёт. И вот в одну из холодных осенних ночей я пошёл к Ольге, она всё равно не спала, а мне надо было немного разрядить голову на свежем воздухе.
Выйдя на улицу, я в полной мере ощутил глупость затеи надеть лёгкую куртку, холодный сырой ветер тут же выдул тепло, пробрав до самых костей. Я, ругнувшись на своё легкомыслие, закурил и пошёл к дому Ольги быстрым согревающим шагом. Когда заходил в подъезд, боковым зрением заметил щенка, мы таких называем «двортерьерами». Дверь подъезда закрылась, я постоял немного, пока глаза привыкли к темноте. Похоже, опять проблемы с подстанцией, ещё подходя к дому, я увидел, что в доме света нет, а в некоторых квартирах явно горели свечи.
Поднялся я практически на ощупь, осторожно постучал, вслушиваясь в ночную тишину. За дверью послышался звук шагов, грохот, похоже Оля пробираясь по квартире, не ставшей ещё привычной, наткнулась на один из многочисленных горшков с цветами и прочими растениями, которых у неё было в изобилии, и, наконец, возню с дверным замком.
- Привет, - сказал я вполголоса.
- Привет – ответом мне был сдавленный шепот, - зайдёшь?
- Нет, спасибо, мне надо заканчивать программу, как-нибудь в другой раз – ответил я, протягивая диск.
- Вечно у тебя эта работа, - немного расстроено пробормотала Оля, - ну иди, труженик, а то опять все сроки проходишь.

Мы улыбнулись друг другу, хоть лиц не видно. Она закрыла дверь, а я осторожно начал спускаться по лестнице. Выйдя из подъезда, я первым делом сунул сигарету в зубы, и закурил. Я курю очень много, но, увы, никак себя не пересилю, чтобы бросить или хотя бы курить реже. Сделал шаг, и едва не наступил на лежавшего на крыльце щенка, свернувшегося клубочком. Беднягу била мелкая дрожь, его, как и меня, ветер пробирал до костей. Совершенно не отдавая себе отчёт в своих действиях, я расстегнул куртку, спрятал щенка под ней, и застегнул так, чтобы наружу высовывалась только мордочка.
Пока я дошёл до двора щенок отогрелся, перестал дрожать, и даже извернулся лизнуть мой небритый подбородок. Я присел на лавку. Домой идти не хотелось, не смотря на холод. Щенок тяжело вздохнул.
- Ну что, друг, ко мне жить пойдёшь? – спросил я в шутку. Щенок поднял мордочку, и посмотрел на меня обалдело.
- Условия конечно не ахти, прогулка только утром и вечером, но как минимум теплее – продолжал я свой монолог, - да и мне не так одиноко будет.
- Пойдёшь? – спросил я. Щенок смотрел в мои глаза тоскливо, что я невольно сказал – не брошу я тебя, и не выгоню за лужу.
Щенок отвёл взгляд, а до моих перегретых и заклиненных работой мозгов начало доходить, что либо он меня понимает, либо мне пора к врачу обратиться. Нет, я конечно знаю, что собаки понимают интонации. Но, мне показалось, что этот малыш понял меня дословно.
- Ты мне ещё отвечать начни, чтоб обеспечить билет в дурку – усмехнулся я уже своим мыслям, как вдруг услышал:
- Люди предают – тонкий и тоскливый голосок, я повертелся, не веря своим ушам.
- Ты прав. Люди предают и предают друг друга, и тех, кого любят тоже порой, но это ведь не повод, чтобы злиться на всех людей.
- Не знаю, - ответил щенок, - это очень плохо.
- Плохо, возможно что-то есть в нашей природе. Я не знаю, малыш. Пойдём домой?
- А ты меня не бросишь? – щенок поднял мордочку и заглянул мне в глаза.
- Не брошу, даю слово, но если мне нашкодишь  накажу – ответил я с улыбкой, когда-то также улыбался своему сынишке.

Я встал и пошёл к подъезду, а на сердце, впервые последние годы, стало тепло и янсно…

Александр Елистратов, 29.05.2009
http://www.3ekc.ru/publ/5-1-0-25